Готовый перевод Mountain Wind Breaks Water: Leisurely Drinks / Горный ветер и зеркальная гладь: История одной клятвы: Глава 16

Бай Мэй, не обращая внимания на собственные раны, насильственно собрал ци и перебил тех убийц, что шли по его следам, но одного умышленно отпустил живым.

На том человеке он тайком запечатлел Снежную бабочку.

Имея это око, Бай Мэй быстро разобрался во всех перипетиях пожара в поместье Бай и узнал поджигателей.

Шесть великих семей...

Изначально он мог увести сестру далеко отсюда и обеспечить ее безопасность, но состояние его собственного здоровья оставляло желать лучшего. Чтобы избавить себя от забот о будущем сестры, Бай Мэй начал преследовать шестерых глав семей.

— Жаль только, что в ближайшее время я не смогу убить этого старого негодяя Чжоу Цзюня, — нахмурившись, произнес Бай Мэй, опасаясь оставить в живых столь опасное зло.

— Чжоу Цзюнь уже мертв, — произнес Яо Лань, одновременно исподволь наблюдая за реакцией Бай Мэя.

На лице Бай Мэй отразилось неподдельное удивление:

— Мертв?

Яо Лань кивнул и осторожно прощупал почву:

— Это не твоих рук дело?

— Разумеется, нет, — в голосе Бай Мэя прозвучала легкая ирония. — Впрочем, если тебе хочется приписать его паршивую жизнь на мой счет, можете считать и так — одной душой больше, одной меньше, не имеет значения.

Да, Бай Мэй уже убил столько людей, и если бы Чжоу Цзюня лишил жизни он, скрывать это не было никакой нужды.

Тогда кто же убил Чжоу Цзюня?

Кого, кроме Бай Мэя, могла заинтересовать его жизнь? И почему?

— То, о чем ты рассказал, мне в целом понятно, — Яо Лань заглянул сквозь поднимающий от чая пар на затуманенное лицо Бай Мэя. — Судя по твоему рассказу, Лин Си спасла тебя.

Бай Мэй настороженно нахмурился и спросил:

— Что такое?

— Белая Лин Си не проходила через ритуал внедрения семян, поэтому обладала способностью противостоять пожару. Насколько мне известно, ученики клана Бай младше восьми лет освобождены от этого ритуала и все до единого живут во внутренних двориках. Эти дети, как и она, составляли самую уязвимую для выживания группу, и в то же время — группу, которую меньше всего замечают.

Бай Мэй молчал, его губы слегка дрожали, словно он хотел что-то сказать, но в конце концов так и не разомкнул их.

— Сначала я думал, куда же подевались все эти дети — неужели все они погибли в огне? А потом ты упомянул недвижимость клана Бай, которую обнаружил во время бегства.

— То место, где мы находимся, — это тоже купленная тобой недвижимость, вот только в реестрах она наверняка не значилась, — спокойно произнес Яо Лань. — Учитывая финансовые возможности клана Бай и статус наследника поместья Бай, сколько всего подобной недвижимости — и зарегистрированной, и незарегистрированной — ты приобрел?

— И что еще важнее, когда все это началось? После пожара в поместье Бай на это уже не хватило бы времени. Или, если выразиться яснее: тайком вывозить из поместья детей, ничем не отличающихся от обычных людей, устраивать их нормальную жизнь и позволять крови рода Бай продолжать существование иным путем — сколько лет ты этим занимаешься?

— Чего ты добиваешься от них?.. — глаза Бай Мэй сузились, он упорно смотрел на собеседника, а его тон становился все более жестким.

— Я пришел не враждовать с тобой, — Яо Лань открыто встретил взгляд Бай Мэя и снова подчеркнул: — Просто, молодой господин Бай, ты вовсе не кажешься таким равнодушным к своим сородичам, каким себя описываешь.

Мягкий луч солнца пробился сквозь оконную щель и ласково коснулся этой не самой просторной комнатки, покрыв все вокруг легким золотистым налетом. Яо Лань тихо сидел у окна, делая небольшой глоток из чашки в руке.

— Похоже, ты очень хочешь меня убить, — он опустил чашку.

Бай Мэй коротко и зло усмехнулся:

— Если бы я мог с тобой справиться, ты бы уже давно был мертв.

— Значит, у тебя нет выбора, — ответил Яо Лань. — Остается только верить мне.

Прекрасно понимая, что Яо Лань говорит чистую правду, Бай Мэй закрыл глаза, тяжело вздохнул и ощутил глубокое бессилие. Однако на смену прежнему напряжению в его душе пришло странное, легкое расслабление:

— Раз уж ты и так почти во всем разобрался, ответь и мне на один вопрос.

Яо Лань равнодушно кивнул:

— Спрашивай.

Бай Мэй бросил взгляд в окно, с тоской любуясь ярким солнцем и аккуратным маленьким двором, и медленно произнес:

— Когда я встретил тебя в поместье Ли, я думал, что ты пришел схватить меня, но теперь вижу, что это не так. Каждое твое слово направлено на то, чтобы расследовать правду о гибели клана Бай. Какое отношение ты имеешь к моему роду?

Яо Лань не ожидал от Бай Мэя такой проницательности. Сохраняя невозмутимый вид на лице, он уклончиво ответил:

— Я не на чьей стороне.

— Если ты действительно связан с кланом Бай, — Бай Мэй не стал развивать эту тему и, помедлив немного, с некоторым смущением произнес: — Не мог бы ты после моей смерти приглядывать за Лин Си?

— Причина? — спросил Яо Лань.

Бай Мэй молчал. Спустя мгновение он устало вымолвил:

— Потому что я прошу тебя о помощи.

Услышав это, Яо Лань слегка сузил светлые зрачки.

По правде говоря, дело клана Бай было поручением Третьей госпожи, да и сам Бай Мэй с Бай Лин Си приходились Третьей госпоже сородичами и потомками, так что Яо Лань при любых обстоятельствах не стал бы бросать их на произвол судьбы.

А просьба Бай Мэй о помощи, выглядевшая на первый взгляд неожиданной, на самом деле была вполне закономерной.С тех пор как родителей не стало, все, с кем приходилось иметь дело Бай Мэю, либо алчно заглядывались на его силу, либо плели против него козни. Яо Лань, хоть и причинил ему когда-то боль по неосторожности, был первым, кто, узнав о тайне, которую он скрывал, не преследовал при этом никаких личных целей.

Разумеется, самым важным было то, что другого выхода у него просто не осталось.

Сестренка еще не выросла, а дни его самого были сочтены.

Ему оставалось только рискнуть.

Ручей был прозрачным и светлым, играл бликами на солнце. Бай Лин Си, одетая в юбку-жуцюнь, с волосами, собранными в простую прическу, сидела на камне у воды. Она старательно стирала одежду, а легкий ветерок доносил цветочный аромат.

— Лин Си.

Девушка обернулась, увидела брата, стоящего неподалеку, поспешно сгребла вещи в корзину и вытерла ладонью тонкий слой пота со лба.

Она посмотрела на брата, чей взгляд был полон нежности, а затем перевела глаза на гостя за его спиной и, слегка замявшись, спросила:

— Брат, вы закончили говорить?

Бай Мэй с улыбкой кивнул, подошел к ней, опустился на одно колено и погладил ее по голове.

— Брат, ты выглядишь гораздо лучше! — радостно воскликнула Бай Лин Си.

Хотя Яо Лань уже вернул Бай Мэю Снежную бабочку, из-за того что та слишком долго отсутствовала, а у самого Бай Мэя истощилась духовная сила, это была лишь капля в море. Бай Мэй не ответил на ее слова, вместо этого он указал рукой на стоявшего позади человека:

— Это молодой господин Яо Лань.

Яо Лань слегка склонил голову в знак приветствия.

Бай Лин Си нахмурилась и, наклонив голову, посмотрела на брата, не понимая его намерений.

— Отныне этот молодой господин Яо Лань тоже будет тебе братом, — мягко произнес Бай Мэй.

Услышав это, Бай Лин Си широко распахнула глаза, полные испуга и недоверия. Она отшатнулась и упала на землю, ее голос задрожал:

— Брат… ты… что ты такое говоришь…

Сердце Бай Мэя сжалось, он протянул к ней руку, но она отстранилась. Это был первый раз, когда Бай Лин Си воспротивилась его прикосновению.

— У меня в этой жизни только один родной человек, и это ты, — грудь Бай Лин Си тяжело вздымалась, а голос становился все холоднее. — Если ты хочешь от меня отказаться, то не нужно притворно передавать меня на попечение другим.

Рука Бай Мэя застыла в воздухе — ни опустить, ни поднять.

Яо Лань внутренне удивился. Младшая сестра из клана Бай, которая на вид казалась такой слабой и беззащитной, словно не способная постоять за себя, в глубине души видела всё насквозь, словно в зеркале.

— Я совсем не это имел в виду, — с потухшим взглядом Бай Мэй опустил руку; от той решимости и проницательности, что он показывал перед Яо Ланем, не осталось и следа.

Бай Лин Си, услышав его слова, немного смягчилась, натянуто улыбнулась и сказала:

— Тогда пойдем домой.

Закончив, она крепко сжала кулаки, повернулась к Яо Ланю и холодно добавила:

— Прошу вас, не приходите больше и не мешайте нашей жизни. Пусть мы и живем в бедности, но мы брат и сестра, и нам не нужны чужие подачки.

Яо Лань не решился что-либо ответить, подумав, что эти двое вспыхивают от малейшей искры, они были упрямы, как близнецы.

Бай Лин Си, не обращая больше на него внимания, потянулась к Бай Мэю, чтобы помочь ему встать, но не смогла сдвинуть его с места.

— Брат?

Бай Мэй глубоко вздохнул, будто принимая решение, положил руки ей на плечи, посмотрел глубоким взглядом в глаза и торжественно произнес:

— Лин Си, успокойся. Это очень важное дело, я должен все объяснить.

Опять. Все опять к этому сводится. Почему, почему всё должно быть именно так!

Бай Лин Си смотрела на него, словно на врага, но слезы выдали её истинные чувства — они бесконтрольно покатились по щекам.

— Мы никогда не обсуждали это, но бегством проблему не решить. Брат тоже очень хочет быть с тобой, вечно быть рядом, но я не могу… Лин Си, ты… ты не можешь требовать от меня невозможного… — его голос, почти молящий, начал срываться на рыдания.

Лицо Бай Лин Си безмолвно омывалось слезами, она продрожала:

— Даже если ты отдаешь меня другим, неужели ты не можешь остаться?

Бай Мэй крепко обнял её, и в его глазах тоже заблестели слезы:

— Лин Си, я не отдаю тебя другим. Я доверяю тебе тех детей и ту миссию, которую брат не успел завершить.

Бай Лин Си замолчала, судорожно вцепившись в его одежду, и зарыдала, уткнувшись ему в грудь.

— Это я никчемен, я не смог защитить тебя и теперь перекладываю на твои плечи то, что не должно было стать твоей ношей.

Кристальная слеза скатилась с щеки Бай Мэя и исчезла в её волосах. На самом деле он вовсе не надеялся, что Бай Лин Си сможет взять на себя тяжкое бремя возрождения клана; он говорил так лишь для того, чтобы после своего ухода дать ей новую причину продолжать жить в одиночестве.

Мать дала сестренке имя Лин Си, что означало прекрасную, новую надежду.

И действительно, её существование дарило Бай Мэю, оставшемуся в этом мире в одиночестве, проблеск надежды. А теперь она станет надеждой для всего клана Бай.

Бай Лин Си с ненавистью сжала кулаки.

Как может быть никчемен Бай Мэй?

Это она никчемна! Если бы она могла изучать тайные искусства, если бы у неё была духовная сила, если бы она была достаточно сильна, то это она должна была защищать брата, ставшего всеобщей мишенью, а не быть здесь обузой, которая только и может, что вымещать злобу на брате и на ни в чем не повинном молодом господине Яо Лане.

Она впилась пальцами в одежду Бай Мэя, сжимая её так сильно, что ладони стали влажными, а кончики пальцев пронзила тупая боль.

http://bllate.org/book/36878/4589842

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь

Вы не можете прочитать
«Глава 17»

Приобретите главу за 2.5 RC

Вы не можете прочитать Mountain Wind Breaks Water: Leisurely Drinks / Горный ветер и зеркальная гладь: История одной клятвы / Глава 17

Для покупки авторизуйтесь или зарегистрируйтесь

100 гл. на все книги · 350 RC Главы открывают любые книги этого автора. Не сгорают. Новая покупка прибавляет главы.