Готовый перевод Transmigrated into a Scumbag O's Ex-Wife, Bound to a Metaphysics App / Бывшая жена подонка: Мое приложение для метафизики: Глава 18

На круглом синем камне рядом с благовонием, призывающим души, лежал тот самый фиджет-спиннер. Тонкая струйка синего дыма поднималась прямо вверх, начинала закручиваться в воздухе и по мере увеличения количества дыма собралась в туманный шар.

Туманный шар становился всё больше и постепенно сформировал размер зеркала. Чэнь Линь отложила в сторону семечки, которые лузгала, и увидела в синеватом дыму знакомое лицо — это был Фан Чжу.

— Фан Чжу! — вскрикнула Чэнь Линь. — Т-ты что, стал призраком?

Ещё бы!

Фан Чжу в дымчатом зеркале не ответил ей, а лишь с тупым выражением посмотрел в небо, и лишь спустя долгое время медленно перевел взгляд в сторону Чэнь Линь.

Чэнь Линь озадаченно посмотрела на Шэнь Уян: в чём дело? Ощущение было такое, будто включили замедленный фильм со скоростью минус три.

— Души насильственно погибших людей пугаются и легко рассеиваются. Его душа уже неполная, поэтому реакция немного заторможена, — пояснила Шэнь Уян.

— Кто-то… ударил меня… — раздался низкий голос Фан Чжу, прерывистый, словно у рации с плохой связью.

— Кто тебя ударил? Ты видел? — спросила она его.

Было бы лучше всего узнать, кто это сделал, но, к сожалению, прошло целых две минуты, прежде чем Фан Чжу медленно покачал головой: он и сам не знал, кто его ударил. Получив удар, он вылетел из тела и стал вот таким.

Цзи Цзиньгэ говорила, что тело Фан Чжу обнаружили под обрывом. В тот вечер Чэнь Линь и Фан Чжу договорились устроить гонки, и никаких третьих лиц на месте не было. А значит, тот, кто причинил вред Фан Чжу, никак не мог находиться внутри его машины — только снаружи. Иными словами, посреди гонки Фан Чжу остановил машину и вышел из неё.

Подумав об этом, Шэнь Уян спросила:

— Почему ты вышел из машины? Вы тогда гоняли по горному серпантину, это такое захватывающее занятие, к тому же на улице лил сильный дождь. Что заставило тебя остановиться и выйти из машины?

И правда! Чэнь Линь только теперь сообразила:

— Фан Чжу, ты что, доехал до финиша и только там вышел?

Лишь через две минуты Фан Чжу покачал головой:

— Не доехал… до вершины… на полпути… кто-то… вышел из машины…

— Ты остановил машину на полпути, потому что кое-кого увидел? — помогла ему договорить Шэнь Уян.

Он кивнул.

— Почему? Ты знаешь этого человека? — Чэнь Линь стало любопытно. Фан Чжу был самым большим фанатом гонок среди всей этой компании, на соревнованиях он непременно стремился занять первое место и никому не уступал ни капли, не отвечая на звонки даже собственной мамы. Как он мог остановиться посреди заезда просто потому, что кого-то увидел? Это звучало слишком странно.

— В кустах… очень длинные ноги… легенда… сфотографировать… — запинаясь, произнес Фан Чжу несколько слов.

Шэнь Уян ничего не поняла из его слов, а Чэнь Линь хлопнула себя по бедру:

— Это та самая легенда об инопланетянах? Ты увидел инопланетянина и поэтому вышел из машины, чтобы сделать фото и похвастаться?

Фан Чжу кивнул.

— Какая легенда? — любопытство Шэнь Уян было разбужено.

— На том горном серпантине есть легенда: несколько десятков лет назад один крестьянин якобы видел инопланетянина, а потом этот крестьянин растворился в воздухе — все говорят, что его унесли инопланетяне. Поэтому каждый раз, когда мы гоняем в тех местах, мы надеемся встретить инопланетянина, чтобы сфотографировать его и похвастаться. Фан Чжу точно вышел из машины из-за того, что увидел инопланетянина. Эх… — Чэнь Линь во всех подробностях пересказала Шэнь Уян эту городскую легенду.

Шэнь Уян подумала: да это же полный бред! Но с другой стороны, разве она сама не переместилась сюда из другого мира? Кто знает, может, инопланетяне действительно существуют!

— Ты сфотографировал этого инопланетянина? — Шэнь Уян стало любопытно, она ведь ещё никогда не видела инопланетян. — Как они выглядят?

— Стоял спиной, ноги очень длинные… сфотографировать не успел… — На лице Фан Чжу промелькнуло огорчение, словно у ребенка, потерявшего любимую игрушку.

После этого, сколько ни спрашивай, никакой полезной информации Фан Чжу предоставить уже не мог. В конце концов Шэнь Уян провела для него обряд упокоения и отправила на перерождение.

*

— Бац! — дверь распахнулась от удара ноги.

— Всем стоять! Полиция! Работает полиция! — Цзи Цзиньгэ вместе с коллегами ворвалась в мрачный, тесный подвал.

Внутри на полу вкривь и вкось валялись пять-шесть лысых хулиганов в татуировках; некоторые, перебрав запрещенных веществ и поймав галлюцинации, продолжали нести бред, обращаясь к пустоте. Двое, сохранивших хоть капли рассудка, услышав о полиции, резко подскочили и попытались сбежать, но куда там!

Не прошло и десятка секунд, как на каждого из присутствовавших в комнате надели по паре серебряных браслетов и погрузили в полицейские машины.

На этом дело Фан Чжу было успешно раскрыто. Однако у всех на душе не было никакой радости победы, ведь результат ДНК-экспертизы человека, замаринованного в желтом вине в глиняном кувшине, извлеченном из-под алтаря этого старого хрыча в даосском халате, совпал с данными крестьянина, пропавшего на Горе Байшуй тридцать лет назад.

— Дело тридцатилетней давности, ты тогда еще и народе не появилась. Старые нераскрытые дела раскрывать труднее всего, ступай пока в отпуск в связи с замужеством, а расследованием займется твоя группа, — начальник задрал подбородок. — Что, всё еще не доверяешь своей команде?

— Я… доверяю! — Цзи Цзиньгэ всё еще пыталась отстоять свое участие. — Сейчас самый подходящий момент для повторного допроса этого даоса. Разрешите мне принять участие в этом допросе, а потом я пойду?

— Упрямая! Упрямая! До чего же ты упрямая! — начальник едва не взъерошил усы от злости, но все же кивнул — он и сам хотел раскрыть дело как можно скорее.

Выйдя из кабинета начальника, Цзи Цзиньгэ отправила Шэнь Уян короткое сообщение: «Откуда ты знала про кувшин под алтарем?»

Собеседница быстро ответила: «Оковы-талисманы — одни из тех амулетов, что наносят урон заслугам. Хотя они приносят немало денег, они исключительно ядовиты, и за каждый нарисованный талисман создателя постигает кармическая отдача. Тот, кто способен вырезать подобные амулеты, либо обладает неисчислимыми заслугами, либо украл чужие заслуги, чтобы пережить отудачу вместо себя. Я предположила второй вариант, к тому же ты ведь тоже заметила проблему с краской для этого талисмана? ~~~~»

Экспертиза краски для талисмана уже была готова — это оказалась человеческая кровь. Причем она полностью совпадала по ДНК с кровью из кувшина. Иными словами, тот старый даос рисовал талисманы кровью из кувшина и продавал их, а благодаря методу Шэнь Уян кармическая отдача его не касалась. Неудивительно, что на теле того несчастного в кувшине не было живого места — его разъело не от замачивания, а от обратного удара.

Ву-у! Раздался входящий голосовой вызов. Подумав, что у Шэнь Уян появилась новая зацепка, Цзи Цзиньгэ нажала кнопку ответа, но из динамика телефона полился сладкий, нежный голос, от которого таяли кости: «М-м-м… да-да, именно там, сильнее! Сильнее… м-м-м… о-о-о… как… хо-ро-шо…»

http://bllate.org/book/30901/3767258