Готовый перевод Transmigrated as the Cannon Fodder Scum Alpha of a Future Empress / Императрица: Возмездие пушечного мяса: Глава 17

Едва успев встать на ноги, она увидела, как в воздухе внезапно возникла куча каких-то вещей, а затем с шумом они одновременно посыпались вниз, с треском разлетевшись по всей земле.

Цзи Пинъань: «…»

К счастью, она бегала быстро, иначе на Систему легло бы обвинение в «убийстве собственной хозяйки».

Когда падение завершилось, она вернулась на кровать и принялась просматривать список предметов, выпавших из Системы: среди них оказалось 11 обычных предметов, 2 хороших предмета и 1 отличный предмет.

Цзи Пинъань просто пропустила преувеличенные описания предметов, выданные Системой, и сразу перешла к хорошим и отличным вещам.

Ей вовсе не показалось — в этот раз ей не только впервые выпал хороший предмет, но среди добычи обнаружилась даже отличная вещь!

[Поздравляем с получением отличного предмета: Восполнение очков силы. Срок действия: бессрочно.]

[Описание предмета: Бесконечный мир, первозданная и вечная сила, бьющая ключом из глубин тела.]

[Поздравляем с получением хорошего предмета: Ячейка инвентаря x2. Срок действия: бессрочно.]

[Описание предмета: Маленькая ячейка — огромная энергия. Что не удержать и куда не положить — всё поместится здесь.]

К счастью, хотя описания предметов и выглядели несерьёзно, сами названия оставались краткими и понятными.

Цзи Пинъань мысленно предположила, что сегодняшний отличный предмет должен увеличить её физическую силу, вот только было неизвестно, насколько именно.

[Подтвердить использование предмета Восполнение очков силы?]

[Подтвердить.]

В тот самый миг, когда Цзи Пинъань подтвердила выбор, она почувствовала, как её тело изнутри и снаружи претерпевает изменения.

Дыхание стало более размеренным, ноги — легкими, а во всем теле появилось ощущение прилива сил.

Она торопливо встала на пол и попыталась одной рукой приподнять самую тяжёлую кровать в комнате. Стоило ей приложить совсем чуть-чуть усилий, как кровать оторвалась от пола с невероятной легкостью.

Раньше Цзи Пинъань была совершенно неспособна на подобное!

Если оценивать по стобалльной шкале, то прежде её сила едва ли дотягивала до 45 из 100 — она уступала даже самым обычным жителям Цянь Юаня.

Но теперь, получив [Восполнение очков силы], она могла похвастаться по меньшей мере 75 баллами из 100!

Не зря это отличный предмет — он навсегда улучшил её физические данные!

Цзи Пинъань едва сдерживала обуревавшее её волнение; ей казалось, что сегодняшний отличный предмет даже превосходит по полезности [Прицел охотника].

В конце концов, когда она столкнулась с Гун Жуном, ей хватило всего пары пинков, чтобы у неё саму свело ногу.

Хотя ей и удалось не дать Гун Жуну себя обидеть, появись тогда еще несколько человек — и её прежнее показное спокойствие могло бы испариться.

Не говоря уже о том, что с её прежним телосложением даже подъем в гору в течение половины дня заставлял её задыхаться, и до уездного города удавалось добраться лишь за счёт чистой силы воли.

В этом мире только обладание силой может заставить других не сметь обижать её и её близких, только так можно заработать деньги.

Закончив с отличным предметом, Цзи Пинъань перевела взгляд на интерфейс Системы: внизу неожиданно появились две пустые ячейки.

Должно быть, это и были те два одинаковых хороших предмета — [Ячейка инвентаря], которые она только что выиграла.

Она попыталась взять редиску, выпавшую незадолго до этого, и мысленно произнесла: [Убрать]. В мгновение ока редиска в её руке исчезла, зато в одной из ячеек внизу интерфейса появился значок редиски.

Цзи Пинъань моргнула и мысленно скомандовала: [Достать], после чего редиска снова оказалась на её кровати.

Она тут же подбежала к углу комнаты, положила руки на полотняные мешки с пшеничной мукой и нешлифованным рисом, желая убрать их в хранилище.

Но на этот раз ничего не вышло, и Система выдала подсказку.

[Подсказка: каждая ячейка может вмещать только один вид предметов.]

Рука Цзи Пинъань чуть сдвинулась в сторону — теперь она касалась лишь мешка с пшеничной мукой. На этот раз Система не стала выдавать предупреждений, и мука успешно переместилась в системное пространственное хранилище.

Два эксперимента позволили ей в общих чертах разобраться с правилами использования [Ячейки инвентаря].

Она напоминала привычный по играм «рюкзак», способный вмещать реальные вещи без ограничений по размеру и весу.

Однако в каждой ячейке мог храниться только один и тот же вид предметов, смешивать разные вещи в одной ячейке запрещалось.

Разобравшись с хорошими и отличными предметами, Цзи Пинъань наконец переключилась на обычные вещи, выпавшие в качестве призов.

Среди них оказались: тыква, листовая капуста, полотенце, 10 семян овощей (с возможностью обмена на любые семена овощей), деревянные палочки для еды, ватное одеяло, пеньковая верёвка, деревянное резное украшение, релаксационная музыка и дикий карась.

Палочек для еды было две пары, так что в общей сложности набралось одиннадцать видов обычных предметов.

За исключением [Релаксационной музыки], чей срок действия ограничивался [одним кэ], все остальные вещи обладали [бессрочным] сроком хранения.

Цзи Пинъань сначала убрала еще резвого дикого карася в системное хранилище — так завтра он все еще останется живым, когда она его достанет.

Тыкву, листовую капусту, редиску и палочки для еды она сложила в заплечную корзину, чтобы завтра просто отнести на кухню и объявить, будто принесла их из уездного города.

Остальные вещи — полотенце, одеяло и верёвку — она запихнула в шкаф, откуда их можно будет взять по мере необходимости.

Хотя все эти предметы были самыми обычными, для Цзи Пинъань они означали экономию денег, так что она вовсе не собиралась ими пренебрегать.

Что же до деревянного резного украшения, то от него пользы было чуть меньше, и Цзи Пинъань тоже закинула его в шкаф.

Теперь оставался лишь последний предмет — [Релаксационная музыка] со сроком действия в [один кэ].

[Описание предмета: И днем, и ночью трогает струны души, уносит мысли за тысячи ли, даря мгновения покоя.]

Цзи Пинъань нажала кнопку использования, и Система принялась воспроизводить мелодию. В комнате ничего не было слышно — музыка звучала исключительно в её голове, причем Система выбрала именно ту самую инструментальную композицию, которой она чаще всего пользовалась в бытность видеоблогером.

Цзи Пинъань: «…»

Спустя один кэ музыка смолкла.

Было ли ей от этого расслабленно — большой вопрос, а вот то, что одна попытка розыгрыша улетела в никуда — чистая правда.

Оставалось лишь молиться, чтобы в будущих розыгрышах ей больше никогда не выпадало подобной ерунды!

*

Из-за вечернего волнения от розыгрыша Цзи Пинъань на следующий день проспала чуть дольше обычного. Когда она проснулась, Суйсуй и Шэнь Чжиюй уже встали и умывались во дворе.

Закончив с водными процедурами накануне, Шэнь Чжиюй облачилась в принесенную хозяйкой старую одежду — ткань представляла собой грубый лён, который так любят деревенские жители, а тёмно-синий цвет успел изрядно полинять от стирки.

Цзи Пинъань была чуть выше ростом, поэтому на Шэнь Чжиюй наряд сидел со значительным запасом.

Она слегка закатала рукава, обнажив худые запястья.

На местах, где раньше краснели следы от ран, кожа теперь посветлела, а после нанесения мази приобрела едва заметный розовато-сизый оттенок.

Шэнь Чжиюй опустила голову и слегка зачерпнула ладонями воду, чтобы умыть лицо; капли влаги осели на её длинных ресницах.

Выпрямившись после умывания, она увидела протянутое перед ней полотенце.

Цзи Пинъань совершенно непринужденно произнесла:

— Вытрись.

Шэнь Чжиюй бросила на нее взгляд, взяла полотенце, промокнула капли с лица и лишь после этого поинтересовалась:

— Где Суйсуй?

— Говорит, хочет помочь тебе сготовить завтрак, пошла в мою комнату за крупой и мукой, — ответила Цзи Пинъань.

Шэнь Чжиюй кивнула и положила полотенце на прежнее место.

Когда они проснулись, дверь в комнату Цзи Пинъань еще была заперта, и Суйсуй, заметив это, предложила взять приготовление завтрака на себя.

Цзи Пинъань с любопытством спросила:

— А-Цзю, неужели ты тоже будешь готовить?

Судя по оригинальному сюжету, Шэнь Чжиюй с малых лет воспитывалась во дворце и вряд ли имела хоть малейшее представление о готовке, не говоря уже об использовании глиняной печи и керамических горшков.

Шэнь Чжиюй бросила на нее легкий, невесомый взгляд:

— Я делаю это не для тебя, просто компанию Суйсуй составляю.

Цзи Пинъань: «…»

Этот факт ей стоило бы держать при себе, озвучивать его вслух было совсем необязательно.

— Я вовсе не это имела в виду, просто… ты вообще умеешь готовить?

Тон Шэнь Чжиюй остался ровным:

— Разве умение готовить — это проблема?

Цзи Пинъань тут же замотала головой:

— Никаких проблем.

Кто знает, может, в первоначальном сюжете об этом просто не упомянули, а на самом деле Шэнь Чжиюй обладает выдающимися кулинарными талантами? Цзи Пинъань решила, что недооценивать собеседницу не стоит.

Только после этого Шэнь Чжиюй издала короткое «угу» и направилась на кухню.

Цзи Пинъань не стала следовать за ней. Умывшись на улице, она сорвала у входа ивовый прутик и принялась чистить зубы.

В это время каждая семья вовсю стряпала завтрак: из труб поднимался дым, а крики, с которыми матери поднимали детей, смешивались с утренним щебетанием птиц в ветвях, создавая неповторимую атмосферу житейского уюта.

Продуктов в доме пока оставалось немного, поэтому Суйсуй решила с утра пораньше испечь лепешки из диких трав и сварить рисовую кашу.

Когда Цзи Пинъань подошла к дверям кухни, Шэнь Чжиюй как раз держала в руках миску с жидким тестом, собираясь выпекать лепёшки, в то время как Суйсуй рядом промывала рис для каши.

Она застыла на пороге, не вмешиваясь и просто наблюдая за движениями девушки.

Будь то утреннее умывание или нынешняя возня у плиты — казалось бы, самые обыкновенные, заурядные действия в исполнении Шэнь Чжиюй приобретали совершенно особую прелесть.

Неторопливые и размеренные, они изнутри излучали ту самую элегантную, благородную и в то же время непринужденную грацию.

Впрочем, полюбовавшись этим зрелище пару мгновений, Цзи Пинъань больше не могла молчать и обратилась к Шэнь Чжиюй:

— Лепёшку пора переворачивать, иначе она сейчас подгорит.

Она подошла ближе и увидела, что Шэнь Чжиюй, вооружившись деревянной лопаткой, пытается подцепить подрумянившуюся с краю лепёшку, чтобы перевернуть её целиком.

Но из-за того, что огонь оказался слишком сильным, а масла налили маловато, лепёшка намертво прилипла ко дну глиняного котла.

Шэнь Чжиюй предприняла несколько попыток, но оторвать её не смогла — вместо этого лепёшка разломилась на такие мелкие кусочки, которые могли бы посоперничать с рисовой кашей Суйсуй.

Цзи Пинъань не выдержала и рассмеялась. Вытащив пару поленьев из топки и убавив огонь, она перехватила у той лопатку, чтобы исправить положение.

— Ничего страшного, ее всё еще можно есть, просто корочка получилась чуть темнее обычного.

Шэнь Чжиюй: «…»

Накануне она видела, как Цзи Пинъань печет лепешки из диких трав, и даже запомнила каждый шаг, поэтому и решила попробовать сама.

Только вот она никак не ожидала, что вначале всё шло хорошо, но в один миг от лепешки повеяло гарью.

Глядя на обломки в миске, она неуверенно спросила:

— Её еще можно есть?

Цзи Пинъань кивнула:

— Почему же нет? На вкус она ничем не отличается от обычной, а подгоревшие участки даже придают особую пикантность.

С этими словами она подцепила палочками кусочек, отправила его в рот, проглотила и добавила:

— Очень даже вкусно получилось, хочешь попробовать?

Раз уж лепёшка была испечена собственными руками, Шэнь Чжиюй тоже захотелось оценить результат.

http://bllate.org/book/33500/4117202