Шэнь Цинцин, погрузившись в глубокие раздумья, невзначай бросил взгляд на Альфу, который стоял рядом и, тихонько подняв глаза, украдкой разглядывал его, пока поправлял ему полы одежды.
Неужели это как-то связано с ним?
Чтобы подтвердить свои догадки, Шэнь Цинцин снова воспользовался правами «спонсора».
И действительно, после порции «росы» румянец на щеках Шэнь Цинцина заметно побледнел. Он и раньше знал, что феромон Альфы способен успокаивать эмоции Омеги, но не подозревал, что его «роса» обладает ещё и таким чудодейственным эффектом — заживлять раны и восстанавливать ткани. Они с Альфой были вместе всего два или три раза, а результат уже оказался таким поразительным. Если дело пойдёт в том же духе и они «пошалят» ещё с десяток раз, его тело полностью восстановится.
Шэнь Цинцин был человеком нетерпеливым: потянул Альфу за собой — и сразу к делу. С рассвета до заката, из спальни в столовую — он не останавливался, пока силы окончательно не иссякли, а ноги не начали дрожать и перестали слушаться.
Даже когда веки уже слипались от усталости, Шэнь Цинцин не забыл доползти до туалетного столика, чтобы посмотреться в зеркало.
Увидев, что красные пятна на щеках стали ещё бледнее, он достал из ящика портативный анализатор, проколол палец и самостоятельно измерил уровень феромонов.
Когда показатели стабилизировались в пределах нормы, на губах Шэнь Цинцина заиграла долгожданная улыбка.
Всего за несколько сотен юаней в день можно решить проблему гормонального сбоя, которая мучила его так долго, при этом не опасаясь неприятных побочных эффектов. Этот «человекоподобный ингибитор» оказался невероятно выгодным приобретением, сделка явно удалась.
После интенсивных упражнений Шэнь Цинцин потратил массу энергии и, уже засыпая, собрался вернуться в спальню, как вдруг обнаружил, что Альфа, который обычно ни на шаг от него не отходил, исчез.
Шэнь Цинцин с детства страдал от холода в теле, его руки и ноги всегда были ледяными. Стоило наступить ночи, как он сворачивался в калачик, и всю ночь не мог согреться под одеялом.
С тех пор как он поселился у Альфы, тот каждую ночь сначала согревал постель своим теплом, звал его к себе, а потом обнимал, и они так засыпали.
Сначала Шэнь Цинцин чувствовал себя не в своей тарелке, никак не мог привыкнуть, но со временем втянулся. Шли дни, и он всё больше начал зависеть от этого присутствия: если он не вдыхал исходящий от Альфы горячий, кисловатый запах, то чувствовал, что сон его будет неспокойным.
В ванной его не было, на кухне тоже, на террасе — пусто.
Шэнь Цинцин натянул маску, шаркая тапочками, открыл входную дверь и вышел искать Альфу.
Что этот малец делает на улице посреди ночи?
Опасаясь, что его могут узнать, Шэнь Цинцин надел длинный, свободный плащ, шляпу с широкими полями, маску и тёмные очки — упаковался так, что ни щелочки не осталось.
Он в одиночестве шёл по улице, засаженной цветущими деревьями Жунчэна. Шум оживлённого движения эхом отдавался в ушах, а мелькающие фигуры людей то появлялись, то растворялись в глазах.
Зажглись вечерние огни, и ослепительный разноцветный неон не только украсил ночное небо, но и придал Жунчэну — древнему городу с тысячелетней историей — невероятно живописный вид.
Дзинь-дзинь-дзинь — резкий и неприятный звук рингтона вернул его из мира грёз в реальность.
Он провёл пальцем по экрану, тот засветился, явив несколько длинных, по шестьдесят секунд каждое, голосовых сообщений от «Папаши».
Даже не открывая их, он мог догадаться, что там сказано: всё те же упрёки, почему в этом месяце он перевёл на жизнь всего двести тысяч юаней?
Твой младший брат снова заболел, переведи поскорее ещё денег на лекарства.
Пора оплачивать уход за братом на второе полугодие.
Машина в семье уже три-четыре года как куплена, пора менять на новую... Деньги, деньги, деньги!
Отец всегда находил предлоги, чтобы потребовать у него денег, считая это само собой разумеющимся. Все финансовые расходы семьи лежали на плечах Шэнь Цинцина, при этом отца совершенно не волновало состояние сына — он не обращал внимания даже на такую важную вещь, как вторичная дифференциация.
Шэнь Цинцин открыл страницу перевода и отправил отцу большую часть средств со своей банковской карты.
Прославившись в юности и работая в индустрии развлечений много лет, он так и не смог накопить никаких сбережений.
Вспоминая прошлое, он думал о том, как перед самым экзаменом отец отправил его на угольную шахту. По воле случая его там заметили папарацци, так он попал в шоу-бизнес. Он наивно полагал, что сможет обеспечить себе безбедную жизнь.
Однако по глупости подписанный в юности кабальный контракт с агентством связывал его по рукам и ногам, эксплуатируя на полную. Компания записывала его на коммерческие выступления и рекламу, выжимая все соки двадцать четыре часа в сутки, но в итоге ему доставалось менее двадцати процентов прибыли. После вычета всех повседневных трат и расходов на содержание отца и инвалидность брата, у него практически ничего не оставалось.
Шэнь Цинцин прислонился к перилам моста через реку Фуян и посмотрел сквозь пролёты на противоположный берег.
В высотных зданиях мерцали бесчисленные огни, границы которых сливались в одно целое. Живут ли в тех светящихся комнатах люди? Семьи из трёх или четырёх человек?
Шэнь Цинцин очень хотел бы спросить их: счастливы ли они? Станут ли они в своей семье из-за какой-нибудь пустяковой мелочи набрасываться друг на друга с кулаками?
Например, если ребёнок случайно прольёт мочу на крышку унитаза, станет ли его отец силой прижимать голову ребёнка к унитазу, заставляя слизывать всё?
Станет ли он использовать тело ребёнка как пепельницу, оставляя ожог за ожогом?
Или, может, если ребёнок, едва достающий до плиты, забудет по его приказу положить в суп листочек кинзы, станет ли отец яростно орать, а потом выльет всю миску супа ему на голову?
Мать рано скончалась, и Шэнь Цинцин с детства терпел побои и унижения от родного отца. Только повзрослев и обретя способность самостоятельно зарабатывать, он постепенно вырвался из-под гнёта отца.
Тяжёлые воспоминания вскрыли шрамы прошлого. Его израненное сердце давно превратилось в решето, и в нём не осталось смелости, чтобы кого-то полюбить.
Шэнь Цинцин приложил руку ко лбу, его лицо выражало крайнюю степень усталости.
На мосту через реку Фуян было полно народу, а под ним стремительно неслись воды реки.
На парапетах моста, протянувшихся почти на километр, были вырезаны узоры из бамбуковых стеблей, символизирующие удачу и богатство. На столбах между секциями перил были изваяны Цзяолуны — величественные, радостные или ленивые. От начала до конца моста всего девяносто девять Цзяолунов, каждый со своим неповторимым выражением, образующих Массив девяти духовных драконов, оберегающих эти земли.
http://bllate.org/book/30682/3739836
Готово:
