Готовый перевод The Villain Bent Me After I Transmigrated GL / Попаданка: В плену у главной злодейки: Глава 16

Ся Чуцы мысленно изумилась: Но почему у нее такая тяжелая жажда убийства, разве в Системе нет бага?

Система: [...Самодиагностика завершена, багов не обнаружено. Система функционирует абсолютно нормально.]

Ся Чуцы: Ну ладно, тц-тц, неудивительно, что после потемнения рассудка она станет такой психопаткой и злодейкой. Оказывается, жажда убийства у главной злодейки врождённая.

Система: [...]

Су Цижун горько зарыдала и с обиженным видом пожаловалась: Сестра, я же твоя младшая сестра! Как ты можешь защищать постороннего человека? Тем более что она — та самая третья лишняя, которая увела твоего жениха! С какой стати ты ее выгораживаешь?

Су Имин с беспристрастным лицом холодно произнесла: Я же тебе уже говорила, твоему своенравию и капризам должен быть предел. Она — мой человек, и обижать ее могу только я, а другим даже думать об этом запрещено!

У Ся Чуцы подогнулись ноги, а в голове пронеслись сплошные ряды вопросов.

Это, это, это что за замашки властной циничной героини? Разве это подобающие реплики для главной злодейки? Точно ли нет никаких проблем с тем, что злодейка рушит свой образ?

Неужели из-за того, что она раньше льстила ей и зарабатывала расположение, она случайно заставила маленькую бабочку взмахнуть крыльями, что и привело к искажению характера злодейки?

Если память ей не изменяла, в первоисточнике эта классическая крылатая фраза властной президентши должна была прозвучать после возвращения главного героя на родину, во время какой-то эффектной сценки защиты своей половины. Почему же сейчас все случилось раньше времени, да еще и злодейка отобрала ее слова?

Тц-тц, неужели магия эффекта бабочки настолько непостижима?

Су Имин развернулась и пошла прочь. Подойдя к самому выходу, она внезапно оглянулась, направилась к Ся Чуцы и с мрачным лицом бросила: Все еще не идешь? Ждешь полуночного перекуса?

Ся Чуцы опешила и на ходу отговорилась: Эм, понимаешь, у меня ноги ватные, я немного отдохну, ты...

Она еще не успела договорить слово иди, как ее схватили за руку, присели, подхватили на плечо и взвалили на спину — все это было проделано одним плавным движением, от которого она совершенно растерялась.

Что вообще происходит сегодня?!

Эта волна сюрпризов — нет, кошмаров — накатывала одна за другой. Не найдется ли какой-нибудь доброй души, которая объяснит ей, что тут творится?

Когда они вышли из бара, Ся Чуцы прижалась к ее уху и тихо прошептала: Мои ноги уже прошли, опусти меня, я могу идти сама.

Су Имин произнесла хм, но опускать ее не стала. Напротив, она чуть подбросила ее повыше на спинете и продолжила уверенным шагом идти по переулкам.

Ся Чуцы замерла на секунду, после чего уткнулась носом ей в шею и с благодарностью произнесла: Спасибо, что пришла спасти меня. Если бы ты не появилась, я бы пропала.

Су Имин прямолинейно заметила: Вот как? По-моему, ты вполне способная: нож уже у горла человека был, с чего бы мне тебя спасать.

Ся Чуцы неловко усмехнулась и смущенно пояснила: Я же просто защищалась, не могла же я покорно сдаться на милость врага. Эй, ну как тебе мой прием сначала схвати главаря, потом шайку?

Та безо всякого энтузиазма поддакнула: Ага, очень круто.

Ся Чуцы поняла, что сама напросилась на неловкость, поджала губы и больше ничего не говорила.

Не прошло и нескольких минут тишины, как она снова принялась заводить разговор от нечего делать: Эй, ты что, собираешься тащить меня на спине обратно в общежитие?

Су Имин молчала, но шагу не сбавляла, так что это явно означало молчаливое согласие.

Да ладно? До университета еще целый час ходьбы! Хотя сама она была довольно легкой, но Су Имин все-таки девушка. Если тащиться так всю дорогу, она же выбьется из сил. Сказать, что Ся Чуцы не была тронута, было бы ложью.

Су Имин, ну как в тебе может быть столько очарования? Пришла спасти меня, несмотря на прошлые обиды, да еще и несешь на себе. Будь ты парнем, я бы замуж за тебя вышла, ха-ха.

Су Имин пропустила ее плоскую шутку мимо ушей. Помолчав с минуту, она со всей серьезностью произнесла: Ты ведь тоже когда-то носила меня на спине.

Точно, на Острове Чуши было дело.

Правда, вспоминать об этом было немного совесть не позволяла: тогда она втянула Су Имин в такие неприятности, а помощь оказала лишь задним числом, чтобы искупить вину и попутно поднять очки расположения.

Кто бы мог подумать, что Су Имин окажется настолько благодарной и из-за какого-то пустячного добра полностью забудет все те пакости, что ей устроили.

Приходилось признать: еще не отемневшая душой главная злодейка на самом деле была очень милой — платила добром за зло и обладала добрым сердцем.

Если бы Система умела ворчать, она бы обязательно подколола ее: а кто это только что в баре называл ее психопаткой?

Ся Чуцы перевела взгляд и со знанием дела заявила: Выходит, ты это из благодарности, но... способ отблагодарить у тебя неправильный.

Су Имин не поняла: С чего это вдруг?

Ся Чуцы хихикнула: С давних времен девушки выражали свою благодарность спасителю тем, что отдавали ему свое сердце и руку, клянясь выйти замуж только за него.

Су Имин: [...]

Ся Чуцы вдруг вспомнила, что совсем недавно сама же увела у нее парня, подстроив все так, чтобы закадрить чужого жениха. И вот теперь она, будучи в роли разлучницы, отпускает такие шуточки...

Было до того неловко, что от стыда можно было пятками выкопать целую виллу!

Больше всего на свете пугает внезапная тишина...

Эм, послушай, опусти меня на землю, мне нужно кое-что тебе дать.

Приземлившись на ноги, Ся Чуцы сняла с шеи цепочку, надела ее на Су Имин и серьезно сказала: Хоть ты меня уже и простила, но этот подарок в знак извинения все равно должен быть твоим. Как же красиво он на тебе смотрится.

Су Имин взяла еще не остывший от тепла тела амулет и принялась его внимательно рассматривать. На самом деле назвать это цепочкой было сложно: скорее, обычная красная нить, на которой висел замок долголетия размером с большой палец. Нить была из тех, что продаются на улице за гроши, но вот сам замочек выглядел явно не простой вещью.

Хотя она и не была профессиональным экспертом по ювелирным изделиям, но, родившись в богатой семье, с детства повидала бесчисленное множество роскошных украшений, так что определенный вкус у нее все же имелся.

Этот замок долголетия был овальной формы и в целом напоминал счастливое облако. Если присмотреться, по бокам можно было заметить пару искусно вырезанных крыльев, выглядевших как живые.

На лицевой стороне красовался ажурный цветочный узор тонкой работы: сквозь крошечные зазоры угадывалось спрятанное внутри маленькое круглое зернышко — то ли жемчужина, то ли драгоценный камень. Обратная сторона, напротив, была лаконичной, с выбитыми на ней четырьмя иероглифами: мир, покой и благополучие. Причем шрифт был не печатным, а весьма самобытным рукописным.

Ся Чуцы мысленно удивилась: эти иероглифы казались ей смутно знакомыми, будто она уже где-то их видела, но вспомнить с ходу не получалось.

Раз не вспоминалось, она решила не ломать голову — сейчас перед ней стояла куда более очевидная проблема: откуда у нищей студентки Ся Чуцы взялось столь дорогое украшение?

Что это?

Это лучшее из того, что я могу тебе предложить, так что не смей капризничать.

Ся Чуцы широко улыбнулась, обнажив два милых клыка, и продолжила: Когда бабушка подобрала меня много лет назад, я уже была в нем. Наверное, это единственное, что оставили мне биологические родители. Раньше этот замок долголетия был подвеской на ножном браслете, но приемная мать забрала браслет и продала его, а вот замок я тайком спрятала.

Су Имин спросила: Но если ты отдала его мне, как ты теперь найдешь своих настоящих родителей?

Ся Чуцы пожала плечами и беспечно ответила: Я изначально и не собиралась их искать. Раз они бросили меня тогда, то вряд ли захотят признать в будущем. Вместо того чтобы навязываться и вызывать раздражение, лучше уж никогда не видеться — так всем будет спокойнее.

Су Имин стало не по себе на душе, и она произнесла: А ты не думала, что, может быть, они тоже все это время искали тебя? Вдруг у них тогда были веские причины, или они просто случайно потеряли тебя? Есть столько возможностей, неужели тебе не хочется во всем разобраться?

Когда я была маленькой, я тоже часто думала, почему папа с мамой бросили меня, и мечтала вырасти, чтобы разыскать их и все расспросить. Но когда я выросла, мне вдруг показалось, что в этом нет никакого смысла. Какая бы ни была причина, результат уже налицо. Цепляться за прошлое и переворачивать вверх дном нынешнюю спокойную жизнь — это ведь так жалко, правда?

На самом деле настоящая причина заключалась в том, что она отчаянно избегала сюжетной линии о подлинной и фальшивой дочерях.

Она тешила себя иллюзией, что если избавиться от этого символического предмета, то данная сюжетная линия наступит позже или вообще обойдет ее стороной.

А если они тоже до сих пор ищут тебя? Вот так глупо разминуться — разве не обидно?

Тогда все зависит от судьбы. Столько лет я уже привыкла жить одна, и дальше буду одна, я не боюсь.

Су Имин коснулась ее затылка, уголки ее губ слегка приподнялись, и она с улыбкой произнесла: Хорошо, раз не хочешь — искать не будем. С этих пор ты больше не одна, запомни: у меня есть ты, а у тебя есть я.

С этими словами она снова взяла ее за руку и зашагала в сторону университета.

Однако мирная идилия, когда подруги идут рука об руку, продлилась недолго. Стоило им завернуть из переулка на угол улицы, как прямо на них на большой скорости вылетел мотоцикл.

В тот самый миг Ся Чуцы даже сообразить ничего не успела: сработавший рефлекс заставил ее изо всех сил оттолкнуть Су Имин в сторону. Лишь когда ее собственное тело отлетело на пять метров вперед и со страшной силой рухнуло на землю, она осознала, какую глупость только что совершила.

Черт, черт, черт, черт, черт, черт, черт! Теперь отделаться легким испугом не выйдет, в худшем случае останешься инвалидом.

Ся Чуцы лежала на асфальте, не в силах пошевелиться, и каждый нерв в ее теле истошно вопил от боли. В голове шумело, в глазах потемнело, в ушах стоял звон, губы онемели, а сознание начало стремительно уплывать.

Если бы не ее упрямое желание держаться из последних сил, она бы уже давно потеряла сознание.

Су Имин оттолкнуло на землю. Подняв голову, она увидела, как тело Ся Чуцы, словно порванная тряпичная кукла, отлетело далеко в сторону и со жутким стуком рухнуло на мостовую.

Эта картина полоснула ее по глазам острой болью. У нее перехватило дыхание, и она на ватных, дрожащих ногах бросилась к Ся Чуцы.

Су Имин протянула задрожавшие руки, пытаясь поднять окровавленного человека с земли, но не знала, с какой стороны подступиться — оставшиеся крохи здравого смысла подсказывали, что нельзя двигать пострадавшую бездумно, иначе можно нанести ей еще более тяжелые травмы.

Ся Чуцы потратила уйму сил, чтобы с трудом выплюнуть застрявший в груди сгусток крови, и, решив выжать максимум из очков расположения, прохрипела: Ты не пострадала... как хорошо!

Почему, почему ты... спасла меня...

Су Имин сидела на коленях, оцепенев от паники и полного непонимания.

Я же говорила: если с тобой что-то случится, я тоже не жилец, я...

Из уголка рта Ся Чуцы снова хлынула кровь, и она затихла, балансируя на грани жизни и смерти.

А зрачки Су Имин тем временем судорожно расширились, и в груди громыхнуло так, будто разорвался гром, надолго лишая способности успокоиться.

Это был уже второй раз, когда она слышала от нее подобные слова.

В первый раз это было на Острове Чуши, когда Ся Чуцы, не задумываясь о собственной безопасности, бросилась за ней со скалы.

А теперь Ся Чуцы, не колеблясь ни секунды, заслонила ее собой, чтобы спасти.

http://bllate.org/book/35845/4439449