Стоило только закрутиться в заботах, как время полетело с невероятной скоростью. Цзи Шу ещё толком и устать не успел, как Цзи Чэндэ и Вторая невестка Цзи вернулись с полей.
Цзи Чэнъюань постоянно пропадал из дома, поэтому в будни Вторая невестка Цзи сама ходила обрабатывать их семейный надел. Конечно, работала она не так много, как ханьцзы, но в конце Цзи Чэндэ обычно заглядывал помочь ей, и в итоге земля была ухожена как надо.
Старшие в семье Цзи умерли рано, и старшему с вторым братом вообще-то полагалось разделиться и жить отдельно. Но поскольку Цзи Чэнъюань круглый год отсутствовал дома, Второй невестке Цзи одной с ребенком было бы небезопасно, так что разъезжаться они не стали.
Благодаря помощи Цзи Чэндэ и остальных Вторая невестка Цзи жила вполне неплохо. Однако из-за того, что ей приходилось пропадать на полях, на общение с сыном оставалось совсем мало времени, и в итоге Цзи Чуньмин привязался к Старшей невестке Цзи и Цзи Шу даже сильнее, чем к собственной матери.
Они возвращались с полей и ещё на подходе к дому учуяли аппетитный запах тушеной курицы, отчего невольно прибавили шагу.
— Мама! Папа вернулся!— первыми заметили их возившиеся во дворе трое малышей, и Цзи Чуньян громко крикнул в сторону кухни.
Услышав это, Цзи Шу приподнял тяжелую крышку чугунного котла и переложил картофель с куриным мясом в большой таз.
После этого он принялся за готовку: все овощи были заранее нарезаны, так что дело пошло гораздо быстрее.
Старшая невестка Цзи велела Цзи Чуньяну позвать Ся Мяня к столу, а сама вынесла две пиалы с водой и протянула по одной только что вернувшимся.
Цзи Чэндэ взял пиалу и осушил её единым махом, а затем принялся рассказывать о делах на полях:
— Рисовые колосья уже совсем созрели, завтра начинаем жатву, в этот раз управимся еще быстрее.
В прошлом году благодаря тому, что они убрали урожай вовремя, им удалось избежать первого осеннего ливня, хлынувшего сразу после жатвы, и они не понесли таких тяжелых потерь, как некоторые деревенские лентяи.
Больше всего от непогоды пострадал как раз дом Лю Дагана: почти половину его запасов затопило из-за его же лени. Если бы в тот год не прекратились междоусобные войны, еще неизвестно, как бы они сейчас перебивались.
— И с дядей Ню насчет быка уже договорились: как только они закончат у себя, он одолжит его нам, — договорив, Цзи Чэндэ на мгновение умолк, забыв, что еще хотел сказать, а потом добавил: — Сегодня что, курицу тушили?
Старшая невестка Цзи отозвалась:
— И не говори, еще и мяса знатно натушили.
Тушеная курица сама по себе уже считалась роскошным угощением, так зачем же понадобилось еще и мясо обжаривать?
Не дожидаясь вопросов от Цзи Чэндэ, она пояснила:
— Скоро придет Ся Мянь, дома он все равно сам не готовит, так что поест у нас.
Хмурые брови Цзи Чэндэ тут же разгладились, но при виде жены на сердце у него заскребли кошки:
— Все-таки это я никудышный муж, никак не могу сделать так, чтобы семья ела мясо каждый день.
— Что ты говоришь такое, взвалить на себя заботу о такой большой семье — это великий труд, — Старшая невестка Цзи совсем на него не сердилась. В последние два года времена стояли тяжелые, и ни в одном доме не ели мясо ежедневно. Выйдя замуж в семью Цзи, она не знала обид от свекрови, муж жалел ее и относился хорошо, так на что же ей было жаловаться?
Пока они изливали друг другу душу, Цзи Чуньян уже отыскал Ся Мяня, и они вместе направились к дому семьи Цзи.
— Дядя, а где вы нашли столько мяса? — Цзи Чуньян тоже был не прочь полакомиться, но знал, что дома мясо бывает не каждый день, и отчаянно хотел узнать, сможет ли и сам чем-нибудь помочь. Ся Мянь, который запросто достал столько еды, вмиг взлетел в глазах мальчика.
— Мясо? Я добыл его в горах, — в детской речи было особое очарование, которого взрослым уже не повторить, и Ся Мянь не слышал ничего подобного уже очень давно.
— Ого! А я тоже могу пойти поохотиться?
— По лесам и горам одним шастать нельзя, — испуганный детской наивностью, Ся Мянь поспешил его предостеречь. — Внутри водятся страшные звери, которые едят людей, съедят — и больше папу с мамой не увидишь.
— Ладно... — в голоске Цзи Чуньяна проскользнуло разочарование.
— Ты сам-то без спросу не бегай. Будешь слушаться — дядя угостит тебя мясом, идет? — Семья Цзи воспитала детей послушными и разумными, и даже до наступления апокалипсиса такие малыши вызывали всеобщую симпатию. Ся Мянь уже давным-давно не встречал таких живых и прелестных ребятишек.
— Спасибо, дядя! — маленький мальчик протянул гласные, и от этого его слова звучали еще трогательнее.
Всю дорогу Ся Мянь болтал с ребенком и попутно узнал общие дела семьи Цзи.
Трое детей... Ся Мянь вспомнил тех самых малышей, которые только что стояли рядочками, прячась за спиной Старшей невестки Цзи. Один другого краше.
Непонятно почему, но в памяти вновь всплыл Цзи Шу, который украдкой пытался свистеть.
Все они были донельзя очаровательны в своей простоте.
К моменту прихода Ся Мяня еда была почти готова, и весь двор наполнился аппетитными ароматами домашней стряпни. Он уже давным-давно не пробовал такой простой еды, и во рту отчаянно пересохло в предвкушении.
Стол накрыли прямо во дворе: на широкой столешнице теснилось множество разномастных тарелок и мисок, создавая ощущение изобилия.
Ся Мянь поздоровался со всеми и сам нашел себе место. Не зная, каких еще местных условностей стоит придерживаться, он просто сел рядом с Цзи Чэндэ, раз уж там было свободно.
Народ вокруг толпился немалый, но детвора была слишком увлечена играми и не могла усидеть на месте даже во время обеда: малыши в основном крутились возле матерей в ожидании гостинцев, наевшись, убегали резвиться в другой конец двора, а проголодавшись, возвращались перехватить еще кусочек.
Заметив, что Цзи Шу до сих пор не появился, Ся Мянь немного растерялся: неужели здесь настолько строго соблюдают приличия при посторонних?
Если дело обстояло так, Ся Мянь решил обратиться к Цзи Чэндэ:
— Скажите, найдется ли у вас свободная пустая миска? Я бы мог взять еду с собой, а потом вернуть посуду.
Нельзя же было из-за него, чужака, лишать хозяев возможности нормально поужинать за столом.
Цзи Чэндэ озадаченно уставился на него:
— С чего бы это здесь не есть? Зачем куда-то уносить?
Старшая невестка Цзи тоже не поняла в чем дело и принялась настойчиво звать его к столу.
Ся Мянь на миг смутился, и щеки его сами собой порозовели:
— Я боюсь, что буду здесь лишним, помешаю вам всем спокойно поесть...
— С чего бы тебе мешать? — Гость-то всего один, разве ж он может помешать семейному ужину? Цзи Чэндэ не придал этому никакого значения и поставил точку в разговоре: — Ты же еще выручил Шу-гэ, так что садись и ешь спокойно.
Ся Мянь потерял дар речи, но все же не удержался от вопроса:
— А где же сам Шу-гэ...
Как раз в этот момент Цзи Шу закончил готовить последнее блюдо и принес его к столу.
Услышав, как Ся Мянь произносит его имя, он с легким недоумением скосил глаза в его сторону, безмолвно вопрошая взглядом: что случилось?
Сообразив, что он сам создал неловкую ситуацию из ничего, Ся Мянь больше не заикался о том, чтобы унести еду, а просто молча принялся орудовать палочками, помешивая кашу в пиале.
http://bllate.org/book/34837/4299617
Готово:
