Цинь Фу смотрел на него — в этом взгляде читалось полное смирение, но, не удержавшись, он тихо фыркнул, издав короткий смешок.
— Так плохо с самим собой обращаешься, Сяо Кэ, — Цинь Фу снова стал тем самым, привычным для Юй Кэ, человеком и смотрел на него с легкой улыбкой.
Юй Кэ очень тихо ответил:
— Мне кажется, всё в порядке.
Он с воодушевлением снова открыл камеру, чтобы показать Цинь Фу результаты своего труда, но, загордившись, на мгновение потерял бдительность и по привычке слишком быстро пролистал снимки, наткнувшись на те фотографии Цинь Фу, что сделал тайком.
Юй Кэ поспешно перелистнул экран назад, с тревогой вглядываясь в лицо Цинь Фу.
Тот, кажется, в этот момент как раз закрыл глаза и ничего не заметил. А когда снова открыл их, лишь напомнил:
— Сяо Кэ, мы эту уже видели.
Юй Кэ медленно убрал камеру от лица Цинь Фу и произнес:
— Дальше ничего нет, те, что были раньше, получились некрасивыми.
Цинь Фу кивнул, не выказав ни капли сомнения, а вот спина Юй Кэ в этот момент взмокла от пота.
***
Фотографии Цинь Фу, напечатанные в газете, получились неудачными — Юй Кэ нахмурился, глядя на них.
Он внимательно и подолгу изучал лицо Цинь Фу с близкого расстояния и точно знал, под каким углом оно выглядит лучше всего.
Если смотреть на левый профиль, снизу вверх, можно поймать тень от прямой переносицы Цинь Фу, падающую на лицо. А если подойти еще ближе — рассмотреть каждую длинную ресничку и глубокий блеск коричневых глаз.
Но что же это было в газете? Угол не тот, лицо будто деформировалось.
Впрочем, выглядело всё равно неплохо, но лишь благодаря самому Цинь Фу, а не стараниям фотографа.
— Юй Кэ, ты сейчас разотрешь газету в пыль, — Линь Чжуфань слегка ткнул Юй Кэ в тыльную сторону ладони и вытянул из его рук несчастный, измятый клочок бумаги, превратившийся в мусор.
Юй Кэ позволил ему забрать газету, но выражение лица у него по-прежнему было не из лучших.
Линь Чжуфань продолжал легонько поддевать его:
— Суд выигран, встреча с прессой прошла успешно, чего ты такой, будто Цинь Фу уже почил?
Юй Кэ пришел в себя и, не особо церемонясь, кивнул в сторону кровати, где лежал человек под капельницей:
— Посмотри на него сейчас, разве он сильно отличается от умирающего?
— Юй Кэ, ты такой злой со мной, — Линь Чжуфань попытался вызвать жалость к себе, а затем снова перевел тему на Цинь Фу: — Почему ты не ведешь себя так со своим братцем Фу?
Юй Кэ решил уйти от неудобного вопроса и, отшучиваясь, перевел стрелки на самого Линь Чжуфаня:
— Ты за неделю дважды падал в обморок, я же не злюсь на тебя, а?
Позавчера Цинь Фу, собрав последние силы, отправился в суд, а вчера, превозмогая слабость, провел встречу с журналистами. Едва вернувшись в гримерную после конференции, он лишился чувств. Линь Чжуфань тогда подхватил его и, коснувшись лба, пришел в ужас от того, насколько тот был горячим.
С того момента он так и не приходил в сознание.
Юй Кэ закралось подозрение, что гадальные палочки, которые он вытянул для Цинь Фу в горах Чушань, — сплошной обман. Хотя в глубине души ему не хотелось верить, что служитель храма мошенник: помимо личных причин, всё выглядело вполне официально и серьезно.
Эти два предсказания жгли руки, словно раскаленные угли. Выбросить их он не хотел, а куда пристроить — не знал.
Теодор специально купил фоторамку и вставил их туда. Юй Кэ видел её: кроме самих текстов предсказаний, там была фотография Теодора с настоятелем храма.
Метод Теодора показался Юй Кэ слишком уж вызывающим, поэтому, пребывая в смятении, он в сердцах просто вложил бумажки в какую-то книгу.
Линь Чжуфань предположил:
— Кажется, мне придется оформить для Цинь Фу годовой абонемент в эту больницу.
— Какой ещё абонемент?
Юй Кэ не успел ответить — голос прозвучал откуда-то издалека, хриплый и слабый. Линь Чжуфань невольно поднял голову и посмотрел на больничную койку.
Цинь Фу смотрел на них полуоткрытыми глазами. Похоже, он проснулся совсем недавно и услышал лишь конец фразы Линь Чжуфаня.
— Годовой абонемент в больницу, — повторил Линь Чжуфань. Увидев, что Цинь Фу очнулся, он перестал понижать голос и заговорил громче, а в его взгляде читалось предостережение, смысл которого был непонятен Юй Кэ.
Цинь Фу проигнорировал его и поинтересовался текущей реакцией общественности.
Так как дело касалось закона и суд был выигран, общественное мнение, естественно, изменилось в лучшую сторону. Линь Чжуфань попросил Цинь Фу не беспокоиться, заверив, что с делами компании всё в порядке. Группа Цзинь обладала солидной репутацией и весом в кругах, так что разовая клевета не могла нанести ей серьезного вреда.
Цинь Фу слушал, как Линь Чжуфань болтает о том, как быстро газеты и телевидение меняют свою позицию, но ему это было неинтересно. Он бросил мимолетный взгляд на тихое и покорное лицо Юй Кэ и снова провалился в глубокий сон.
Линь Чжуфань собрал свои вещи, собираясь возвращаться в офис. Уже за дверью палаты он сказал Юй Кэ:
— Цинь Фу сейчас похож на красавицу из старинных легенд, прикованную к постели болезнью.
Телефон в кармане Юй Кэ завибрировал. Достав его, он увидел на экране имя Юй Чэнлиня. Вибрация стала отчетливее, отдаваясь онемением в ладони, словно скрытые внутри желания Юй Чэнлиня прорывались сквозь кожу, стремясь проникнуть в саму плоть Юй Кэ.
Юй Кэ так долго смотрел на экран, погрузившись в свои мысли, что звонок сорвался.
Он не убрал телефон обратно в карман — знал, что Юй Чэнлинь перезвонит, тот никогда не допускал потери связи с ним.
В самом деле, вскоре телефон снова задрожал, но имя на экране сменилось.
Юй Кэ принял вызов и, приложив аппарат к уху, молчал.
— Через пару дней вечером будет банкет, ты должен прийти, — голос Юй Цзюэ звучал ровно, без раздражения. Помолчав секунду, он добавил нечто совершенно лишнее: — Цинь Фу тоже придет.
Юй Кэ медленно кивнул, а затем спросил:
— Почему ты мне звонишь?
Юй Цзюэ ответил:
— Ты всё равно не берешь трубку от Юй Чэнлиня, пришлось мне взять на себя роль вестника дурных вестей.
Юй Кэ опустил глаза. На самом деле, если бы Юй Чэнлинь позвонил ещё раз, он бы ответил — он не настолько глуп и прекрасно осознает своё место.
Линь Чжуфань, услышав из телефона, как Юй Цзюэ с серьезным видом использует странные сравнения и обращается к Юй Чэнлиню по полному имени, почувствовал себя неловко. Он достал свой телефон, нерешительно потыкал в экран, но в итоге убрал его обратно.
Юй Кэ дождался, пока Юй Цзюэ закончит разговор, и спросил Линь Чжуфаня:
— Цинь Фу знает, что должен идти на банкет?
Линь Чжуфань ответил, что знает — всё было решено заранее, и в те моменты, когда Цинь Фу приходил в себя в последние дни, он ни разу не просил отменить это мероприятие.
http://bllate.org/book/30447/3712638
Сказали спасибо 0 читателей