Женщина лежала на драконьем ложе. Она была исхудавшей, с запавшими щеками, а её длинные волосы напоминали сухую солому.
На ней был изысканный ночной наряд, но он не мог скрыть её измождённого вида.
— Сегодня день твоей коронации, и всё же спасибо, что позволила мне выйти из Холодного дворца и даже уступила мне это драконье ложе.
Снаружи послышались шаги. В просторной комнате хриплый голос Фэн Цзиньши доносился прямо с постели, и шаги в прихожей замерли.
— Ты права: сегодня моя церемония восхождения на престол. Всё, что тебе дорого, я буду отбирать по крупицам, чтобы ты воочию увидела, что значит остаться преданной всеми.
Се Юнь холодно усмехнулась, откинув занавеси своими расшитыми золотом полами.
Она опустила голову и пронзительным взглядом уставилась на превратившуюся в иссохшее дерево женщину на ложе.
Когда-то та была императрицей, которой она служила.
Она была готова сложить голову и даже помыслить не могла о предательстве.
Но Се Юнь во сне не могла представить, что Фэн Цзиньши отдаст приказ казнить весь её клан до последнего человека.
И обвинение было до нелепости смехотворным — измена родине и сговор с врагом!
Се Юнь никогда не забудет тот день, когда она узнала эту весть.
Все сто тридцать два человека в её семье в одну ночь расстались с жизнями.
Бывшая резиденция генерала превратился в ад.
Императрица, которой она служила, холодно отдала приказ убить и её саму.
Она спасалась беглецом, чудом не погибнув от клинков наемных убийц.
Все эти перипетии загнали её в безвыходное положение.
И теперь Се Юнь сидела на краю постели, с высоты своего величия наслаждаясь жалким видом соперницы.
Внезапно она протянула руку и сжала её подбородок.
Фэн Цзиньши поневоле подняла голову и встретилась взглядом с Се Юнь.
— Ваше Величество, мой клан Се три поколения защищал границы страны, мы были чисты перед простым народом и чисты перед правителем, но вы оклеветали нас, обвинив в измене! Ваше Величество, удаётся ли вам сомкнуть глаза по ночам?
Они встретились взглядами, и Фэн Цзиньши легко разглядела в её глазах ненависть и боль.
Однако Фэн Цзиньши посмотрела на Се Юнь с абсолютным спокойствием, прямо ей в глаза, и тихо рассмеялась. В глубине её глаз мерцали слёзы: разве в деле клана Се была виновата одна лишь Се Юнь?
— Истина и правда уже ясны в твоём сердце, разве имеет значение, раскаиваюсь ли я?
Эти слова разожгли в Се Юнь ярость.
Будучи воином по происхождению, она разжала пальцы на подбородке Фэн Цзиньши, ухватила её за руку и с силой отбросила в сторону.
На теле Фэн Цзиньши живого места не было от скрытых ран.
Во дворецких интригах, где сжирают людей без единой капли крови, существовало бесчисленное множество грязных приёмов.
Даже будучи сплошной раной, внешне она казалась совершенно невредимой.
Лицо Фэн Цзиньши побелело ещё сильнее, от пронзительной боли её прошиб холодный пот. Она лежала на полу, не в силах шевельнуться.
Леденящий взгляд Се Юнь упал на неё:
— Тоже верно. Ваше Величество некогда были Сыном Неба, с чего бы вам раскаиваться? Я передала весть Вашему Величеству Ван Сяояо — не пройдет и трёх дней, как он вернется в столицу, и тогда Ваше Величество сможет воссоединиться с младшим братом.
Зрачки Фэн Цзиньши сузились, и она свирепо уставилась на неё.
Ван Сяояо по имени Фэн Чаоинь приходился ей родным братом по матери.
Се Юнь намеревалась расправиться и с ним!
Сказав это, Се Юнь поднялась, её полы одежды скользнули по волосам Фэн Цзиньши, и она зашагала прочь, не оглядываясь.
Вдруг она замерла на полушаге и опустила взгляд: Фэн Цзиньши мёртвой хваткой вцепилась в край её одежды.
Её слабый и полный тревоги взгляд заставил Се Юнь почувствовать горькую насмешку в душе.
— Раз уж я совершила столь чудовищные преступления, почему бы тебе просто не убить меня, чтобы упокоить души ста тридцать двух погибших членов клана Се, да и просто показать простому народу, какая участь ждет бездарного правителя? — голос Фэн Цзиньши был прерывистым, всё её тело дрожало от боли.
Се Юнь прикрыла глаза, пряча скрытую на дне души боль и ненависть.
Разве она сама не жаждала поступить так же?
Души её родных являлись ей в кошмарах, требуя мести.
Требуя заставить никчемную правительницу заплатить цену — так почему же ей не хотелось предать ту смерти?
Но она всё ещё глупо тешила себя мыслями: а вдруг у Фэн Цзиньши были веские причины?
Ей тоже не хотелось верить, что правитель, которому они так слепо доверяли, могла оказаться столь бессердечной.
— Разумеется, я убью тебя, четвертовать тебя и предать медленной смерти — будет ещё мало! Но Ваше Величество может не спешить, рано или поздно вас постигнет возмездие!
Се Юнь выплюнула эти слова сквозь зубы, резким движением вытянула свой подол и взмахнула рукавом.
Захлопнувшаяся дверь издала тяжёлый стук, и у Фэн Цзиньши окончательно кончились силы. В глазах потемнело, и она потеряла сознание.
Когда Фэн Цзиньши снова открыла глаза, то с удивлением обнаружила, что находится в своих бывших покоях.
Её дворец располагался недалеко от Зала Циньчжэн и одновременно служил резиденцией нового императора.
Вчера она была в Зале Циньчжэн, но сегодня вернулась сюда.
— Новый император милосерден, помня о ваших прошлых заслугах перед государством, она пожаловала вам возвращение сюда, однако ступать за пределы дворцовых ворот категорически запрещено!
Раздался тонкий голос, и Фэн Цзиньши узнала в нём своего бывшего главного евнуха.
Он прислуживал ей с малых лет, а теперь явился перед ней заносчивым и надменным.
И пусть она заявляла, что хочет оставить её в полном одиночестве, в этом была доля правды.
— Надо же, сколько предлогов она отыскала, чтобы посадить меня под домашний арест и при этом заработать себе репутацию благодетельницы.
Фэн Цзиньши насмешливо усмехнулась.
Хэ Шэн фыркнул:
— Ваше Величество — это не вы, её сердце не усеяно ядом змей и скорпионов.
Не обращая внимания на его слова, Фэн Цзиньши подняла взгляд и пронзительно посмотрела на него:
— Хэ Шэн, когда-то ты был моим личным евнухом, а теперь продал хозяина ради собственной выгоды. Неужели ты никогда не думал о последствиях?
Эта шлюха, предавшая господина, возомнила, что нашла себе новую опору.
Их бы она подумала о том, что Се Юнь больше всего на свете ненавидит предательство? Какая же участь ждёт его в будущем?
Хэ Шэн опешил, в его глазах на мгновение мелькнула паника, и он уже собирался что-то сказать, как за спиной послышался голос Се Юнь:
— Каждый ищет выгоды и избегает бед, он просто подыскал себе светлую дорогу впереди, к чему Вашему Величеству так гневаться?
Увидев Се Юнь, Хэ Шэн почтительно согнулся в поклоне и отступил.
Се Юнь чуть скривила губы:
— Хэ Шэн мог предать меня ради сиюминутной выгоды, значит, завтра он сможет предать и тебя. Се Юнь, этот клинок занесён прямо над твоей головой.
Сердце Хэ Шэйна пропустило удар. Он осторожно поднял голову и, заметив хмурый взгляд Се Юнь, задрожал от страха. Охваченный паникой, он тут же рухнул на колени:
— Ваше Величество, преданность этого рабыне Небо и Земля могут засвидетельствовать! Я вовеки не посмею предать Вас!
— Прочь с глаз.
В душе Се Юнь поднималось отвращение, от неё исходила аура убийственного холода.
Весь в холодном потом, Хэ Шэн поспешно ответил: Слушаюсь! — и бросился вон.
В комнате снова воцарилась тишина.
Фэн Цзиньши повернула голову и тихо усмехнулась: только что она отчётливо заметила панику в глазах Хэ Шэйна.
Похоже, жизнь Хэ Шэйна тоже не была сахарной.
Спустя мгновение она вновь перевела взгляд, и её глаза стали кристально чистыми:
— Генерал Се, как думаешь, долго ли ты продержишься на этом месте?
Се Юнь холодно посмотрела на неё, шаг за шагом приближаясь, и остановилась в двух шагах.
Опустив презрительный взгляд, она процедила:
— Сколько мне просидеть на троне — это моё дело. Но вчера, возвращаясь к себе, я внезапно вспомнила слова Вашего Величества о желании жить бок о бок с младшим братом. Поразмыслив так и этак, я решила: когда Ван Сяояо вернётся в столицу, я непременно повешу его голову у твоего изголовья, чтобы он день и ночь составлял компанию Вашему Величеству. Как тебе такое?
http://bllate.org/book/36771/4575721
Готово:
