Сумерки растекались сквозь стекло больничного коридора, и в запахе дезинфицирующих средств витали мельчайшие пылинки.
Звонкий стук каблуков в детском отделении внезапно стих. Чу Хуайси остановилась перед табличкой седьмой палаты, украдкой огляделась по сторонам и, не заметив того холодного белого халата, с облегчением выдохнула.
Она тронула уголки губ, стараясь придать улыбке как можно более дружелюбное и естественное выражение, после чего слегка постучала в дверь.
— Войдите, — донесся из комнаты мягкий голос.
Когда она открыла дверь, закатное солнце как раз заливало хрупкую спину девочки. Поза Юй Суйань, свернувшейся калачиком, заставила горло Чу Хуайси сжаться. Ей доводилось видеть немало разбитых тел, но эта похожая на многоножку шрама на груди ребенка все равно резанула по сетке глаз, словно острие ножа.
Взгляд Чу Хуайси скользнул по послеоперационному шраму на груди девочки — этот багровый выпуклый рубец оказался длиннее, чем она представляла, и почти пересекал всю грудную клетку.
— Здравствуй, малышка Аньань! — Чу Хуайси сама удивилась тому, насколько сладким получился ее голос.
Юй Суйань чуть отпрянула назад, зажав в кулачке плюшевого медвежонка так, что на его ушах остались глубокие заломы, и тихо спросила:
— Вы кто?
— Меня зовут Чу Хуайси, я пришла навестить тебя.
— Почему вы пришли меня навестить? — Юй Суйань со всеми признаками настороженности разглядывала Чу Хуайси.
— Я друг Доктора Сюй. Я слышала, ты очень храбрая, и захотела с тобой подружиться. — Чу Хуайси подошла к кровати и посмотрела на нее.
— Друг сестрицы Сюй? — Юй Суйань полуверчиво-полудоверчиво уставилась на красивую девушку.
Чу Хуайси издала утвердительное мычание, с улыбкой достала из сумочки заранее приготовленный подарок изящную куклу Барби и протянула ее Юй Суйань:
— Это подарок от сестрицы при первой встрече.
Юй Суйань посмотрела на Барби и покачала головой:
— Нет, мне нельзя брать.
— Тебе не нравится?
— Нравится.
— Тогда почему нельзя взять?
— Мама говорила... — Юй Суйань сглотнула слюну, и капельница слегка качнулась в такт этому движению. — Нельзя принимать подарки от чужих людей.
— Но я же не чужая. — Чу Хуайси показала экран блокировки своего телефона. На фотографии Сюй Иань улыбалась в белом халате — это был единственный совместный снимок, который та тайком сделала на прошлое Рождество. — Смотри, мы с Доктором Сюй часто вместе пьем послеобеденный чай.
Заметив, что настороженность маленькой девочки на больничной койке немного ослабла при виде знакомого лица, Чу Хуайси перевела дух:
— Видишь, я друг Доктора Сюй. Ты ведь зовешь Доктора Сюй сестрицей, правда? Значит, я тоже твоя сестрица, верно?
Юй Суйань долго думала, а затем кивнула:
— Пожалуй, да.
Чу Хуайси вздохнула и надула губы:
— Если ты не примешь подарок от сестрицы, сестрица расстроится.Юй Суйань засомневалась на пару секунд, но всё же взяла куклу Барби и принялась с нежностью её гладить, не в силах оторвать глаз. Уголки её губ слегка приподнялись:
— Какая красивая кукла, спасибо, сестрица.
С этими словами она аккуратно положила Барби рядом, а затем крепче прижала к груди своего плюшевого мишку.
Чу Хуайси заметила это маленькое движение и с улыбкой спросила:
— Тебе так нравится этот мишка? Он выглядит немного стареньким, с ним связана какая-то особенная история?
Юй Суйань тихо кивнула, тонкими худенькими пальчиками теребя животик медвежонка, и тихонько ответила:
— Мама подарила мне его на пятилетие. Он всегда был со мной. Когда мне делают укол, он придает мне сил, и мне уже не так больно.
Сердце Чу Хуайси сжалось от жалости, она протянула руку и ласково погладила Юй Суйань по голове:
— Малышка Аньань, ты такая сильная. Теперь кукла Барби тоже сможет быть с тобой, и ты очень скоро поправишься.
Юй Суйань подняла голову, и в ее глазах заискрился свет:
— Правда?
— Конечно! Тебя лечит Доктор Сюй, ты обязательно поправишься, она очень сильный врач.
Чу Хуайси огляделась по сторонам:
— А где твоя мама?
— Мама ушла на работу, она сможет прийти побыть со мной только поздно вечером.
Чу Хуайси подумала о непростой семейной обстановке Юй Суйань:
— Значит, ты целыми днями одна? Тебе не страшно одной в больнице?
Юй Суйань то кивнула, то покачала головой, а в ее черных зрачках отражался угасающий дневной свет за окном:
— Мама зарабатывает деньги с большим трудом, я и сама справляюсь.
Запах дезинфицирующих средств внезапно стал резким, а в дорогих стеклянных глазах златокудрой Барби отразился изящно накрашенный силуэт Чу Хуайси.
Она поджала губы и мягко произнесла:
— Малышка Аньань просто молодец. Ничего страшного, теперь сестрица будет часто навещать тебя и составлять тебе компанию.
В глазах Юй Суйань вспыхнул яркий огонек:
— Правда?
Чу Хуайси с серьезным видом кивнула и протянула мизинец:
— Давай пообещаем друг другу.
— Обещаем!
Юй Суйань улыбнулась, обнажив крошечные клыкастые зубки, но ее брови тут же снова сошлись на переносице:
— Разве сестрице не нужно днем на работу? Я знаю, что вы, взрослые, все очень заняты, тебе не обязательно приходить ради меня.
Чу Хуайси улыбнулась:
— Сестрице не нужно на работу днем, я работаю по вечерам.
— По вечерам?
Юй Суйань моргнула:
— Прямо как сестрицы-медсестры?
Чу Хуайси на мгновение растерялась:
— Ну, вроде того.
Личико Юй Суйань исполнилось беспокойства:
— Но это же так тяжело. Днем нужно спать, надо больше спать, чтобы не болеть.
В свои шесть с половиной лет Юй Суйань походила на слишком рано завядший ландыш: ее угловатые лопатки выпирали острием под больничной пижамой, и лишь выцветший плюшевый мишка в ее объятиях всё еще хранил капельку детской мягкости.Чу Хуайси впилась ногтями в ладони. Под размеренное тиканье монитора пациента она услышала собственный голос, звучавший максимально мягко:
— Не переживай, сестричка придет поболтать с тобой, как только выспится.
— Спасибо, сестричка.
Чу Хуайси погладила ее по макушке:
— Ты любишь слушать истории? Я знаю очень, очень много интересных историй.
— Люблю, люблю! — глаза Юй Суйань сияли от предвкушения.
Чу Хуайси улыбнулась и принялась в лицах рассказывать сказку. На самых захватывающих моменты Юй Суйань невольно ахала и время от времени задавала наивные, трогательные вопросы, а Чу Хуайси терпеливо отвечала на каждый из них.
— Голос сестрички, когда она рассказывает истории, так похож на голос сестрички Сюй, — Юй Суйань вдруг запрокинула голову, и ее ресницы дрожали, словно крылья падающей бабочки. — В прошлый раз, когда мне было больно и я плакала, сестричка Сюй обнимала меня и напевала точно так же...
В горле у Чу Хуайси запершило от соленой горечи, и она через силу улыбнулась:
— Просто мы с Доктором Сюй хорошие подруги.
— Точно, вы же хорошие подруги.
Время пролетело незаметно в веселье и смехе. Чу Хуайси смотрела на сияющую улыбку на лице Юй Суйань, и на душе у нее скребли кошки.
Сначала она хотела сблизиться с Юй Суйань, чтобы лучше узнать Сюй Иань, но теперь ей искренне хотелось заботиться об этой милой и одинокой девочке.
Всю следующую неделю Чу Хуайси специально приходила на седьмой этаж как по часам, каждый день избегая часов врачебного обхода Сюй Иань.
Она тщательно выбирала небольшие лакомства, которые могли понравиться Юй Суйань: нежный манговый наполеон, тающий во рту, воздушный клубничный мусс, а также хрустящие и сладкие печенья «ушки».
В один из дней Чу Хуайси вошла в палатку с пакетом сладостей и с улыбкой произнесла:
— Аньань, угадай, что сестричка принесла сегодня?
Юй Суйань завороженно уставилась на пакет, гадая. Когда Чу Хуайси достала манговый наполеон, девочка восторженно вскрикнула.
Она аккуратно зачерпнула ложечкой кусочек, отправила в рот и довольно прищурилась:
— Сестричка, как же вкусно, спасибо тебе!
Сердце Чу Хуайси растаяло от нежности, и она протянула руку, чтобы погладить девочку по голове.
В другой день Чу Хуайси принесла несколько красивых иллюстрированных книг. Читая Юй Суйань сказку, она одновременно рисовала цветными карандашами персонажей прямо на бумаге, чем доводила девочку до звонкого смеха.
Юй Суйань тоже взяла кисть и неуклюже принялась повторять рисунок. Пусть получалось не очень похоже, но старалась она невероятно.
— Сестричка Сиси, посмотри! — Юй Суйань подняла вверх рисунок восковыми мелками, и ее синевато-бледные кончики пальцев отливали перламутром в лучах заката. — Похоже на маленького принца, которого ты мне рассказывала?
Лепестки розы на рисунке изгибались, напоминая клапаны сердца, а над планетой B612 висела кривая кардиограммы. Чу Хуайси заметила, что на обратной стороне планеты коричневым мелком было выведено: сестричка Чу.
На сердце у нее потеплело:
— Когда тебя выпишут, сестричка сводит тебя в кино на маленького принца, хорошо?
Аньань усердно закивала и улыбнулась:
— Хорошо.
Закончив рисовать, они прикрепили картинку на стену палаты, и та мгновенно стала уютнее, избавившись от капли больничной стерильности.
Когда Юй Суйань засыпала во время ингаляции, Чу Хуайси смачивала ватной палочкой ее потрескавшиеся губы.
На прикроватной тумбочке лежала выписанная рукой Сюй Иань схема приема лекарств, дозировка дигоксина была выверена до микрограмма, а по краю бумаги расплывалось подозрительное кофейное пятно.
Неужели эта особа снова превратилась в большую панду?
По мере того как они все больше сближались, Юй Суйань привязывалась к Чу Хуайси сильнее и сильнее. Каждый раз, когда та уходила, девочка хватала ее за руку и с грустью спрашивала:
— Сестричка, а завтра ты тоже придешь?
Чу Хуайси всегда твердо кивала и обещала обязательно навестить ее.
За эту неделю Чу Хуайси узнала от Юй Суйань много нового о Сюй Иань.
Слушая рассказы девочки о том, какой нежной и заботливой была Сюй Иань, когда меняла ей повязки, и с какой твердостью она призывала ее быть храброй, Чу Хуайси видела в детских глазах лишь абсолютное доверие и привязанность.
Чу Хуайси молча слушала, бережно складывая каждую деталь в памяти. Этот Старый сухарь и впрямь безупречно предана своему врачебному долгу.
В то утро лучи рассветного солнца пробились сквозь стекло палаты с ламинарным потоком воздуха. Юй Суйань сидела на больничной койке, неотрывно глядя на дверь, и от долггого ожидания ее хрупкая фигурка казалась немного одинокой.
Сюй Иань, сдавшая смену коллеге, толкнула дверь, вошла, увидела эту картину, мгновенно напряглась и в два-три шага оказалась у кровати:
— Аньань, что с тобой? Сердце болит?
Юй Суйань покачала головой:
— Почему сестричка Сиси до сих пор не идет?
Сюй Иань опешила:
— Сестричка Сиси?
Юй Суйань кивнула, не сводя глаз с двери палаты:
— Ну, твоя хорошая подруга.
Сюй Иань помолчала несколько секунд, раздумывая, и осторожно спросила:
— Чу Хуайси?
Юй Суйань тихонько угукнула.
Сюй Иань согрела стетоскоп в ладонях, прежде чем приложить к груди Юй Суйань. Убедившись, что сердце девочки бьется ровно, она мягко спросила:
— Как вы с сестричкой Сиси познакомились?
Юй Суйань честно ответила:
— Она пришла навестить меня, так мы и познакомились.
Взгляд Сюй Иань потемнел:
— Аньань разве забыла, что сестричка говорила: нельзя разговаривать с незнакомцами?
Юй Суйань озадаченно посмотрела на Сюй Иань:
— Но она не незнакомка, она моя хорошая подруга.
http://bllate.org/book/37431/4666418
Сказали спасибо 0 читателей