Действительно умён.
Но как же он собирается побеждать дальше, когда остальные альфы уже раскусили его хитрости?
Чжоу Юэмин решил подождать и посмотреть.
Третий альфа, словно поклявшись отыграться за двоих предыдущих товарищей, с громким всплеском прыгнул в грязевую яму, подняв фонтан брызг. Он свирепо уставился на Чу Ли:
— Инструктор, я тоже выбираю его в качестве противника!
Чу Ли поднял руку:
— Инструктор, я сдаюсь.
— … — Чжоу Юэмин.
— … — все остальные альфы.
Пронаблюдав за двумя схватками подряд, альфы подсознательно решили, что этот бета будет биться до последнего, и никто не ожидал, что он внезапно спасует.
В итоге третий альфа, остолбенев от такой наглости, без единого усилия получил свой балл.
Затем четвертый, пятый — все выбирали Чу Ли.
И Чу Ли каждый раз сдавался.
Видя такое, альфы будто нашли секрет, как легко заработать баллы.
Так продолжалось до шестого альфы — Мо Ичжоу.
Мо Ичжоу был первым в списке согласно результатам тестов. Все альфы на площадке думали, что он, как и остальные, выберет бету и без труда получит очко. Однако Мо Ичжоу протянул руку и, поверх голов, указал на Эванса, который до сих пор сидел, потирая ушибленный зад и ворча.
— Я выбираю второго участника, Эванса.
— … — Эванс.
Да какого черта!
В грязевой яме Эванс, собравшись с духом, спрыгнул вниз.
Напротив него стоял Мо Ичжоу — высокий, с темными зрачками, смотревший на него сверху вниз, словно на надоедливую букашку. Эвансу стало крайне не по себе.
Один Чу Ли уже его опозорил, а теперь еще и этот альфа решил подвернуться под руку!
Эванс бросился в атаку, но Мо Ичжоу двигался невероятно быстро: он точно перехватил кулак Эванса, а когда тот попытался ударить другой рукой в живот, Мо Ичжоу с такой же легкостью заблокировал и этот выпад.
Не желая мириться с таким положением, Эванс стиснул зубы, с рыком рванулся вперед, пытаясь оттеснить противника, но Мо Ичжоу даже не шелохнулся.
Эвансу пришлось пустить в ход ноги, но Мо Ичжоу резко оттолкнул его обе руки. Потеряв равновесие, Эванс попятился назад, случайно наступил в яму, вырытую ранее Чу Ли, и с глухим звуком рухнул лицом в грязь.
Мо Ичжоу схватил его за воротник. Эванс начал задыхаться, лицо его покраснело. Поняв, что не ровня сопернику, он прохрипел угрозу:
— Ты… ты хоть знаешь, на кого я работаю? Обидеть меня… это все равно что обидеть… Фу…
— Бах! — Мо Ичжоу ударил его кулаком в лицо.
Эванс взвыл от боли, но не унимался:
— Ты… ты что, не боишься генерал-майора Фу Линя?
Не успел он договорить, как Мо Ичжоу грубо приподнял его за голову и нанес точный удар в затылок. Эванс мгновенно отключился.
Дежурившие неподалеку медики спрыгнули в яму, проверили пульс и дыхание, и, убедившись, что жизни ничто не угрожает, поспешно вытащили Эванса из грязи.
Чжоу Юэмин нахмурился:
— Он уже был повержен, зачем нужно было его отключать?
— У него слишком грязный рот, — равнодушно ответил Мо Ичжоу.
Альфы вокруг рассмеялись, даже уголок рта Чжоу Юэмина слегка дрогнул. Он махнул рукой, приказывая Мо Ичжоу отойти в сторону.
Следующим был седьмой участник — Фэн Юймин, получивший сто баллов на тесте по меха наравне с Мо Ичжоу и прозванный гениальным пилотом меха, каких не видели уже десять лет.
Чу Ли смотрел на вышедшего альфу: стройный, с чистой кожей и спокойным, даже холодноватым взглядом.
Взгляды Фэн Юймина и Чу Ли пересеклись. Чу Ли, решив, что тот выберет его, по привычке поднял руку, готовясь сдаться, но, к его удивлению, Фэн Юймин перевел взгляд на стоящего рядом Мо Ичжоу.
— … — Чу Ли.
Сто баллов против ста баллов — похоже, настоящие силачи не смотрят на таких, как он, с девяносто шестью баллами.
Мо Ичжоу, похоже, не удивился выбору Фэн Юймина. Встретившись с ним взглядом, он шагнул в яму. Стиль боя Фэн Юймина, вопреки его сдержанной внешности, оказался яростным и стремительным. Мо Ичжоу ничем не уступал — его движения были быстрыми и ловкими. Они схлестнулись в упорной борьбе.
Удар за ударом, захват за захватом.
Силы были равны.
Прошло уже полчаса, а победителя все не было. Оба бойца с ног до головы покрылись грязью, даже лица и волосы превратились в сплошной слой жижи.
Каждый пытался одолеть другого, но никто не мог взять верх. В конце концов, они сцепились в тесном захвате, ввалившись в общую кучу, и никто не хотел отступать.
Чжоу Юэмину пришлось растереть переносицу и объявить:
— Ничья. Обоим по 0,5 балла.
Только тогда они разомкнули руки. Оба превратились в маленьких грязных человечков.
Когда Мо Ичжоу выбрался из ямы, Чу Ли протянул ему заранее приготовленные влажные салфетки и воду с солью.
— Спасибо, — сказал Мо Ичжоу.
— Это мне стоит благодарить тебя, — тихо ответил Чу Ли.
Мо Ичжоу открутил крышку бутылки:
— Я не за тебя заступался. Просто не люблю таких людей.
Чу Ли кивнул, показывая, что понял.
Мо Ичжоу бросил на него странный взгляд, отвернулся и принялся жадно пить.
Чжоу Юэмин посмотрел на Мо Ичжоу, затем на Фэн Юймина:
— Фэн Юймин, почему ты выбрал именно Мо Ичжоу? — В этой игре сильные обычно выбирали слабых, чтобы гарантировать себе победу.
Фэн Юймин, уже успевший вытереть лицо, на котором остался заметный красный след, даже не заметив его, безразлично произнес:
— Я считаю, что пилот меха, воспитанный в Военном ведомстве, обязан быть по-настоящему сильным.
Он больше ничего не добавил, но те альфы, что уже вызывали Чу Ли или собирались это сделать, заметно побледнели.
Чжоу Юэмин кивнул, и от этого жеста альфам стало еще неловче.
С тех пор, чтобы не прослыть слабыми, никто из них больше не бросал вызов Чу Ли.
Внезапно Чу Ли оказался не у дел. Из чувства благодарности он взял салфетки и воду и подошел к Фэн Юймину. Тот не взял их, сказав примерно то же самое, что и Мо Ичжоу:
— Я не собирался тебе помогать. Я делал то, что хотел сам.
— Я знаю, — ответил Чу Ли, — но объективно ты меня выручил. Возьми салфетки, обработай раны. В грязи полно бактерий.
На этот раз Фэн Юймин не отказался.
Соревнования, которые должны были завершиться еще после обеда, растянулись до самого вечера. Альфы валились с ног от усталости, у них не было сил даже на ужин, и после тренировки они побрели по общежитиям. Почти половину из них пришлось нести на носилках.
Утром они были уверены, что этот бета будет выглядеть жалко, но к концу дня жалко выглядели они сами.
Вечером, приняв душ, Мо Ичжоу не обнаружил Чу Ли в комнате.
Он открыл Световой компьютер и увидел, что его добавили в несколько чатов первокурсников. В одном из них обсуждали Чу Ли.
[У этого беты точно есть покровитель? Иначе как он попал в отдел мехов?]
[Да нет у него связей. Мой друг сказал, его дед заслужил военные награды, вот он и получил право подать заявку.]
[Хе-хе, он сейчас, наверное, пластом лежит. Утром он стоял там, не шелохнувшись, наверняка из последних сил держался, чтобы не упасть.]
[…Вообще-то я только что из столовой, видел, как он наматывает круги на стадионе, доптренировка.]
[….]
Дальше последовала череда многоточий.
Мо Ичжоу просмотрел список участников чатов: Чу Ли там не было. Помимо официального чата военной академии, во всех остальных его не было — кажется, его молча изолировали.
Мо Ичжоу закрыл страницу и уже хотел выйти из чата, как пришло новое сообщение:
[Фэн Юймин покинул группу.]
Не успел он прийти в себя, как пришло уведомление:
[Фэн Юймин хочет добавить вас в друзья.]
— … — Мо Ичжоу.
Чу Ли закончил десятый круг на стадионе, весь взмокший от пота, и сел на траву, тяжело дыша. Капли пота стекали по его лицу, как дождь. Немного передохнув и умывшись, он поднялся и побрел в общежитие.
Мо Ичжоу уже привел себя в порядок и сидел на кровати, углубившись в книгу, будто даже не заметив, что Чу Ли вернулся.
Чу Ли тихо вошел, стараясь быть незаметным. Он достал свою маленькую кастрюльку, поставил ее на барную стойку, разделяющую прихожую и спальню, помыл продукты, привезенные из Нижнего города, и принялся варить овсяную кашу с тыквой.
Пока варилась каша, он сходил в душ. Когда вернулся, еда была готова.
Счастливый, он открыл крышку, и в комнату повалил пар:
— Мо, будешь овсяную кашу с тыквой?
Голос Мо Ичжоу прозвучал холодно:
— Не хочу.
— Тыквенная каша снимает боль, убивает бактерии и укрепляет силы, — сказал Чу Ли. Он предусмотрительно прихватил с собой четыре маленькие тыквы, зная, что в Военном ведомстве не обойтись без травм. Он наполнил миску и поставил ее перед Мо Ичжоу: — Как остынет, попробуй.
Мо Ичжоу мельком взглянул на миску, потом на довольную улыбку Чу Ли и промолчал.
Чу Ли рано лег спать и в тот момент, когда коснулся кровати, почувствовал себя невообразимо хорошо — никогда еще он не ощущал такого комфорта. Казалось, каждая пора на его теле раскрылась и слегка пульсировала от расслабления.
Спал он очень крепко. На следующее утро он завел будильник и проснулся за десять минут до общего построения. Он заметил, что каша в миске съедена, а сама миска, непонятно когда, вымыта.
Он едва заметно улыбнулся: Мо Ичжоу, как и дядя Су Но, немного цундэрэ — говорит, что не будет, а на самом деле всё съедает.
После утренней зарядки Чу Ли по привычке намотал лишние пять кругов, а вернувшись, подогрел остатки вчерашней каши.
В восемь тридцать начиналась лекция в учебном корпусе Пинсюань — Основы мехотехники.
Когда они с Мо Ичжоу пришли, аудитория была почти заполнена. Стоило им появиться, разговоры стихли.
Мест на задних рядах не осталось, только спереди, поэтому они сели в середине.
Как только прозвенел электронный звонок, в аудиторию, не торопясь, вошел Фэн Юймин.
http://bllate.org/book/36054/4469584
Готово: