Готовый перевод Wine and Romance in the Rain / Шепот дождя: Последнее слово тирана: Глава 3

— Бесполезная вещь, — Ю Шиянь покачал головой и спросил: — А что посередине?

Увидев, что он заинтересовался этим товаром, старушка утратила прежнее рвение:

— Это штука дорогая, паренек. Стоит привязать её — и две души будут связаны жизнью и смертью, но обычному человеку такое не под силу. Нужно, чтобы у обоих была сильная привязанность, так что лучше присмотрись к чему-нибудь другому.

Ю Шиянь приподнял бровь:

— А вот рядом…

БУМ. В голове словно что-то взорвалось. Звуки флейты и гул толпы сплелись в неразрывный узел, охвативший каждую мысль. Ю Шиянь схватился за голову и, пошатываясь, прислонился к прилавку. Старушка обеспокоенно спросила:

— Паренек, брать будешь? Ты в порядке?

Ю Шиянь поднял взгляд, отошел в сторону и с трудом перевел дыхание.

Что это за прием такой у Шэнь Чжаохуая? С каких это пор он владеет подобным?

Звук струн становился всё ближе. Ю Шиянь увидел, как за пределами бурлящей толпы, в отдалении, застыл Шэнь Чжаохуай. В белых одеждах, с флейтой в руках, он стоял с закрытыми глазами и продолжал играть. Для других это был обычный, даже не самый приятный мотив, но для ушей Ю Шияня каждый звук превращался в повелительный приказ.

— Иди ко мне, Ю Шиянь.

Ноги Ю Шияня дернулись, он едва сдержался, чтобы не шагнуть вперед. Опираясь на меч, он опустился на одно колено, собирая всю волю, чтобы противостоять этой мелодии, и мысленно обратился к наставнику.

Чем больше он старался отвлечься, тем тише становился голос в его голове. Глубоко вдохнув, он поднялся и только собрался снова пробиться сквозь толпу, как сзади на него обрушился стремительный удар.

— Псих! — Ю Шиянь развернулся и выхватил меч, блокируя атаку.

Мечи скрестились с пронзительным звоном. Шэнь Чжаохуай превратил флейту в оружие, и в мерцании холодных отблесков меча ледяным тоном произнес:

— Упорства тебе не занимать.

Ю Шиянь пригнулся, уходя от удара. Вспышки клинков переполошили торговцев, и он крикнул:

— Чего вылупились? Бегите, пока живы!

Окружающие, поняв, что происходит, тут же бросились врассыпную. Ю Шиянь, едва увернувшись от следующего выпада, почувствовал, как меч отсек прядь его черных волос.

— Старший молодой господин, хватит дурить! Мы же можем договориться, вы же людям мешаете!

Шэнь Чжаохуай лишь фыркнул:

— Я из клана Шэнь, и этим всё сказано. А если кому-то нанесли ущерб — пусть идут в клан Шэнь и требуют компенсацию.

Они продолжали схватку, пока торговцы в панике разбегались. Вдалеке пронеслась карета, силуэт которой в суматохе было трудно разобрать. Ю Шиянь не мог одолеть противника и не имел шанса сбежать, поэтому пятясь, шаг за шагом отступал назад, а его растрепанные волосы развевались на ветру.

Он попытался воззвать к разуму:

— Старший молодой господин, подумайте сами: разве вам не одиноко? Если вы не будете меня ловить, я ведь могу составить вам компанию, поиграем, а? Да и вообще, разве фамильные реликвии не должны передаваться из поколения в поколение? Считайте, что я признал вас старшим братом, разве мы теперь не семья? Эй, брат Шэнь! Остановитесь!

Лицо Шэнь Чжаохуая помрачнело еще больше:

— Язык без костей. Заткнись.

Ю Шиянь нахмурился. С его позиции было видно, что карета несется прямо по центру дороги с пугающей скоростью. А так как все люди разбежались, на пути у неё остались только он и Шэнь Чжаохуай.

Кто захочет попасть под копыта вместе с ним? Пока Ю Шиянь лихорадочно соображал, Шэнь Чжаохуай продолжал на него давить. Видя, что карета вот-вот настигнет их, Ю Шиянь стиснул зубы и с силой пнул прилавок, мимо которого они проходили. Карета врезалась в деревянные обломки, превратив их в щепки, и была вынуждена остановиться.

Разъяренные лошади заржали. Брачные замки и Пилюли против похмелья рассыпались по земле, а тонкая нить, лежавшая в самом центре, взмыла в воздух и, словно наделенная разумом, обвилась вокруг запястья Шэнь Чжаохуая. Другой её конец обвил мизинец Ю Шияня, и нить, прежде тускло-желтая, мгновенно вспыхнула алым, крепко сковав их обоих.

Битва внезапно прекратилась. Легкий ветерок донес их сбивчивое дыхание, а капли пота со лба скатились на красную нить, оставляя на ней темные влажные следы.

Шэнь Чжаохуай помрачнел, схватил его за воротник и потребовал ответа:

— Талисман Фуяо из Линьчжоу? Связь жизни и смерти, которая крепнет от эмоций… Ю Шиянь, ты сделал это нарочно?

Ю Шиянь оттолкнул его, но стоило ему огрызнуться, как нить лишь сильнее стянулась между ними. Он вдруг рассмеялся:

— Это всё твоя глубокая привязанность, разве нет? Подумаешь, мы стоим в нескольких метрах друг от друга, не обязательно же сразу прижиматься. Раз уж так вышло, теперь никто из нас не сможет убить другого, верно? Старший молодой господин, как только вы перестанете злиться и зацикливаться на мне, она ведь сама собой развяжется?

Шэнь Чжаохуай слушал его с каменным лицом, но нить снова сжалась, причиняя Ю Шияню боль. Шэнь Чжаохуай едва заметно нахмурился:

— Отойди. Я отрублю тебе мизинец.

Ю Шиянь съязвил:

— Почему не свою руку? Или ты какой-то особенный?

Шэнь Чжаохуай кивнул и достал меч. Ю Шиянь, видя, что тот настроен серьезно, пробормотал:

— Молодой господин такой решительный… Неужели правда отрубишь?

Шэнь Чжаохуай взглянул на него, и в его глазах промелькнула тень улыбки:

— Твой.

Ю Шиянь мысленно выругался на этого мерзавца и собрался прикрыть мизинец, как вдруг кто-то крепко обнял его со спины. От кого веет таким холодом? Он нахмурился, обернулся и услышал вкрадчивый, тягучий голос:

— Что рубить? Отпусти брата Ю. Карета сломалась, играть стало скучно. М-м… брат Ю, от тебя так приятно пахнет.

Пришедший прищурился, словно еще не проснулся. Влажные глаза на бледном лице, длинные черные волосы безжизненно свисали на плечи, выглядя мягкими и мокрыми. Даже при всей своей изысканной красоте, он выглядел так, будто от него веет не столько болезнью, сколько самой смертью.

Его рука бесцеремонно потянулась к шее Ю Шияня, ледяная, как талая вода. Ю Шияня передернуло от отвращения, он с трудом подавил брань и, отстраняясь, улыбнулся:

— О, Лю Чэньсу! Наш новоиспеченный жених? Как же ты выбрался погулять?

Услышав вопрос, пришедший заметно оживился. Он чуть склонил голову, и в его взгляде промелькнула обида:

— Брат Ю, как ты мог стать вором и уйти? Даже не заглянул ко мне. Если тебе нужны деньги, я всегда готов дать их тебе.

Ю Шиянь спрятал настороженность и небрежно спросил:

— Зайти к тебе? Боюсь, твой брат тогда меня живьем сожрет.

— Брат? — Лю Чэньсу замер на мгновение и медленно моргнул. — Ах да, кажется, было дело. Но какая разница? Я разрешил тебе приходить — значит, приходи. Брат Ю, я хочу, чтобы ты обокрал меня еще сильнее.

Шэнь Чжаохуай нахмурился и прервал их:

— Брат Лю, прими мои поздравления по случаю твоей свадьбы.

Лю Чэньсу небрежно взглянул на него, кивнул в знак согласия и потянул Ю Шияня за собой:

— Брат Ю, покажу тебе кое-что забавное.

Он приподнял полог кареты. Внутри лежала груда месива, в которой с трудом угадывались человеческие очертания. Одинокий глаз выкатился на пол и зловеще блеснул в свете дня, а свежая кровь пропитала золотистые мягкие подушки, окрасив каждый уголок кареты.

Ю Шиянь усмехнулся:

— А ты смелый, устроить такое прямо на улице.

Лю Чэньсу не сводил с него глаз:

— Изначально я хотел его замучить до смерти, но стало скучно, надоело. А когда ты пнул прилавок, мне пришла в голову идея: использовать его как щит. Разве я не умен?

Ю Шиянь собрался было поаплодировать, но красная нить натянула руки. Шэнь Чжаохуай, используя это, крепко прижал его к себе и по слогам отчеканил:

— Кузен, не нужно больше любезностей. Немедленно возвращаемся в поместье.

Ю Шиянь, оказавшись в тисках, ехидно передразнил:

— Ой, кузен~ не нужно больше любезностей~ немедленно возвращаемся в поместье~

Стоило ему закончить, как нить снова сжалась, больно сдавив мизинец. Шэнь Чжаохуай дернулся и прошипел самое грязное ругательство:

— Этот человек… он воистину нелюдь!

Глава 3

Ючжоу — огромная и богатая земля, край с лучшим фэн-шуй во всех Девяти Областях, поэтому здесь высокая плотность населения и процветает земледелие. Однако местное божество, Бог Воды, привело народ к нищете. Люди здесь суровы, не знают грамоты и только и делают, что поклоняются богам, забывая обо всем остальном.

Бога Воды зовут Цзяо Цзюнь, в народе его называют Двуглавым Цзяо или Кровавым Королем Драконов. В глубокой древности он был крошечным уродливым змеем с двумя головами, чье тело было алым, как кровь. Но Небесный Император и Бог Вина прониклись к нему жалостью, собственноручно перебили для него всю нечисть в Духовной Области и позволили ему питаться духовными зверями, пока он не принял человеческий облик. С тех пор его статус божества был окончательно закреплен.

Однако, имея две головы, он был не особо рассудителен: то насылал наводнения, то оставлял земли без капли дождя на многие годы. Так, например, в самом Ючжоу засуха длилась уже двадцать лет, поля пришли в упадок, и великий род Лю, правивший этим краем, был вынужден оставить земледелие ради торговли. Воистину, это был бог-катастрофа для Девяти Областей.

В карете царила тишина, лишь осенний ветер колыхал занавески, издавая тихий шепот, похожий на влюбленные признания. Шэнь Чжаохуай молчал, погруженный в раздумья при виде пейзажа за окном. Ю Шияню стало невыносимо тихо, и, вспомнив о нраве Бога Воды, он спросил:

— Эй, Лю Чэньсу, а у вашего Бога Воды дождей не допросишься?

Лю Чэньсу пристально смотрел на него черными, как омут, глазами:

— Нет. Ты приехал из Нинчжоу, там идут дожди?

Ю Шиянь давно привык к его манерам:

— Еще как! Лило как из ведра, еле успел на корабль ваших управляющих, иначе бы не вернулся. Но что с вашим богом не так? Столько жертвоприношений, а ответа — ноль.

Лю Чэньсу склонил голову, и на его бледном лице проступила болезненная бледность:

— Неважно. Нет дождя и нет, будем брать воду из реки Нинсян. Сейчас в области денег хватает, потратим — потом видно будет.

Ю Шиянь скривил губы:

— Странная у вас область. Столько лет не продаете рис, а денег полно — богаче даже того места, откуда я родом.

— Разве они бедны? — Лю Чэньсу озадаченно посмотрел на него. — Пусть тогда придумывают, как стать богатыми.

Ю Шияня позабавил вид этого больного чудака, и, решив поддеть Шэнь Чжаохуая, он сказал:

— Смешная логика. Есть ведь области, которые как ни старайся, не разбогатеют. Правда, старший молодой господин? Старший молодой господин, ну ответьте мне хоть что-нибудь.

— Шумно, — Шэнь Чжаохуай бросил на него взгляд, на его холодном лице промелькнуло недовольство. — Как всё-таки развязать эту красную нить?

Лю Чэньсу мельком взглянул на мизинец Ю Шияня, который туго стягивала нить. Сам Ю Шиянь, казалось, не возражал — он вовсю играл с ней, наматывая на ладонь. Белые, как нефрит, руки, которые он привык видеть, теперь были перетянуты алым, и на коже проступили ссадины.

Лю Чэньсу помолчал, о чем-то задумавшись, и медленно ответил:

— Как только ты перестанешь думать о нем, или он о тебе — нить развяжется сама собой.

http://bllate.org/book/30286/3692819