— Какой ещё голышом? — тут же подал голос Мэн Чи.
Раздвинув бамбуковую занавеску чайной комнаты, Мэн Чи сразу ощутил смешанный аромат лёгкого сандала и чая. Сперва он заметил сидящую спиной к нему фигуру в тёмно-синем халате. Тот согнул ноги в коленях и прислонился к чайному столу, а из-за его движений широкие штанишки задрались, обнажая босые ступни без носков.
Длинные волосы этого человека доходили до плеч: половина рассыпалась по спине, а другая была собрана на макушке в небольшой пучок. Руки он уперся локтями в колени и держал маленькую пиалу для чая. Весь его вид казался донельзя развязным — настолько развязным, что даже неприличным.
Услышав звуки, тот человек скосил взгляд в сторону. Перед Мэн Чи предстало очень молодое лицо с персиковыми глазами и улыбчивыми губами, но выглядевшее куда более зрелым, чем в воспоминаниях Мэн Чи, и в нём появилась доля спокойствия, принесённая годами.
— Брат, а вот и ты, — проговорил Ян Цзылэ, увлекая его за собой к лежавшему рядом круглому пуфику, чтобы он присел. — Мы как раз обсуждали детали съёмки.
С того самого момента, как появился Мэн Чи, Шэ Шань не сводил с него глаз, словно рентгеном просвечивая насквозь. И только когда Мэн Чи устроился рядом, он заполнил пиалу чаем, протянул её гостю и с улыбкой произнёс:
— Давно не виделись. Ты ведь помнишь меня?
Мэн Чи принял чай, поудобнее устроился и выпрямился:
— Помню.
— Ну и отлично, — Шэ Шань отпил глоток чая. — А то мне лень было бы представляться.
Мэн Чи: «……»
— Что вы тут обсуждали? Какой ещё голышом? — снова спросил Мэн Чи.
Ян Цзылэ смущённо поскрёб мочку уха:
— Ну, фотосессия... придётся быть без одежды.
Мэн Чи нахмурил брови и посмотрел на Шэ Шаня.
— Вовсе не обязательно раздеваться полностью, — заявил Шэ Шань, бросив косой взгляд на Яна Цзылэ. — Тебе достаточно и полуголым побыть.
Затем он перевёл взгляд на Мэн Чи:
— Чего это ты уставился на меня взглядом извращенца? В прошлый раз я ведь тоже разрешил тебе остаться в штанах.
Мэн Чи поперхнулся:
— Покорнейше благодарю.
— Да не за что, — усмехнулся Шэ Шань, а затем резко сменил тему: — Вообще-то, ты и правда должен быть мне благодарен. Если бы не я, притащивший тебя тогда сюда на чай, с чего бы тебе вообще связывать свою жизнь с чайным делом?
Мэн Чи: «……У тебя на улице вообще часто бьют за такое?»
Бессовестный.
— Полуголым, — нахмурившись, нерешительно переспросил Ян Цзылэ. — Это верх обнажать или низ?
Услышав это, Шэ Шань прыснул, расплескав немного чая, и со смехом произнёс:
— О чём ты думаешь, парень? Я снимаю искусство, а не детородные органы, понял? Тебе оставят нижнее белье.
От столь залихватских и не стесняющихся выражений потерял дар речи даже Мэн Чи, язык которого обычно был подвешен неплохо.
Он взял со стола лежавшую там папку с документами и принялся внимательно изучать её. В договоре всё было прописано предельно подробно: время, место, гонорар, детальные требования к съёмке, а также дальнейшие права на владение фотографиями.
Взгляд Мэн Чи зацепился за требования к съёмке: там значилось, что при необходимости художник нанесёт рисунки прямо на тело модели.
Неудивительно, что требуется полуобнажённый вид.
Зато платят немало.
— Брат, в этом договоре есть какие-то проблемы? — тихонько спросил Ян Цзылэ, придвинувшись к Мэн Чи.
— Никаких проблем, — Мэн Чи поднял взгляд и бросил короткий взгляд на сидевшего напротив Шэ Шаня. — И гонорар вполне разумный.
Ян Цзылэ всё ещё хмурился, судя по всему, идея щеголять в одних трусах вызывала у него сильное отторжение. Проколебавшись добрую минуту, он выдал с видом человека, решившегося на отчаянный шаг:
— Голым… Я, у меня нет проблем. Но ты обещал помочь нам сделать рекламные снимки для магазина, запустить рекламу — отступать от слова нельзя.
У Шэ Шаня сузились уголки глаз, и он бросил косой взгляд на Мэн Чи:
— То, что я обещал, я непременно исполню. Но ты подумай хорошенько: эти фотографии я буду выставлять в выставочном центре целых полмесяца, и тогда их увидят все твои соседи, учителя и одноклассники.
Выражение лица Яна Цзылэ мгновенно застыло, краска бросилась в лицо, сменяясь бледностью. Прошло совсем немного времени, прежде чем он повернулся к Мэн Чи с умоляющим видом:
— Брат, может, лучше ты вместо меня?
Мэн Чи свернул договор в трубку и легонько стукнул его по лбу:
— Разве ты не был таким храбрецом с самого утра? А теперь сдулся?
— На самом деле, я тоже считаю, что если придешь ты, будет лучше. Ты мне нравишься куда больше, — Шэ Шань с улыбкой сменил позу, упершись локтями в стол, и принялся неотрывно разглядывать Мэн Чи своими персиковыми глазами. — С тех пор как ты стал мастером чайного искусства, аура вокруг тебя стала ещё более удивительной.
Мэн Чи выдержал его взгляд и констатировал:
— Ты изначально шёл за мной.
— Именно так, — подтвердил Шэ Шань. — Так что ты просто обязан согласиться.
Мэн Чи усмехнулся:
— А если я откажусь?
— Тогда мне останется только вести себя бессовестно и нагло, как в старые добрые времена, — ответил Шэ Шань.
Мэн Чи: «……»
Ян Цзылэ:
— Брат, может, согласишься?
Поразмыслив с минуту, Мэн Чи расслабил плечи, откинулся назад и лениво принялся крутить в пальцах чайную пиалу:
— Я могу согласиться.
Шэ Шань оживился, его глаза заблестели:
— Каковы твои условия?
Мэн Чи слегка скосил взгляд, и его взор через круглое окно чайной комнаты упал на шкаф, заставленный коробочками с чаем:
— Заберёшь с собой весь чай из того шкафа.
Шэ Шань проследил за его взглядом: чая в том шкафу наберется по меньшей мере тысяч на сто. Не раздумывая ни секунды, он ударил по рукам:
— Идет!
Ян Цзылэ на мгновение остолбенел, промелькнула мысль: неужели фотографы настолько богаты?
Мэн Чи же остался абсолютно невозмутим и велел Яну Цзылэ:
— Иди упакуй всё для босса Шэ.
Добившись своего, Шэ Шань вышел из чайной «Южань» в совершенно расслабленном состоянии, сразу же достал телефон и сделал звонок. Спустя пару секунд вызов приняли.
— Он согласился, — с улыбкой произнёс Шэ Шань. — Тинчжи, теперь-то ты не сможешь мне отказать?
Съемки Шэ Шаня были назначены на выходные.
В воскресенье ранним утром Мэн Чи сквозь сон услышал настойчивый стук в дверь. Звук не прекращался, заставляя его распрощаться сновидениями и окончательно прийти в себя.
Распахнув дверь, он увидел полностью готового к выходу Яна Цзылэ, от которого так и веяло бодростью и энергией.
— Ты чего так рано встал? — Мэн Чи зевнул. — Разве сегодня не выходной?
— Выходной. Но сегодня же фотосессия, неужели ты забыл? — Ян Цзылэ заглянул в его сонное лицо и тут же подтолкнул в сторону ванной: — Быстрее, давай умывайся, не опаздывать же.
Мэн Чи потребовалось несколько секунд, чтобы сообразить, что за день сегодня и чем предстоит заняться.
Видя такую целеустремленность Яна Цзылэ, Мэн Чи оставалось лишь взять себя в руки.
Адрес, который дал Шэ Шань, находился в элитном жилом комплексе Чжаому-Ли — обособленный особняк вдали от городского шума, неподалёку от известной туристической достопримечательности Цзэу под названием «Закат в переулке Ваньсян». Поэтому здешние цены на жильё мало чем уступали недвижимости в центре города, однако природа и воздух здесь были несравненно лучше.
http://bllate.org/book/32792/4011888
Сказали спасибо 0 читателей