Тёмная ночь.
На тихом перекрёстке вдали отсвечивали неоновые огни. Если заглянуть внутрь через разбитое окно, человек в комнате казался максимум слабым, очень слабым, но вовсе не выглядел умирающим. Шторы, давно изрешеченные пулевыми отверстиями, развевались на ветру. Облака сместились, обнажая скрываемый ими лунный свет. Ночь стала ярче, позволив Ли Кайле отчётливо разглядеть всё, что происходило в комнате.
— Э-это… правда… ты действительно не умрёшь! — Наёмник, прижатый Ли Кайле к полу, отчаянно вытаращил глаза, дрожа от возбуждения. — Ты бессмертен, в тебе есть…
— Кар! — внезапно раздался резкий птичий крик. Несколько чёрных перьев упали с небес, и на крышу опустился ворон, глядя сверху вниз на стоявших внизу людей.
— Вилт! — Шаги приближались стремительно. Ворон карнул и, сорвавшись вниз, приземлился на плечо девушки. На ней было тёмно-красное бархатное платье, а золотисто-каштановые кудри украшала кружевная лента. Ли Кайле видел её уже не в первый раз.
Заметив, что Вивиан вернулась, У Вэйцянь понял, что она переживает за него, и покачал головой, глядя на неё через окно:
— Вивиан, не подходи.
И он, и она знали, что с ним ничего не случится.
Ему было не впервой сталкиваться со смертью, он уже привык к этой боли и холоду.
Увидев Вивиан, наёмник вдруг испугался, и Ли Кайле едва не упустил его, сильнее сжав горло противника. Он заметил странность в этой девочке: её взгляд менялся, становясь жутковатым и мрачным, сапфирово-голубые глаза постепенно приобретали лиловый оттенок, дыхание участилось, а бледное лицо в ночной темноте казалось чистым листом бумаги.
Мертвенно-бледным.
Она пристально смотрела на кровь на груди У Вэйцяня, словно пытаясь что-то подавить, и шаг за шагом приближалась. Её туфельки с круглыми носами издавали на полу чёткий цокот, но теперь она меньше всего напоминала куклу — скорее ведьму.
Огромное количество свежей крови было для неё слишком большим искушением, перед которым она не могла устоять. Горячая, полная жизни кровь, принадлежащая Вилту.
Тонкая белая ручка внезапно протянулась вперёд, и раздался звук рвущейся плоти — рука насквозь пронзила человеческое тело, окровавленная, она прошла сквозь плечо наёмника.
— Это снова они вас прислали? Прошло уже пятьдесят лет, а вы всё не унимаетесь?
Вивиан остановилась перед Ли Кайле. Наёмник был насквозь проткнут её рукой — она использовала чужую кровь, чтобы отвлечь собственное внимание, ведь она не позволяла себе навредить Вилту.
Ли Кайле не шевельнулся, с непостижимым выражением лица наблюдая за разворачивающейся перед ним сценой.
Если бы не неоновые вывески торгового центра через дорогу, человеческие голоса и проезжающие мимо машины, едва ли кто-то смог бы принять это место за реальный мир.
Из дома доносились едва слышные звуки музыки. Вокруг здания в викторианском стиле царила абсолютная тишина. Из четырёх звуков дыхания один постепенно слабел, и У Вэйцянь внезапно рухнул на пол.
— Вилт! — с ужасом вскрикнула Вивиан, но подойти не смела. Её хрупкая рука схватила наёмника, и, испытывая явное отвращение, она была вынуждена поднять взгляд на Ли Кайле: — Зайди внутрь, позаботьсь о нём.
В этот момент она совсем не походила на двенадцатилетнего ребёнка. Ни её тон, ни манера речи, ни взгляд и движения — всё было зрелым и разумным, подобно королеве, чьё величие не допускало возражений.— Похоже, кто-то должен мне кое-что объяснить.
Ли Кайле приподнял уголок рта, решив пока не задавать вопросов. Он прямо через окно запрыгнул в комнату и подхватил с пола У Вэйцяня. Гостиная к тому времени была уже полностью разнесена, но спальня на втором этаже осталась в полном порядке. Отыскав нужную дверь, он пнул её فت открыл, занёс мужчину внутрь и уложил на кровать.
В комнате было чисто и аккуратно, на подоконнике даже стоял горшок с орхидеей. Орхидеи — цветы капризные, но эта выглядела прекрасно, что выдавало заботливую руку хозяина. Кроме того, в комнате висело несколько незаконченных масляных картин, судя по всему, написанных кистью самого У Вэйцяня, что сильно удивило Ли Кайле.
— Так кто же ты на самом деле? — глядя на лежащего на кровати мужчину с пулевым ранением в груди, который всё ещё был жив, он почувствовал, как в его глазах разгорается всё больший интерес.
Стоит признать, что каждый раз, когда он заигрывал с У Вэйцянем, у него были скрытые мотивы, однако теперь, после всех этих встреч, казалось, что что-то неуловимо начинает меняться.Убирайся отсюда! — внезапно раздался пронзительный детский голос. Вивиан стояла в дверях, и на её лице читалось лишь одно отвращение: — Люди из семьи Клауди, не думай, что сможешь меня обмануть. Я чувствую твой запах, держись от него подальше.
Семья Клауди — стоило этому слову слететь с её губ, как лицо Ли Кайле мгновенно исказилось от злобы. Зелёный свет, который У Вэйцянь уже дважды видел раньше, на этот раз совершенно отчётливо вспыхнул перед глазами Вивиан. Это был не чистый зелёный цвет — строго говоря, её глаза по-прежнему оставались серыми, но в то же время зелёными, и это сияние напоминало отсвет глаз дикого зверя в темноте ночи.
— Мне убить тебя, чтобы замести следы? — стоя у кровати, он смотрел на неё, и невозможно было понять, говорит ли он всерьёз или шутит.Но тот миг, когда на его лице промелькнуло это выражение, заставил Вивиан насторожиться. Она подняла голову, встретилась с ним взглядом и холодно, обольстительно улыбнулась:
— А ты сможешь меня убить?
На лице юной девушки проступило соблазнительное очарование зрелой женщины — само по себе это выглядело крайне противоречиво, но в Вивиан сочеталось идеально. Ли Кайле посмотрел на нее, а затем перевел взгляд на У Вэйцяня:
— Или, может, мне попробовать убить его?
Он положил руку тому на грудь, и теплая кровь мгновенно залила всю его ладони. Пуля находилась глубоко в теле У Вэйцяня, а его сердцебиение было до того слабым, что, не будь здесь Ли Кайле, любой другой наверняка принял бы его за труп. Вивиан пронзительно взвизгнула:
— Не смей его трогать!
— Не смей трогать? — Ли Кайле прищурился. Бинты на его теле начали пропитываться кровью, раны заныли от боли, и это мучение сделало его бурный нрав еще более явным.
— Отпусти его, так ты только погубишь его. — Ради безопасности У Вэйцяня Вивиан попыталась смягчить тон.
— Погублю? Да он уже… — Словно отпуская злую шутку, Ли Кайле указал на человека на кровати, но в следующую секунду, стоило ему перевести взгляд, его лицо слегка изменилось: губы У Вэйцяня побелели, в них не осталось ни капли крови.
— В чем дело? — Он торопливо прижал ладонь к его груди — под ней ощущался лишь леденящий холод, лишенный всякого тепла.
Вивиан в тревоге подбежала ближе и бросила свирепый взгляд на слегка напрягшегося Ли Кайле:
— Если из-за этого он будет страдать, если пострадает по твоей вине, я тебе этого не прощу!Несмотря на сильное беспокойство, она не могла подойти ближе. Вивиан тревожно ходила кругами по комнате — запах крови был слишком резким. Ей пришлось обратиться за помощью к этому человеку:
— Вытащи пулю, как можно скорее. Ты сможешь это сделать?
Отбросив в сторону неприязнь и отвращение, она попросила Ли Кайле заняться этим.
Он спустился вниз, нашел кухонный нож и вернулся к кровати. Почти не колеблясь, он разрезал рану крест-накрест и погрузил указательный палец прямо в плоть Ли Кайле, пытаясь нащупать пулю. Кровь хлынула еще сильнее, окрашивая всю кровать в багровый цвет.
Вивиан расхаживала по комнате, явно нервничая; она даже не осмеливалась обернуться, пока не услышала слабый стон:
— Убери свою руку из моего тела…
У Вэйцянь пришел в себя. Ли Кайле держал окровавленную пулю и поднес её к его лицу:
— Не хочешь ли ты рассказать мне, что, черт возьми, здесь произошло?
Его пальцы, испачканные кровью, казались еще более пунцовыми, чем следы на пуле. Он не стал использовать нож, предпочтя копаться в глубокой ране пальцами — это был дикий и жестокий метод, под стать выражению его лица в этот момент.
— Сходи за лекарствами в шкаф, ты знаешь, где они, — У Вэйцянь опустил взгляд на свою рану, словно вовсе не замечая нестабильности, повисшей в воздухе.
— А если я откажусь? — Ли Кайле вместе с ним смотрел на две раны глубиной в дюйм. Его голос звучал как трение пороха, с ноткой провокации. Нынешний У Вэйцянь заставлял его с тоской вспоминать тот момент, когда он, слабый, лежал у него на руках.
— Я могу попросить Вивиан, но тогда не рассчитывай, что я отвечу на хоть один твой вопрос. — Из-за потери крови кожа У Вэйцяня стала мертвенно-бледной, его черные ресницы дрогнули. Он улыбнулся, выкладывая свой козырь.
Он рисковал, проверяя реакцию Ли Кайле. После всего, что случилось сегодня ночью, ему нужно было понять, сколько настоящего скрывается под маской этого мужчины.
Ли Кайле смотрел на него несколько секунд, а затем развернулся и вышел из комнаты.
Вивиан, стоявшая в углу, лишь тогда осторожно приблизилась. Увидев, как дрогнули уголки губ У Вэйцяня, она с тревогой посмотрела на дверь:
— Вилт, тебе нужно переливание крови. Позвони Масе, хорошо? Не подходи больше к этому человеку, он принесет тебе несчастье.
— Это твое предчувствие? — У Вэйцянь лежал на кровати, не шевелясь, и, увидев её кивок, погрузился в раздумья. Вивиан происходила из древней семьи, и особенности её рода наделяли её способностями, которые обычному человеку было трудно вообразить, что заставляло его относиться к её словам со всей серьезностью.
— Он и для меня — сплошное несчастье. — Ли Кайле вернулся на удивление быстро. Он вошел, оставляя кровавые следы. Теперь вся квартира напоминала место преступления: от первого этажа до самой спальни тянулся кровавый путь, оставленный У Вэйцянем.
— С тех пор как я встретил тебя, ничего хорошего не происходит. — Он положил лекарство на тумбочку и остановил движение У Вэйцяня, потянувшегося за ним:
— Не двигайся. — Он начал лить лекарство прямо из флакона, словно густой сироп, стекающий на обнаженную грудь У Вэйцяня. Его рубашку Ли Кайле разорвал еще раньше, и разорванная, залитая кровью белая ткань в конце концов полностью пропиталась красно-бурой жидкостью.Лекарственный раствор омывал раны, оставляя на его теле причудливые узоры. Окрашенные кровью светлые простыни и жидкость, стекающая с груди — с какого ракурса ни посмотри, всё это представляло собой нечто зловещее, кровавое и соблазнительное. Ли Кайле внимательно созерцал открывшуюся перед ним картину, неспешно и медленно обводя взглядом это тело.
Лежавший на кровати мужчина совершенно спокойно позволял себя рассматривать. Он поднял руку и прижал её к собственному превратившемуся в кровавое месиво ранению. Резкий запах крови смывался лекарством, а благодаря его телосложению раны уже перестали кровоточить, однако на светлой коже всё ещё отчётливо виднелся глубокий крестообразный порез.
Поддавшись женской интуиции, Вивиан уловила в глазах Ли Кайле неуловимый, странный отблеск. Запах зелья заглушил смрад крови, и она бросилась к кровати, набросившись на край и разрушая эту странную и причудливую атмосферу:
— Я позвоню Масе и заставлю его сделать тебе переливание крови! Даже если ты не согласен, тебе придётся подчиниться! Слышишь меня?
Она уперла руки в боки. Хотя её поза выглядела милой и капризной, в ней явственно проступали женская властность и решительность. У Вэйцянь не стал возражать, и только тогда на лице Вивиан появилось радостное выражение. Его длинные пальцы внезапно коснулись её щеки, стирая крошечное пятнышко — это была капля крови.
— Вивиан, — посмотрел он на неё.
Сначала воцарилось молчание. Схватив его за руку, Вивиан наконец опустила глаза:
— ...Это тот наёмник.
В этот момент она снова превратилась в похожую на фарфоровую куклу девушку — обиженную, встревоженную, словно ребёнок, натворивший глупостей и смертельно боящийся нагоняя.
Пальцы легко скользнули по её щеке, оставив после себя лёгкую прохладу, подобную последнему дуновению осенней ночи:
— Я тебя не виню.Осторожно взглянув на выражение лица У Вэйцяня, Вивиан перехватила его руку, которую он уже собирался отнять. Прильнув к ней своими маленькими губами, она обвила кончиком языка его палец, слизывая крошечную капельку крови, а затем, обхватив ладонями его ладонь, с явным пристрастием потерлась об неё щекой.
— Спасибо тебе, Вилт.
— Никогда бы не подумал, что у тебя есть подобные склонности, — внезапно вмешался Ли Кайле.
Зрелый, статный мужчина и девочка чуть старше десяти лет — эта картина выглядела крайне необычно. У Вэйцянь поднял глаза, а Вивиан уже ответила ему холодной усмешкой:
— Наши дела тебя не касаются.
— Как же не касаются? — Ли Кайле небрежно дернул за край своей залитой кровью рубашки. Заметив, что Вивиан, глядя на пятна крови, закусила губу, он с усмешкой подался вперед и остановился всего в нескольких дюймах от лица У Вэйцяня. — Какая жестокость. Ведь еще совсем недавно мы были так близки, не правда ли, дорогая?Пальцы поглаживали кожу возле крестообразной раны — стоило лишь чуть-чуть надавить, и это тут же причинило бы жуткую боль. Однако движения Ли Кайле были неестественно мягкими, а в серо-зеленых глазах промелькнул жестокий блеск. Поглаживая грудь У Вэйцяня, он прекрасно понимал, что тот сейчас не сможет дать отпор.
— То было давненько, не значит, что сейчас, да к тому же это был всего лишь поцелуй. Просто ты подвернулся под руку как раз тогда, когда мне захотелось поцеловаться, — У Вэйцянь, казалось, полностью игнорировал внешнюю угрозу, медленно прислушиваясь к боли в груди при каждом вдохе. — Ты что, придаешь этому поцелую такое большое значение?
— Я помню, ты говорил, что не привык делать подобное ни с кем.
Пальцы приподняли его подбородок, под ними оказались бесцветные губы. Ли Кайле уставился на него на секунду-другую и хищно впился в них поцелуем.
http://bllate.org/book/34489/4254026
Готово: