Готовый перевод The Galaxy's Only Healing Parrot / Пернатый лекарь Империи: Единственный целитель в галактике: Глава 16

— О-о… — Энни поникла, и весь прежний задор вмиг улетучился.

— Взбодрись. Расскажи-ка теперь, что натворил Сью, — Юнь Гэ переключил гравикар на автопилот и вывел на экран светового компьютера панель записи, заметив при этом, что Хуанфу Линь прислал ему сообщение.

— Это тоже нужно записывать? — Аннилея дважды взъерошила волосы, а затем, взглянув на проекцию экрана, прищурилась и вслух прочитала строчку: — Я… скучаю… по тебе?

Она моргнула и подняла глаза на Юнь Гэ, в чьих зрачках плясали смешинки.

— Подполковник, это письмо от вашего возлюбленного?

Юнь Гэ пришел в себя и с извиняющейся улыбкой ответил:

— Прошу прощения. Давай вернемся к нашему разговору.

Энни прищурилась, а потом пожала плечами:

— Ладно, скажу вам начистоту. По сути, это просто жалкая история о том, как одного невезучего дурака обманули в чувствах. Да, этим дураком была я.

— У Сью были лучшие оценки и самый высокий уровень духовной силы в школе. Он был старшекурсником, на которого многие равнялись, и у меня когда-то были розовые очки. Потом он сам начал за мной ухаживать, и мы, вполне естественно, стали встречаться, — Аннилея скривилась от отвращения. — Через полгода отношений он заявил, что мы достаточно близки, и захотел вступить со мной в интимную связь. Я отказала. Он к тому времени был уже совершеннолетним, а я — нет, и здравый смысл подсказывал мне, что так поступать нельзя.

— А потом случилась та история с Призрачной Рыбой: я отправилась в путешествие, а его забрали из-за всплеска духовной силы. В школу пришло много офицеров, чтобы опросить его окружение. И знаете что? — в голосе Энни сквозила ирония и крайнее изумление. — Я познакомилась с Сивилой, которая тоже училась на старших курсах, и узнала, что они очень близки. Как раз в тот день, когда она вышла из кабинета директора! Она сама сказала мне, что беременна уже на одиннадцатой неделе! И отец ребенка — Сью!

— Черт возьми! Это просто безумие! — Аннилея пришла в ярость. — Одному небу известно, что я чувствовала, когда услышала это!

— Должна признаться, когда я раньше говорила, что вы не должны были его забирать, я лгала. Я долго подводила к этому, чтобы подчеркнуть, что мой уровень поднялся до А. Признаю, я пыталась хитрить, — Энни скрестила руки на груди. — Я бы предпочла, чтобы этого парня навсегда оставили на Главной Звезде. И если бы его наказали физической кастрацией, было бы просто замечательно.

Юнь Гэ, фиксируя услышанное, поднял глаза:

— У тебя хватило смелости признаться во всем этом, это действительно достойно уважения.

Он продолжил:

— Если предоставленная тобой информация поможет в дальнейших расследованиях, это будет зачтено как содействие выполнению военной задачи, и тебе начислят дополнительные баллы.

Энни тут же сменила гнев на милость:

— Сколько баллов? Насколько это поможет мне при поступлении в Военную академию?

В этот момент гравикар прибыл к университету, и Юнь Гэ остановил машину:

— Приехали, выходи. А сколько баллов начислят — будет зависеть от того, как завершится задание.

Сделав небольшую паузу, он добавил:

— О том, что ты рассказала про студентку Сивилу, сохрани строжайшую тайну. Никому об этом не говори, поняла?

Аннилея открыла дверцу, вышла и слегка поклонилась Юнь Гэ:

— Я не настолько подлая, чтобы разносить чужие секреты. Спасибо, подполковник, что довезли. До свидания.

Высадив девушку, Юнь Гэ отправился обратно в штаб, а по пути переслал записанные сведения Янь Юньцзину.

В это время Янь Юньцзин в военном лагере, склонившись над тазом с водой, возился с птенцом, который неуклюже барахтался в воде. Он бережно помогал попугаю очистить перья от засохших кровяных корок.

Таз окрашивался в красный цвет, и воду приходилось менять на новую, теплую.

Климат на планете Аполлон был мягким, и хотя время близилось к полудню, Пани все же напомнил, что маленькой птичке нельзя долго сидеть в воде.

Глядя на часы, Янь Юньцзин вынул птенца из воды и посадил его обратно в клетку с климат-контролем. Он замер перед клеткой, пристально наблюдая за попугаем, который отряхивал капли воды.

Тут подал голос Пани:

— Ваше Величество, подполковник Юнь Гэ прислал вам отчет. Желаете, чтобы я его зачитал?

Янь Юньцзин кивнул:

— Да.

Вскоре в комнате раздался выразительный голос дворецкого Пани. Ся Иян, который в этот момент сушил перья теплым воздухом, случайно услышал содержание доклада.

И пришел в ужас.

Этот тип по имени Сью — настоящий мерзавец! Сидит на двух стульях! Да еще и пытался совратить несовершеннолетнюю!

Ся Иян перестал сушиться, короткими шажками сел у самой дверцы клетки, выпятил грудь колесом и во все уши слушал Пани.

Запись была краткой. Когда чтение закончилось, птенец задрал голову, глядя на Янь Юньцзина, но не смог прочесть ни единой эмоции на его лице.

Ся Сяоняо замялся, не зная, что сказать. Вдруг над его головой пролетел маленький мячик. Внутри полого шарика был колокольчик, который звенел чисто и мелодично.

Не успел Ся Иян даже подумать, как сорвался с места и бросился в погоню. Желто-зеленый попугайчик приземлился на стол в дальнем конце комнаты, схватил клювом легкий мячик, проскакал обратно к клетке и, задрав голову, протянул игрушку человеку.

Янь Юньцзин принял мяч и снова отбросил его подальше.

Ся Сяоняо, словно маленькая ракета, рванул за ним, пребывая в полном восторге.

Когда он принес мяч обратно Юнь Цзину, его белоснежная грудка была выпячена так гордо, что слово похвали меня, казалось, было написано прямо на его пухе.

Однако Янь Юньцзин отложил мяч и взял ID-браслет.

Ся Иян немного расстроился, клюнул лежащий рядом мячик и поднял взгляд на Янь Юньцзина, который был погружен в изучение данных. Сердце птички дрогнуло: оставив мяч, он вспорхнул и уселся на плечо Янь Юньцзина.

Перья птенца уже почти высохли — мягкие, пушистые, от них исходил особый птичий аромат.

Ся Иян переступил лапками поближе к шее Юнь Цзина, свернулся клубочком и замер.

Птенец молчал, но на самом деле тайком наблюдал за интерфейсом светового компьютера.

Ся Иян прищурился. На экране высветилось сообщение от подполковника Юнь Гэ:

[Ваше Величество, Энни сказала, что у нее был попугай. Если мы заняты, она может взять малыша к себе или принести своего попугая, чтобы составить ему компанию.]

Увидев ключевые слова, Ся Иян оцепенел. Он поднял голову, посмотрел на профиль Юнь Цзина, а затем снова перевел взгляд на экран.

Янь Юньцзин ответил: [Нет нужды.]

Ся Иян выдохнул с облегчением, но тут же прочел следующее сообщение:

[Когда она придет на допрос, пусть возьмет своего попугая с собой.]

Ся Иян: «???»

***

В штабе военного лагеря офицеры сидели за длинным столом, а на краю сиденья слева расположилась Аннилея, пришедшая для дачи показаний.

На платформе рядом одна желто-белая птица преследовала другую, желто-зеленую, и комната наполнилась оглушительным чириканьем, из-за чего совещание пришлось прервать.

Юнь Цзин ушел на задание, поэтому Ся Ияну пришлось остаться с подполковником Юнь Гэ. Но подполковник был очень занят, и Ся Иян решил вздремнуть в своем гнездышке, как вдруг появилась Аннилея со своим кореллой.

Теперь же Ся Иян носился по всей комнате, спасаясь от преследователя.

— Спасите! На помощь!!!

Ся Ияна, прижатого к земле, накрыл сверху корелла и начал тереться о его хвост и поклевывать. Птица не умела говорить, только издавала странные звуки, но, к удивлению Ся Ияна, он, будучи попугаем, прекрасно понимал птичий язык.

Он с ужасом осознал, что этот самец кореллы — он был даже толще самого Ся Ияна — похоже, входит в брачный период! И самое страшное, что этот нахал принял его за самку!

— Эй, корелла! — закричал Ся Сяоняо, хлопая крыльями. — Я — каик!

Самец кореллы: — Чирик-чири! Чирик-чирик-чирик!!!

— Я самец! Понимаешь, парень!

Ся Иян наконец вырвался из-под увесистой птицы, сделал несколько кругов под потолком и приземлился на плечо Юнь Гэ.

У Юнь Гэ были длинные волосы, кончики которых спадали на плечи, и Ся Иян, зарывшись в них, начал нервно дергать хвостом.

Как и ожидалось, самец снова бросился в погоню. Он приземлился прямо позади Ся Ияна, заставив того в испуге задрожать. Попугайчик резко развернулся, сердито зачирикал на преследователя, а потом перебрался на другое плечо Юнь Гэ, продолжая кричать: — Подполковник! Спасайте!!!

Юнь Гэ невольно улыбнулся, отложил документы и сказал Аннилее, сидящей поодаль:

— Посадите его обратно в клетку. Похоже, этим двоим не поладить.

Да не то что не поладить — если еще подождать, они точно подерутся.

Присутствующие офицеры с жалостью смотрели на попугайчика, стоявшего на правом плече Юнь Гэ. Малыш держал в клюве перышко, выщипанное кореллой, и пытался приткнуть его обратно в хвост. Но разве можно вставить выпавшее перо обратно?

Глядя на жалкий вид птенца, сердца офицеров растаяли. Им хотелось выгрести все свои сбережения и оплатить для малыша самый дорогой уход за перьями.

Энни убрала кореллу в клетку, и совещание продолжилось.

Ся Иян, полный обиды, продолжал держать в клюве выпавшее перышко, то и дело пристраивая его к хвосту. Наконец, он закрепил его, нервно дернул гузкой, проверяя надежность, но перо — шлеп! — снова выпало.

Ся Иян чуть не заплакал. Он снова подобрал перо и тихо засел на плече подполковника Юнь Гэ, злобно поглядывая на жирную птицу в клетке, а обида в сердце становилась все глубже.

На самом деле, он до смерти боялся того озабоченного кореллы, а то, что его гоняли по всей комнате, лишь доказывало: он не соперник этому парню!

Ся Иян свернулся пушистым комочком, крепко зажав перо в клюве. Он прикрыл глаза, чтобы подремать, а когда снова открыл их, совещание уже закончилось.

На улице стемнело, и Аннилея, забрав клетку, отправилась обратно в школу. Юнь Гэ наводил порядок в документах.

Ся Иян приземлился на широкий стол, аккуратно положил свое несчастное перышко на белый лист бумаги и поднял глаза на Юнь Гэ.

Юнь Гэ замер, затем мягко произнес:

— Ваше Величество скоро вернется, не переживай.

Ся Иян засел на столе, что-то проворчал и снова подобрал перышко.

Юнь Цзина не было весь день. Уходя, он взял с собой лишь одного офицера безопасности и пилота, и до сих пор не вернулся.

Остальные офицеры уже разошлись, в штабе остался только Юнь Гэ, который заканчивал сортировку бумаг.

Ся Ияну стало скучно, и он начал тосковать по играм с мячиком, в которые они играли с Юнь Цзином.

Птичка снова отложила свое драгоценное перо, встала, расправила крылья и начала маршировать по длинному столу, издавая коготками звонкое «цок-цок». Пройдя круг, он вернулся на прежнее место, прилег и начал легонько тереться головой о поверхность стола.

http://bllate.org/book/35983/4458299