Готовый перевод My Husband Became My Drill Sergeant After Marriage / Служебный роман с собственным мужем: Глава 4

Глава 3. Инструктор

Линь Мучуань еще долго не мог вымолвить ни слова от удивления, его сердце колотилось в груди, словно мяч для пинг-понг, и лишь спустя долгое время он немного успокоился.

— Но… я ведь подал заявку совсем недавно, почему всё так быстро…

Голос на том конце был предельно спокоен:

— Сегодня последний день приема заявок. Опоздай ты еще на два часа, твоя анкета превратилась бы в макулатуру. Еще вопросы есть?

У Линь Мучуаня, конечно же, не было вопросов. Он и сам не ожидал, что именно сегодня истекает срок подачи заявок. Похоже, Шэнь Цин тоже был не в курсе — к счастью, он заполнил всё и отправил заранее. Вот только он никак не ожидал, что проверка окажется настолько быстрой. неужели он… подал анкету самым последним?

Он тут же закивал, сам толком не понимая:

— Больше вопросов нет. За… завтра нужно будет прийти на финальный отбор, верно?

Чу Чэнь ответил:

— Да, ровно в семь утра на тренировочной базе.

— Хорошо, я буду вовремя. Спасибо вам.

Завершив звонок, Линь Мучуань так и сидел на кровати, не в силах прийти в себя. Его волосы, влажные после недавнего душа, все еще роняли капли воды, которые оставляли на простыне темные круги.

Он… действительно прошел предварительный отбор?

Линь Мучуань чувствовал, что во сне, и, ущипнув себя за руку, от боли тут же расплылся в улыбке.

Он действительно прошел! Завтра он сможет отправиться на тренировочную базу для прохождения финального отбора!

Переполненный радости, Линь Мучуань подполз к изголовью кровати и нажал кнопку. В стене тут же открылся круглый проем, из которого повеяло теплым воздухом.

Лёжа на животе, он одновременно расчесывал пальцами пряди и сушил их потоком теплого воздуха, мысленно прокручивая недавний разговор с Чу Чэнем снова и снова. Чем больше он думал об этом, тем сильнее радовался.

Похоже, сегодня ночью он от волнения вообще не сможет уснуть.

Смена дня и ночи сменяла друг друга, и вскоре Линь Мучуаня разбудил звонок коммуникатора. Без малейших колебаний он вскочил с кровати и живо принялся за умывание.

Все вещи в ванной комнате были парными. Даже при такой поспешности, с которой он вышел замуж и переехал сюда, мужчина, с которым он еще даже толком не виделся лично, так заботливо подготовился к его появлению.

Закончив умываться, он выбрал и переоделся в подходящий костюм. Перед самым выходом он на мгновение замер, опустив взгляд на сверкающее кольцо на левой руке, подумал немного и все же медленно снял его, бережно убрав в тумбочку у кровати.

Сегодня за обеденным столом присутствовала только Госпожа Хань. Линь Мучуань присел рядом, взял ложку и принялся неторопливо похлебывать кашу:

— Мам, я сегодня ненадолго отлучусь из дома.

Госпожа Хань слегка нахмурилась:

— Опять куда-то собрался?

Линь Мучуань проглотил ложку каши, не решаясь говорить ей, что направляется на тренировочную базу — вчера он намеренно умолчал об этом перед матерью как раз на случай, если провалит финальный отбор, иначе вышло бы крайне неловко.

— Я просто схожу куплю кой-чего в городе.

Госпожа Хань с досадой глянула на него:

— Ступай.

Линь Мучуань в пару глотков допил кашу, промокнул рот салфеткой и поднялся на ноги:

— Тогда я пойду.

Госпожа Хань холодно бросила в ответ короткое угу.

Выйдя из дома, Линь Мучуань привычно активировал навигатор.

Госпожа Хань намеренно умолчала о том, что во дворе стоял небольшой гражданский летательный аппарат семьи — бери и лети, если умеешь. Она лишь предполагала, что Линь Мучуань вырос в районе C и сроду не управлял подобной техникой.

Поэтому, когда добравшийся пешком до тренировочной базы Линь Мучуань увидел необъятную посадочную площадку, заставленную всевозможными мелкими летательными аппаратами, он остолбенел на месте.

По сравнению с остальными он выглядел до крайности экономным и убогим.

Стоявший у входа страж преградил ему путь и тщательно обыскал с ног до головы. Убедившись в отсутствии запрещенных предметов, он беспристрастным тоном произвел досмотр:

— Предъявите удостоверение личности.

Линь Мучуань вывел на коммуникаторе свои данные. Страж бегло взглянул на основную информацию, сверил ее с длинным списком в руке и отступил на шаг, пропуская его внутрь — он даже не удостоился взглянуть на графу семейного положения в самом низу.

Поблагодарив стража, Линь Мучуань шагнул на территорию этой строгой и пропитанной духом боевого братства тренировочной базы.

Он еще не успел толком оглядеться, как заметил, что вдалеке на плацу уже толпится множество людей. Взглянув на часы, Линь Мучуань обнаружил, что наступило 6:40.

Словно угорелый, он помчался туда.

Все уже собрались и выстроились в организованные шеренги. Он молча пристроился с самого краю, замыкая строй.

Стоявший впереди парень повернулся к нему и, глядя на его васильковые глаза, с улыбкой произвел:

— Брат, ты чуть не опоздал.

Линь Мучуань виновато улыблся — ему из-за своей неторопливости вечно приходилось спешить, но хорошо, что успел в срок.

Ровно в 7:00 массивные ворота тренировочной базы медленно закрылись, отрезая внутреннее пространство от внешнего мира.

На возвышающуюся на два метра трибуну поднялся мужчина в военной форме с мрачным и суровым выражением лица. Линь Мучуань понял, что все начинается, и почувствовал, как сердце сжимается от нарастающего напряжения.

Человек на трибуне включил функцию трансляции на коммуникаторе, чтобы его слова были отчетливо слышны каждому присутствующему, и без каких-либо предисловий грубо перешел к сути дела:

— Стоящие здесь сто двадцать человек успешно прошли предварительный отбор и стремятся попасть в военную группу. Полагаю, получив уведомление, вы думали, что после сегодняшнего финального отбора сможете вернуться по домам и отдохнуть. Но я заявляю прямо: те, кто пройдет финальный отбор сегодня же, останутся здесь и немедленно приступят к тренировкам.

Стоило ему это произнести, как по рядам пронесся громкий ропот.

Никто из них не был готов к такому повороту, никто не захватил с собой вещи, и вот так просто остаться здесь?!

Оратор продолжал говорить, указывая на находящуюся за невысоким заграждением взлетную площадку:

— Раз уж вы остаетесь здесь, эти летательные аппараты вам больше ни к чему, потому что там разрешена стоянка исключительно военных кораблей.

Закончив говорить, он бросил многозначительный взгляд на подчиненного, и тот передал приказ дежурившим на площадке стражам. Пока Линь Мучуань стоял в полном недоумении, воздух разорвал оглушительный грохот взрывов. Пораженный, он вместе с остальными повернул голову и увидел, как на дальней парковке взметнулось багровое пламя — припаркованные там летательные аппараты разрывало на куски, и в мгновение ока они превратились в груды дымящихся обломков.

Тут же послышались возмущенные крики недовольных людей, гневно вопрошавших:

— Какое право вы имеете уничтожать наши личные аппараты?! Даже если мы не пройдем финальный отбор, вы обязаны предоставить нам средство для возвращения домой!

— Именно! Это чистейший произвол!

На плацу поднялся целый хор возмущенных голосов. Линь Мучуань мельком взглянул на стоявшего на трибуне Чу Чэня и молча утер пот со лба, подумав про себя, как же хорошо, что он пришел пешком и ему не придется переживать из-за уничтоженного транспорта.

Чу Чэнь стоял наверху, слушая этот галдеж толпы, и отчего-то вдруг усмехнулся — впрочем, усмешка эта была ледяной.

— Вы правы, вам необходимо предоставить средство передвижения обратно.

Он бросил взгляд на подчиненного:

— Тех горлопанов, что кричали громче всех, обеспечить по гражданскому летательному аппарату и отправить восвояси.

Получив приказ, подчиненный немедленно отдал распоряжение стражам выволочь смутьянов прочь.

Люди никак не ожидали такого исхода. Поняв, что Чу Чэнь их цинично провел, они принялись отчаянно брыкаться и орать оскорбления, но подоспевшие стража силой выволокли их за пределы тренировочной базы.

Линь Мучуань невольно сглотнул слюну, посчитав этот метод чрезвычайно жестким.

Опустив взгляд, Чу Чэнь окинул оставшихся холодным взором:

— Подсчитайте, сколько человек осталось.

Стоявший рядом подчиненный доложил:

— Командующий, осталось ровно шестьдесят восемь.

Чу Чэнь слегка приподнял бровь:

— И впрямь хлипкий народ пошел.

Он-то рассчитывал отсеять побольше людей, чтобы хоть немного снизить нагрузку на инструкторов, но от такого отбора ряды редели с пугающей скоростью.

Затем Чу Чэнь хлопнул в ладоши, суровое выражение его лица сменилось расслабленным, а уголки губ тронула вполне доброжелательная улыбка, когда он обратился к оставшимся:

— Поздравляю, вы успешно прошли финальный отбор и остаетесь с нами.

С этими словами он снова перевел взгляд на начальника стражи:

— Разделите их на группы.

Стражники немедленно окружили новобранцев, отобрали у каждого коммуникаторы и принялись заново формировать отряды.

Линь Мучуаня закружил этот водоворот суматохи, и когда он наконец снова встал в строй, шестьдесят восемь человек уже были разделены на четыре группы. Сам он попал в первую, и все выстроились четырьмя длинными шеренгами.

Чу Чэнь на трибуне довольно кивнул. Он уже давненько не занимался подготовкой солдат, и это пьянящее чувство контроля над новобранцами приходилось ему по душе.

— С этого момента вы — рядовые бойцы этой базы. Чуть позже вам выдадут тренировочную форму. Вам предстоит провести здесь пятимесячный курс подготовки, по окончании которого десять лучших курсантов будут распределены по военным группам для дальнейшего обучения.

Услышав это, Линь Мучуань тут же запаниковал. Выходя из дома, он лишь в общих чертах обмолвился Госпоже Хань, что отлучится, но… целых пять месяцев? Как ему теперь объясниться с домочадцами, да еще и без коммуникатора?

Кто-то разделял его панику и громко выкрикнул из строя:

— Инструктор! Но мы же еще не уведомили семьи!

Уголки губ Чу Чэня изогнулись в насмешливой улыбке:

— Уведомлять не требуется. В военной группе всё делается решительно и молниеносно: кто хочет сообщить родным, может отправляться домой прямо сейчас.

Толпа мгновенно утихла.

Конечно, Чу Чэнь просто запугивал их — позже стражи сами разошлют официальные уведомления их семьям.

— И еще: я не ваш инструктор. Я — офицер по оценке и проверке, отвечающий за экзамены от самого начала и до конца. А вот ваши непосредственные инструкторы находятся здесь.

С этими словами на трибуну один за другим поднялись еще несколько человек. Чу Чэнь поочередно представил их собравшимся:

— Все они — капитаны, откомандированные из нашего боевого подразделения. Вам невероятно повезло проходить подготовку под их началом.

Четверо инструкторов представились по очереди, после чего спустились вниз, выбрали каждый по отряду и встали во главе колонн.

Линь Мучуань слегка подался вбок, пытаясь разглядеть инструктора своего отряда, но тот стоял спиной, и лица рассмотреть не удавалось.

Голос Чу Чэня снова разнесся над плацу:

— И наконец, последний человек — главнокомандующий нашим боевым подразделением, который берет на себя обязанности главного инструктора и будет лично контролировать ваши тренировки. Поприветствуем его аплодисментами!

Стоило прозвучать титулу главнокомандующего, как ряды пришли в движение, а при упоминании главного инструктора раздались оглушительные овации.

Линь Мучуань все еще стоял вполоборота, не до конца осознавая происходящее, как вдруг увидел, как Чу Чэнь покинул трибуну, уступив место паре стройных и сильных ног.

Безупречно отглаженная темно-зеленая военная форма, прямые брюки, плотно облегающие длинные ноги, заправленные в безукоризненно чистые, сияющие армейские сапоги.

Взгляд поднялся выше, выхватив резкие, мужественные черты лица, плотно сжатые тонкие губы и острый пронзительный взгляд, окинувший собравшихся.

Заметив его, Линь Мучуань на секунду остолбенел. Но когда чужой взгляд обратился прямо на него, он опомнился, мгновенно втянул голову в плечи, спрятавшись за спину стоявшего впереди парня, и во все глаза замер в немом оцепенении.

Ка… как такое возможно? Почему это Хань Цянь?!

Линь Мучуань мог перебрать тысячи вариантов развития событий, но ему и в кошмарном сне не могло присниться, что встреча с законным мужем произойдет при подобных обстоятельствах и в таких ролях.

Он… Хань Цянь — его… инструктор?!

Линь Мучуань совершенно потерял рассудок, его ум погрузился в абсолютный хаос. Впопыхах им овладело отчаянное малодушное желание: только бы секунду назад, когда Хань Цянь скользнул по строю взглядом… он не заметил его!

Однако Хань Цянь лишь бегло окинул взглядом шеренги, тут же отвел глаза и обратился ко всем с приветствием:

— Отныне я вместе с другими инструкторами буду отвечать за надзор и вашу подготовку. Здесь я не главнокомандующий — я ваш инструктор.

Низкий, бархатный голос долетел до ушей каждого. Новобранцы восторженно взревели: получить в качестве инструктора самого главнокомандующего боевой группы Хань Цяня — такое выпадает раз в жизни! Удача поистине невероятная!

В отличие от всеобщего ликования, Линь Мучуань в этот момент дрожал всем телом, прячась за широкой спиной соседа по отряду.

Он молил лишь об одном: чтобы Хань Цянь его не заметил. Он понятия не имел, как объяснять мужу тот факт, что сразу после свадьбы новоиспеченный супруг сорвался в армию…

К счастью, Хань Цянь действительно казался равнодушным ко всему прочему. Когда стражи раздали форму, Линь Мучуань, низко опустив голову, со всех ног бросился следом за остальными членами своего отряда в сторону казарм.

Мысленно он уже возносил хвалу небесам, но не прошло и трех секунд облегчения, как его запястье вдруг перехватила крепкая, тяжелая рука.

Линь Мучуань был вынужден остановиться. Обернувшись, он увидел Хань Цяня — тот стоял рядом со странным выражением лица, впившись в него тяжелым, бездонным взглядом.

Паника накрыла его с головой: он понял, что дело приняло катастрофический оборот.

Игнорируя любопытные взгляды окружающих, мужчина потащил его за собой в уединенное место, процедив сквозь зубы ледяным шепотом:

— За мной.

http://bllate.org/book/30304/3694821