Юй Цзэ вышел на балкон и, едва оказавшись в тишине, сразу набрал Сун Яня.
— Кто такой Чжоу Мэнъе?
— Кто? — переспросил Сун Янь, явно не сразу поняв, о ком идёт речь.
Юй Цзэ невольно понизил голос:
— Я ушёл посреди встречи, так что хватит притворяться, будто ничего не понимаешь. Не трать моё время. Твой друг детства — Чжоу Мэнъе. Он тебя прекрасно помнит.
На другом конце провода ненадолго воцарилось молчание. Сун Янь, по всей видимости, пытался восстановить в памяти давние события.
— Если речь о детстве… Кажется, я его припоминаю. А что случилось? Он сегодня тоже пришёл? И что задумал мой брат?
— Сун Ци не хотел, чтобы я приводил тебя с собой. Как выяснилось, он заранее договорился о встрече с Чжоу Мэнъе. Это что, встреча старых друзей или свидание вслепую?
Сун Янь рассмеялся. Судя по его голосу, сама мысль о таком развитии событий показалась ему забавной.
— Учитель Юй, неужели вы ревнуете?
Юй Цзэ прекрасно понимал, что сейчас не стоит поддаваться на провокации Сун Яня и отвлекаться на пустые разговоры. Ему следовало выяснить, что связывало этих двоих и почему Сун Ци так тщательно организовал их встречу. Однако он и сам не заметил, как втянулся в привычную перепалку.
— Мне незачем ревновать. В конце концов, сейчас всё внимание достаётся именно мне.
Только услышав этот ответ, Сун Янь наконец почувствовал, что в происходящем что-то не так.
— Если говорить начистоту, наши семьи знакомы уже много лет. Мы даже состоим в дальнем родстве. В детстве Чжоу Мэнъе часто приходил к нам домой. Но вокруг меня всегда было полно детей примерно одного возраста. Тогда он был довольно пухлым мальчиком. Вот, собственно, и всё, что я о нём помню… Особым любимчиком он точно не был.
— Любимчиком? Неужели ты и вправду считал себя маленьким императором? — с усмешкой поддел его Юй Цзэ.
Сун Янь тут же протяжно застонал, словно уже пожалел, что вообще затронул эту тему:
— Учитель Юй, ну не придирайтесь к каждому слову. Мы ведь просто играли, как обычные дети.
— Ты его случайно не обижал?
— С чего бы мне обижать пухлого мальчишку?
— Потому что на тебя это вполне похоже.
— Эй! — возмутился Сун Янь. — Что вы вообще обо мне думаете? Чжоу Мэнъе что-то тебе рассказал? Неужели пожаловался, будто я его обижал?
Юй Цзэ задумался. Нет, Чжоу Мэнъе ни на что подобное не намекал. Хотя, возможно, дело было в присутствии Сун Ци: вряд ли тот стал бы при старшем брате откровенно рассказывать о неприятных воспоминаниях.
— Едва увидев меня, он спросил, рад ли я нашей встрече. Я решил, что между вами, должно быть, произошла какая-то неприятная история.
— Ничего подобного! Мы были самыми обычными друзьями детства. Ты должен мне верить!
— Я тебе верю.
Юй Цзэ и в самом деле не сомневался в искренности Сун Яня.
Как тот и объяснил, в детстве его постоянно окружала целая компания сверстников. Неудивительно, что среди множества товарищей по играм он почти не сохранил воспоминаний об одном пухлом мальчике.
Но для Чжоу Мэнъе всё могло обстоять совершенно иначе. То, что для одного осталось лишь смутным эпизодом далёкого детства, другой, возможно, бережно хранил в памяти долгие годы.
Юй Цзэ удалось узнать о прошлом Чжоу Мэнъе лишь немного, однако полученные сведения нисколько не прояснили ситуацию.
Уже собираясь закончить разговор, он вдруг вспомнил ещё кое-что и добавил:
— Ах да, чуть не забыл. Считаю своим долгом тебя предупредить: тот пухлый мальчуган из детства теперь совсем другой. Вырос настоящий красавец.
Сун Янь тут же помрачнел. Весёлые нотки в его голосе исчезли без следа.
— И зачем ты мне это говоришь? — раздражённо бросил он и оборвал звонок.
Юй Цзэ некоторое время смотрел на погасший экран, пытаясь понять, зачем вообще решил упомянуть внешность Чжоу Мэнъе. Словно хотел заранее предостеречь Сун Яня от чего-то, хотя сам толком не представлял, от чего именно.
Вернувшись к столу, он обнаружил, что Сун Ци и Чжоу Мэнъе непринуждённо беседуют. Оба выглядели вполне расслабленными, словно за время его отсутствия успели найти немало общих тем.
Заметив вернувшегося Юй Цзэ, Сун Ци сообщил, что у него ещё остались дела и ему пора уходить.
Лу Цюи, сидевший рядом, тоже поднялся со своего места.
— Возвращаешься в компанию? — спросил он.
Сун Ци кивнул.
— Тебе необязательно идти со мной. Можешь заняться своими делами.
С этими словами он наклонился и поцеловал Лу Цюи в лоб. Жест вышел несколько небрежным, почти мимолётным, но для вечно занятого миллиардера даже такое проявление внимания можно было считать вполне достойным.
Юй Цзэ, признаться, хотел воспользоваться случаем и поговорить с Лу Цюи.
Они никогда не были особенно близкими друзьями, однако прежде поддерживали вполне хорошие отношения. Поэтому происходящее сейчас не могло не вызывать у него вопросов.
Сун Ци всегда казался Юй Цзэ несколько странным человеком. У него даже возникало подозрение, что старший брат Сун Яня питал какую-то особую склонность к тому, чтобы непременно держать рядом любовника.
В последнее время Лу Цюи не брался за новые проекты. Каждый раз, когда он появлялся в прессе, его имя неизменно связывали с Сун Ци. Судя по всему, большую часть времени он проводил рядом с ним, сопровождая на встречах и светских мероприятиях.
Юй Цзэ не знал, чем именно Сун Ци сумел убедить Лу Цюи в том, что положение содержанца его вполне устраивает. Но тот был ещё молод, перед ним открывалось немало возможностей, и отказываться от карьеры в столь раннем возрасте казалось Юй Цзэ по меньшей мере неразумным.
К сожалению, сейчас он находился в чужом теле и выдавал себя за Сун Яня. Заводить подобный разговор при таких обстоятельствах было бы крайне неуместно. Лу Цюи мог неправильно истолковать его слова, а это, в свою очередь, повлекло бы за собой ненужные неприятности.
К тому же, если не считать некоторой скуки, вызванной обилием свободного времени, Лу Цюи выглядел вполне довольным своей жизнью. Не исключено, что его действительно всё устраивало.
Юй Цзэ не мог знать этого наверняка, поэтому решил пока не вмешиваться.
Когда Сун Ци и Лу Цюи покинули ресторан, за столом остались только Юй Цзэ и Чжоу Мэнъе.
В отсутствие остальных Чжоу Мэнъе заметно расслабился. Он повернулся к Юй Цзэ, и в его голосе вновь зазвучала прежняя теплота:
— Ты ещё помнишь, как мы играли вместе в детстве?..
Юй Цзэ немного помедлил, подбирая ответ.
— Если честно, то я многое уже забыл.
Чжоу Мэнъе на мгновение умолк. Его улыбка слегка померкла, а в глазах мелькнуло разочарование. Но уже через секунду он горько усмехнулся:
— А я помню всё. Тогда наш старший двоюродный брат постоянно смеялся надо мной из-за того, что я был толстым, и больно щипал меня за щёки. Только ты всегда заступался за меня.
Юй Цзэ невольно задумался, что, выходит, совершенно неправильно понял Сун Яня.
Тот не только никого не обижал, но и сам вставал на защиту тех, кто не мог постоять за себя. Похоже, в детстве в нём действительно была своего рода рыцарская жилка, о существовании которой нынешний Сун Янь, вероятно, и сам уже не подозревал.
Вот только для него самого эти события давно утратили значение, тогда как Чжоу Мэнъе бережно хранил их в памяти все эти годы. То, что один забыл без сожаления, другой, судя по всему, считал по-настоящему дорогим воспоминанием.
Юй Цзэ прочитал слишком много сценариев, чтобы не заметить знакомое развитие событий. Если бы всё происходящее было сюжетом романтического фильма, именно так и начиналась бы красивая история любви: случайная встреча после долгой разлуки, воспоминания о беззаботном детстве, человек, годами хранивший в сердце благодарность и нежность к тому, кто когда-то его защитил.
Жаль только, что Чжоу Мэнъе даже не подозревал: человек, сидевший напротив него, уже давно был не тем Сун Янем, которого он знал в детстве.
— Прости, — тихо произнёс Юй Цзэ.
Чжоу Мэнъе удивлённо рассмеялся:
— За что ты извиняешься?
— Я действительно почти ничего не помню, — признался Юй Цзэ.
Он просто не знал, что ещё мог ответить на эти воспоминания. Слушать чужие истории о собственном детстве и при этом понимать, что всё это происходило не с тобой, было довольно странно.
— Мы ведь тогда были детьми. Я никогда не придавал всему этому особого значения. К тому же ты и сам порой меня обижал. Мы могли поссориться, а уже через минуту снова играть вместе. Было весело.
Юй Цзэ решил больше не возвращаться к детским воспоминаниям и осторожно перевёл разговор на другие темы. Однако Чжоу Мэнъе, похоже, не собирался отвлекаться от него. Всё это время он внимательно смотрел на Юй Цзэ, и в его взгляде было столько тепла и нежности, что тот постепенно начал чувствовать себя неловко.
После обеда Чжоу Мэнъе поинтересовался, свободен ли Юй Цзэ во второй половине дня.
Тот, разумеется, отказался.
Согласись он на предложение, вся эта встреча слишком уж походила бы на настоящее свидание. А подобное недоразумение Юй Цзэ совершенно не хотелось поощрять.
Провожая Чжоу Мэнъе к выходу, он услышал:
— Сун Янь, я изменился. И ты тоже.
Юй Цзэ обернулся к нему с лёгкой улыбкой:
— Неужели?
Чжоу Мэнъе кивнул. В его голосе звучала искренняя убеждённость:
— Ты стал гораздо мягче. Теперь ты такой добрый и внимательный, каким я всегда тебя представлял. Не знаю почему, но ещё в детстве мне казалось, что однажды ты станешь именно таким человеком.
«Нет, не стал», — мысленно возразил Юй Цзэ.
Он вовсе не был тем человеком, которого Чжоу Мэнъе так долго ждал. Просто сейчас тот видел перед собой знакомое лицо и приписывал ему качества, которые, возможно, всегда хотел в нём видеть.
Глаза Чжоу Мэнъе заблестели.
— Я сегодня действительно очень счастлив.
Внезапно он шагнул вперёд и крепко обнял Юй Цзэ. Тот застыл, совершенно не ожидая подобного порыва, но, к счастью, Чжоу Мэнъе почти сразу отстранился. Всё произошло так быстро, что Юй Цзэ даже не успел сообразить, как ему следовало отреагировать.
Проводив гостя взглядом, он невольно задумался о том, что вскоре им с Сун Янем предстоит столкнуться с серьёзной проблемой.
Чжоу Мэнъе, похоже, твёрдо решил завоевать расположение «Сун Яня».
В тот же день, во второй половине дня, Сун Янь буквально ворвался в театр.
Юй Цзэ в это время репетировал с группой молодых актёров. Едва Сун Янь появился на пороге, как сразу же распорядился, чтобы все остальные покинули помещение. Он дождался, пока за последним актёром закроется дверь, и повернулся к Юй Цзэ.
— Как ты мог дать ему повод надеяться?! — выпалил Сун Янь, выглядевший так, словно ещё немного — и он действительно бросится к ногам Юй Цзэ.
Юй Цзэ, однако, подобная бурная реакция показалась чрезмерной.
— Я всего лишь проявил вежливость. С каких это пор обычная учтивость стала обещанием взаимности? Если уж на то пошло, с Сюй Ши ты обошёлся гораздо хуже.
Едва прозвучало имя Сюй Ши, как Сун Янь поспешил заверить его:
— С ним я уже окончательно разобрался. Все его надежды разрушены. Не беспокойся, он больше никогда тебя не побеспокоит.
Юй Цзэ недоумённо посмотрел на него.
— Тогда что мне делать с Чжоу Мэнъе?
— Заставь его отказаться от своих намерений.
Юй Цзэ достал телефон, разблокировал экран и протянул его собеседнику.
— Вот, посмотри, как он выглядит сейчас.
Сун Янь бросил взгляд на фотографию и на мгновение застыл. Впрочем, замешательство быстро сменилось прежней невозмутимостью.
— И что с того? Ничего особенного. До тебя ему далеко. Он даже десятой доли твоей привлекательности не стоит.
Произнеся это, Сун Янь коснулся своего нынешнего лица, словно невольно подчёркивая, что сравнивает Чжоу Мэнъе именно с Юй Цзэ.
Но тот не позволил увести разговор в сторону и продолжил:
— Проблема в том, что, судя по всему, семья Сун очень хорошо относится к Чжоу Мэнъе. Твой брат лично устроил эту встречу, а значит, всё это явно не случайность. Полагаю, семья Чжоу тоже обладает немалым влиянием?
Сун Янь понимал, что Юй Цзэ совершенно прав. Брачный союз с семьёй Чжоу действительно мог принести немалую выгоду обеим сторонам.
— Так как же заставить его отказаться от своих намерений, чтобы никто ничего не заподозрил и ни одна из семей не оказалась в неловком положении? — спросил Юй Цзэ.
Сун Янь ненадолго притих, обдумывая возможные варианты. Наконец он поднял глаза и ответил:
— Есть один способ. Но я не знаю, согласишься ли ты.
http://bllate.org/book/35116/4487131
Готово:
