Готовый перевод My Reborn Childhood Sweetheart Is a Bit Sweet / Вторая попытка: Мой милый друг детства: Глава 17

Оба первыми вышли из машины. Вернувшись домой, Шань Цзичжэ сразу отправился на кухню готовить ужин, а Е Минчэнь, попытавшийся помочь, был выдворен обратно домой за сменной одеждой.

Немного прибравшись, Е Минчэнь пришёл обратно. Аромат, заполнивший всю комнату, раздразнил его так сильно, что он снова почувствовал голод, хотя совсем недавно ел печёный батат.

— Что у нас на ужин?

Е Минчэнь заглянул на кухню, уцепившись руками за косяк двери. Шань Цзичжэ в фартуке стоял у плиты, регулируя огонь.

— Рёбрышки в горшочке.

— Как вкусно пахнет!

Шань Цзичжэ посмотрел на Е Минчэня, у которого глаза чуть ли не на кастрюлю лезли, и уголки его губ тронула улыбка:

— Ещё немного, помоги мне проверить, сколько времени осталось до готовности риса.

— Хорошо!

Кухня была не такой уж маленькой, но вдвоём им там всё же было тесновато.

Е Минчэнь стоял перед рисоваркой, а поднимающийся парок наполнял кухню густой атмосферой домашнего уюта.

— Ещё три минуты.

— Хорошо.

Е Минчэнь запахнул рукава своего свитера, достал пиалы с тарелками и сполоснул их. Кондиционер хорошо прогрел весь дом, так что находиться в одном свитере было вполне тепло.

— Помоги мне с рукавами.

На Шань Цзичжэ была надета чёрная толстовка. Е Минчэнь пододвинулся ближе и закатал ему рукава, и его бледная кожа на фоне чёрной ткани казалась ослепительно белой.

— Ты даже лапшу быстрого приготовления сюда добавил?

Увидев, как Шань Цзичжэ поддевает палочками лапшу со дна, Е Минчэнь мгновенно просиял.

— Угу, так будет намного вкуснее.

Не нужно было и гадать, чтобы понять — Е Минчэнь снова объеденье захотел. Шань Цзичжэ сдержал улыбку и слегка повернул голову к стоявшему рядом юноше.

Е Минчэнь за последнее время снова немного вырос. Сбросив тяжёлую куртку, он был сейчас лишь в бежевом свитере, а детская пухлость на его лице за эти два месяца заметно спала, сильнее подчеркнув его всё более выразительные черты.

Шань Цзичжэ уставился на его густые ресницы, пальцы, сжимающие палочки, невольно напряглись, и он чуть не засмотрелся. Е Минчэнь ничего не заметил: он лишь слушал, как в кастрюле булькает, и не удержался от вопроса:

— А-Чжэ, кажется, уже готово?

— Угу, готово.

Шань Цзичжэ тут же выключил огонь. Он помешал палочками то, что было внизу — помедли он ещё хоть немного, нижний слой еды мог бы и подгореть.

Рис как раз подоспел. Е Минчэнь быстро наложил его по пиалам, а Шань Цзичжэ вынес на стол горшочек с рёбрышками.

Снаружи уже совсем стемнело, непроглядная тьма отражалась в оконном стекле. Внутри же горел мягкий жёлтый свет, поднимался пар от горячей еды, окутывая весь дом теплом и уютом.

Вечером в комнате ярко горел свет, и Е Минчэнь, сидя за письменным столом, усердно водил ручкой по бумаге.

Закончив ужин, Шань Цзичжэ объяснил ему ту самую задачку, что была во второй половине дня. Соображал он быстро, стоило лишь немного подсказать, как всё сразу становилось понятно. Поскольку в задачах такого типа таилось немало ловушек, он отыскал ещё несколько похожих упражнений для закрепления и занимался с огромным энтузиазмом.

К тому моменту, как он отложил ручку, Шань Цзичжэ уже принял ванну и вышел из ванной комнаты.

— Иди помыться.

Шань Цзичжэ приближался, вытирая волосы полотенцем; его глубокие брови и глаза стали ещё выразительнее после умывания.

Е Минчэнь не удержался и посмотрел на него лишнюю пару секунд, после чего ответил короткое «хорошо», взял свою пижаму и скрылся в ванной.Шань Цзичжэ сел за письменный стол и, увидев задачу, которую Е Минчэнь только что нашел в телефоне, взял черновик и вгляделся в него. Он было хотел просто решить эту задачку, но звук воды, доносившийся из ванной, внезапно привлек все его внимание.

В памяти всплыл тот день, когда они играли в баскетбол летом и Е Минчэнь ненароком обнажил талию — сухую, сильную, с плавными линиями. Руки, не прикрытые майкой, обладали красивым рельефом мышц, а благодаря светлой коже весь он будто светился на солнце.

Шань Цзичжэ набросил на голову полотенце, пряча загоревшие уши.

Он поспешно взял фен, надеясь выдуть из головы всякие глупости, но, увы, шум воздуха так и не смог заглушить журчание воды из ванной. Закончив сушить волосы, он положил новое одеяло и подушку на другую сторону кровати.

Его кровать была не такой уж маленькой — на ней с легкостью поместились бы двое взрослых мужчин, но при его-то мыслях одна лишь перспектива лечь рядом уже заставляла его тревожиться.

Вообще-то, в доме были и другие комнаты, но во-первых, они не были прибраны, а во-вторых, в дело вступали его собственные эгоистичные побуждения.

Уставившись на два комплекта постельного белья на кровати, Шань Цзичжэ чувствовал, как от навязчивых мыслей ему становится все жарче, поэтому он просто побежал на кухню и налил себе огромный стакан воды. Выпив его, он налил еще один, затем вышел в гостиную, включил телевизор и свернулся калачиком на диване, пытаясь отвлечься бессмысленным сюжетом.

Квартира Шань Цзичжэ состояла из трех спален и гостиной: одна комната принадлежала ему самому, а две другие — дедушке с бабушкой и Шань Юэ. Старики давным-давно уехали в родные края — в конце концов, бизнес на малой родине требовал присмотра, да и друг без друга они не могли, поэтому вечно мотались туда-сюда между городом Ц. и городом Б.Годы уже не те, и здоровье не выдержит таких треволнений. Шань Цзичжэ переживал, что с ними что-то случится, поэтому запретил им постоянно мотаться туда-сюда, сказав, что если они соскучатся, то могут просто созвониться по видеосвязи или дождаться его отпуска, чтобы навестить старика.

Шань Юэ вышла замуж за представителя семьи Чжао два года назад, но тогда Шань Цзичжэ наотрез отказался перебираться к ним, так что теперь в этой квартире он жил один.

Раньше Шань Юэ каждые несколько дней заглядывала к нему, но теперь не появлялась уже почти год.

Немного придя в себя, Шань Цзичжэ поднял телефон и, уставившись на контакты в записной книжке, погрузился в тяжелые мысли.

Раньше он всегда считал, что Шань Юэ видит в нем обузу, а потому упрямо отказывался признаваться даже самому себе, как сильно на самом деле хочет, чтобы она пришла навестить его. Он вовсе не собирался вмешиваться в новую жизнь Шань Юэ и желал ей счастья, но в глубине души все же надеялся, что в ее сердце для него найдется уголок.

Вот только на людях он вел себя неловко и никак не мог пересилить гордость: с одной стороны, он болезненно реагировал на злые языки, а с другой — терзался чувством вины за то, как тяжело приходится Шань Юэ. В конце концов его охватило еще большее противоречие, и в разговорах с ней он раз за разом говорил совсем не то, что думал, становясь мелочным и едким. А ведь эти слова ранили лишь тех, кто по-настоящему дорожил им.

Он провел пальцем по экрану телефона и в конце концов опустил его.

Прошло почти десять лет, да плюс к тому два месяца с момента перерождения, но он по-прежнему не знал, как ему вести себя с Шань Юэ.

Шань Цзичжэ перевел взгляд на телевизор, хотя совершенно не вникал в происходящее на экране.

— А-Чжэ?

http://bllate.org/book/34564/4263454

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь

Вы не можете прочитать
«Глава 18»

Приобретите главу за 5 RC

Вы не можете прочитать My Reborn Childhood Sweetheart Is a Bit Sweet / Вторая попытка: Мой милый друг детства / Глава 18

Для покупки авторизуйтесь или зарегистрируйтесь

100 гл. на все книги · 350 RC Главы открывают любые книги этого автора. Не сгорают. Новая покупка прибавляет главы.