Ли Тинпу с обреченным видом произнес:
— Вероятность того, что я смогу на тебе жениться, крайне мала, особенно после того, как я встретил Фердинанда. Я почти смирился со своей судьбой. Я готов отправиться на поле боя ради боевых заслуг, но если я оттуда не вернусь, у тебя останется только Фердинанд.
*Лучше бы им грызть друг друга глотку и связать себя узами на всю жизнь. Интересно, это ты выгонишь его вместе с питомцем из дома, или он со вздохом откажется от образа заботливого хозяина любимого животного?*
Ли Тинпу бросил взгляд на золотистого ретривера в руках Фердинанда Торна. Шерсть у пса была густой, выглядела лучше, чем шевелюра завсегдатая салонов красоты, сам он был полон энергии и отличался потрясающей внешностью… Похоже, этот человек вовсе не играл на публику, а действительно искренне любил своего питомца.
Ли Тинпу мысленно на секунду посочувствовал их будущей совместной жизни.
Он вовсе не собирался жениться на Айлере Родхэме. Если он и отправлялся на поле боя балансировать на грани смерти, то лишь ради рекомендательного письма, ради ключа, способного пробить ему путь в высший свет.
Для такого бедняка, как он, романтические чувства обладали слишком низкой эффективностью.
Фердинанд, слушая его самоуничижительные речи, с бессознательным чувством превосходства усмехнулся:
— В Федерации для богатых детишек, привыкших жить за чужой счет и ничего не делать, предусмотрены специальные карьерные пути. Подобные достижения тоже засчитываются как боевые заслуги, и в год, когда я ушел в армию, я получил таких несколько.
Он посмотрел на лицо Ли Тинпу, словно что-то вспомнив, и, сообразив, добавил:
— Впрочем, количество мест ограничено, так что, кажется, тебе они не достанутся.
*Сказал бы ты об этом пораньше, а то напугал меня, я зря переживал.*
Взгляд Ли Тинпу слегка потемнел. Он крайне мало знал об армии, и если бы не упоминание Фердинанда, то, пожалуй, упустил бы этот момент.
Ли Тинпу мягко улыбнулся:
— Я удивлен, что ты рассказал мне столько нюансов. Спасибо, что поделился, пусть у меня и нет влияния, чтобы получить такие условия для продвижения по службе, и я вообще услышал об этом впервые.
*Интересно, вы, небожители, и правда круглые дураки или у вас просто языки за зубами не держатся, раз выболтали даже такое?*
*Возможно, вы и впрямь считаете подобные закулисные правила чем-то само собой разумеющимся.*
Лицо Фердинанда заметно расслабилось, а уголков губ коснулась довольная улыбка.
Сталкиваться с кознями соперника по любви, который поливает тебя помоями и обзывает «зеленым чаем», — дело привычное, но когда приемы «зеленого чая» используют против тебя самого, разве это не внове?
Золотистый ретривер стоял на месте, видимо, уже потеряв терпение, и, подбежав, принялся крутиться вокруг ног Ли Тинпу. Айлер испуганно вырвался из объятий Ли Тинпу, в изумлении отшатнулся на несколько шагов назад и в панике закричал.
Ли Тинпу опустился на корточки, чтобы остановить собаку, погладил ее по голове и, подняв лицо, улыбнулся:
— Твой Инь Ицзяо такой послушный. Только вот Айлер боится животных. Если вы поженитесь и между вами из-за этих питомцев возникнет отчуждение, боюсь, между супругами вспыхнут разногласия.
Фердинанд Торн вгляделся в сияющую улыбку Ли Тинпу, в его глазах промелькнуло что-то неуловимое. Будь у Айлера такой характер, ему, пожалуй, не пришлось бы так сильно ломать голову.
Фердинанд потер кончики пальцев, достал коммуникатор и произнес:
— Давай обменяемся контактами, чтобы тебе было проще обращаться ко мне за советами по поводу армии.
*Включая ситуации, когда супруги ссорятся из-за домашних животных — лучше, если между ними будет посредник.*
Эти слова донеслись до ушей Айлера, и в тот же миг его ногти впились в ладони, а глаза налились кровью, когда он в ярости уставился на Фердинанда Торна.
*Он и вправду попытался купить Тинпу, выбалтывая закулисные правила, посеять раздор между Тинпу и моими родителями, да еще и хочет добавить его в контакты, чтобы исподтишка плести интриги!*
Я здесь, я здесь! Выкладываю сегодняшнее обновление, добро пожаловать в избранное и комментарии!
-
Все религиозные мотивы в тексте являются чистой выдумкой, немного отличаются от реальности и не имеют никаких реальных прототипов. Культ Божественного Разума и Гоморра — два оригинальных религиозных течения. Феррант, Хартиган и Айлер исповедуют Культ Божественного Разума, в то время как Сяо Пу подрабатывал волонтером в Культе Гоморры.
Глава 16. Предельная распущенность
Закончив гладить собаку, Ли Тинпу поднялся на ноги и, повернувшись, спросил Айлера:
— Ты же не против, если мы с господином Сороном обменяемся контактами?
Его слова провели четкую черту, отдаляя его от Фердинанда Торна, сгладили эстафетную палочку между двумя Альфами в любовной гонке и вернули все права на толкование ситуации в руки Айлера.
Айлер, в чьем сердце уже поднялась волна ревности, замер и растерянно, с упреком произнес:
— Я же не запрещал тебе добавлять его контакты, что ты меня спрашиваешь?
Айлер закусил губу: он ведь вовсе не какой-то жуткий ревнивец.
Подумав об этом, он бросил злобный взгляд на Фердинанда. Если бы тот не появился внезапно и не наговорил Ли Тинпу столько всего об армии — так, будто родители Айлера нарочно нацелились на Ли Тинпу и, скрывая от него всю картину, силком отправляли на передовую...
А теперь этот тип еще и продолжает исподтишка прощупывать почву у него на глазах, в открытую добавляя Ли Тинпу в контакты!
Ли Тинпу с мягкой улыбкой ответил:
— Просто каждого человека, которого я добавляю, мне хочется отчитываться перед тобой.
*Жаль только, что образ капризной недотроги сейчас уже не в моде, а то ты бы точно пользовался бешеным успехом.*
Словно вспомнив о том, что Айлер боится животных, Ли Тинпу взял его за руку — ту самую, которой не трогал собаку, — и попрощался с Фердинандом, который сверлил его мрачным взглядом:
— Хоть вы и настоящие жених с невестой, раз Айлер так боится питомцев, мы, пожалуй, пойдем. Если вы собираетесь жить вместе в будущем, вам лучше не заводить таких животных, избавьтесь от них.
*Да кто ты такой, чтобы рассуждать о моей жизни с Айлером после свадьбы?*
Фердинанд недовольно нахмурился, слова уже вертелись на языке, но, уставившись на лицо Ли Тинпу, он так и не смог их вымолвить.
Манера держаться у Ли Тинпу была настолько естественной, казалось, будто он и вправду заботится исключительно о благополучии их будущей супружеской жизни. От него так и везло атмосферой: я пришел не для того, чтобы разрушить ваш союз, я просто хочу влиться в вашу семью!
Фердинанд холодно усмехался:
— Мало того, что я не собираюсь избавляться от питомцев, я буду держать только крупных собак. Надеюсь, тебе никогда не доведется выйти замуж за кого-то из моего дома.
Проводив их взглядом, он отправился на поиски четы Родхэм, чтобы заручиться их устным обещанием.
Фердинанд вел машину домой, держа на поводке собаку и чувствуя себя как на иголках. Раздался звук входящего сообщения, он слегка приподнял брови и открыл экран. Ожидаемо, сообщение прислал кто-то из руководства Фармацевтической компании Торн.
[Абигейл Торн: Мы обсуждаем с Захарией Феррантом план этой реформы медицинского страхования. Поторопись разобраться с Айлером, лучше всего сыграть свадьбу до следующих выборов в парламент, только так мы сможем протолкнуть тебя в члены Палаты представителей.]
Фердинанд с размаху ударил обеими руками по рулю, и гулкий звук словно бы выплеснул наружу накопившуюся на дне души злость.
*Ты говоришь мне, как поступить? Чертов Айлер потерял голову из-за какого-то Ли Тинпу, какими силами он сможет бороться с этой тупой фальшивкой?!*
Не рассчитывая больше на приятные сюрпризы, Фердинанд уставшим вернулся домой, припарковал машину задним ходом и отпер дверь, как только он переступил порог, на него с лаем бросились пять или шесть собак.
Едва пушистые питомцы успели немного утешить его, как стоило ему сделать шаг вглубь дома, перед его глазами предстала картина разгрома: бигль в бешенстве разнес всю комнату. Стоило же ему опустить голову, как пудель принялся исступленно тереться о его штанину.
Фердинанд швырнул портфель на пол и в бессильной ярости рухнул на колени.
— Разве можно вас кому-то показать в таком виде? Если Айлер действительно выйдет за меня и переедет сюда, он наверняка вышвырнет вас из дома!
Слова оставались словами, но стоило Фердинанду вообразить подобную картину, как у него на душе сразу же скребли кошки.
Он с тревожным сердцем грыз ногти, от мыслей становилось лишь тошнотворнее. В его воображении уже почти нарисовалась сцена: они женятся на Айлере, а тот берет и выбрасывает домашних животных на улицу скитаться!
Фердинанд достал коммуникатор. Экран был открыт на диалоге с Ли Тинпу, запрос на добавление в друзья уже прошел одобрение. Фердинанд занес палец над виртуальной клавиатурой в поле ввода сообщения, на мгновение замер, а затем швырнул коммуникатор прочь, словно раскаленную картошку.
Он искренне считал себя безнадежным дураком, раз ему пришло в голову изливать душу сопернику по любви, но вот о проблемах в отношениях с Айлером он не мог рассказать ни одному из своих друзей!
*Ладно, пусть Ли Тинпу побудет вашим семейным психологом.* Фердинанд понимал, что Ли Тинпу, пусть даже и лжа, абсолютно все равно на их свадьбу, но на текущий момент действительно лишь он знал истинное положение дел.
Фердинанд поднялся с пола и подобрал оброненный коммуникатор: экран треснул, но на работоспособность это не влияло.
[Завел десять собак только для того, чтобы натравить их на тебя: Моя невеста так боится животных, не станет ли она издеваться над ними в будущем?]
*Айлер так сильно меня ненавидит, неужели после свадьбы он будет совершенно несчастен?*
***
Ли Тинпу стоял перед входом в частный ломбард. По дороге он снял с мочек ушей бриллиантовые серьги-гвоздики, положил их на прилавок и стал ждать, пока оценщик проверит подлинность.
На его карте лежали лишь строго фиксированные деньги на оплату обучения и карманные расходы в университете, тратить которые сверх меры запрещали правила самоконтроля. После поступления в военную академию, даже с учетом федеральных субсидий, одни только расходы на жизнь для обычного человека составляли астрономическую сумму.
Ли Тинпу должен был подзаработать еще немного денег на повседневные траты, но из-за внезапного признания и предложения руки и сердца от Пэй Жуя ему пришлось в спешке бежать из Двенадцатого района. Теперь же его карманы пустовали, и ему оставалось лишь с досадой продать серьги.
Убедившись в подлинности украшения, оценщик назвал смехотворно низкую цену за выкуп.
Ли Тинпу попытался поторговаться:
— Это брендовые ювелирные изделия, баснословно дорогая лимитированная серия. Я избавляюсь от них только потому, что они срочно нужны мне на руках, иначе цена была бы совсем другой.
— Без фирменной упаковки и чека стоимость падает. К тому же сейчас рынок неблагоприятен, а платина с бриллиантами вообще ничего не стоят. Я даю вам половину от реальной стоимости, и точка.
После недолгих препираний Ли Тинпу указал на серебряную подвеску, висевшую на деревянной подставке для украшений за спиной оценщика, и с легкой улыбкой произнес:
— Давайте округлим, а эту подвеску с витрины отдайте мне в придачу.
Продав серьги, Ли Тинпу перед уходом мысленно почтил память своей школьной первой любви среди беты. Сменять подарок, подаренный бывшим, на деньги для проживания — разве это не спасительные средства?
Он вышел из ломбарда, поднимая к небу серебряную цепочку с кулоном. Подвеска представляла собой изящный ажурный диск, обе стороны которого открывались, позволяя спрятать внутри миниатюрную фотографию. Солнечные лучи падали на инкрустированные бриллианты, заставляя их сислеть ослепительным блеском.
Ли Тинпу не питал слабости к роскоши, и у него не было ни капли недовольства от потери единственного дорогого металлического украшения.
Раз уж он задался целью стать публичной персоной, излишняя демонстрация собственного богатства принесла бы лишь проблемы и ненужное любопытство. Скромность и простота — лучший выбор для поддержания собственной состоятельности, а вычурные наряды выбирают лишь куртизанки.
Какая бы роскошная вещь ни была продана, если вырученные средства способны спасти жизнь или обеспечить будущую власть, такая сделка никогда не будет убыточной.
Стоило Ли Тинпу уйти, как те самые серьги, ожикавшие выкупа, отправились прямиком в кабинет в здании парламента.
Захария Феррант за рабочим столом подписывал рекомендательные письма, когда адъютант постучал в дверь и выставил на стол платиновые серьги в виде голов леопарда с бриллиантами.
Феррант поднял веки и встретился взглядом с изумрудными глазами леопарда. Приподняв брови, он ревниво протянул:
— Носить с собой такие дорогие украшения... Как ни посмотри, этот человек совсем не похож на того, кто станет ради рекомендательного письма обманывать ради денег или чувств.
http://bllate.org/book/34359/4235383
Готово: