Готовый перевод Goodbye He Zhizhao / Прощай, Хэ Чжичжао. Бэй Цзюнь [Завершено]: Глава 17

Машина ехала недолго и остановилась у обочины возле крупного супермаркета.

В глаза бросились праздничные красные вывески, а также три знакомые любому ребёнок буквы — KFC.

У входа стоял сотрудник и с улыбкой вручал каждому из троих по купону:

— Можете ознакомиться с нашим новогодним семейным ведром!

Они толкнули стеклянную дверь, и в лицо пахнуло ярким светом и аппетитным ароматом жареной во фритюре еды. В первый день нового года отбоя от клиентов не было, и перед каждой кассой выстроилась длинная очередь.

— Ну, давайте выберем, что будем есть, — Цзян Ляньцин провела их в хвост самой короткой очереди, углубившись в изучение купона, а затем перевела взгляд на рекламный плакат за кассой. — Если чего-то из купона не хотите, выбирайте вон то, что сверху.

— Я буду яичные тарталетки, — подал голос Хэ Чжичжао.

Цзян Ляньцин на пару секунд замолчала, а затем попыталась договориться с ним:

— Знаю, что ты любишь тарталетки, но не можешь же ты питаться одними ими.

— Тогда выпью еще стакан сока, — с видом капитуляции произнес Хэ Чжичжао и сосредоточенно принялся отрывать по перфорации маленький квадратик с изображением тарталетки на купоне.

Цзян Ляньцин повернулась к Сюй И:

— А что хочет Сяо И?

Сюй И сглотнул слюну. Он прекрасно понимал, что заказывать что-то дорогое ему не положено, поэтому с зажатым в руке купоном принялся нервно изучать ассортимент, пытаясь отыскать самое выгодное и сытное блюдо. Наконец он ткнул пальцем в угол:

— Я буду это.

— Ты собираешься есть всего лишь один гамбургер? — Очередь как раз дошла до них, и преграды исчезли. Цзян Ляньцин сразу заметила стоящую рядом с кассовым аппаратом вещицу и спросила: — А это что такое?

Продавец тут же воспользовался моментом для рекламы:

— Это игровая приставка полковника, на ней можно играть во множество игр. Она идет в подарок при покупке праздничного комбо.

Цзян Ляньцин приняла решение мгновенно:

— Отлично, заверните два!

— Тарталетки, — вовремя напомнил Хэ Чжичжао, вежливо протягивая купон.

Сюй И прижал к груди свой поднос и послушно поплелся за остальными искать свободные места. Он чувствовал себя как во сне. На его подносе лежал не только желанный гамбургер, но также закуски и напиток. А самое главное — там покоилась квадратная красная бумажная коробочка.

Внутри лежала та самая игровая приставка, которой он так долго завидовал у одноклассников.

Цзян Ляньцин отдала свою приставку с подноса Хэ Чжичжао:

— Ты уверен, что хочешь только тарталетки?

На подносе у Хэ Чжичжао действительно стояла лишь коробочка с тарталетками да стакан фруктового сока из девяти компонентов. Он ответил:

— Да, мне вполне хватит, спасибо.

Тогда Цзян Ляньцин сказала Сюй И:

— Давай тогда вкусненьким поделимся.

Сюй И кивнул, не сводя глаз с Хэ Чжичжао.

Хэ Чжичжао сидел с прямой спиной и очень бережно открыл коробочку. Внутри лежало шесть тарталеток, и он начал есть с той, что помещалась в левом верхнем углу.

Сюй И уже давно заметил, что Хэ Чжичжао обожает сладкое и при этом обладает невероятным внутренним порядком во всём. В школьной столовой он всегда съедал одно блюдо полностью, прежде чем перейти к следующему; мороженое «Три цвета» ел исключительно с краешку, никогда не смешивая вкусы; а учебники в его портфеле всегда лежали аккуратно выстроенные по порядку предметов: язык, математика, окружающий мир. Любая деталь вокруг него была безупречно упорядочена.

Каждый раз, замечая это, Сюй И невольно представлял, к чему приведет нарушение такого порядка. Но поскольку он никогда не видел Хэ Чжичжао злым и совсем не хотел расстраивать друга, то оставлял эти мысли при себе.

Цзян Ляньцин знала, что Хэ Чжичжао не умеет говорить, и, боясь, что Сюй И будет чувствовать себя неловко, то и дело заводила с ним непринужденный разговор.

Сюй И сидел выпрямившись, боясь даже притронуться к еде во время ответа, чтобы не сбиться и не говорить с набитым ртом. Услышав вопрос Цзян Ляньцин: «А что обычно покупает тебе мама, когда вы ходите сюда?», он сквозь зубы выдал что-то вроде деревенского гамбургера с хрустящей курочкой или куриного ролла — просто потому, что только что прочитал эти названия на купоне.

Правда же заключалась в том, что в последний раз он был в KFC почти два года назад. В тот день Сюй Тяньбао праздновал день рождения, и вся семья из четырех человек ела семейное ведерко, которое Сюй Цзяньфэн принес домой. Тот красный бумажный тубус Сюй Тяньбао оставил себе под игрушки. Сюй И тайком залезал внутрь и принюхивался еще несколько раз, хотя даже спустя три дня оттуда слабым эхом доносился запах жареной курицы. Вдохнуть этот аромат снова было равносильно тому, чтобы еще разок пережить те счастливые мгновения.

Но он также знал, что каждую пятницу, забирая Сюй Тяньбао из школы, Юй Минь обязательно водила его в KFC перекусить. Ведь по пятницам они возвращались домой на сорок минут позже, а однажды Сюй Тяньбао проболтался, что объелся куриными крылышками в соусе орлеан и уже не хочет ужинать.

Тогда Юй Минь цыкнула языком, вытащила салфетку, вытерла сынку рот и оборвала его на полуслове.

Сюй И в тот момент сидел опустив голову и усердно наминал рис, делая вид, что ничего не понял.

Наевшись, они вернулись домой, но у самого входа их окликнула бабушка Шуй Ин, дежурившая в сторожке.

Она отворила створку окна и высунулась наполовину, обращаясь главным образом к Сюй И:

— Тебе звонила мама, ты не ответил, поэтому она набрала сюда. Я передала ей, что маленькая Цзян увела обоих пацанов обедать. Скоро вернусь и ей передам.

Сердце Сюй И на секунду подпрыгнуло, но, дослушав, он выдохнул:

— Спасибо, бабушка Шуй Ин, а что мама сказала?

— Сказала, что они сегодня ночевать не придут, будут играть в маджонг. Велела тебе после душа не забыть выключить водонагреватель, — ответила та.

Сюй И изначально планировал после ужина усесться на лестничной площадке в ожидании возвращения домашних, но никак не ожидал, что те пропадут на всю ночь.

Цзян Ляньцин сообразила первой и всплеснула руками:

— Ой, так ты же теперь дома не попадешь?

Сюй И потерял дар речи и смог лишь выдавить из себя неловкую улыбку. То ли оттого, что на улице дул слишком холодный ветер, то ли от волнения, но его язык снова онемел.

Хэ Чжичжао предложил:

— Тогда оставайся в моей комнате.

Цзян Ляньцин поддержала его идею:

— Верно, пойдешь к Хэ Чжичжао, потеснитесь как-нибудь на одну ночь, хорошо?

Сюй И подсознательно догадывался, что кто-то из них обязательно озвучит это предложение, поэтому, услышав его вживую, испытал куда больше восторга, чем растерянности или смущения.

Конечно, хорошо. Для любого школьника возможность делить кровать с лучшим другом и болтать по душам шепотом перед сном — соблазн, перед которым невозможно устоять. К тому же идти ему и впрямь было некуда.

Сюй И не привык бурно выражать радость на глазах у взрослых, поскольку те вечно реагировали так, будто он совершил какой-то проступок. Поэтому он лишь сдержанно улыбнулся:

— Хорошо, спасибо, тетя Цзян.

Теперь хотя бы не придется переживать из-за водонагревателя.

Поужинав, Сюй И посмотрел, как Хэ Чжичжао покормил рыб, а затем они уселись на диван в гостиной смотреть телевизор. Ему безумно хотелось опробовать ту игровую приставку из KFC, но распаковывать её при всех он постеснялся. А Цзян Ляньцин, которая во второй половине дня куда-то уходила одна, заперлась в своей комнате и, устроив стационарный телефон на коленях, принялась куда-то звонить.

http://bllate.org/book/33666/4138492