Готовый перевод The Troubles of a Young Villain / Проблемы юного злодея: Глава 7. Ученики

Глава 7. Ученики

У Фэн Шао было хорошее настроение, да и у его собратьев-учеников тоже — все с румяными лицами, полные сил, видно, что котлы подействовали на славу.

Чжао Бо окинул Фэн Шао взглядом с головы до ног, ощутил его обильную духовную ци и невольно погладил бороду, кивая:

— Младший брат выглядит куда лучше. Можно сказать, ученики клана Хуан сослужили службу.

В его тоне не было и тени неодобрения тому, что тот восполнял ци через мужчину. Фэн Шао немного подумал и тоже успокоился.

Мир культивации отличается от мира смертных: здесь почитают силу, и каждый сам за себя. Взять хотя бы секту Куньлунь — из трёх тысяч вступивших учеников девять десятых — мужчины-культиваторы, и хоть союз двух мужчин, практикующих вместе, — редкость, но такие случаи бывают. Чжао Бо провёл в Куньлуне более трёхсот лет, повидал многое, так что к таким пристрастиям Фэн Шао относился без удивления.

Но в прошлой жизни Фэн Шао привык скрывать свою ориентацию, поэтому намеренно не распространялся на эту тему, а лишь улыбнулся и перевёл разговор:

— Оба старших брата тоже неплохо выглядите. Видно, те две девушки из клана Хуан услужили неплохо. Старший брат возьмёт их с собой в дорогу?

— Не нужно. Раз первозданная инь уже сломана, ничего в них особенного больше нет.

— Чжао Бо покачал головой.

Тем временем Чжан Цяньбай с помощью талисмана превращал зерно в вино. Глядя, как прозрачная ароматная струя вливается в его тыкву-флягу, он отхлебнул долгим глотком и лишь потом вздохнул:

— Мне тоже не нужно. Возьму с собой свою тыкву — и всё. Зачем таскать с собой котёл? Наша секта Куньлунь — не какая-нибудь школа пилюль, что полагается на внешние предметы в совершенствовании.

Фэн Шао спросил просто так, для порядка — видно было, что вчера они набрались ци досыта.

Тем временем Хуан Минъюэ и все старейшины уже расселись. Фэн Шао собирался велеть ученикам готовиться к проверке качеств детей клана Хуан, но обнаружил, что Ло Шэн и Фан Чансинь ещё не пришли.

Он уже хотел отправить ученика на поиски, как увидел, что Ло Шэн явился — и не один: за его рослой фигурой следовала девушка.

Видя, что взгляды всех старших братьев устремились на него, Ло Шэн покосился на застенчивую девушку рядом, слегка покраснел и, запинаясь, произнёс:

— Старший брат Фэн, я считаю, она хорошая... Я хочу взять её с собой.

При этих словах члены клана Хуан во главе с Хуан Минъюэ не смогли скрыть радости.

Фэн Шао опешил, а лица Чжао Бо и Чжан Цяньбая помрачнели. Видя, что те собираются высказать упрёк, Фэн Шао поспешил сгладить ситуацию, но не желал, чтобы посторонние видели раздор среди своих, поэтому передал троим сообщение по духовной связи:

— Младший брат Ло, это всего лишь котёл. Нравится — пользуйся несколько раз, но брать его в Куньлунь неуместно.

Тон Чжао Бо был куда менее мягким. Он гордо нахмурился:

— Разве наша секта Куньлунь принимает всяких кошек-собак? Даже для ничтожного ученика-стажёра этот котёл недостаточно хорош.

Чжан Цяньбай тоже посерьёзнел:

— Даже если ты и сказал младшему брату Фэну, он тут не решает. Устав нашей секты Куньлунь, что действует десять тысяч лет, не так-то просто изменить.

Ло Шэн, впрочем, не был из тех, кто упёрся бы до конца. Как и большинство учеников Куньлуня, он вступил в секту в раннем детстве и знал, сколь строги её законы. Сейчас, получив отрезвляющий удар от старших братьев, он пришёл в себя и невольно выказал смущение:

— Простите, я потерял голову. Пожалел девушку, тронулся её чувствами и потерял рассудок. Не подумал как следует.

Фэн Шао, видя его рассеянный вид, понял: тот впервые столкнулся с таким и ещё не совладал с собой. Ему не хотелось играть роль злодея, разбивающего пару. Искренни ли чувства девушки — пусть Ло Шэн со временем сам разберётся, хороша она или нет — тоже его собственное дело.

Поэтому он сказал Ло Шэну:

— В секту Куньлунь ей нельзя, но если она тебе нравится, младший брат, можешь взять её с собой в дорогу. Когда закончим поручение, устроишь её где-нибудь рядом с пещерным миром Куньлуня — видеться будет нетрудно.

Услышав это, Ло Шэн просиял и поспешно рассыпался в благодарностях.

Вероятно, решив, что младший брат снова проявил мягкосердечие, Чжао Бо и Чжан Цяньбай переглянулись, глядя на Фэн Шао, с некоторой беспомощностью, но упрекать его не стали.

Этих слов члены клана Хуан, разумеется, не слышали — для них прошло лишь мгновение.

— Для Фанъюнь возможность последовать за бессмертным в Куньлунь — величайшее благословение!

— голос Хуан Минъюэ дрожал от волнения, лицо сияло радостью. Девушка тоже улыбалась, застенчиво и с надеждой глядя на Ло Шэна.

Фэн Шао, однако, не спешил. Улыбнувшись, он сказал:

— Глава клана Хуан, вы меня не так поняли. Вы забыли, что наша секта Куньлунь принимает учеников — даже стажёров — не старше восьми лет? Этой девушке, полагаю, уже больше.

— Это...

— Хуан Минъюэ замялся, чувствуя себя неловко. Как старый род, они не могли этого не знать — просто надеялись на удачу. Если бы этот котёл забрал с собой личный ученик Куньлуня, она стала бы не просто котлом, а почти наложницей. По сравнению с ожиданием, пока отправленные дети клана вырастут в Куньлуне, один котёл, привязавший к себе личного ученика, — это барыш без затрат.

Фэн Шао, видя это, не стал давить, а спокойно и доброжелательно изложил свои мысли.

Хуан Минъюэ, услышав предыдущие слова, уже приготовился к тому, что всё пойдёт прахом, но после речи Фэн Шао дело обернулось новым поворотом, и он, конечно, был на всё согласен. Пусть это не сравнится с вступлением в секту Куньлунь, но всё лучше, чем выбросить после одного использования — по крайней мере, она будет рядом... И он снова мысленно поблагодарил Фэн Шао, а в частном порядке преподнёс ему парчовый мешочек.

Маленькое недоразумение разрешилось благополучно: ни братских отношений не испортил, ни обиды в клане Хуан не оставил. Фэн Шао взвесил мешочек в руке, бегло просканировал духовным чутьём и обнаружил там кое-что ценное.

К этому времени все дети клана Хуан уже собрались в зале. Клан Хуан был невелик, но детей набралось три-четыре десятка.

Секта Куньлунь отбирает учеников только из родовых кланов, потому что среди простых смертных хоть и встречаются люди с духовными корнями, вероятность слишком мала, и Куньлунь на них не смотрит. А вот родовые кланы — другое дело: за тысячелетия передачи крови духовные корни, пусть и разного качества, есть почти у всех. Потому десять тысяч лет отбор учеников из кланов стал уставом Куньлуня.

Младше трёх лет — рано, старше восьми — поздно. Это первое условие отбора учеников Куньлуня. Официально говорится, что это чтобы не дать ученикам замараться мирской грязью и сохранить чистоту сердца.

Однако Фэн Шао втайне полагал, что Куньлунь берёт учеников такими юными, чтобы те сильнее привязывались к секте и считали себя в первую очередь учениками Куньлуня.

Действительность, казалось, подтверждала его догадку: по крайней мере, среди четырёх великих сект, кроме монахов-буддистов из монастыря Бодхи, чьим долгом были аскеза и проповедь, именно мечники секты Куньлунь были самыми сплочёнными и более всех гордились своей сектой.

Раз Фэн Шао привёл столько учеников внутреннего и внешнего круга, проверку качеств можно было не проводить самому — поручить ученикам.

Двое старших учеников внутреннего круга достали из парчового мешочка все необходимые артефакты, талисманы и пилюли. Для проверки духовных корней служил талисман-искатель корней: сложив пальцы в печать, они обращали талисман в свет и вводили его в лоб ребёнка — и тогда всплывал цветной сгусток духовной ци.

Металл, дерево, вода, огонь, земля — у пяти стихий цвета разные: металл — молочный, дерево — зелёный, вода — чёрный, огонь — красный, земля — жёлтый.

Если у ребёнка небесный духовный корень, всплывает сгусток одного цвета; если земной — двух цветов; и так далее.

Духовные корни — самое важное, но и качества тела, костей, конституции, духовной платформы и сознания сильно влияют на совершенствование. Может, мелкие секты и школы почитают за счастье любой небесный или земной корень, но для Куньлуня важно равновесие всех аспектов, и отбор куда строже.

При таком строгом отборе то, что качества Фэн Шао считаются сокровищем секты Куньлунь, говорит о том, сколь они редки.

Проверив духовные корни, ученики достали особые артефакты для проверки прочих качеств детей. Кости и конституцию проверяли пилюлями — способов было множество, самых разных.

Фэн Шао с собратьями сидел во внутреннем зале, погрузившись в медитацию. Вскоре к нему прижалось мягкое маленькое тельце:

— Старший брат.

Это оказался Фан Чансинь, которого полдня не было видно. Фэн Шао хотел спросить, где тот пропадал, но увидел, что лицо мальчика раскраснелось, на лбу выступил пот, дыхание сбито, и удивился:

— Что случилось?

— и потянулся проверить его духовные меридианы.

Фан Чансинь, увидев протянутую руку, поспешно отшатнулся и спрятал что-то в свой парчовый мешочек.

Фэн Шао насторожился ещё сильнее. Притянул его к себе, усадил и, не слушая возражений, забрал мешочек. Строго спросил:

— Младший брат, ты что-то скрываешь? Сам расскажешь или старший брат посмотрит?

Фан Чансинь хоть и практиковал уже двадцать-тридцать лет, телом был всего лет одиннадцати-двенадцати, вырос в секте, характером остался юным и всегда был послушным. Услышав эти слова, он хоть и струсил, но по-настоящему разгневать старшего брата не посмел, а потому сам достал одну вещь — небольшое зеркало небес и земли.

Зеркало небес и земли — артефакт среднего ранга. Как и нефритовые таблички, его обычно используют для записи техник и рецептов пилюль; некоторые алхимики записывают им виды тайных земель, чтобы потом опознавать травы и собирать материалы. Преимущество его перед нефритовой табличкой в том, что оно передаёт движущиеся образы — без звука, но с полным погружением.

Зеркало небес и земли имеет множество применений, но Фэн Шао и представить не мог, что его можно использовать, чтобы тайком снимать его собственные пикантные сцены!

В отражении в зеркале — голый юнец, старательно помогающий кому-то... и это был не кто иной, как он сам! Всё потому, что он тогда слишком увлёкся, целиком сосредоточился на восполнении ци и не заметил, что его тайно снимают зеркалом небес и земли...

Лицо Фэн Шао потемнело, фирменная улыбка исчезла. Он уже собирался уничтожить улики преступления, как вдруг подошёл ученик с докладом:

— Старший дядя Фэн, проверка завершена. Просим дядей взглянуть.

Фэн Шао сверкнул глазами на пристыженного Фан Чансиня, конфисковал зеркало небес и земли в свой мешочек и передал по духовной связи:

— Совсем распоясался! Вернёмся — поговорим!

Фан Чансинь поёжился и, собравшись с духом, последовал за старшими братьями.

Клан Хуан из города Ванчэн провинции Сюйцзи действительно катился вниз по всем направлениям. Видно, что сто лет без практика стадии Золотого ядра сказывались на всём. Без высокоранговых культиваторов ресурсов достаётся всё меньше, а те, что есть, не удержать. В совершенствовании важны метод, богатство, партнёр и место; богатство стоит на втором месте, но и остальное необходимо.

Из-за этого взаимного влияния среди детей клана Хуан на этот раз нашлось лишь четверо с земными духовными корнями, да и кости, тела у них были не лучшими, духовная платформа и сознание — на нижнем уровне. С трудом годились во внешние ученики.

Поскольку уговор был заранее, Фэн Шао из оставшихся выбрал ещё троих-пятерых получше и зачислил их в стажёры — в знак уважения к клану Хуан.

Потратив два-три дня на главное дело — отбор учеников, — Фэн Шао со спутниками не стал задерживаться. Хуан Минъюэ, разумеется, повёл всех старейшин и учеников проводить гостей до массива перехода в пещерный мир.

Фэн Шао с собратьями шёл впереди. Но едва они ступили в телепортационный массив, как Хуан Минъюэ ещё не успел его активировать, а в массиве вдруг вспыхнули сгустки пламени, и нахлынуло волнами духовное давление.

Все растерялись, не успев понять, в чём дело. Лишь Чжао Бо, старый лис, мгновенно выхватил свой артефакт и предупредил:

— Кто-то врывается в массив!

Слово автора: Те, кто просил появления главного героя-партнёра, — а ему всего несколько лет!

Но не волнуйтесь, даже в несколько лет я его выведу на сцену.

http://bllate.org/book/35544/4469039