Нянь Ююй помогал тутёхе Чэнь подбирать ткани для одежды, а она достала уже сшитые вещи и прикладывала к нему, примеряя по размеру. Все весело переговаривались и шутили, поднимая шум, как вдруг Чэнь Цуйэр некстати задела стоявшую рядом масляную лампу, которую не успели убрать. Упав, та прямо окатила тутёху Чэнь масленой струей с ног до головы.
Тутёхе Чэнь пришлось выйти во двор, чтобы зачерпнуть воды из чана и вымыть руки. Смеясь и бранясь, она произнесла:
— Ну эта разиня Цуйэр, еще смолоду была неловкой и торопливой, а теперь в каких годах, а все вещи опрокидывает! Даже до моего Сяо Гуя не дотягивает.
Остальные снова разразились хохотом. Вымыв руки, тутёха Чэнь вернулась в дом под всеобщие шутки.
Хотя Нянь Ююй обычно не привык общаться с людьми, сейчас, слушая их веселые разговоры, он нашел это забавным. К тому же среди присутствовавших оказалось несколько его ровесников, так что он быстро влился в общую беседу. Разошедшись не на шутку, он даже рассказал им забавные истории из своего детства, а затем немного поучаствовал в шитье.
— Только посмотрите на Брат Юй, — со смехом произнесла тутёха Чэнь. — Я видела, как тяжело он трудился последние дни, и велела ему сегодня отдохнуть. А он пришел посмотреть на отрезы ткани и снова за работу взялся.
Нянь Ююй с улыбкой ответил:
— Глядя на то, как тетушка, все старшие и даже сестры младше меня хлопочут из-за моих дел, как же я могу просто так сидеть без дела?
Тутёха Чэнь нарочно сделала строгое лицо и спросила:
— Выходит, это я зря тебя позвала? Если бы ты не пришел и не видел, как столько людей суетится ради тебя, у тебя хватило бы совести праздно шататься?
Сказав это, она первой не выдержала и рассмеялась.
Услышав ее слова, остальные тоже захихикали и даже отложили шитье. Нянь Ююй сначала удивился, а потом слегка растерялся, но, заметив, что все вокруг улыбаются, сообразил, что тутёха Чэнь просто шутит над ним. Ему тоже стало весело, и он присоединился к общему смеху.
— Мы тут и веселимся, и играем, а про другого бездельника совсем забыли!
— Ой, и правда! — Чэнь Цуйэр хлопнула себя по лбу. — Забыли про мою Юэхуэй! Сказала, что пошла учиться вышивать узоры, а Брат Юй уж сколько времени как пришел, а ее самой и в помине нет. Пойду-ка я гляну, чему она там такому научилась.
С этими словами она бросила шитье на лавку и поднялась с места, собираясь идти на поиски.
Остальные тоже стали со смехом подгонять ее, и тогда Чэнь Цуйэр на ходу бросила еще пару шуток и вышла из главной комнаты на поиски Чэнь Юэхуэй.
Чэнь Цуйэр отправилась на поиски Чэнь Юэхуэй, а остальные продолжали шутить и болтать — стоял невероятный шум и гам.
Вскоре Чэнь Цуйэр вернулась вместе с Чэнь Юэхуэй, держа в руках лоскуток ткани с криво вышитыми парой стежков. Смеясь, Чэнь Цуйэр произнесла:
— Я-то думала, чему ты там училась? А ты полдня возилась вот с этим?
Чэнь Юэхуэй ответила:
— Стежки, которым научил Брат Юй, на вид кажутся простыми, но на деле делать их трудно. Я провозилась столько времени, а толку никакого, вот и вышло кое-как.
— Ах ты, глупышка, раз не умела, пришла бы да спросила у Брата Юй, зачем было одной в одиночестве прятаться и мучиться? — Тутёха Чэнь взяла Чэнь Юэхуэй за руку.
— Просто… сразу не сообразила, — Чэнь Юэхуэй бросила взгляд на Нянь Ююй и натянуто улыбнулась.
Нянь Ююй, сидевший прямо напротив, заметил, что Чэнь Юэхуэй выглядит какой-то шаткой, словно едва держится на ногах, и обеспокоенно спросил:
— Что с сестрицей Юэхуэй? Выглядит так, будто у нее совсем нет сил?
Тутёха Чэнь, державшая ее за руку, почувствовала, что ладонь девушки слегка подрагивает, и испуганно воскликнула:
— Да что с тобой? Почему тебя трясет? Неужели легко оделась?
Чэнь Цуйэр, услышав это, тут же подскочила и обняла ее:
— Юэхуэй, что случилось? Тебе где-то больно или плохо?
Все тоже обступили девушку с расспросами. Нянь Ююй хоть и переживал, но из-за толпившихся вокруг людей не мог протиснуться ближе и был вынужден стоять в стороне, наблюдая за происходящим.
— Просто с утра не было аппетита, поела мало, вот в груди и защемило, — ответила Чэнь Юэхуэй.
— С утра… — Чэнь Цуйэр, на редкость проявив сообразительность, вспомнила вчерашние слова Чэнь Юэхуэй. В ту же секунду до нее дошло: она подумала, что Чэнь Юэхуэй расстроилась, узнав, что Хуан Чэн ей ровня, да к тому же пообщалась с Нянь Ююй с глазу на глаз, приняв все близко к сердцу. Поспешно оборвав свои мысли, она перевела разговор: — Утром я велела тебе поесть побольше, да ты не послушала! Вот и проголодалась. Посмотрим, посмеешь ли ты впредь меня не слушать.
Чэнь Юэхуэй подыграла ей:
— Это вина вашей дочки, впредь буду во всем слушаться матушку.
Тутёха Чэнь живо бросилась разогревать остатки еды и усадила Чэнь Юэхуэй в сторонке перекусить. Хотя та вовсе не была голодна, ей пришлось заставлять себя через силу проглотить хоть что-то.
В полдень Чэнь Цуйэр перебросилась словом с тутёхой Чэнь, отвела Чэнь Юэхуэй домой, а затем вернулась помогать по хозяйству в дом тутёхи Чэнь.
В доме Старшего Цэнь царило оживление, а вот у Хуан Чэня на горе было уныло и безлюдно.
В последнее время маленькие дисянь, которых Хуан Чэн то и дело заставлял выполнять множество поручений, не входящих в их прямые обязанности, устроили всеобщую забастовку и бойкот — они не произносили с Хуан Чэнем ни единого слова. И хотя Хуан Чэн сгорал от досады, маленькие дисянь исправно выполняли свою основную работу, так что придраться к ним он никак не мог и был вынужден заглатывать обиду в одиночестве.
Один дисянь (табельный номер тридцать семь):
— Глядите-ка, я же говорил, что в последние годы наш Взрослый стал совсем ленивым: даже от скуки не станет разбирать скопившиеся бумаги. На этот раз я выиграл! Где то, о чем спорили? Доставай давай.
Другой дисянь (табельный номер пятьдесят шесть):
— О чем это ты? Я с тобой ни о чем не спорил, ты часом дисяней не перепутал?
Дисянь (табельный номер тридцать семь):
— А? Правда что ли? О(╥﹏╥)o, извини, я опять не того признал.
Дисянь (табельный номер пятьдесят шесть):
— Ах, ничего страшного. (Ха-ха-ха, на самом деле не перепутал, просто вы все на одно лицо, вот и не отличишь, ха-ха-ха).
Поразмыслив над всем и взвесив за и против, Хуан Чэн решил, что портить отношения с Уанем все-таки не стоит. В конце концов, его маленькая рыбка находилась на чужой территории, а он, сам того не ведая, умудрился насолить Уаню, так что теперь тайком бросить взгляд на будущего возлюбленного стало проблематично. Исходя из этого, Хуан Чэн отправился в Резиденцию Горного Божества, вытащил оттуда уйму сокровищ и даже с барского плеча захватил каплю «Своевременного Дождя».
«Своевременный Дождь» представлял собой сокровище, созданное Богом Дождя, а его официальное название звучало как Божественный Дождь Бессмертной Росы. Где бы ни применяли это средство, оно неизменно вызывало обильный дождь, за что бессмертные и прозвали его «Своевременным Дождем». Поскольку Бог Дождя был вечно завален делами, стоило ему хоть немного запоздать с передачей полномочий, как в подопечном регионе неизбежно начиналась засуха. Если же от засухи кто-то погирал, а вдобавок на носу маячила служебная аттестация, это становилось настоящей трагедией! К тому же, хотя у Бессмертных семь чувств и шесть страстей выражены слабее, чем у Смертных, им тоже было невыносимо смотреть на то, как обитатели их земель из-за засухи бросают родные дома или умирают лютой смертью от жажды. Именно поэтому божества, имеющие собственные уделы — особенно те, в чьих владениях жили Смертные, — так высоко ценили «Своевременный Дождь».
http://bllate.org/book/31570/3852997
Сказали спасибо 0 читателей