— Ты хочешь играть в кино?
Оказавшись по нелепой случайности в чужом теле, а затем получив внезапное предписание Небесного царства, он был вынужден жить под именем Ду Жо.
Окружающие его тайны становились всё запутаннее. Каждый шаг давался так, словно кто-то невидимый толкал его в спину, из-за чего Ду Жо даже не смел задумываться о собственных желаниях.
Но простой вопрос Чэнь Мо невольно ослабил туго натянутую нить, которой он сам себя сковал.
До самого начала репетиции Ду Жо так и не дал окончательного ответа. Он лишь обронил, что ему нужно время на размышления.
***
Музыка гремела на весь репетиционный зал.
Ду Жо послушно следовал указаниям хореографа, стараясь попадать в такт, но из-за роящихся в голове мыслей его движения то и дело становились небрежными. Учитель уже несколько раз подходил к нему, исправляя ошибки.
Заметив эту рассеянность, Вэнь Ци нахмурился и раздражённо отвёл взгляд.
Когда наконец объявили перерыв, вконец измотанный Нин Аньи без сил повалился на пол. Лишь Чу Фан остался стоять у зеркала, упрямо раз за разом повторяя сложную связку.
Ду Жо, вопреки привычке последних дней, не стал тренироваться сверхурочно. Он отошёл к станку, прислонился спиной к поручню и натянул на лицо бейсболку, скрывая эмоции от посторонних глаз.
Спрятавшись под козырьком, он тяжело дышал, пытаясь унять колотящееся сердце и успокоить мысли.
Среди этого хаоса Ду Жо вдруг почувствовал, как вздрогнул деревянный поручень за его спиной, а рядом на пол легла длинная тень.
Его дыхание на мгновение сбилось.
Но нежданный спутник молчал. Он просто стоял рядом, привалившись к станку, будто бы случайно выбрал именно это место для отдыха.
Две тени под одинаковым углом протянулись по паркету зала, словно молчаливые зрители, наблюдающие за суетой вокруг.
До самого конца перерыва Вэнь Ци так и не спросил, почему Ду Жо витает в облаках. Однако во второй половине репетиции тот всё же взял себя в руки и сосредоточился на движениях, силой выметая из головы лишние думы.
Стрелка часов сделала несколько кругов, и тренировка завершилась лишь тогда, когда за окнами вспыхнули уличные фонари.
Хореограф ушёл первым. Вэнь Ци же, вопреки обыкновению, жестом подозвал остальных участников к себе.
Все четверо уселись в круг прямо посреди пустого зала.
Ду Жо никогда прежде не участвовал в подобных посиделках, но, усаживаясь на холодный пол и глядя на своё отражение в зеркале, он вдруг ощутил странное дежавю.
В сознании промелькнул обрывок чужого воспоминания.
Точно такой же зал. Четыре совсем ещё юных парня.
Когда Вэнь Ци заговорил, Ду Жо поспешно отмахнулся от нахлынувшего видения, не позволяя себе погружаться в прошлое.
Вэнь Ци обвёл парней тяжёлым взглядом. Первая же его фраза мгновенно сгустила воздух в помещении:
— Изначально мы подписывали контракт на три года. Как только закончится концерт... срок нашего соглашения истечёт.
Каждый из них прекрасно об этом знал, но до сих пор никто не решался произнести эти слова вслух.
Стоило Вэнь Ци сорвать этот покров молчания, как лица ребят изменились.
Капитан прекрасно понимал их желание убежать от реальности. Но на правах лидера он знал: кто-то должен взять на себя смелость и заговорить первым.
— До сегодняшнего дня никто из нас не обращался к руководству по поводу продления контракта. Думаю, в агентстве уже поняли наше решение, — спокойно констатировал Вэнь Ци. — Впрочем, позиция компании меня не волнует.
Ду Жо удивлённо вскинул голову.
Вэнь Ци открыто противопоставил себя агентству, не оставив путей для отступления ни себе, ни другим. При этом на его лице не дрогнул ни один мускул, словно он говорил о сущих пустяках.
— Сейчас я хочу спросить вас не как представитель агентства, а как капитан T. T. W., — Вэнь Ци пристально посмотрел на каждого из них. — Что вы планируете делать дальше?
К общему удивлению, первым тишину нарушил Нин Аньи:
— Я хочу петь. Хочу быть профессиональным певцом.
Когда он произнёс эти слова — ответ, который он мысленно репетировал тысячи раз, — его глаза засияли, точно ночное небо.
— Ну чего вы так нагнали жути... — пробормотал Чу Фан, почесав затылок, но в его голосе не было и капли недовольства. — Я, скорее всего, продолжу выступать на сцене. Петь и танцевать, хотя пробиться соло будет чертовски непросто.
Несмотря на безрадостный прогноз, его губы тронула открытая, упрямая улыбка.
Очередь дошла до Ду Жо. Он приоткрыл рот, но тут же понял, что ему просто нечего сказать. Он никогда не задумывался о будущем.
— Я... — Ду Жо плотнее обхватил колени руками, выдавая волнение. Спустя долгую паузу он тихо вздохнул и опустил голову. — Я не знаю.
Над залом вновь повисла тишина.
Через минуту её нарушил ровный голос Вэнь Ци:
— О чём ты думаешь во время репетиций?
— О фанатах. Не хочу их подвести.
— Ещё о чём?
— О менеджере. О том, что нельзя обесценивать его труды.
Вэнь Ци продолжал задавать вопросы, пока у Ду Жо окончательно не опустела голова. Поддавшись импульсу, он выпалил:
— О вас! Я просто не хочу быть обузой и тянуть команду на дно!
Слова повисли в воздухе. Ду Жо мгновенно осознал, что сболтнул лишнее, и растерянно замер, пытаясь исправить положение, но Вэнь Ци перебил его.
— Ты никогда не был обузой, — твёрдо и решительно отрезал капитан. В его голосе не осталось и следа привычной холодности.
Это скупое признание словно пробилось сквозь пелену времени. У Ду Жо предательски защипало в глазах, и он с трудом сдержал подступившие слёзы.
Нин Аньи и Чу Фан деликатно отвели взгляды, давая другу возможность справиться с чувствами.
Но Вэнь Ци не собирался ослаблять натиск. Он вновь подался вперёд:
— А как же ты сам?
В вышине будто раздался тихий щелчок, словно в невидимом замке повернулся ключ.
— Ты думаешь о фанатах, о менеджере, о нас... — продолжал Вэнь Ци. — Но забываешь о главном человеке. Где в этом списке ты сам? Чего хочешь именно ты?
«Я сам?»
Ду Жо сидел, уткнувшись лбом в колени. Козырёк кепки скрывал растерянность в его глазах.
«Чего же я... действительно хочу?»
Он до боли сжал собственные предплечья пальцами, но даже не заметил этого.
Перед мысленным взором встало приглашение на кинопробы, полученное накануне.
«Справлюсь ли я?»
Ребята молча ждали, не торопя его. Прошло несколько долгих минут, прежде чем Ду Жо наконец поднял голову.
— Я всё ещё смутно представляю, к чему лежит моя душа и куда приведёт эта дорога... — Он нервно прикусил губу, пытаясь унять дрожь в голосе. — Но прямо сейчас я бы хотел попробовать... сыграть роль в кино.
Вэнь Ци сохранил бесстрастное выражение лица, но в глубине его глаз промелькнула тёплая, едва заметная улыбка.
— Ого! — Чу Фан с разбегу запрыгнул Ду Жо на спину, весело загомонив. — Значит, теперь у нас в группе целых два актёра! Буду ждать, когда ты станешь кинозвездой мировой величины!
Ду Жо охнул и покачнулся под его весом. Вэнь Ци тут же строго нахмурился:
— Поаккуратнее. Концерт на носу, только травм нам сейчас не хватало.
Чу Фан послушно ослабил хватку и перенёс вес на ноги, но убирать руку с плеча друга не спешил. Он вызывающе фыркнул в сторону лидера:
— Ну и ладно! Слышишь, Ду Жо, я благословляю тебя отобрать у Босса Вэня все его кинонаграды. Пусть сидит и плачет в углу!
Пока Чу Фан в одностороннем порядке объявлял Вэнь Ци войну, Ду Жо перевёл взгляд на Нин Аньи. Тот ободряюще улыбнулся и беззвучно одними губами произнёс: «Удачи».
Слушая этот привычный дружеский шум, Ду Жо мягко улыбнулся и кивнул.
***
Хотя каждый из них давно понимал, к чему всё идёт, после откровенного разговора на душе стало заметно легче. Впрочем, никто из парней не стал распространяться об этой беседе посторонним.
Едва выйдя из здания агентства, Ду Жо набрал номер Чэнь Мо.
— Насчёт тех проб, о которых ты говорил... Я согласен. Хочу попробовать, — произнёс он и сам невольно улыбнулся своей решимости.
Менеджер не стал расспрашивать о причинах такой перемены настроения и лишь беззлобно усмехнулся в трубку:
— О как. Наконец-то созрел?
— Да... можно и так сказать.
Ду Жо прислонился спиной к стене. Мягкий свет потолочных ламп очерчивал его тонкий профиль, придавая лицу удивительно мягкое, умиротворённое выражение.
Услышав в голосе подопечного спокойную уверенность, которая разительно отличалась от его давешней растерянности, Чэнь Мо наконец облегчённо выдохнул.
Обсудив ещё пару организационных моментов, они распрощались, и менеджер тут же с присущей ему хваткой принялся связываться с кастинг-директором фильма.
Тем временем Ду Жо дошёл до конца коридора и увидел у лифта Вэнь Ци. Тот стоял в наушниках, задумчиво глядя перед собой, причём кнопка вызова на панели даже не была нажата. Стоило Ду Жо приблизиться, как Вэнь Ци протянул руку и нажал стрелку вниз.
Двери разъехались, и оба молча шагнули внутрь.
Ду Жо невольно вспомнил их первую встречу — она ведь тоже произошла в лифте.
Они стояли плечом к плечу. Вэнь Ци не признавался, что намеренно ждал его, а Ду Жо не решался спросить. Кабина бесшумно скользила вниз.
Ду Жо уставился на стык металлических дверей, не смея пошевелиться.
Когда до нужного этажа оставалось совсем немного, он преодолел смущение и негромко спросил:
— Скажи... я сильно изменился по сравнению с тем, каким был раньше?
Окончание фразы потонуло в мелодичном сигнале прибытия.
Двери открылись. Ждавший на площадке Чу Фан сразу заметил, как Ду Жо от смущения усердно трёт пальцы друг о друга, и прыснул со смеху:
— Ну и ну, Босс Вэнь, твоя аура с каждым днём всё страшнее! Стоило проехаться с тобой в одном лифте, как нашего Ду Сяо-жо уже затрясло.
Неугомонный Чу Фан явно не ведал страха.
— Вовсе я не... — попытался оправдаться Ду Жо.
Стоило ему выйти на площадку, как Нин Аньи мягко приобнял его за плечи и с улыбкой покачал головой:
— Брось, эту привычку перебирать пальцами, когда волнуешься, мы знаем ещё со времён стажёрства. Бесполезно отпираться.
Он в шутку показал жест, в точности повторяющий движения Ду Жо.
«Со времён стажёрства?»
«Но ведь тогда меня здесь ещё не было...»
Направляясь вместе с ребятами к припаркованному минивэну, Ду Жо опустил взгляд на свои ладони и с удивлением заметил, что сияющая золотая нить судьбы сегодня изрядно поблекла.
— А-а-а, спасите! — Чу Фан дурачился вовсю. Он внезапно юркнул за спину Ду Жо и, ухватившись за его плечи, выставил друга как живой щит перед Вэнь Ци. — Вот увидишь! На грядущих кинопремиях я сяду за один столик с Ду Сяо-жо, а ты будешь куковать в гордом одиночестве!
— Ты не снимаешься в фильмах, у тебя нет ролей. Тебя туда даже не пустят, — безжалостно разрушил его иллюзии Вэнь Ци.
Ду Жо, вырванный из размышлений этой веселой перепалкой, принялся разнимать дуэлянтов и совсем не заметил две призрачные фигуры, скользнувшие мимо них в сгущающихся сумерках. То были Хэй-учан и Бай-учан.
— Он ещё ничего не заметил? — тихо спросил Хэй-учан, провожая парней взглядом.
Бай-учан печально вздохнул:
— Скорее, он просто боится в это поверить.
А на ладони Ду Жо золотая нить кармы продолжала медленно источать крошечные, едва заметные искры угасающего света.
http://bllate.org/book/36938/5078902
Готово:
