Лу Ци моргая смотрел на Линь Сиюаня, вопросы которого сегодня выдавали странную странность. С чего это он вдруг так заинтересовался его происхождением?
— Кхе, возможно... я и сам этого не пробовал, — Лу Ци не знал, что ответить. — Но мы с Жун Чжоу выглядим одинаково, так что Высочество узнает меня, даже если я не буду находиться в теле Жун Чжоу.
— О? — Линь Сиюань вспомнил слова Лу Ци и подсознательно попытался представить себе его облик.
Жун Чжоу испокон веков любил носить простые белые одежды, но после появления Лу Ци, хотя цвета в его нарядах по-прежнему оставались неброскими, на теле появились украшения, отчего он стал выглядеть гораздо бодрее. Они были лицами одинаковы, надо полагать, Лу Ци...
Линь Сиюань вовремя оборвал поток зародившихся мыслей, нахмурившись и почувствовав легкое раздражение.
Лу Ци испугался столь резкой смены настроения у Линь Сиюаня. Что опять случилось-то? Он мысленно перебрал только что сказанные слова — кажется, ни одна фраза не могла задеть собеседника и вызвать у него недовольство, в худшем случае ответ прозвучал туманно.
— А кроме тебя, есть ли еще духи, что следуют по пятам? — бросив эту фразу, Линь Сиюань перевел взгляд на то место, где прятался Пушистик.
Однако Лу Ци этого не заметил, целиком погруженный в самоанализ собственного ответа.
— А, духи? — Лу Ци невозмутимо опустил взгляд на Пушистик и, не меняя выражения лица, ответил: — Разумеется, нет.
Пушистику безумно хотелось закатить глаза на Лу Ци. Линь Сиюань только что так явно посмотрел в их сторону, а Лу Ци вдобавок еще и на него самого уставился — какая же неосторожность.
— Вот как? — Линь Сиюань то ли нарочно, то ли случайно шарил взглядом поблизости, ощущая едва уловимое присутствие. — В последнее время Я то и дело витаю в облаках, не знаю даже, не твое ли это влияние после твоего появления.
Услышав это, Лу Ци тут же замахал руками. Разве не точь-в-точь об этом рассказывалось в книжонках, принесенных небожителями, спускавшимися в смертный мир? Словно речь шла о злых духах, специализирующихся на вытягивании жизненных сил у людей. К тому же он сам соврал Линь Сиюаню, выдав себя за лесного духа.
— Высочество, у меня и в мыслях не было причинять вред Высочеству! — с абсолютно серьезным видом заявил Лу Ци.
— Пустяки. Просто подумалось: раз ты не смертный, то и познания твои шире наших, возможно, тебе что-то известно об этом, — Линь Сиюань уже вовсю смотрел в сторону Пушистика.
— Я ничего не знаю, подобные фокусы под силу разве что всякой мелкой нечисти, — нахмурившись, ответил Лу Ци.
— А ты разве не мелкая нечисть? — невзначай бросил Линь Сиюань.
Лу Ци: «...»
Пожалуй, так оно и было.
— К тому же ты — мелкий дух, способный выживать лишь за счет привязанности к чужому телу, — Линь Сиюань откинулся на спинку сиденья. — Не будь Жун Чжоу, ты, пожалуй, был бы точь-в-точь как оно: даже находясь рядом со Мной, Я бы тебя не разглядел.
— А? — Лу Ци слегка растерялся.
Пушистик все-таки закатило глаза, повернулось к Линь Сиюаню и снова встретилось с ним взглядом. И впрямь, как и предполагалось, Линь Сиюань способен ощущать его местонахождение.
Лу Ци наконец пришел в себя и с изумлением уставился на то, как Пушистик переглядывается с Линь Сиюанем.
[С каких это пор Линь Сиюань стал тебя видеть?] — мысленно поинтересовался Лу Ци у Пушистика.
[Он меня не видит, — Пушистик отвело взгляд. — Лишь чувствует.]
Лу Ци был искренне поражен: Линь Сиюань полностью оправдывал статус переродившегося Досточтимого Линьюань. Заклинание невидимости на Пушистике наложил лично Небесный Император, и уж тем более простые смертные — да даже на Небесах мало кто мог разглядеть Пушистика без дозволения Небесного Императора.
И этот Линь Сиюань умудряется чувствовать Пушистик, будучи сейчас самым обычным смертным!
— Похоже, Мои догадки подтвердились, — выражение лица Линь Сиюаня смягчилось, а голос сам собой приобрел теплые нотки. — В последние дни Мои ноги почему-то кажутся неподъемными, должно быть, все дело в этом озорном создании, что крутится рядом с тобой.
Ну нет, озорным его точно не назовешь, промелькнуло в голове у Лу Ци.
Но теперь, когда Линь Сиюань прознал о существовании Пушистика, Лу Ци растерялся и не знал, что и сказать.
— Несколько дней назад Мне приснилось поле боя, где над каждым клочком земли парили бесприютные души, — уголки губ Линь Сиюаня изогнулись, и он опустил взгляд на собственные ноги. — Пожалуй, именно этого Я и жажду.
Вовсе не жаждешь, в подземном мире Хуанцюань, где ты обитал, погребены бесчисленные души, просто цветы там еще не зацвели. Лу Ци молча посмотрел на Линь Сиюаня — сегодня тот выглядел на редкость благожелательным.
Однако, выслушав его, Линь Сиюань решил не продолжать тему душ.
— А вы, духи, видите сны?
— Угу, — пользуясь тем, что у собеседника было хорошее настроение, Лу Ци решил заодно сблизиться с ним. — После того как стал Жун Чжоу.
— Выходит, лишь смертные вечно маются от забот, — Линь Сиюань приподнял брови.
— Мне вот сегодня ночью приснился сон, — Лу Ци откашлялся. — Высочество любит пионы?
Линь Сиюань замер, и улыбка на его лице слегка померкла.
— Это был любимый цветок матушки при жизни.
— Прошу Высочество о снисхождении, — Лу Ци немного расслабился. Когда он только очнулся, во дворе, где он находился, тоже вовсю цвели пионы, да и по всему поместью их было высажено немало. Если посудить, Линь Сиюань оставался всего лишь смертным.
— Не одолжишь ли Мне своего духа на время? — неожиданно произнес Линь Сиюань.
— А? — Лу Ци снова опешил.
Но Пушистик уже самовольно прыгнуло на колени к Линь Сиюаню.
Ощутив едва уловимую тяжесть, Линь Сиюань понял, что неописуемый пушистый зверек опустился ему на колени.
— Раз уж Я в хорошем настроении, то, естественно, не стану с тобой лютовать, — продолжая мысль, Линь Сиюань сам покатил инвалидное кресло. — Передай Лань-эр, чтобы больше не тратила силы на подобные глупости.
Собеседник завел разговор о том, что волновало его самого больше всего, и Лу Ци задумался, не воспользоваться ли моментом, чтобы расспросить Линь Сиюаня о его чувствах.
— Выгляди ты иначе — еще куда ни шло. Пусть Я и знаю, что ты не Жун Чжоу, но стоит Мне взглянуть на это лицо, как в памяти всплывает предательство, — уголки губ Линь Сиюаня тронула улыбка. — Или, может, Лу Ци, ты и впрямь питаешь ко Мне нежные чувства?
Лу Ци: «?»
Лу Ци торопливо замотал головой. К тому же Линь Сиюань говорил столь непринужденно, что совершенно невозможно было понять, шутит он или говорит всерьез.
— Ладно, ступай как следует отдохни, — улыбка исчезла с лица Линь Сиюаня, и он протянул руку, желая погладить Пушистик на коленях, но по-прежнему не ощутил никакого прикосновения.
Лу Ци так и замер на месте: просчет. Секунду назад ему следовало просто кивнуть, а затем прямо спросить собеседника: «Так любит ли меня Высочество?»
По идее, если Линь Сиюань действительно испытывал подобные чувства, возможно, нужный ответ нашелся бы сам собой.
http://bllate.org/book/36447/4527322
Готово: