Готовый перевод Risk Control Exception / Исключение из правил: Ночь под луной Инчуаня: Глава 18

Чжэн Янькунь тут же принял вызов:

— Ладно, если я выиграю, мы сможем поспать вместе, верно?

Он всего лишь сделал предположение, но лицо Хэ И снова покраснело. Отвечать на эту реплику он не стал, но и отрицать ничего не стал, лишь бросил:

— А если выиграю я, твоя птица достанется мне.

Чжэн Янькунь с невозмутимым видом любовался покрасневшим Хэ И, а затем решительно отказался:

— Ни за что, Нао-нао — член моей семьи, выбирай другое условие.

Шутки в сторону! Эта птица еще понадобится, чтобы заманить Хэ И к нему домой, как же ее отдавать.

— Что, во мне так мало уверенности? — Хэ И покосился на него. — Думаешь, непременно мне проиграешь?

Вот ведь чёрт, решил взять его на слабо? — подумал Чжэн Янькунь. Но даже понимая, что это провокация, разве настоящий мужчина отступит, когда такое говорит потрясающий красавец?

— С чего бы? Я точно тебя одолею, — криво усмехнулся Чжэн Янькунь. — Жду не дождусь, когда придешь спать ко мне.

— Раз так, какое значение имеют мои условия? — Хэ И успешно убедил коллегу.

Но стоило заключить пари, как оба снова принялись подсчитывать всё про себя, чувствуя, что затея, пожалуй, не так уж хороша.

Хэ И полагал, что это может повлиять на его настрой. В деле инвестиций важней всего сохранять невозмутимость, и хуже всего — давать зароки и клятвы непременно добиться определенной доходности. Стоит лишь подумать об этом, как действия в рамках дискреционного управления неизбежно исказятся.

Потому что рынок не меняется в угоду чьей-то субъективной воле, а излишнее стремление достичь конкретного процента доходности заставит не продавать тогда, когда это необходимо.

Чжэн Янькунь же банально вспоминал, случалось ли в прошлые периоды подобной широкой волатильности, чтобы квантитативные стратегии обыгрывали дискреционные... Насколько он помнил, такого не было. Черт побери, это же неравноправный договор! Он слишком импульсивно поддался чарам красоты.

Однако характер обоих не позволял им признать поражение.

Чжэн Янькунь неожиданно произнес:

— Если Ли Сяо узнает, что мы и за закрытыми дверями занимаемся таким самомотивированием, ему следовало бы выписать нам премию.

Услышав это, Хэ И улыбнулся:

— Я лишь надеюсь, что он не урежет мои отгулы. Дайте мне спокойно уйти в ежегодный отпуск.

Эти слова мгновенно заставили Чжэн Янькуня насторожиться:

— Зачем тебе в отпуск?

Хэ И рассмеялся:

— Да в тебя будто Ли Сяо вселился! Тон один в один. Отпуск мой, какое вам вообще дело до того, что я делаю?

— Я вообще не хожу в отпуска, — он надеялся, что Хэ И последует его примеру и будет каждый день появляться в офисе. По крайней мере, на данный момент видеться на вполне законных основаниях получалось только там.

— Ты настолько любишь работу? — Хэ И даже немного удивился. Он не сомневался в профессиональной этике Чжэн Янькуня, но вот на то, что тот никогда не отдыхает, раньше как-то не обращал внимания.

— Ага, — на этот раз Чжэн Янькунь говорил чистую правду. — Мне нравится программирование. По сути, инвестиции — это лишь одна из форм выражения моего языка программирования, способ придать ему ценность, чтобы другие могли его понять. Но далеко не единственный. Кто знает, может, в один прекрасный день я займусь чем-то другим, а люблю я именно программирование.

Такого ответа Хэ И не ожидал. Немного позавидовав, он произнес:

— Заниматься тем, что тебе нравится — это все-таки настоящее счастье.

— А ты? Почему ты выбрал нынешнюю работу? Вряд ли ради высоких доходов, верно?

Разве человек, увлеченный аниме и мангой, может слишком сильно заботиться о деньгах?

Хэ И действительно задумался, прежде чем ответить:

— Наверное, потому, что она мне подходит. Мой характер довольно сдержанный, я не поддаюсь эмоциям, и для управления дискреционной стратегией это, пожалуй, можно считать небольшим талантом.

Сдержанный... — кисло подумал Чжэн Янькунь. Хэ И действительно сдержанный: переспал с ним, будучи натуралом, и остался совершенно невозмутим... Почему бы ему не поплакать и не поскандалить, требуя, чтобы он взял на себя ответственность?

Глава 20. Как добиться натурала

Выйдя из самолета, они вместе поймали такси в аэропорту. Им было по пути в разные места, так что каждый взял свою машину. Когда подошла их очередь, Чжэн Янькунь уже устроился на заднем сиденье, но вдруг дернул Хэ И за руку:

— Поехали ко мне?

Хэ И явно удивился столь внезапному приглашению, широко распахнув глаза:

— Зачем это к тебе? — машинально выдал он и попытался выдернуть руку.

Дверь машины была открыта, один сидел внутри, а второй стоял, согнувшись в полупоклоне. Водитель не понимал, собирается ли Хэ И садиться, а таксист из машины сзади непрерывно сигналил, подгоняя их, поэтому первый водитель тоже не выдержал:

— Ну так едете или нет? Если да, давайте быстрее, если нет — я закрываю дверь.

Хэ И совершенно не ожидал, что Чжэн Янькунь целиком втащит его в салон.

— Тогда просто поцелуй меня, — Чжэн Янькунь внезапно прижался губами к его губам.

Целоваться нужно с закрытыми глазами — по крайней мере, во всех аниме, что видел Хэ И, делали именно так.

Но сейчас от сильнейшего изумления он широко раскрыл глаза и замер в полном оцепенении. Лишь спустя мгновение он оттолкнул Чжэн Янькуня и нахмурился:

— Ты что творишь? — с этими словами он с силой захлопнул за собой дверцу машины.

Что творит... На самом деле у Чжэн Янькуня не было никакого коварного плана, им двигало чистое желание. Он не знал, что творится в душе у Хэ И, но чувствовал себя так, будто угодил в пучину безумной страсти, где больше не мог выносить разлуки.

Водитель, похоже, за годы работы тоже не видывал столь шокирующих сцен и то и дело бросал косые взгляды на Чжэн Янькуня в зеркало заднего вида.

Чжэн Янькунь прямо сидел на заднем сиденье, чувствуя себя несколько опустошенным. Получить отказ было не то чтобы неожиданно или предсказуемо — он чувствовал, что в тот момент им обоим вскружило голову лицо Хэ И.

Но как бы то ни было, сейчас главным было немедленно согнуться в три погибели и принести извинения. Он вытащил телефон, открыл в WeChat аватарку Хэ И (на ней красовался персонаж аниме) и начал набирать сообщение. Сам перечитал — слишком сухо. Нужно выставить себя более жалким, ведь красавцы обычно отходчивы.

Впрочем, вспоминая все это сейчас, Хэ И отреагировал вовсе не из-за того, что он мужчина. Скорее, это было раздражение от того, что его силой поцеловали на глазах у всех.

Стоило подумать об этом, как Чжэн Янькунь решил, что извинения стоили того. Он подкорректировал заготовленный текст, добавил пару жалобных и плачущих смайликов, чтобы наглядно показать: он поступил так под влиянием момента, но уже полностью осознал свою ошибку — не стоило целовать его прилюдно и без разрешения.

Фраза получилась весьма двусмысленной: он не говорил, что целовать Хэ И вообще было ошибкой, неверным оказалось лишь сопутствующее условие.

Черт побери, добиваться натурала — это нечто запредельно сложное. Ой, проявишь излишнюю консервативность — тебя сочтут за обычного коллегу, а перегнешь палку — спугнешь человека.

По правде говоря, с самого момента осознания своей ориентации Чжэн Янькуню то и дело твердили, что не стоит заглядываться на натуралов — намучаешься.

Но ему хотелось заполучить Хэ И. Очень хотелось. До чего странно: еще неделю назад у него и в мыслях не было ничего подобного, они были едва знакомы — не более чем приятели, не обменивавшиеся ни единым словом вне работы. Да и рабочих точек соприкосновения имелось не так много.

Разве это не доказывает обратное? Дело не в чувствах, родившихся со временем, и не в любви с первого взгляд. Это притяжение невозможно описать с помощью существующих формул, и он вовсе не считал случившееся обычной сиюминутной слабостью взрослых после пары ошибок. Если уж подбирать слова, Чжэн Янькуню это напоминало прозрение слепого: Хэ И столько времени работал с ним в одной компании, а он умудрялся в упор не замечать столь сокровищного красавца.

Конечно, поразмыслив над всем заново, Чжэн Янькунь пришел к выводу: возможно, дело было в том, что Хэ И не принадлежал к их кругу. Широко распространенный тип натуралов — те, кто лично не признавался в симпатии к своему полу и не состоял в однополых отношениях, все относились к этой категории.

В ухаживаниях за натуралом наверняка существовал свой свод правил. Чжэн Янькунь знал, что среди мужчин традиционной ориентации есть те, кто прям как палка — переломить их невозможно, они лишь сломаются пополам, как карандаш.

Судя по их случайной близости и реакции на недавний вороватый поцелуй, Хэ И не относился к числу тех, кто ломается от малейшего нажима. Значит, первое правило заключалось в том, чтобы заставить Хэ И подсознательно воспринимать его не как «бро» или «братана», а как человека, с которым возможна интимная связь. И это, судя по всему, уже удалось.

Хэ И уж точно больше не воспринимал его как обычного коллегу-парня. Взять хотя бы поездку в уезд Фу: после душа Хэ И всегда укутывался в банный халат с ног до головы, не показывая ни единого дюйма кожи.

Чжэн Янькунь сделал запись в заметках на телефоне, поставил напротив первого пункта галочку и добавил примечание: требуется дальнейшее закрепление.

Второе правило обольщения натурала: сделать так, чтобы в этих отношениях он находил нечто привлекательное, чего невозможно получить от связи с кем-либо еще.

Чжэн Янькунь зафиксировал оба пункта в заметках, а ко второму добавил пометку: Секс? Моя красота?

Вопросительный знак стоял потому, что это вызывало у него сомнения. Красота у него имелась, но ведь хватало и девушек, которым Хэ И нравился, да и внешность у них была ничуть не хуже — никакой уникальности.

А вот секс... Главное, что Хэ И никак себя не проявлял — после постели он даже не сказал, было ли ему хорошо... Хотя Чжэн Янькунь был вполне уверен в своем мастерстве.

Подумав еще немного, он дополнил примечание: это должна быть точка притяжения, которой у него нет и не может быть ни в каких других отношениях, а не только в отношениях с противоположным полом.

Хотя Чжэн Янькунь никогда раньше ни за кем не ухаживал, он быстро применил по аналогии принципы построения квантитативных инвестиций. Например, формируя позицию по какой-нибудь акции, он сначала тратил 20% средств на покупку базового пакета, чтобы протестировать поведение рынка.

Если реакция рынка оказывалась благоприятной и приносила прибыль, можно было развивать успех и продолжать в том же духе. Если же рынок реагировал плохо и позиция уходила в минус, стоило посмотреть по обстоятельствам: при небольших убытках можно было переждать, скорректировать стратегию и сделать еще попытку. Но если убытки сразу пробивали стоп-линию — делать было нечего, оставалось лишь вежливо отказаться от затеи.

Таковы были базовые навыки любого управляющего квантитативными фондами.

Но сейчас ему предстояло сперва принести нормальные извинения и задобрить Хэ И.

Хэ И не отвечал, но Чжэн Янькунь этого и ожидал. Поразмыслив, он открыл Сяохуншу и с дополнительного аккаунта опубликовал новый пост: «Подскажите, как добиться натурала?»

На этот раз он уже знал, что нужно добавить побольше тегов, и первый ответ не заставил себя долго ждать.

Первый этаж: «А-а-а-а! Обожаю темы про то, как натуралов обращают в свою веру! Автор, я подписался на тебя, жду продолжения!»

Напоминание комментатора подсказало Чжэн Янькуню, что у этого фейкового аккаунта откуда-то уже набралась сотня с лишним подписчиков и масса сообщений, которых он раньше просто не замечал, поскольку почти не заходил в соцсети.

Как раз подоспело такси до дома. Выйдя из машины и поднявшись наверх, Чжэн Янькунь обнаружил, что за пару минут под его свежим постом появилось еще несколько комментариев.

Второй этаж: «Тот самый натурал из твоего предыдущего поста и этот — одно и то же лицо?»

Ответ третьего этажа второму: «Что? У этой истории есть предыстория? Пойду гляну».

Вторая половина дня выдалась свободной, так что Чжэн Янькунь смог пообщаться с несколькими пользователями в комментариях. Он быстро заметил, что самые горячие советы давали в основном девушки... Неужели современные девчонки настолько сильно интересуются чужой личной жизнью?

Один из комментариев набрал больше всего лайков: «Автор, я сама девушка, у меня есть пара друзей-геев. Один из них раньше был стопроцентным натуралом, а теперь у него есть парень. Я как-то спрашивала его о причинах в личной беседе — короче говоря, суть сводится к тому, что мужики — животные низа. Стоит тебе сделать так, чтобы ему стало хорошо, и ты непременно его переломишь!»

http://bllate.org/book/31573/3853230