Готовый перевод The Popular One's Little Rose / Маленькая роза: Искушение для сильных мира сего: Глава 17

Только что шумный зал погрузился в абсолютную тишину, даже музыкальный ансамбль на сцене прекратил играть. Все в шоке смотрели на происходящее, некоторые даже невольно приоткрыли рты.

Рон Роланд с усилием разлепил залепленные кремом глаза. Рост Пайна не мог скрыть его от взглядов всех присутствующих, и стоило Рону Роланду открыть глаза, как он тут же оказался под перекрестным обстрелом этих изумленных взглядов.

Гнев, стыд и страх — все эти эмоции в один миг захлестнули сердце Рона Роланда. Ему хотелось провалиться сквозь землю от мысли, что он вообще появился на этом банкете.

И виновник всего этого безобразия был прямо перед ним.

Эта презрительная дрянь, бродячий пёс, вылезший с Мусорной планеты. Он всего лишь приблудный ублюдок, как он посмел так поступить с истинным членом семьи Ролан! То, что только что произошло, непременно разлетится по всей Имперской Столице, об этом узнают абсолютно все. Он, Рон Роланд, станет посмешищем для каждого!

Никакие, даже самые изощренные ругательства не могли передать всю глубину ненависти Рона Роланда к златокудрому юноше, который смотрел на него сверху вниз.

— Ублюдок, ты труп.

Изрыгая проклятия, Рон Роланд бросился на Пайна.

Пайн не стал уворачиваться. Зеленые глаза изогнулись в полумесяцы, он шагнул навстречу и с улыбкой произвел:

— Золотистый пёсик такой жадный, неужели хочешь попросить у меня еще тортика?

Салей Инс решил прийти на этот банкет только после того, как узнал, что там будет Пайн. Он давным-давно знал, что Военное министерство устраивает прием Третьего легиона, просто ему было лень присоединяться к этому балагану.

Будучи племянником маршала Инса, он чувствовал себя в Третьем легионе несколько не в своей тарелке, и явился сюда столь активно исключительно ради того, чтобы повидать чертова Пайна.

С тех пор как звездолет прибыл в Имперскую Столицу, Салей больше ни разу не видел Пайна и даже не получал от него никаких вестей. Пайн словно начисто забыл о его существовании.

Однако Салей никак не ожидал, что их первая встреча пройдет в таком ключе.

Прежде тихое помещение оживилось из-за драки двух племянников герцогов — хотя, строго говоря, все присутствующие поспешили разнять дерущихся, но из-за статуса никто не осмеливался подойти и оттащить их друг от друга. Один — приёмный сын герцога, другой — его родной племянник, и связываться ни с тем, ни с другим не пожелал бы никто.

— Герцог, поистине оживленное зрелище, — не удержался от реплики Салей.

Если у него и было настроение отпускать подобные шуточки, то лишь потому, что верх в драке явно брал Пайн.

Пайн, конечно, не смог бы одолеть Салея, но Салей — имперский генерал-майор, чья Духовная сила пробудилась давным-давно, к тому же он прошел через бесчисленные тренировки на полях сражений.

Что же до Рона Роланда, то он был всего лишь неженкой из аристократической семьи, чья Духовная сила пробудилась совсем недавно, и он даже не умел материализовать свои способности; в Третий легион он устроился на чисто бумажную должность исключительно благодаря своему происхождению.

Пайн без труда подавил обезумевшего Рона Роланда, придавив его спину ногой. Рон Роланд, уперевшись руками в пол, попытался подняться, но Пайн безжалостно впечатал его обратно.

От этого удара ногой Рон Роланд пластом распластался на полу, потеряв всякую способность подняться.

— Тебе конец, ублюдок, я этого так не оставлю! — лицо Рона Роланда исказилось от боли, он безумно бранил Пайна. — У тебя же есть брат, да? Я уничтожу вас обоих...

— Агх!

Пайн врезал кулаком прямо по лицу Рона Роланда, заставив того испустить жалобный вопль.

— Дрянь, хочешь тортика?

Оглядевшись по сторонам, Пайн подошел к ближайшему столику, взял оттуда большой кусок торта, присел на корточки, силой разжал челюсти Рона Роланда и швырнул угощение прямо внутрь.

Запихнув всё до конца, Пайн довел Рона Роланда до такого состояния, что тот начал задыхаться и закатывать глаза.

Затем Пайн отвесил ему еще одну оплеуху, заставив выплюнуть то, что было во рту.

— Мелкая тварь, что, невкусно? — Пайн схватил Рона Роланда за волосы и начал снова и снова макать его лицом в только что извергнутую им же блевотину. — Тебе нужно распробовать всё как следует.

Подобные действия Пайна окончательно сломали психологическую защиту Рона Роланда.

— Пайн... Пайн, я был неправ, пощади меня... — сбивчиво взмолился Рон Роланд. — Всё, что я наговорил — просто бред... я не со зла...

Рон Роланд наконец испугался, осознав, что связался с тем, с кем связываться категорически не стоило. Он раскаялся, горько пожалев о том, что вызвался прощупать почву насчет Пайна.

Пайн швырнул Рона Роланда лицом вниз в последний раз, уголки его губ приподнялись, а голос звучал легко и непринужденно:

— Дрянь ты этакая, ты же бродячий пёс, с чего бы тебе человеческим языком разговаривать!

Закончив, Пайн заметил, что Рон Роланд потерял сознание — то ли от ударов, то ли от пережитого потрясения.

Пайн убрал ногу с его спины и брезгливо отпихнул обмякшее тело в сторону. В последнее время он учился танцам, поэтому движения его ног при ударе и возвращении в исходную позицию были на редкость легкими и изящными, напоминая репетицию балетного па.

Только теперь он, казалось, заметил царившую вокруг мертвую тишину. Обернувшись, он увидел герцога Ролана, Салея и какого-то сурового на вид рыжеволосого мужчину.

Он моргнул. Его ладони были сплошь испачканы кремом, аккуратно уложенные светлые волосы совершенно растрепались от бурных движений. Переводя взгляд с троицы на собственные измазанные руки, он озасаченно нахмурился.

— Герцог, маршал Инс.

Остальные присутствующие неловко выступили вперед, чтобы выразить свое почтение.

Герцог Роланд велел Гольду немедленно вынести Рона Роланда из зала.

— Маршал Инс, прошу прощения за этот фарс.

Эрик Инс никак не ожидал стать свидетелем столь неловкой сцены драки между приёмным сыном и родным племянником герцога Ролана — если выражаться точнее, одностороннего избиения племянника приёмным сыном.

Эрик Инс не отличался красноречием, а потому лишь нахмурился, лихорадочно соображая, какие слова могли бы разрядить обстановку. Стоявший рядом племянник Салей внезапно направился к тому златокудрому юноше, что лицом походил на ангела.

Маршал Инс остолбенел, наблюдая, как его вечно угрюмый племянник извлекает из-за пазухи платок и с предельной аккуратностью принимается стирать крем с пальцев юноши.

— Пайн, ручки не болят? Если он тебе так противен, мог бы попросить меня разобраться с ним.

Закончив вытирать пальцы Пайна, Салей аккуратно слотал испачканный платок и сунул его в собственный карман.

Затем Салей протянул Пайну правую руку и с улыбкой произвил:

— С тех пор как ты отрубил мне кисть, она принадлежит тебе всецело. Можешь заставить ее делать что угодно, я буду счастлив услужить тебе.

Маршал Инс невольно перевел взгляд на герцога Ролана и воочию наблюдал, как лицо того искажается от смеси изумления и ярости.

— Пайн, ты хочешь остаться здесь или пойдешь развлечься в другое место?

— А где еще тут можно развлечься? — Пайн заметил возвращение герцога, но ничуть не смутился: раз герцог сам разрешил ему развлекаться как душе угодно, грех было упускать такую возможность.

Салей предложил:

— На двадцать шестом этаже есть сад, там содержат всяких диковинных тварей, хочешь взглянуть?

Пайн кивнул:

— Сперва я должен вымыть руки.

Хотя крем с пальцев уже стерли, на коже все еще оставалось неприятное, сальное ощущение.

Герцог Роланд стоял прямо у выхода из банкетного зала. Пайн легкой походкой прошел мимо, напрочь проигнорировав потемневшее от злости лицо герцога, и направился к выходу.

— Куда это ты собрался? — мрачно бросил герцог Роланд.

Пайн замер, озадаченно повернул голову и с неподдельным удивлением спросил:

— Дядя, ты ко мне обращаешься?

Герцог Роланд чеканил слова каждое в отдельности:

— А кроме тебя, здесь есть кто-то еще?

Пайн ответил:

— Еще Салей есть.

Шагавший следом за Пайном Салей чуть ускорился и с улыбкой подхватил:

— Герцог, я провожу Пайна в сад на двадцать шестом этаже, не беспокойтесь, я непременно о нем позабочусь.

Маршал Инс в упор уставился на Салея, словно видел этого племянника впервые в жизни. К этому моменту маршалу стало кристально ясно: все те слова о намерении поблагодарить герцога Ролана за покровительство в Третьем легионе были лишь прикрытием, а истинной целью Салея все это время был новоиспеченный приёмный сын герцога.

Выходит, он сам явился сюда исключительно для того, чтобы послужить для этого паршивца громоотводом.

Ну и племянничек достался.

— Салей, Салей... — герцог Роланд повторил это имя, буравя подчиненного взглядом так, будто собирался стереть его в порошок зубами, и холодно процедил: — Каков малец!

— Польщен вашей оценкой, герцог, — улыбка Салея не дрогнула, а голос приобрел почтительный оттенок. — Всему обязан лишь вашему воспитанию в Третьем легионе.

Маршал Инс с абсолютно непроницаемым выражением лица подумал, что было бы неплохо разрешить герцогу Ролану как следует отлупить Салея. А если герцог не станет, он сам набьет ему морду по возвращении.

— Дядя, — нетерпеливо позвал Пайн. — Вы долго еще? Я жду не дождусь, когда мы пойдем в сад.

Герцог Роланд махнул рукой:

— Гольд, проводи Пайна в сад развлечься.

— Смотри за ним в оба, — бросил герцог, глядя на Салея. — Чтобы всякая шелупонь не смела ему докучать, особенно всякие приблудные псы.

Адъютант Гольд опустил серые глаза и глухим голосом ответил:

— Слушаюсь, я позабочусь о господине Пайне.

Улыбка на лице Салея слегка померкла. Он проводил взглядом фигуру Пайна, которая стремительно скрылась за дверями зала. Пайн, ну и котенок же тебе достался — никак не приручишь.

Адъютант Гольд отвесил поклон герцогу Ролану и маршалу Инсу, после чего последовал за ними.

Коридоры здания Военного министерства охранялись со всей строгостью, поэтому далеко уйти они не успели.

— Как же ты медленно, Гольд, — Пайн прислонился спиной к стене коридора, опустив взгляд на собственные руки, и принялся щелкать пальцами обеих ладоней, по очереди ударяя большими пальцами по остальным.

— Прошу прощения, господин Пайн, что заставил вас ждать, — Гольд быстрыми шагами приблизился к Пайну и искренне извинился. — Я провожу вас в умывальную комнату.

— У тебя слух отменный. Ты что, подслушивал, о чем мы с Салеем говорили?

Гольд про себя подумал, что это трудно назвать подслушиванием — он просто услышал все естественным образом. Возражать он не стал, предпочитая хранить молчание.

Пайн поинтересовался:

— Гольд, а тебе ничего не слышно про Яи? Весь день от Яи ни слова, даже не переписывался со мной.

Они расстались с Яи в самый первый день по прибытии в Имперскую Столицу. Самого Пайна герцог увез в поместье Роза, а Яи из-за строгой секретности процесса пробуждения Духовной силы отправили в какое-то неведомое место.

Единственной связью между ними оставались ежедневные звонки в строго определенное время после полудня.

http://bllate.org/book/30854/3761879

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь