Готовый перевод The Pomegranate Wine of Miao Mountain / Аромат граната и горного вина: Глава 17

И правда, из свайного жилища донеслись бранные слова на местном наречии. Однако дети ничуть не смутились: их звонкие шаги загремели по всему дому, и не успело пройти и мгновения, как ребятишки вывели наружу какую-то девочку, вытянув её за собой на улицу.

Это была Лун Асю. Сегодня на ней была самая обычная одежда, из-за чего она казалась ничем не примечательным человеком. Выйдя за порог, она всё ещё выглядела немного испуганной и застенчивой, а заметив ожидавшего её Цинь Цинчуаня, её лицо вновь слегка смущенно скривилось.

— Учитель Цинь… — робко поздоровалась она, не ожидая, что Цинь Цинчуань тоже придёт.

Рана на руке Цинь Цинчуаня уже зажила. С улыбкой глядя на вышедшую Лун Асю, он утешил её:

— Твои одноклассники ждали твоего возвращения в школу даже больше, чем я.

Эти слова заставили Лун Асю смутиться ещё сильнее. Она опустила покрасневшее лицо и, теребя край одежды, не знала, что и делать.

Но перед ней вдруг появился завернутый цаба. Из-под влажных свежо-зеленых листьев исходил едва уловимый рисовый аромат. Лун Асю замерла, подняла глаза и увидела, как Цинь Цинчуань смотрит на неё с красивой улыбкой.

— Это цаба, которую приготовил Цюй Хэ. Когда я собирался уходить, он велел мне захватить их для вас.

Хотя Цинь Цинчуань не до конца понимал, зачем Цюй Хэ это понадобилось, ему всё же лучше было поступить так, как тот просил, поэтому первую цабу он отдал Лун Асю.

На лице Лун Асю отразилось смешанное чувство шока и трогательного волнения. Её губы шевельнулись, и лишь спустя добрую минуту она запоздало подняла обе руки, чтобы благоговейно и бережно принять свежую цабу.

— Ну а теперь и для вас, по одной на каждого. Выстраивайтесь в ряд и подходите забирать.

Цюй Хэ дал ему немало цабы — как раз хватило на каждого ребёнка.

Дети никак не ожидали, что здесь найдётся и их доля. Ребята помладше тут же радостно зашумели и принялись протягивать к Цинь Цинчуаню маленькие ручки, сплошь полные ожидания заполучить заветное угощение.

Цаба казалась ещё теплой, и несколько нетерпеливых малышей поспешили отведать лакомство. Кончики их языков тут же обожгло, и им пришлось с досадой дуть на них навстречу весеннему ветерку.

— Ешьте медленнее, никто не торопится.

Раздав цабу последнему ребенку и убедившись, что у каждого в руках оказалось по штуке, Цинь Цинчуань вдруг заметил, что у него осталась ещё одна.

Глядя на это одинокое угощение, Цинь Цинчуань на мгновение растерялся, а затем спохватился и принялся наспех пересчитывать детей. Хоть он и понимал, что Цюй Хэ вряд ли точно знал количество учеников в его классе, в глубине души он был уверен: Цюй Хэ ведал, сколько именно здесь детей.

И действительно, обойдя ребят взглядом, Цинь Цинчуань почувствовал, как у него внутри всё ёкнуло, и спросил:

— А где Ши Цуй?

Ши Цуй — та самая девочка, которая вечно казалась робкой и пугливой, — сегодня отсутствовала.

— Учитель Цинь, у неё дома дела, она отпросилась.

Услышав вопрос Цинь Цинчуаня, отвечать ему снова принялся Лун Вэньфэй. Юноша, как и всегда, недоговорил начатое, но, взглянув на одинокую цабу в руках Цинь Цинчуаня, внезапно озарился догадкой и поспешно произнес:

— Учитель Цинь, оставьте эту оставшуюся себе. Если цабу своими руками сделал братец Цюй, она обладает благословенной силой. Каждый год во время праздников и фестивалей братец Цюй готовит угощения для всех, чтобы люди могли прикоснуться к удаче и радости.

Пища, приготовленная Учителем Духов собственными руками, само собой, несла в себе особый смысл.

Выслушав его, Цинь Цинчуань всё понял. Он улыбнулся, но отвечать ничего не стал — лишь спрятал эту цабу, после чего перевёл взгляд на всё ещё возбуждённых детей и окликнул их:

— Ну всё, раз уж мы встретили Асю, время близится к концу, пора отправляться в школу.

Учёба была делом необходимым, тем более что их шумная толпа уже привлекла немало зевак из числа местных жителей.

Стоит гадать, что не позже полудня об этом снова заговорит вся деревня.

Впрочем, ничего страшного в этом не было, и на сердце у Цинь Цинчуаня было легко. Но стоило заикнуться об учёбе, как Лун Асю, казалось, встревожилась, и поспешно заговорила:

— Учитель Цинь, я, я… — её взгляд забегал, и она неуверенно опустила голову.

Цинь Цинчуань уже догадывался, что с успеваемостью у неё могло быть не всё гладко, однако не видел в этом никакой проблемы. Напротив, он хлопнул Лун Асю по плечу, а затем посмотрел на остальных детей и произнес:

— Я тут подумал: в нашем классе сейчас как раз не хватает старосты по комплексным предметам, и я бы хотел, чтобы Асю стала старостой по естественным наукам. Что вы думаете об этом?

Дети явно не ожидали от Цинь Цинчуаня таких слов, а Лун Асю и вовсе потрясённо вскинула голову, с донельзя покрасневшим лицом не зная, что и думать. Она замялась, пытаясь отказаться, но сообразившие ребята не оставили ей ни единого шанса.

— Здорово! Я согласен!

— И я согласен!

— Согласны!

Они подняли руки вверх, радуясь так бурно, будто старостой назначали каждого из них по отдельности.

Лишь Лун Асю запаниковала. Тревожно глядя на одноклассников, а затем на ободряющий взгляд Цинь Цинчуаня, она испуганно и робко пролепетала:

— Учитель Цинь, я, я боюсь, что не справлюсь…

Она наверняка не справится: учится она плохо, да к тому же пережила историю с Одержимостью пещерой…

Однако Цинь Цинчуань лишь снова похлопал её по плечу и сказал с глубоким смыслом:

— Асю думает, что сможет справиться?

— …

Лун Асю поджала губы и молчала. Лишь спустя добрую минуту она подняла глаза и испуганно посмотрела на Цинь Цинчуаня, словно спрашивая его мнения.

Цинь Цинчуань, конечно же, был только рад смелым переменам и успехам детей, но понимал, что Лун Асю может понадобиться время на привыкание. В конце концов ему оставалось лишь похлопать её по плечу и сказать:

— Давай попробуем, хорошо? Учитель верит в тебя. Если почувствуешь, что это не твоё, тогда и скажешь учителю, ладно?

Двигаться тоже следовало шаг за шагом.

Похоже, эти слова возымели некоторое действие: Лун Асю наконец кивнула, считай, согласившись.

Но тут же, будто вспомнив что-то новое, она перевела взгляд и, с наивной чистотой посмотрев на Цинь Цинчуаня, спросила:

— Учитель Цинь, а могу я пойти отомстить Лю Яньшэну?

— …

Стало немного тревожно.

Цинь Цинчуань судорожно втянул воздух и решительно отверг эту затею.

Глава 14. Опадающие цветы

Всё оказалось даже лучше, чем предполагал Цинь Цинчуань: Лун Асю, судя по всему, быстро вернулась к учебному процессу.

Хотя она всё ещё выглядела немного застенчивой, благодаря поддержке и компании одноклассников она научилась говорить и общаться гораздо естественнее. И хотя ей всё ещё доводилось порой ловить на себе любопытные взгляды младшеклассников, казалось, она постепенно начала относиться к этому проще.

К тому же Цюй Хэ и Цинь Цинчуань уже доказали всем, что с ней всё в порядке.

Цинь Цинчуань был только рад таким переменам, а директор Ши и вовсе радовался происходящему больше всех.

И лишь Цюй Хэ оставался в полном неведении относительно того, что творилось в школе.

Поэтому, когда он возвращался с гор среди весенних цветов, ведя за поводок старого буйвола, он с первого же взгляда заметил в собственном дворе Цинь Цинчуаня, сидевшего за маленьким столиком вместе с директором Ши. На столике были расставлены вяленое мясо и вино, и судя по виду обоих, они беседовали и прикладывались к чаркам уже довольно давно.

Вино было крепким, и Цюй Хэ почувствовал его запах, даже стоя с подветренной стороны. Немного постояв на месте, он посмотрел на директора Ши, который, похоже, захмелев, то и дело хлопал Цинь Цинчуаня по колену.

— Раньше мы со стариком Тянем ещё сомневались в способностях учителя Цинь… Похоже, мы вас недооценили, примите мои извинения.

Директор Ши явно уже не держался с такой показной вежливостью и сдержанностью, как при первой встрече с Цинь Цинчуанем, и вовсю старался сократить дистанцию. Это застало Цинь Цинчуаня врасплох, но ему было неудобно отталкивать директора Ши, так что оставалось лишь слушать, как тот заплетающимся языком травит байки.

— Наш поселок — люди-то здесь на самом деле все хорошие, вот только мысли у них… больно уж отсталые!

Директор Ши сокрушенно покачал головой.

— Ну ты же говоришь… ты всё правильно говоришь, мы со стариком Тянем — люди хоть и образованные, и сами частенько бывали в посёлках внизу, в городах, всё повидали. Но что поделать, эти сельчане… эх…

Он снова опечалился и залпом осушил пиалу с вином.

Цюй Хэ смотрел на него, пустой взгляд мужчины чуть шевельнулся, но затем он опустил глаза и пошел дальше, уводя старого буйвола к навесу.

Цинь Цинчуань, конечно же, понимал горечь директора Ши, но поскольку он уже безуспешно пытался его утешить, то теперь просто не знал, что и сказать. Заметив боковым званием возвращение Цюй Хэ, он поспешно окликнул его, надеясь сменить тему.

Однако Цюй Хэ не отозвался и, с потемневшим лицом продолжая путь, скрылся из виду.

Сверху упал лепесток цветка и опустился прямо в пиалу с вином Цинь Цинчуаня.

— Да взять хотя бы Цюй Хэ… эх… — заметив вернувшегося Цюй Хэ и сбившись с мысли, директор Ши расстроился ещё сильнее. — Как бы мы со стариком Тянем ни распинались, объясняя всем вокруг, чего доброго не скажем — всё без толку, не стоит и одной фразы Цюй Хэ… эх, — скорбно покачал он головой. — Поэтому я всё же надеюсь, что если под вашим началом удастся изменить взгляды нового поколения в деревне и искоренить эти косные мысли, это будет лучше всего.

— …

Уголки губ Цинь Цинчуаня застыли в натянутой улыбке. Глаза его дрогнули, но на слова директора Ши он отвечать не стал.

Дело было не в том, что он не мог ответить — просто на примере Лун Асю он сам воочию убедился в ровно той же проблеме, о которой толковал директор Ши.

Он мог доказать истину, но правом окончательного слова обладал только Цюй Хэ.

Оба замолчали. Цюй Хэ уже вернулся в загона для буйволов и с равнодушным видом принялся счищать навоз и подкладывать свежую траву старому животному, выполняя из года в год повторяющуюся рутинную работу.

Директор Ши, судя по всему, не обратил внимания на молчание Цинь Цинчуаня. Тяжело вздохнув, он снова хлопнул Цинь Цинчуаня по плечу и произнес проникновенным голосом:

— Так вот, я хотел спросить учителя Цинь. Не согласится ли учитель Цинь стать классным руководителем среднего звена?

— …А?

Эти слова наконец задели Цинь Цинчуаня за живое. Он на мгновение вздрогнул и ошеломленно посмотрел на директора Ши, но, столкнувшись с его горящим надеждой взглядом, слова отказа застряли у него в горле.

— Классным руководителем. Если вы согласитесь вести класс, я сам потолкую с остальными учителями, — глаза директора Ши сияли, и он возлагал на Цинь Цинчуаня огромные надежды. — Я видел ваши подходы, вы во всём правы. Я считаю, для нашего поселка поистине великое благо заполучить такого учителя, как вы.

С этими словами он, кажется, снова растрогался: уголки его глаз покраснели, а нос зашмыгал.

http://bllate.org/book/32872/4023630