Чувство собственного присутствия
О пекинском рок-музыкальном фестивале Нун Цзифэн, разумеется, ничего не знал: ни денег, ни отпуска. Конечно, еще и потому, что в Пекине хватало собственных штатных корреспондентов, присылавших материалы, а если бы и не хватало, в интернете полным-полно репортажей. Развлекательный раздел утренней газеты не стал бы тратить столько сил на подобные статьи.
Нун Цзифэн, конечно, в душе возмущался, но все же понимал. В конце концов, развлекательный раздел создан просто для развлечений, и по сравнению с важными новостями общественной жизни он не идет ни в какое сравнение.
В присланных из Пекина материалах говорилось, что на этом музыкальном фестивале фурор произвело выступление певца по имени Синь Ли с песней Иду по краю. Причиной тому стали не только потрясающий текст и высокое мастерство исполнителя, но и то, что привлекло куда больше внимания: перед началом песни Синь Ли принес кому-то извинения и объявил, что посвящает ее своему стилисту по имени Тони.
Нун Цзифэн знал Синь Ли и знал, что его менеджером работает Чу Фан, поэтому следил за этим с особым интересом и специально раздобыл видеозапись того отрезка. К тому моменту Синь Ли уже исполнил две песни. Подождав, пока стихнут овации зала, он встал перед микрофоном и совершенно серьезно произнес: Песня Иду по краю — наша самая новая работа, написанная о тех, кого принято называть маргиналами. Вот только во время прежних репетиций мне все время казалось, будто в ней чего-то не хватает... Позже я понял: не хватало искренности. Мой стилист Тони — очень способный человек, но он ужасно жеманен. Из-за этого я вечно смотрел на него свысока, не только отрицал его тяжелый труд, но и жутко раздражался на его манерность и даже оскорблял его... Простите. Я мнил себя маргиналом, хотя на самом деле им не был. Мой менеджер подсказал мне, что это было лишь позерство и фальшь. На самом деле в глубине души я — такой же участник всеобщей грызни, один из тех, кто чужими мерками презирает окружающих. Тони, прости меня. Эта песня для тебя.
Сердце Нун Цзифэна заколотилось. Синь Ли в этот момент выглядел настоящим мужчиной, хотя его слова немного озадачили Нун Цзифэна. Зато два слова — жеманен и менеджер — задели его за живое, заставив пуститься в пляс от переполнявшего восторга.
Почему всё так совпало? Недавняя перепалка в блоге разгорелась как раз из-за того, что он заступился за жеманного человека. И вот не прошло и пары месяцев, как тот самый Тони из монолога Синь Ли тоже подвергся нападкам за свою жеманность, после чего Синь Ли принес извинения в столь публичной обстановке. К тому же менеджер — Чу Фан. Что именно сказал Чу Фан? К тому же текст песни Иду по краю до странного напоминал то, что оставил в комментариях некий пользователь, пусть они и не совпадали слово в слово.
Нун Цзифэн открыл блог, отыскал ту запись и перечитал ее от корня до макушки. Дай тебе шанс на выживание — так звучал ник автора того комментария. Полистав другие посты вперед и назад, он обнаружил этого человека и под ними. Вглядевшись и вдумавшись, он почувствовал, что во многих ситуациях незнакомец вставал на его сторону и защищал его, пусть каждое его слово и навлекало лишь новые тумаки.
Нун Цзифэн вытер пот с носа и заглянул в раздел настроения. Там у этого пользователя тоже были записи, но многие сводились буквально к двум словам: позерство, позерство, либо к четырем: всё то же позерство.
Ах-ах, Нун Цзифэн рухнул лицом на кровать и прижал к груди подушку. Ну до чего же совпадение! В его блоге оставляли комментарии и подбадривали его несколько человек, но чтобы кто-то писал под каждым постом, как Дай тебе шанс на выживание, — такого раньше не случалось. И хотя стиль комментариев этого никнейма сильно отличался от манеры речи Чу Фана, в интернете сплошь и рядом встречаются люди, чье поведение и способ самовыражения в сети и в реальной жизни кажутся двумя разными мирами! К тому же реплики в разделе настроения и впрямь несли на себе печать характера Чу Фана! Впрочем, в чем именно заключается стиль Чу Фана, Нун Цзифэн толком не понимал и мог лишь полагаться на интуицию.
Если Дай тебе шанс на выживание — это и есть Чу Фан, получается, он всё это время читал его блог? Значит, мог ли он догадаться, что Фэйчай — это и есть он, Нун Цзифэн? Тогда ему наверняка известно, что Фэйчай — гей. В именах Чу Фан и Дай тебе шанс на выживание присутствует общий иероглиф «шан» — не говорит ли это о том, что оба они — один и тот же человек?
Но... хоть они с Чу Фаном и были знакомы и даже несколько раз пересекались по делу, с чего бы человеку с таким незаметным присутствием, как у него, привлекать внимание Чу Фана? И кроме того, как вообще можно связать Фэйчай и Нун Цзифэна? Самый главный вопрос: каким образом тот наткнулся на блог Фэйчай? У этого блога не было ни малейшей известности!
Может, набрел случайно, когда искал новости о шоу-бизнесе? Или разыскивал материалы и отзывы о подопечных артистах? Вот в это поверить куда проще.
Нун Цзифэн снова поднялся с кровати и принялся изучать комментарии пользователя Дай тебе шанс на выживание, вчитываясь в его суждения и сверяясь со временем публикации. Мысленно прикинув дату самого раннего из них, он подумал: о боже... А вот реплики в разделе настроения сосредоточились в основном за последние несколько дней. Неужели сначала он просматривал только сплетни о звездах, а потом заинтересовался им хоть на чуточку и заглянул в его заметки о настроении? И тогда что значат эти постоянные выпады про позерство от начала и до конца? Презрение к нему, неприязнь или же...
Нун Цзифэн провел рукой по щеке — та пылала. Не стоит тешить себя излишними иллюзиями. Даже если это и вправду Чу Фан, он крутится в индустрии развлечений и повидал столько геев, что не станет осыпать его грязной бранью, как обыватели, но разве это значит, что он испытывает к нему симпатию? Хотя такие комментарии, как позерство, вовсе не сулят благосклонности, но... о боже, почему Нун Цзифэну казалось, будто, выводя эти два иероглифа, Чу Фан улыбался уголками ртов? Чу Фан ведь не гей? С чего бы ему быть геем?
Но с чего вдруг такая уверенность, что он не гей?
Да один ли это человек в конце концов? Нун Цзифэн тихо взвыл, нарезая круги по тесной комнатушке. Не знать ответа — какое же это мучение, сердце так и рвется из груди! Но где искать ответ и каким он должен быть?
Глубокий вдох, взять себя в руки. Хоть оба они и крутятся в шоу-бизнесе, один — менеджер, а другой — репортер-папарацци, этим двоим трудно сойтись вместе. И всё же Дай тебе шанс на выживание явно относился к Фэйчай очень дружелюбно и даже с заботой. Он не утешал Фэйчай в открытую, а лишь по-своему пытался понять его и заставить остальных тоже взглянуть на Фэйчай с большим пониманием.
Раздвоение личности. Нун Цзифэн чувствовал, что у него окончательно съехала крыша. Фэйчай и Нун Цзифэн — по сути, две стороны одного человека. Даже если Дай тебе шанс на выживание и есть Чу Фан, и даже если он благоволит к Фэйчай, эта симпатия существует лишь на ментальном уровне.
Достав маленькое зеркальце, Нун Цзифэн внимательно вгляделся в собственное лицо и уныло рухнул на постель. Наглядевшись на писаных красавцев и красавиц, с какой стати Чу Фану проявлять к нему, Нун Цзифэну, подобный интерес? Даже если тот тоже гей, он, пожалуй, способен лишь предавался фантазиям о сетевом Фэйчай, а при встрече с подлинником... все эти романы из интернета, пожалуй, обречены умирать при свете дня...
Много о себе возомнил. Нун Цзифэн сжал губы, открыл фотоальбом и отыскал снимок Чу Фана. Тот парень, конечно, не был писаным красавцем, но выглядел весьма ладно. С таким серьезным видом — неужели в нем кроется скрытая страсть? Узнай он, что Фэйчай и есть Нун Цзифэн, испытал бы разочарование или чувство обмана? Или же все эти предположения изначально неверны?
И правда, ему подходит лишь тайная страсть. Ну и пусть всё останется на уровне допущений. Предположим, что Дай тебе шанс на выживание — это Чу Фан; предположим, он знает, что Фэйчай и Нун Цзифэн — одно лицо; предположим, он случайно тоже оказывается геем; предположим, он полюбил Нун Цзифэна, заурядного малого, потому что сперва влюбился в ум и талант Фэйчай.
Помечтать ведь не преступление? Нун Цзифэн горько усмехнулся, открыл текстовый файл и принялся обновлять блог.
Эта статья была целиком посвящена Синь Ли. Понимание Нун Цзифэна углубилось благодаря Чу Фану просто семимильными шагами. Он описывал историю восхождения Синь Ли, его борьбу, музыкальный дар, его суровую необузданность, стиль и образ жизни. Его песню Иду по краю, а также каждый его маленький шаг вперед. Нун Цзифэн старался писать предельно объективно, не скатываясь в подобострастие и лесть. Он подкреплял свои слова чужими оценками, а в самом конце прикрепил ту самую видеозапись.
Оставалось лишь гадать, сколько людей прочтут этот пост и возымеет ли его отзыв эффект в пользу Синь Ли или сработает наоборот. Но Нун Цзифэн, столько проварившийся в сетевом котле, прекрасно знал: есть тема для разговора — будет и интерес со стороны. Фигура вроде Синь Ли — не чета Сяо Ин, и даже если кто-то возненавидит его из-за солидарности с Фэйчай, объективно это всё равно поднимет популярность певца.
Затем он принялся за дизайн плаката. На первомайских праздниках в Цзюйцзичжоу тоже планировалось устроить рок-концерт. Редактор Цюй вручил ему список приглашенных и поручил составить план интервью. Дизайн плакатов не входил в его обязанности, но ему безумно хотелось это сделать — закончив работу, он покажет ее концертной компании, и, глядишь, удастся хоть немного помочь Синь Ли.
Отыскав в сети множество фотографий Синь Ли, он поневоле принялся выискивать на них отражение Чу Фана. Задача оказалась не из легких, но в конце концов он нашел то, что искал. Это был снимок с эксклюзивного интервью Синь Ли: в уголке кадра сидел Чу Фан с опущенными уголками рта, резко очерченными носогубными складками и чуть сдвинутыми бровями. Выглядел недовольным — точно так же, как в тот раз, когда Сяо Ин участвовала в записи программы. Почему он был недоволен? Что нужно сделать, чтобы он улыбнулся?
Нун Цзифэн потер глаза. Он и подумать не мог, что носогубные складки могут выглядеть столь соблазнительно.
Всё, о чем я думаю, всё, что я делаю, — ты ведь никогда не узнаешь, верно? — думал Нун Цзифэн, чувствуя одновременно легкую боль в сердце и какое-то пьянящее удовольствие. Вызвав общую фотографию Чу Фана и Сяо Ин, Нун Цзифэн с помощью редактора стер фигуру Сяо Ин, долго и придирчиво отбирал собственный лучший снимок, слегка отретушировал его, вставил в кадр и завершил окончательную обработку. Готово. Если не приглядываться, казалось, будто Чу Фан с нежностью смахивает пыль с плеча Нун Цзифэна.
Нун Цзифэн дурашливо захихикал. Создавать такие фотомонтажи и любоваться ими в одиночку — ведь не преступление? Во всяком случае, их никто и никогда не увидит. На большее, чем тешить себя тайными фантазиями, он всё равно не рассчитывал.
Достав телефон, он набрал междугородний номер компании Ритм. Приятный женский голос поинтересовался, кого он ищет, и Нун Цзифэн представился репортером развлекательного отдела утренней газеты из провинции Хунань, желающим взять интервью у Синь Ли. Девушка ответила, что Синь Ли сейчас нет в офисе. Телефон? Простите, мы не можем разглашать личные номера певцов. Его менеджер? Ах, он сопровождает артиста на гастролях. Номер телефона? К сожалению, его вам тоже не дадут. Разумеется, вы можете оставить сообщение.
Нун Цзифэн положил трубку, испытывая смесь тоски и облегчения. Он уже столько раз пытался проворачивать такое, и еще ни разу не выгорело. Ума не приложить, как другие папарацци добывают телефоны звезд, но ему это было не по силам.
Ладно-ладно, остается лишь спокойно дожидаться Первомая — если менеджер приедет вместе с певцом в Чанша, глядишь, удастся с ним увидеться. О чем заводить разговор при встрече, Нун Цзифэн тоже толком не представлял, но по крайней мере появится шанс навязать контакт, если только тот не держит на него зла за сорванное в прошлый раз интервью с братским дуэтом.
На следующий день Нун Цзифэн принес готовый плакат на суд редактора Цзюя. Редактор похвалил дизайн, заметив, что работа неплоха. Но почему лицо Синь Ли изображено самым крупным и помещено на передний план? В списке есть фигуры куда более именитые. Нун Цзифэн принялся с жаром объяснять свою позицию, выкладывая перед редактором различные материалы интервью и доказывая, что этот Синь Ли обладает огромным потенциалом, а нынешний всплеск интереса к нему сулит ему большое будущее, в чем сходятся все знатоки музыкальной тусовки. Редактор Цюй усмехнулся и пообещал замолвить за него словечко перед организаторами концерта. А вот возьмут ли работу в оборот и сколько заплатят в случае успеха — тут никаких гарантий он дать не мог.
Нун Цзифэн с улыбкой ответил, что деньги его не волнуют. Ему просто в последнее время по душе такое творчество, а если чужие люди воспользуются результатом его труда, это станет лучшим признанием.
Вернувшись за свой стол, он думал о том, что если плакат пойдет в ход, это окажет Синь Ли немалую поддержку, а значит, косвенно поможет и Чу Фану — пусть помощь Чу Фану и оставалась главной целью, и пусть тот наверняка не станет выражать благодарность, на душе все равно станет радостнее. От подобных мыслей веяло легким мазохизмом, но Нун Цзифэн все равно довольно улыбался.
Зазвонил телефон. Взглянув на экран, Нун Цзифэн увидел незнакомый номер, но отвечать все равно придется — за входящие по этой карте денег не берут. Стоило ему произнести алло, как в трубке раздался прохладный голос: Простите, это репортер утренней газеты Нун Цзифэн? Я Чу Фан.
Нун Цзифэн открыл рот, но слова застряли в горле.
Алло, это Нун Цзифэн? — в голосе Чу Фана послышалось легкое недоумение. — Вы же вчера звонили насчет интервью с Синь Ли?
Да-да, это я... — голос Нун Цзифэна охрип и звучал жалко и сдавленно.
А, хэ-хэ, в чем дело? Чего это вы так удивились? — поддразнил его Чу Фан.
Просто я столько раз... — Нун Цзифэн попытался взять себя в руки. — Столько раз пытался до вас дозвониться, а ваши сотрудники хранят молчание как партизаны, я даже просил передать вам весточку... Вот уж и не надеялся ни на что.
А, вон оно как, может, они просто забыли, — голос Чу Фана чуть потеплел. — Зачем искали? Что-то случилось?
Э-э, сначала всё затевалось ради интервью с братским дуэтом... — этот вопрос следовало прояснить в первую очередь, иначе ни на какое расположение рассчитывать не приходилось. — Редактор забраковал мою статью, и в тот же вечер я помчался в центр телерадиовещания искать вас, но вы с ребятней уже уехали.
Ничего страшного. Такое случается сплошь и рядом, — в интонациях Чу Фана прозвучало утешение.
У Нун Цзифэна защипало в носу, и едва не брызнули слезы. Поспешно глубоко вдохнув, он выдавил: Синь Ли прекрасно выступил на фестивале, отклик потрясающий. У нас на Первомай тоже планируется рок-концерт, пусть масштаб и небольшой, мы бы очень хотели заполучить его... Я даже сделал для него проект плаката... Конечно, нет гарантии, что он кому-то приглянется... Я надеялся сделать эксклюзивное интервью... но уверенности, что его вообще опубликуют, у меня нет.
Мы тоже получили приглашение и уже дали согласие, так что обязательно будем, — Чу Фан на секунду замолк и продолжил: — Что до интервью — ладно, с вами я спокоен.
Нун Цзифэн прижал руку к груди и отчаянно закивал: Поверьте мне, я отнесусь к делу со всей серьезностью. Это ваш личный номер? Я могу его сохранить?
Чу Фан тихонько рассмеялся: А если я отвечу нет — вы что, удалите его? Или больше никогда не позвоните?
Нун Цзифэн опешил и лишился дар речи, а в голосе невольно прорезалась тоска: Конечно... удалю...
Мм, можете оставить, — не дожидаясь слов благодарности, добавил Чу Фан. — Чуть позже я скину вам в смс адрес своей электронной почты. Набросайте план подготовки, какие вопросы хотите задать, перешлите мне, а я набросаю короткие ответы. Если вопросов не возникнет — считайте, интервью ваше.
Да! — Нун Цзифэн энергично закивал и лишь с огромным сожалением нажал на отбой.
Сохранив номер и вписав имя, Нун Цзифэн влажными глазами смотрел на экран телефона, чувствуя, как бешенно колотится сердце. Возможно, эта тайная страсть продлится еще дольше, и, пожалуй, он увязнет в ней еще сильнее, а когда придет час окончательного крушения надежд, боль окажется еще невыносимей.
Боль, эта боль! Нун Цзифэн вспомнил реплику одного из парней из виденного им некогда британского фильма. Но кто сказал, что я хочу, чтобы эта любовь прошла! Да, это всего лишь возрастное. Кто сказал, что я хочу, чтобы она прошла? Но боль! О, эта боль!
Цитата из британского фильма Любимчики истории на 67-й минуте и 58-й секунде. Фэйчай — настоящий литературный юноша~~~~~~~~~~
http://bllate.org/book/35784/4430269
Готово:
