Готовый перевод My Senior Brother Flew to Heaven After Deceiving Me / Мой мастер — великий соблазнитель: Вознесение через обман: Глава 16

Он был уверен, что сыграет свою роль безупречно, и еще больше верил в то, что сумеет выйти из игры невредимым.

В конце концов, притворство и умение ловко водить людей за нос — разве не были они коронным номером Хао Хуа-цзюня Бай Яньцзяня?

При этой мысли уголки губ Бай Яньцзяня едва заметно дрогнули, холод в его взгляде отступил, и, вновь посмотрев на Фан Сю, он наполнил свои снежные очи мягкостью, подобной нежному сиянию ранней весны.

— Старший брат, ты уже придумал имя этому котенку?

— Еще нет, — Бай Яньцзянь слегка приподнял веки. — Младший брат, может, ты предложишь?

— Я?

Поразмыслив мгновение, Фан Сю почесал котенка под подбородком и произнес:

— Как насчет Най-Най? Что думаешь, старший брат?

— Хорошо, пусть будет Най-Най.

Маленький котенок, казалось, был вполне доволен и принялся ласково тереться о Фан Сю, тихонько мяукая.

— Старший брат, твоя одежда тоже промокла.

Фан Сю слегка кашлянул:

— Может, снимешь её? Я помогу тебе высушить. Если тебе неудобно, я отвернусь, а ты просто сними и передай мне — обещаю, подглядывать не стану.

Глядя на его серьезное, почти святое выражение лица, Бай Яньцзянь кончиками пальцев небрежно подцепил промокший рукав, после чего поднялся и неспешно развязал пояс:

— Пустяки. В прошлом мы вместе спали в одной кровати, чего я только не видел.

Короткая фраза мгновенно окрасила щеки Фан Сю в алый цвет. На Пике Юньлин он действительно делил ложе с Бай Яньцзянем, и, разумеется, видел… всё.

Но сейчас, когда тот стоял перед ним, даже будучи одетым, в голове Фан Сю невольно всплывали совсем другие картины.

Нет, воображение зашло слишком далеко. Фан Сю принял одежду, не смея поднять взгляд даже на мгновение.

Внешне Бай Яньцзянь был холодным и отстраненным, словно небожитель, внушающий такой трепет, что рядом с ним и помыслить о чем-то порочном было страшно. И всё же, обладая какой-то неведомой магией, он одним лишь движением глаз всегда пробуждал в людях невыносимое искушение.

Адепты Секты Хэхуань — если у человека не было твердой воли, устоять перед ними было поистине невозможно.

Фан Сю закрыл глаза, беззвучно повторяя наставления Цзюхуа: Отрешись от внешнего, храни дух свой; будь пуст, как бездна, будь недвижим, как скала.

Бай Яньцзянь, оставшись с обнаженным торсом, прижал котенка к груди. Тот скреб когтистыми лапками по штанинам и, глядя на него, пару раз мяукнул.

Бай Яньцзянь опустил взгляд и легонько постучал длинным пальцем по пушистой голове:

— Спешно собирался утром и забыл надеть исподнее, так что теперь, конечно, не могу раздеться при младшем брате.

Не надел исподнее?!

Сердце Фан Сю заколотилось, словно барабан, а ладони, казалось, даже вспотели.

Те самые образы, которые он только что пытался подавить, с новой силой нахлынули на него.

Пока Фан Сю пребывал в прострации, его горячие ладони внезапно ощутили ледяную прохладу. Бай Яньцзянь, неизвестно когда подошедший со спины, накрыл его руки своими.

— У меня всего одна такая накидка из ткани русалок. Если ты приложишь ещё хоть три процента своей духовной силы, мне придется сегодня уйти отсюда голым.

Со стороны казалось, будто они обнимаются, однако Бай Яньцзянь мастерски контролировал дистанцию: он лишь мягко сжал ладони Фан Сю, больше даже волоска не коснувшись.

Фан Сю слегка обернулся и увидел прямо перед собой холодное, безупречное лицо. От такой неожиданной близости даже мочки ушей Фан Сю вспыхнули алым:

— Старший брат…

Взгляд Фан Сю скользнул ниже и замер на шее собеседника. На бледной, как нефрит, коже Бай Яньцзяня виднелись ярко-красные отметины.

— Старший брат, тебя что-то укусило за шею?

Бай Яньцзянь:

— …И что же, по-твоему, могло меня укусить?

— Судя по виду, это была муха размером с кулак.

Человек перед ним смотрел с искренним участием и беспокойством.

Диагноз подтвержден: полный дурак.

— Кожа немного чувствительна, это укусы духовных бабочек.

Высвободив руку и рывком забрав одежду, Бай Яньцзянь заметил:

— А пыл у младшего брата, признаться, оказался нешуточный.

На рукаве его белой одежды зияла небольшая прожженная дыра. Одежда из ткани русалок, созданная северными морскими девами, не растворялась в воде, и обычный огонь не мог её повредить. Однако Бай Яньцзянь понял: духовная сила, исходящая от техник Фан Сю, который обладал Духовным корнем огня, отличалась от простого пламени.

Пусть это была всего лишь маленькая дырочка, недооценивать её не стоило.

— Э-э…

Не зная, то ли из-за собственных нечистых помыслов, то ли ещё по какой причине, Фан Сю чувствовал, что в этих словах скрыт какой-то намек. Но стоило взглянуть на Бай Яньцзяня, как тот вновь выглядел совершенно невозмутимым.

Мучимый жаждой, Фан Сю схватил чашку со стола и осушил её до дна.

И тут же забыл, что из неё пил Бай Яньцзянь.

Бай Яньцзянь не стал его поправлять. Как только Фан Сю поставил чашку обратно, он наполнил её снова и, подняв, принялся пить сам.

— Эй!

Фан Сю попытался остановить его:

— Старший брат, это я только что пил…

В снежных глазах Бай Яньцзяня промелькнула насмешка:

— Я знаю. Но младший брат, видимо, забыл, что это моя чашка.

Сказав это, Бай Яньцзянь почувствовал, что его губы слегка пересохли, и бессознательно провел по ним кончиком языка.

Его облик был неземным и утонченным, губы — нежно-розовыми, а после прикосновения языка на них заблестела влага.

Я только что воспользовался чашкой старшего брата, а он следом — моей… можно ли считать это косвенным…

!

Внезапно осознав, о чем он думает, Фан Сю широко открыл глаза.

Как я мог допустить подобные грязные мысли?!

Он тут же принялся в уме повторять наставления Цзюхуа.

Отрешись от внешнего, храни дух свой; будь пуст, как бездна, будь недвижим, как скала.

Отрешись от внешнего, храни дух свой; будь пуст, как бездна, будь недвижим, как скала.

…………

— Младший брат, что ты бормочешь?

Фан Сю, до смерти боясь, что Бай Яньцзянь заметит хоть что-то неладное, поспешно перевел тему:

— Кхм, старший брат, когда отправляется паланкин из Цзюю?

Длинные пальцы продолжали гладить Най-Най по голове. Бай Яньцзянь ответил:

— Завтра.

— А что насчет посланника на белом коне, который был до этого?

— Сбежал.

Фан Сю удивился:

— Почему?

— Не смог одолеть меня и бросился наутёк.

— ………………О, — только и смог ответить Фан Сю.

— А тот дурак куда делся?

Дурак?

Фан Сю опомнился, и в памяти внезапно всплыла ночная слежка. Рассуждая здраво, подглядывать было крайне невежливо, а если тебя при этом ещё и обнаружили — это вызывало… невыносимый стыд.

http://bllate.org/book/36439/4526106