Сейчас уже началось время самоподготовки, Чжан Сюньюй и Ли Цзюньжун вместе стояли в кабинете, и первый, глядя на сообщение, пришедшее от родителя ученика, докладывал об этом.
— Эх, главное, чтобы родитель встретил.
Произнес Ли Цзюньжун, на его лице застыло довольно мрачное выражение. Наконец он засунул правую руку в карман и вытащил оттуда пачку сигарет:
— Сяо Чжан, я уже попросил учителя подменить тебя на самоподготовке у второго курса. Составь мне компанию, выкурим по сигарете, выйдем наружу поболтаем.
***
Две точки огоньков внезапно вспыхнули под укрытием пелены сплошных дождевых завес на территории кампуса Первой средней школы.
Ли Цзюньжун зажгрил сигарету, жадно затянулся, а затем выдохнул клуб белого дыма. Этот белый дым быстро рассеялся в сыром воздухе, подобно былому величию некогда прославленной школы.
— Сяо Чжан, а ты знаешь, что за школа Школа Юаньюнь?
Глядя на размытый из-за проливного дождя кампус, спросил Ли Цзюньжун.
— Не очень хорошо знаю, — честно ответил Чжан Сюньюй.
— Эх, тоже верно. Первые несколько лет ты работал в Хунду и Хуцзяне, вполне нормально, что ты не в курсе дел в Мэнцзэ.
Ли Цзюньжун покачал головой, и каждое сказанное им слово словно было пропитано беспомощным вздохом:
— К тому же величие Юаньюня осталось в эпохе двадцатилетней давности, в те времена ты, должно быть, сам еще в школу ходил.
— Послушаю с большим вниманием.
— Образовательный центр города Мэнцзэ находится в районе Лунхуа, это ты должен знать, верно? Первая средняя школа, Шэньфэн, а также самое сильное основное отделение средней школы Яньсинь — все они относятся к школам района Лунхуа.
Лунхуа уверенно и с большим отрывом лидирует в сфере образования Мэнцзэ, но не у всех родителей есть возможность отправить ребенка в Лунхуа. Родители из района Сунцюань выбрали Десятую школу Мэнцзэ, родители из Силина выбрали Первую среднюю школу Силина. А родители из района Цзиньду в качестве главного приоритета после провала на экзаменах в Яньсинь выбирали Школу Юаньюнь.
Школа Юаньюнь — это старинная именитая школа с более чем восьмидесятилетней историей. Десятилетиями она была непререкаемым гегемоном в районе Цзиньду, и в те времена ее общие результаты учебы неизменно оставались первыми во всем районе.
Хотя образовательные ресурсы Цзиньду далеко не шли в сравнение с Лунхуа, это все же был целый район. При мощной поддержке районного управления образования в начале двухтысячных годов сила Юаньюня резко возросла. Его результаты на среднем и высоком школьных экзаменах становились лучше с каждым годом, а в некоторые годы школа даже теснила Восьмую и Десятую школы, и ее восторженно хвалили, называя пятой великой знаменитой школой.
Когда заходила речь о славных днях Школы Юаньюнь, в уголках глаз и на бровей Ли Цзюньжуна играла улыбка. Чжан Сюньюй никогда прежде не слышал, чтобы в прежнем Мэнцзэ существовала столь потрясающая школа, и невольно с чувством произнес:
— Оказывается, Юаньюнь был настолько силен. А я-то думал, что это самая обычная рядовая старшая школа.
— Да уж, в те годы Юаньюнь был гремевшим на всю округу отличным учебным заведением.
Произнеся это с улыбкой, Ли Цзюньжун тут же вновь погрузился в уныние. Он невидящим взором уставился вперед и спросил:
— Но блистал он не слишком долго. Сяо Чжан, отвечу-ка я тебе вопросом. Когда сейчас заходит речь о школах района Цзиньду, кто приходит тебе на ум в первую очередь?
— Яньсинь, — по привычке ответил Чжан Сюньюй.
— Правильно, — уголки губ Ли Цзюньжуна чуть приподнялись в горьковатой улыбке.
— До двухтысячного года основные отделения средней и старшей школы Яньсинь находились вместе на Аллее Жакаранд в районе Лунхуа. Но летом две тысячи седьмого года внутри Яньсинь состоялось совещание, и все старшее звено перевели в район Цзиньду на улицу Чэньсин.
Импульс Юаньюня в те времена все еще был силен, но Яньсинь находился на пике своего могущества. Нынешний Шэньфэн мчится впереди всех, не имея равных, но в ту эпоху все безоговорочно признавали лишь двойное лидерство Шэньфэна и Яньсиня. Превосходство Яньсиня над Юаньюнем было просто пропархивающим и непреодолимым, и районное управление образования быстро переключило свое внимание на Яньсинь, а родители бросились преследовать двойных лидеров, постепенно перестанув упоминать Юаньюнь.
В результате набор учеников в Юаньюнь ухудшался из года в год, вместе с этим медленно падали и условия работы учителей. Множество преподавателей предпочло сменить место работы. С одной стороны — конкурентное давление, с другой — отток кадров, и со временем Юаньюнь утратил свою былую силу.
Одна сигарета догорела дотла за время этого разговора, Ли Цзюньжун бросил окурок в урну и продолжил:
— Конечно, мы не виним Яньсинь. В конце концов, Яньсинь — это сильная школа в истинном смысле этого слова, и ее присутствие идет на пользу всему Цзиньду. После переезда Яньсиня качество обучения в районе Цзиньду взлетело до небес — такого достижения у Юаньюня не было никогда в те прошлые годы.
Мы также понимаем, что закат Юаньюня произошел далеко не только по вине Яньсиня. У тогдашнего Юаньюня накопилось немало проблем, и мы все признали, что перед лицом Яньсиня он потерпел сокрушительное поражение. Но признавать поражение — одно дело, а видеть, как столь прекрасная некогда школа катится вниз шаг за шагом, нам всем было больно.
Люди никогда не обращают внимания на того, кто занял второе место, тем более что после падения на самое дно Юаньюнь не смог удержать даже вторую позицию.
— Учитель Ли, разве вы не из Шэньфэна? — услышав это, с недоумением спросил Чжан Сюньюй.
— С начальной школы я был учеником системы Яньсинь, потом поступил в педагогический и несколько лет преподавал в Юаньюне. Я отдал Юаньюню больше десятка лет работы со студентами, и только когда школа окончательно перестала держаться на плаву, перевелся в Шэньфэн.
На самом деле тогда сообщения мне присылали и Яньсинь, и Шэньфэн. Я тоже раздумывал, не выбрать ли мне Яньсинь и не остаться ли в Цзиньду, чтобы посмотреть, какой стала моя родная школа после переезда.
Но в те годы я уже не мог, подобно юности, срываться с места по первому желанию — взрослому человеку приходится принимать в расчет слишком многое. Шэньфэн к тому моменту уже смутно подавал признаки монополии, к тому же там платили зарплату выше, чем в Яньсине, и я выбрал Шэньфэн.
Конечно, оглядываясь назад, Шэньфэн действительно оказался для меня лучшим выбором. Но даже сейчас, вспоминая Юаньюнь и думая о Яньсине, я все равно чувствую легкое сожаление.
Услышав эти слова, Чжан Сюньюй почувствовал себя не в своей тарелке. Он провел параллель с собственным унизительным уходом из Хунду и Хуцзяня и вынужденным возвращением в провинцию, после чего с полным пониманием кивнул.
— Но сколько ни говори, все тяготы достаются нам. Мы — взрослые, и у взрослых порой бывает немало безвыходных ситуаций. Но они — другие. Эти ученики еще молоды, перед ними открыто множество путей, и я не хочу, чтобы суровая реальность стерла их острые углы.
На этих словах тон Ли Цзюньжуна вновь переменился:
— Но иногда нам приходится своими руками стачивать эти зазубрины ради определенных целей.
Уловив мрачный настрой Ли Цзюньжуна, Чжан Сюньюй немного подумал и произнес под шум накрапывающего дождя:
— Учитель Ли, я долго общался с этой группой ребят и считаю, что неплохо их изучил.
У них действительно впереди бесчисленное множество дорог, и они сталкиваются с собственными перспективами и будущим.
Столь нелепые вызовы и трудности встречаются нечасто, но их юношеский пыл и сила воли куда дороже.
Как бы то ни было, я верю: они не сдадутся.
Глава 18. Окончание сборов
После того как Ван Чжэньюй и Ли Хэ были вынуждены выбыть, в тренировочном лагере остались лишь Ши Хуайюй и Мэн Цзинцяо.
В результате они стали друг для друга единственными напарниками: сидели за партой бок о бок на уроках, вместе обедали и болтали после занятий.
За последние два дня тесного общения их отношения стали настолько крепкими, что они превратились в очень важных друзей друг для друга.
В день окончания сборов вечерней самоподготовки не было, и едва Лю Чжэньго объявил об окончании занятий, толпа учеников радостно высыпала за ворота Первой средней школы.
Небо в тот день по-прежнему было пасмурным, и Ши Хуайюй с Мэн Цзинцяо стояли плечом к плечу у школьных ворот, поджидая машину из дома. Ши Хуайюй только что закончил разговор с мамой по телефону, как вдруг услышал, что кто-то за спиной окликнул его по имени.
— Хуан Чэн?
Любопытно обернувшись, Ши Хуайюй увидел идущего к ним Хуан Чэня со смартфоном в руке:
— Наконец-то я тебя нашел. О, и ученик Мэн здесь, тогда давайте кое о чем договоримся?
— О чем же? — спросил Ши Хуайюй.
— Я с Лао Ляо и остальными хочу создать чат, чтобы потом вместе готовиться к олимпиадам. Вы не хотите присоединиться?
Мэн Цзинцяо не возражал против учебы в компании людей с похожим уровнем:
— Да, я могу.
Ши Хуайюй всегда отличался легким нравом, поэтому тоже быстро кивнул.
Они отсканировали QR-код и вступили в групповой чат. Когда они вошли, там уже находилось несколько знакомых лиц, например Сюй Тин и Го Сюй.
— Забавное у вас название чата, — приподняв брови, прокомментировал Мэн Цзинцяо.
— О, имя ученика Мена тоже звучит весьма забавно, — с улыбкой ответил Хуан Чэн.
Обменявшись еще несколькими вежливыми фразами, Хуан Чэн помахал им рукой на прощание. Поразмыслив немного, Ши Хуайюй закрепил чат Новая провинциальная сборная (эмбриональная версия) в самом верху интерфейса WeChat, рядом с Террористами Яньсиня и Четырнадцатым классом первого года старшей школы.
Постояв еще немного вместе, Мэн Цзинцяо окинул взглядом пустую дорогу перед собой и спросил:
— Сосед, что собираешься делать в оставшиеся каникулы?
Ши Хуайюй подумал и понял, что у него нет никаких особых планов. Тогда он ответил:
— Буду дома делать домашку да готовиться к олимпиадам. А ты?
— Наверное, поеду к родственникам, у меня тетя открыла книжный магазин. В остальное время, полагаю, буду готовиться к состязаниям, мой учитель надеется, что в этом году я возьму первый приз по провинции.
— Ты обязательно справишься, в следующем году провинциальная сборная будет держаться на тебе. Давай, дерзай!
…
За разговорами к ним подкатил черный седан семьи Ши Хуайюй. Сидевшая за рулем Су Сянь опустила стекло и негромким, но отчетливым голосом позвала сына по имени.
Услышав это, Ши Хуайюй с улыбкой помахал Мэн Цзинцяо:
— Мои папа с мамой приехали, я тогда пойду?
— Ага, пока.
Ши Хуайюй быстро нырнул в черный автомобиль. Су Сянь надавила на газ, и машина сорвалась с места, умчавшись словно стрела.
Увидев, как седан скрылся за поворотом, Мэн Цзинцяо наконец отвел взгляд, включил навигатор и, развернувшись, ступил на пешеходную дорожку у школьных ворот.
Слова о том, что они ждут машину вместе, были ложью для Ши Хуайюя. Сегодня за ним никто не приедет, ему придется добираться домой своим ходом.
Он жил в арендованной квартире недалеко от Школы Шэньфэн. Шэньфэн располагался не так уж близко от Первой средней школы, пешком идти больше часа.
Однако сегодня ему было лень возиться с шеринговыми велосипедами возле Первой школы, вместо этого ему хотелось просто так, по велению сердца, не спеша прогуляться до дома пешком.
Вечерело, тучи над головой теряли последние крохи света. Стук колес о землю переплетался с криками уличных торговцев, создавая повседневную симфонию обычной жизни.
На половине пути телефон Мэн Цзинцяо неожиданно зазвонил. Разблокировав экран, он увидел сообщение от своего приятеля:
«S1Z: Ты закончил сборы?»
«AAA-Мэнцзэ клубничный Сяо Мэн: Только что, скоро возвращаюсь в Шэньфэн»
«S1Z: Ну как вы провели последние дни с твоим маленьким соседом по парте?»
«AAA-Мэнцзэ клубничный Сяо Мэн: Отлично, теперь мы хорошие друзья»
http://bllate.org/book/31928/3899799
Готово: