Готовый перевод Brother 404: Hardware Vendor / Брат 404: Искупление одержимого: Глава 17

После возвращения из Палау отношение Куан Луин к Сян Вэймину заметно потеплело. Та призрачная, почти неуловимая отчужденность исчезла, а на смену ей пришло снисхождение, превосходящее прежнее.

Это долгожданное проявление близости заставило его забыть о том телефонном разговоре, подслушанном тем вечером. Он решил довериться брату.

Раз брат не говорит, он не станет спрашивать.

Возможно, из-за того, что жизнь будто вернулась в привычное русло, когда после окончания военной подготовки Куан Луин за обеденным столом объявил о скором отъезде в США, Сян Вэймин не почувствовал особой грусти.

Он лишь замер на несколько секунд, после чего спросил:

— Брат, ты же шутишь? Разве Андерсон не говорил, что на это уйдет несколько месяцев?

— Работа продвигается успешно, штаб-квартира потребовала ускорить развертывание.

Сян Децин отложил миску и палочки:

— Структура персонала для филиала в Нью-Йорке уже утверждена?

— Заместитель директора Чжан возглавит команду, которая отправится первой. Также отобрали шестерых ключевых технических специалистов.

Цзэн Юй прервала их разговор:

— Если не знать, можно подумать, что здесь проходит совет директоров. Это дом, оставьте рабочие вопросы для компании.

Она наложила сыновьям суп и по привычке наставила:

— Будьте осторожны, когда вы там.

Куан Луин принял тарелку с супом, ответил «хорошо», а затем добавил:

— Не беспокойтесь о бытовых вопросах, все уже устроено.

— Ну и славно, главное — находите время возвращаться…

Сян Вэймин прервал наставления матери:

— Брат, я слышал, что у нашего университета есть программа обмена с Колумбийским университетом…

Однако договорить он не успел — его тут же резко оборвал Сян Децин:

— Что за глупости! Пока не закончишь обучение, никуда не поедешь.

Сян Децин занимал высокое положение и давно научился подавлять окружающих одним лишь взглядом, так что сотрудники его боялись и давали меньше поводов для гнева. Но с этим младшим сыном хватало пары слов, чтобы вывести его из себя.

Особенно в последний год Сян Вэймину казалось, что отец злится на него все чаще. Сам он считал, что не совершал ничего предосудительного, поэтому лишь жаловался брату:

— По-моему, у отца начался кризис среднего возраста.

Получая нагоняи довольно часто, он выработал тактику, как задобрить «тигра», и тут же втянул голову в плечи:

— Да я просто так сказал, хе-хе, не принимай всерьез, пап.

Лицо Сян Децина смягчилось, и он продолжил обсуждать с Куан Луин профессиональные дела:

— Каждую неделю созваниваться по видеосвязи, отчитываться о работе.

— Я знаю, — Куан Луин налил ему чаю, — как на обычных совещаниях в головном офисе.

Глаза Сян Вэймина забегали, он вытащил телефон и под столом отправил сообщение Чэнь Бинъяню:

— Бро, есть дело. Помоги узнать требования для студентов по обмену в Колумбийском университете.

Цзэн Юй молча чистила креветки для сыновей. Ранний осенний вечерний ветерок колыхал листву платанов во дворе, наполняя сад шорохом.

Поздно ночью в вилле семьи Сян воцарилась тишина. Сян Вэймин, обнимая подушку, приоткрыл дверь своей комнаты и долго стоял в коридоре, прежде чем осторожно направиться к двери, из-под которой пробивался свет.

Он слегка постучал и тихо позвал:

— Брат, ты спишь?

Изнутри послышались шаги, которые становились все ближе. Дверь приоткрылась, и мягкий теплый свет озарил еще более мягкое лицо брата.

Куан Луин в домашней одежде стоял в луче света:

— Что случилось?

Изначально он хотел просто сказать, что хочет поспать с ним — ведь они уже не раз делили постель — но по какой-то причине Сян Вэймин солгал:

— У меня в комнате кондиционер сломался. — Он поднял подушку перед братом.

Куан Луин промолчал, сначала взглянув на панель управления температурой в конце коридора. Хотя расстояние было приличным, у него было отличное зрение, и он сразу увидел, что температура стабильна. После этого он снова посмотрел на Сян Вэймина: младший брат опустил голову, всем своим видом выдавая ложь.

Сян Вэймин услышал, как брат усмехнулся, и тот отошел в сторону, освобождая проход:

— Заходи.

Куан Луин перевел взгляд на Сян Вэймина, который, прыгая через ступеньку, ввалился в комнату и по привычке уселся на кровать, отчего матрас заметно прогнулся.

Физическое развитие мальчиков по сравнению с девушками происходит медленнее, и даже в восемнадцать лет после летних каникул фигура Сян Вэймина словно еще больше вытянулась. Воротник свободной футболки сполз набок, открывая четкие линии ключиц.

Легкий пшеничный загар, полученный во время военной подготовки, еще не сошел, отчего глаза казались еще ярче. Когда он улыбался, уголки глаз слегка опускались вниз — точь-в-точь как у маленького котенка или лисенка.

Похоже, он только что принял душ: волосы были влажными, несколько прядей непослушно торчали в разные стороны, отливая мягким коричневатым оттенком в свете лампы.

— Брат, о чем задумался? — Сян Вэймин уже скинул тапочки, сидел на краю кровати, поджав ноги и наклонив голову с подушкой в обнимку.

Куан Луин отвел взгляд и подошел к письменному столу, чтобы прибраться:

— Ни о чем. Если хочешь спать, ложись, я еще не принял душ.

— Хорошо. — Цель была достигнута, и Сян Вэймин, послушно кивнув, снова, как в ту ночь на Палау, свил себе удобное гнездышко на кровати и улегся в него.

Сейчас у Куан Луин был свой дом, поэтому здесь он бывал редко, и от постельного белья почти не исходило его привычного аромата. Сян Вэймин принюхался — слева, справа — и остался недоволен.

Из ванной комнаты за стеной послышался шум душа. Сян Вэймин вылез из-под одеяла, вытянул руки и ноги, катаясь по кровати взад-вперед.

Простыни сбились в кучу, длинные ноги бессильно свесились с края. На военной подготовке он все время ходил в брюках, так что ноги остались нетронутыми солнцем и все еще были белыми.

Шум воды внезапно стих. Вскоре прохладный аромат мяты вперемешку с влажным воздухом наполнил комнату. Сян Вэймин глубоко вдохнул этот запах.

— Не хочешь спать? — спросил Куан Луин, стоя у изголовья.

— Не спится, — Сян Вэймин отодвинулся в сторону, оставляя брату место, — давай поговорим.

Куан Луин откинул одеяло и лег, намеренно оставляя между ними пустое пространство, но Сян Вэймин не обратил на это внимания и понемногу придвигался к источнику тепла, пока его спина не прижалась к теплому плечу.

— Брат, в Нью-Йорке зимой очень холодно?

— Да, будут снегопады.

Голос Сян Вэймина стал тише:

— А когда я приеду к тебе на зимних каникулах, мы сможем вместе покататься на коньках в Центральном парке?

В темноте воцарилась тишина. Когда он уже решил, что брат уснул, широкая ладонь опустилась на его голову и легонько потрепала.

— Если хочешь, я составлю тебе компанию. Спи, — сказал Куан Луин.

От этих слов Сян Вэймин окончательно расслабился, с улыбкой погрузился в сон и увидел особенный сон.

Ему снилось, что он стоит в заснеженном Центральном парке, на катке полно людей, а в ушах звучит смех. Кто-то обнял его со спины, накрыв его ладони своими, и повел за собой по льду.

Сян Вэймин не мог разглядеть лица, но чувствовал, что этот человек знаком, и аромат, витавший в воздухе, тоже был знаком. Он не удержался и откинулся назад, плотно прижимаясь спиной к твердой груди.

Он слышал два разных ритма сердца: одно стучало быстро, как у испуганного олененка, другое, доносящееся из-за спины, было ровным и успокаивающим.

Во сне они кружили по катку, снежинки падали на их сцепленные руки и тут же таяли от тепла тел. Человек позади него наклонился, коснувшись щеки прядями волос, и это было так щекотно, что Сян Вэймин не сдержал смеха.

В какой-то момент сон изменился: он лежал на кровати, неясное лицо склонилось над ним, и влажный, горячий поцелуй коснулся его губ.

Ощущения во сне были настолько реальными, что тело Сян Вэймина слегка задрожало, а волна удовольствия, поднявшаяся от самого копчика, пронзила все тело.

В реальности у него был опыт поцелуев: на озере медуз в Палау Куан Луин, спасая его, снял кислородную маску и сделал искусственное дыхание.

Тогда он был напуган и не успел много думать, но сегодня во сне Сян Вэймин внезапно осознал, что тот миг был таким приятным.

Он уже не думал о том, чье это неясное лицо, он хотел большего, поэтому невольно запрокинул голову, прижимаясь всем телом к тому человеку.

Ладонь того человека легла ему на поясницу, и подушечки пальцев, загрубевшие от работы, дюйм за дюймом гладили его кожу.

Мучимый сладостным томлением, он не сдержал тихого стона.

Утренний свет пробился сквозь окно и упал на лицо Куан Луин, который сидел на кровати, опираясь на руки. Он уже давно проснулся и не сводил глаз с раскрасневшихся щек Сян Вэймина.

Сян Вэймин во сне что-то тихо бормотал, его руки блуждали повсюду, и, ухватившись за край одежды Куан Луин, он сжал его изо всех сил.

Спустя некоторое время Куан Луин осторожно убрал его руку, встал с кровати и вошел в ванную.

Шум воды в тихом утреннем воздухе прозвучал особенно громко и встревожил спящего.

Сян Вэймин с трудом открыл глаза, какое-то время не в силах отличить сон от реальности. Когда сознание медленно вернулось к нему и он почувствовал холодную влагу на пижаме, его словно ударило молнией — он мгновенно проснулся.

— Черт… — прошермотал он и в панике сбросил одеяло.

Подозрительное пятно на простыне жгло его, словно огонь, опаляя уши и щеки.

Еще страшнее было то, что тот знакомый аромат из сна все еще окружал его — это была кровать брата, запах самого брата.

То неясное лицо постепенно обрело черты брата.

Он действительно видел такой неподобающий сон.

Шум воды в ванной стих. Сердце Сян Вэймина колотилось сильнее, чем гром — казалось, оно вот-вот выскочит из груди.

Словно испуганный заяц, он подскочил с кровати, в суматохе запутался в ногах и чуть не рухнул на пол. Уходя, он не забыл кое-как разгладить сбившееся одеяло, схватил свою подушку и вылетел из комнаты.

Вернувшись к себе, Сян Вэймин запер дверь на замок и, прислонившись к ней, медленно сполз на пол. Лицо пылало, руки дрожали, а эротические картины из сна стояли перед глазами.

— Сошел с ума, — он спрятал лицо в коленях.

Как он мог увидеть такое? Сян Вэймин принялся лихорадочно искать оправдания.

За короткие десять минут он нашел несколько вполне убедительных причин. Во-первых, он просто не привык расставаться с братом; во-вторых, у парней в его возрасте утренние реакции — это нормально; и в-третьих, сны всегда значат обратное, а значит, он просто очень уважает брата.

http://bllate.org/book/30792/3754897