С того дня Мо Цзиннянь начала учиться наносить макияж и сменила стиль одежды, стараясь создать образ уверенной в себе деловой женщины лет тридцати-сорока. Все потому, что инвесторы смотрят свысока на тех, кто выглядит слишком молодо, а подчиненные вряд ли станут искренне и добровольно подчиняться приказам юной девушки.
Лишь дома она позволяла себе ходить с чистым лицом, носить удобную одежду и надевать повязку на голову со Шреком.
Казалось, то время, когда они вместе ели хого, осталось далеко позади. Люди меняются, но в то же время остаются прежними.
Цинь Цзююнь перевела на нее взгляд. Черты лица Мо Цзиннянь были утонченными, а стоило ей улыбнуться, как она становилась вылитой соседской девчонкой. Жаль только, что в последние годы она почти не улыбалась.
Она сидела, не произнося ни слова, поджав губы и опустив взгляд. В очках в полуободковой оправе ее кожа казалась необычайно светлой и прозрачной — даже после долгих ночных бдений на ней не появлялось ни прыщика, ни следов усталости. В конце концов, Мо Цзиннянь была еще совсем молода, едва закончила учебу.
Спустя долгое время Цинь Цзююнь негромко произнесла:
— Цзиннянь, спасибо.
Мо Цзиннянь подняла на нее взгляд и почему-то тяжело вздохнула. Затем она поднялась и направилась в кабинет.
— Иди умойся и ложись.
Восемь тридцать утра. Ли Ци открыла дверь квартиры Мо Цзиннянь, введя код.
Невозможно было объяснить, почему после стольких дней молчаливого сосуществования и негласного договора не тревожить друг друга, сегодня она вдруг решила заявиться к ней с каким-то подвохом.
Более того, Ли Ци завела будильник, чтобы проснуться. У нее самой был сбитый режим — поздно ложилась и поздно вставала, но Мо Цзиннянь всегда уходила из дома до девяти утра. Она не могла поручиться, что успеет застать ее, если проспит.
Да и что толку, даже если она застанет Мо Цзиннянь?
У Ли Ци не было заготовленных слов. Она не знала, что скажет при встрече и как объяснит причину своего визита. Еще меньше она понимала, что именно хочет увидеть, открыв дверь, и как сама отреагирует на увиденное.
Она знала лишь одно: на душе у нее было неспокойно, и эта тяжесть не отпускала ее с самой прошлой ночи.
Стоило закрыть глаза, как перед мысленным взором возникали картины: та женщина, принимающая удар на себя и выпивающая за нее; рука, лежащая на плече; их объятия в лифте; почти нежные, балующие слова Мо Цзиннянь.
Ли Ци узнала Цинь Цзююнь: в тот самый момент, когда та появилась в баре и направилась к Мо Цзиннянь, она поняла, кто это. Это была широко известная в сети любимая актриса K.L. Она много раз пересматривала видео с ее ролями.
Ли Ци понятия не имела, что их связывало за те пять лет в Столице и как далеко зашли их отношения.
Ее внезапно охватила тревога: что, если дверь откроется и она увидит что-то эдакое? Например, как они нежно обнимаются или того хуже... Или вдруг из спальни донесутся звуки, заставляющие воображение рисовать нехорошие картины... Впрочем, лучше не представлять.
Если все так и есть, она не знала, сможет ли вести себя как достойная бывшая.
Хотя, по правде говоря, сам этот поступок уже лишал ее всякого достоинства.
Однако вчера вечером в лифте Цинь Цзююнь явно ее не узнала.
Что это значит? Либо их отношения еще не дошли до того уровня доверия, когда делятся прошлым, либо Мо Цзиннянь даже не хотела упоминать о ней.
Что ж, на душе стало еще тяжелее.
Утро выдалось туманным. Солнечные лучи пробивались сквозь окно. Ли Ци окинула гостиную взглядом: все было по-прежнему, никакого беспорядка.
Ли Ци сама не осознавала, но с того самого момента, как начала осматривать комнату в поисках улик, она пришла сюда с настроением человека, решившего поймать неверную с поличным.
Она поставила кофе и завтрак на привычное место — и была настолько мелочна, что купила порцию только на одного.
Позади послышался шорох, очень легкий и тихий.
— Доброе утро.
Ли Ци обернулась.
Мо Цзиннянь стояла у двери кабинета, глядя на нее сквозь стекла очков. Свет отражался в ее карих зрачках. Ли Ци видела ее очень четко и лишь спустя мгновение ответила:
— Доброе.
Мо Цзиннянь подошла, на глазах у Ли Ци отодвинула стул и села. Она сделала это так естественно и привычно, начав выкладывать вещи из бумажного пакета. Она долго и сладко зевнула, а затем отпила кофе.
Открывая контейнер с едой, она многозначительно произнесла:
— Только одна порция?
Ли Ци, стоявшая рядом, опустила на нее взгляд и холодно ответила:
— А что, должна быть другая?
Мо Цзиннянь открыла рот, чтобы ответить, но не сдержалась и снова зевнула. В уголках глаз выступили слезы, и она потянулась их смахнуть.
Ли Ци немного поколебалась, а затем тихо спросила:
— Не спала?
Мо Цзиннянь, глядя вниз, едва заметно усмехнулась, но ответила равнодушно:
— Не спала.
Хождение вокруг да около — никто не спрашивал прямо, никто не отвечал начистоту.
Ли Ци не двигалась, продолжая стоять рядом и внимательно наблюдая за тем, как та завтракает.
Хотя взгляд, устремленный на нее сверху, был весьма обжигающим, Мо Цзиннянь ничуть не смутилась. Она спокойно ела, не выказывая желания как-то взаимодействовать с гостьей.
В комнате воцарилась тишина. Вдруг из главной спальни донесся звук. Вероятно, Цинь Цзююнь ворочалась во сне — послышалось шуршание одеяла, а затем невольный тихий стон из-за головной боли.
После этого снова наступила тишина.
Вскоре Мо Цзиннянь спросила:
— У тебя есть лекарство от похмелья?
В ее доме, разумеется, не было ни капли подобных средств. В отличие от Ли Ци, у которой оно наверняка нашлось бы.
Не дождавшись ответа, Мо Цзиннянь подняла голову и встретилась с глубоким, тяжелым взглядом Ли Ци.
Только тогда Ли Ци ответила:
— Есть.
Она сказала это, но не сдвинулась с места.
Мо Цзиннянь приподняла бровь в немом вопросе:
— И?
— Не хочу тебе давать.
В этот миг Мо Цзиннянь не могла поверить своим ушам. Она не ожидала, что подобные слова могут прозвучать из уст Ли Ци.
Дело было даже не в самом отказе, а в том, насколько прямо и лаконично он был выражен. Эти четыре слова — не хочу тебе давать — прозвучали как нечто свежее и необычное на фоне их запутанных диалогов последнего времени.
Мо Цзиннянь замерла, а затем, глядя на столь знакомые ей глаза, внезапно рассмеялась.
Непонятно почему, но ей стало смешно.
Она сдержала улыбку, ее влажные глаза засияли. Отказ даже развеселил ее. Она не стала настаивать и ответила:
— О, ну ладно.
Затем под пристальным взглядом Ли Ци она достала телефон и открыла приложение доставки. Действовала она так быстро, что Ли Ци не успела ничего сказать, как заказ был уже оформлен.
http://bllate.org/book/36899/4592021
Готово:
