— Вы ищете смерти! — взревел Е Жэнь, вскидывая руки, чтобы вцепиться им в глотки.
Окружающие продолжали потешаться:
— Злой дух разбушевался! Сейчас он кого-нибудь убьёт, а потом принесёт жертву своим папаше с мамашей! Ха-ха-ха!
Насмешки не утихали. Тяжело дыша, Е Жэнь бросился вдогонку, пытаясь достать обидчиков. Однако, заметив, что кто-то из учеников ведет родителей по лестнице вверх, он не решился продолжать потасовку и лишь с яростью уставился на них.
Даже в этот момент один из родителей, указав на него пальцем, рявкнул:
— Ты что уставился! Чего пялишься на моего сына? Проваливай, проклятый злой дух!
Е Жэнь прекрасно всё понимал. Он вырос в этом уезде, и с представителями старшего поколения у него были свои счёты: именно они его вечно задевали, и именно они больше всех его ненавидели.
— Думаете, мне здесь мёдом намазано! — Е Жэнь стиснул зубы и напоследок бросил: — Вот увидите, скоро у меня появятся родители! Хм!
Он сердито размахивал руками, направляясь в класс, и с грохотом рухнул на стул за последней партой.
Сюй Синсянь, закончив выводить на доске надпись Приветствуем всех родителей, обернулся и увидел его перекошенное от гнева лицо.
Он пнул носок ботинка Е Жэня и произнёс:
— Ты сел не на своё место. Здесь теперь моё.
Е Жэнь тут же задрал голову и рявкнул на него:
— Я буду сидеть здесь!
Сюй Синсянь невозмутимо ответил:
— Будешь сидеть — каждую минуту буду брать с тебя штраф.
— Да пошёл ты… — Е Жэнь мгновенно сдулся, встал и пересел на место поближе.
Сюй Синсянь поинтересовался:
— Когда сегодня планируешь пить лекарство?
— Не буду я больше его пить! — после двух дней приёма горечь стала невыносимой, да и боли в теле, казалось, прошли.
Он оттянул воротник рубашки и понюхал:
— Почему мне кажется, что от меня уже пахнет этим отваром?
Сюй Синсянь придвинулся ближе и принюхался:
— Ничем не пахнет.
Е Жэнь поспешно одернул воротник и толкнул его:
— Ты чего делаешь, хулиган?
БАХ!
Снизу внезапно донеслись звуки хлопушек.
Е Жэнь и Сюй Синсянь выбежали в коридор. Разноцветные пластиковые конфетти взмыли в воздух, сверкая и медленно опускаясь на красную ковровую дорожку.
Директор и все учителя выстроились в две шеренги у ворот, наблюдая, как Сюй Лун и Чжоу Бихань выходят из роскошного черного автомобиля.
— Добро пожаловать, господин Сюй, госпожа Чжоу, в нашу школу! — расплываясь в улыбке, директор поспешил навстречу, чтобы пожать руки почётным гостям.
Сюй Хуаде стояла поодаль, дожидаясь окончания обмена вежливостями между взрослыми. Затем она подошла к отцу, взяла его под руку, и они вместе направились вглубь кампуса.
Это было первое публичное появление Сюй Луна и Чжоу Бихань в уезде Шаньень. Множество любопытных учеников и их родителей толпились в коридорах и у входа, повсюду слышался шумный гул голосов.
— Гляди, как одета, сразу видно — шик.
— Говорят, они по сто миллионов в год заколачивают, несметно богаты.
— Ох, а дочка-то у них какая ладная! Тому, кто на ней женится, считай, на восемь поколений вперёд счастье привалило.
…Е Жэнь внезапно вернулся в класс, вытащил из парты конверт и подарок для первой встречи, и, выскочив обратно, обнаружил, что Сюй Синсянь всё ещё стоит у перил.
Он заглянул вниз и с сомнением спросил:
— Чего это ты не идёшь встречать их вместе с сестрой?
Сюй Синсянь, сохраняя полное спокойствие, глубоко вздохнул:
— Учитель поручил мне следить за тобой, чтобы ты не натворил дел.
Е Жэнь усмехнулся:
— Ну, это тебе не под силу.
С этими словами он стремглав бросился вниз.
Сюй Синсянь, поняв, что происходит неладное, поспешил следом.
Семья из трёх человек неторопливо поднималась вверх, а двое парней лавировали сквозь плотную толпу, играя в догонялки. Они столкнулись нос к носу прямо у входа в 1-й класс первого года обучения.
Сюй Лун, чьё лицо озаряла улыбка, услышал топот и перевёл взгляд вперед. В ту же секунду его глаза расширились от изумления, а выражение лица мгновенно стало холодным, как лёд.
Чжоу Бихань тоже заметила Е Жэня, но, не зная, кто это, никак не отреагировала. Сюй Хуаде, узнав Е Жэня и Сюй Синсяня, едва заметно нахмурилась.
Директор недовольно цыкнул, и как только Е Жэнь подбежал к ним, тут же рявкнул:
— Что ты себе позволяешь? В коридоре бегать и шуметь запрещено!
Е Жэнь проигнорировал его и обратился прямо к Сюй Луну:
— Папа!
Звонкий голос пронёсся через весь коридор, перекрывая гул толпы. Люди, стоявшие впереди и позади, начали оглядываться, и в коридоре воцарилась внезапная тишина.
Все четверо членов семьи Сюй застыли на месте, вытаращив глаза. Директор и сопровождавшие его учителя тоже остолбенели, не зная, что предпринять.
Лишь Е Жэнь не растерялся. Он схватил Сюй Луна за руку и с размаху, словно пачку денег, впечатал ему в ладонь толстый конверт.
— Папа! — снова крикнул он, глядя на мужчину сверкающими от восторга глазами.
Сюй Луну стало дурно, он едва не повалился назад.
Е Жэнь покосился на Сюй Хуаде и произнёс:
— Это любовное письмо для твоей дочери, посмотри! Целых десять тысяч иероглифов, от чистого сердца!
— Ты… ты… ты… — у Сюй Луна перехватило горло. Он переглянулся с Сюй Хуаде, но та была в не меньшем замешательстве.
Директор вмешался:
— Ты спятил? Проваливай! Не мешай господину Сюю!
Е Жэнь продолжал его игнорировать. Он достал из-за спины коричнево-красную бутылку и продолжил:
— Папа! Я принёс тебе подарок на первую встречу! Это вино невероятно редкое!
Сказав это, он ухватился за пробку, пытаясь её вытянуть, но та не поддавалась. Он пару раз хлопнул по дну бутылки и принялся дёргать снова.
Сюй Лун, покачивая головой и придерживая рукой лоб, простонал:
— Уберите его. Заберите его отсюда, уберите это несчастье.
Делать было нечего — директору и учителям пришлось вмешаться. Они схватили Е Жэня под руки, пытаясь оттащить, но тот упёрся так, что сдвинуть его с места было невозможно.
— Эй, сейчас откроется, сейчас откроется, подождите, оно правда особенное!
Сюй Синсянь, взглянув на лицо Сюй Луна, понял, что Е Жэню лучше прекратить этот цирк.
Однако, стоило ему потянуться, чтобы оттащить парня, как весь этаж услышал:
— Пх-бу-кш!
Пробка вылетела, и жидкость ударила фонтаном.
Сюй Лун получил мощный залп прямо в лицо.
Глава 13. Сострадание: Я ведь его с пелёнок знаю!
— А!
Люди вокруг вскрикнули и поспешно отпрянули.
Аккуратно уложенные назад волосы Сюй Луна намокли, пара прядей прилипла ко лбу, а по лицу струилась жидкость. На его белоснежном пиджаке и рубашке на груди расползалось огромное мокрое пятно.
Выглядел он крайне жалко.
Е Жэнь оцепенел. Он понюхал горлышко бутылки и обнаружил, что вином там и не пахнет. Сделав глоток, он причмокнул губами и завопил:
— Да чтоб тебя! Мерзавцы, напоили меня газировкой!
В коридоре зашептались; недавние взгляды, полные зависти и восхищения, сменились презрением.
Е Жэнь поспешно заискивающе улыбнулся:
— Папа, прошу прощения, я перепутал бутылки, подожди, я сейчас принесу настоящее вино.
Не успел он закончить фразу, как кто-то в толпе не сдержал смешка.
У Сюй Луна на лбу заходили желваки. Он впился взглядом в лицо Е Жэня, губы его мелко дрожали, но в итоге он не произнёс ни слова и развернулся, чтобы уйти.
Видя это, директор с досадой хлопнул себя по бедру и, ткнув пальцем в голову Е Жэня, прошипел:
— Негодяй!
Он поспешил вслед за Сюй Луном, без умолку извиняясь и заискивая.
Чжоу Бихань, которая не понимала сути происходящего, лишь приняла Е Жэня за какого-то деревенского мальчишку. Нахмурившись, она произнесла:
— Откуда только берутся такие дети? Недаром говорят — глушь, никакой культуры.
Она взяла Сюй Хуаде за руку и последовала за мужем, добавив:
— Сяо Де, этот негодник не докучал тебе? На днях надо будет отправить людей поговорить с его родителями. А если не поможет — исключить из школы, что это за безобразие.
— Мама…
Е Жэнь хотел броситься за ними, но один лишь взгляд Сюй Хуаде заставил его отступить.
Главные герои драмы ушли, и остальным стало не на что смотреть. Люди разошлись по своим делам, сопровождая детей в классы.
Сюй Синсянь, наблюдавший за всем со стороны, подобрал с пола любовное письмо, сунул его обратно в руки Е Жэню и прошептал на ухо:
— Оставь надежду, у тебя нет шансов.
Е Жэнь, расширив глаза, посмотрел на него, холодно хмыкнул и направился по лестнице вниз.
Сюй Синсянь, как и в прошлый раз, последовал за ним, и они снова оказались за учебным корпусом.
Подняв голову, он посмотрел на Е Жэня, который уже забрался в дупло дерева, и с досадой сказал:
— Опять застрянешь и не выберешься.
— В прошлый раз у меня нога болела, вот я и не мог дёрнуться. Думаешь, меня тут правда может зажать? — парировал Е Жэнь.
— Не зажать, — согласился Сюй Синсянь и добавил: — Чего ты сюда припёрся? Иди в класс, там собрание родителей.
— Мои родители не пришли, зачем мне туда идти? — пробурчал Е Жэнь.
Сюй Синсянь сказал:
— Скоро я буду делиться опытом обучения, приходи послушать.
— Что слушать-то? Ты кто такой, великая звезда, что ли? — Е Жэнь превратился в автоматический аппарат для пререканий: на каждую фразу у него находился ответ, а подбородок он задрал так высоко, что даже не смотрел на собеседника.
Сюй Синсянь продолжил:
— Я буду рассказывать о том, как родители влияют на успехи, упомяну их характеры. Ты сможешь послушать и понять, что им нравится.
Е Жэнь опустил голову и с удивлением посмотрел на него, но тут же снова задрал нос:
— Пф, больно надо. Я уже передумал за ней бегать. Мало ли почему я должен всё время вертеться возле вашей семейки.
Сюй Синсянь понял: сейчас Е Жэнь просто капризничает, и чем больше его уговаривать, тем упрямее он будет становиться.
Подумав немного, Сюй Синсянь произнёс:
— Тогда я пойду один. Если ты не вернёшься в класс, они так и будут думать, что ты бесишься, убегаешь и ревёшь каждый раз, когда кто-то упоминает твоих родителей.
— Я не ревел! — Е Жэнь резко вытаращился на него, широко раскрыв глаза, чтобы тот убедился: в них только огонь, а не слёзы.
Сюй Синсянь сохранял полное спокойствие. Разведя руками, он ответил:
— Раз ты даже не смеешь вернуться в класс, значит, они могут говорить про тебя всё, что им вздумается.
Сказав это, он повернулся и медленно пошёл прочь. Услышав позади шуршание, он обернулся и увидел, что Е Жэнь уже вылезает из дупла.
— Не дождётесь! — крикнул он. — Я не сбегу! Эти взрослые на меня косо смотрят, я ещё устрою им проверку!
Он догнал его, и Сюй Синсянь едва заметно улыбнулся.
http://bllate.org/book/30926/3769872
Готово:
