— Тебе сегодня точно нужно возвращаться? — переспросил Ци Суй, снова устраиваясь поудобнее, и скривил губы. — Этот Цинь Хэн просто невыносим.
Цинь Чжисун вёл машину дальше к намеченной цели и, услышав слова Ци Суя, не удержался, чтобы не подразнить его:
— Что не так с Цинь Хэном?
Ци Суй тихонько охнул и широко распахнул глаза.
Неужели он ошибся? Цинь Чжисун ничего не знает о выходках Цинь Хэна, и Чжао Юйнин ему ничего не говорила?
Тогда дело швах, он сам себя выдал.
— Ничего, ничего, — пробормотал Ци Суй. — С чего это тебе вдруг понадобилось возвращаться?
— Больше месяца не был дома, выпало свободное время.
По выражению глаз Цинь Чжисуна трудно было что-либо понять, но Ци Суй слишком хорошо знал его мимику и чувствовал, что дело тут не только в этом.
И всё же...
Почему?
Мимоходом заметив в зеркале заднего вида, как Ци Суй хмурится от терзающих его сомнений, Цинь Чжисун едва заметно усмехнулся краешком рта.
На самом деле причина крылась вовсе не только в том, что Ци Суй сегодня столкнулся с придирками Цинь Хэна.
Навещать родителей раз в месяц — это правило, установленное ими давным-давно. Пусть иногда он нарушал график, но сейчас вернуться было как раз вовремя: пора приструнить этих зарвавшихся братцев, поставить их на место.
И неужели они всерьёз думали, что, рассыпаясь в лести перед стариком, смогут усадить на место главы семьи Семьи Цинь кого-то другого?
***
Когда машина въехала на территорию Старого особняка семьи Цинь, как раз наступило время ужина.
Цинь Чжисун вышел из машины, сунул ключи в карман и посмотрел на Ци Суя, который обошёл автомобиль со стороны пассажирского сиденья и лениво стоял на месте, поджидая его.
В простой рубашке и классических брюках, даже без наручных часов, с расстёгнутым воротником и зачёсанными назад волосами, которые открывали резкие черты его лица.
Ци Суй подошёл ближе, чуть склонив голову набок, и с лёгким упрёком в голосе произнёс:
— Зря я тогда послушался тебя.
Цинь Чжисун шагал рядом с ним по направлению к дому и, услышав это, на редкость не смог угадать скрытый смысл слов Ци Суя.
— Мне тоже следовало надеть рубашку, — вполне серьёзно пояснил Ци Суй. — Я редко сюда приезжаю, а в итоге каждый раз выгляжу слишком повседневно.
Цинь Чжисун приподнял бровь:
— Хочешь поменяться?
— Ни за что, — тут же отказался Ци Суй. — Твоя одежда мне велика, будет смотреться ещё хуже.
Забавные слова Ци Суя рассмешили Цинь Чжисуна, и всю дорогу до гостиной его взгляд был прикован к спутнику.
По сравнению с тем, каким Ци Суй был семь месяцев назад, его состояние улучшилось просто колоссально.
Даже вспоминать не хотелось, в каком виде Ци Суй пребывал несколько месяцев, а то и три месяца назад: ел и спал нормально, но вес совершенно не набирал, а стрелка весов всё ползла вниз.
Щёки ввалились, из-за чего глаза казались ещё больше, запястья стали тонкими — обхватишь пальцами, а там одни кости, обтянутые кожей.
Что уж говорить о том, как мешковато сидела на нём вся одежда.
И только три месяца назад началось улучшение: вес перестал падать, тело постепенно крепло, эмоциональное состояние выровнялось, а на лице появился здоровый румянец.
Сейчас же, в футболке и джинсах, он выглядел свежо и непринуждённо.
Словно ветка чайного куста в утренней росе.
Чистая, сияющая и прекрасная.
— Младший дядя!
Чжао Юйнин изначально не была главной героиней этого семейного ужина и сидела ближе всех к выходу, так что первой заметила Ци Суя и Цинь Чжисуна.
Голосок у неё был негромкий, но стоило ему прозвучать в гостиной, как он произвёл эффект разорвавшейся бомбы.
— Братец Ци Суй, — заметив рядом с Цинь Чжисуном Ци Суя, тут же добавила Чжао Юйнин.
Ци Суй кивнул в ответ и бегло окинул взглядом комнату, пытаясь сопоставить людей из своей памяти с теми, кто сидел перед ним.
Прошло почти три месяца с тех пор, как он в последний раз был в Семье Цинь.
В просторной и роскошной гостиной собрались все члены Семьи Цинь, правда, они уже расположились за столом в примыкающей столовой.
За исключением старшего сына Семьи Цинь, уехавшего в командировку, и хворающей второй невестки Цинь Чжисуна, в сборе были абсолютно все.
Цинь Биншэн восседал на главенствующем месте, по левую руку от него сидела Су Жун, мать Цинь Чжисуна.
Место по правую руку пустовало.
Старшая невестка Цинь Чжисуна и внук Цинь Юань сидели на стульях чуть позади этого пустого места, а второй брат Цинь Чжисуна устроился рядом с Су Жун вместе со своей дочерью.
Семья Чжао Юйнин сидела по соседству со вторым братом.
Цинь Чжисун дошёл до другого конца длинного стола, сел, жестом пригласил Ци Суя расположиться рядом с ним и, ни капли не заботясь о реакции остальных, закатал рукава.
— На работе сегодня были дела, но справился быстро, освободился раньше.
— Кажется, я не слишком опоздал?
Ци Суй как раз аккуратно разложил салфетку и при этих словах машинально взглянул на настенные часы в столовой.
Шесть часов пятнадцать минут, вроде бы не опоздал.
О чём именно думал Ци Суй в этот момент, оставалось загадкой для окружающих, но по лицам всех присутствующих было легко догадаться, какие мысли роятся в их головах.
— Младший дядя поистине человек государственный, — не удержался от шпильки Цинь Хэн. — Юйнин только что говорила, что сегодня вы не придёте.
Не успел Цинь Чжисун и рта открыть, как сидевший рядом с Цинь Хэном мужчина уже оборвал его:
— Цинь Хэн!
Сидящая рядом с ним женщина тоже виновато улыбнулась, словно показывая, что совершенно не в силах справиться с бестактностью сына.
Цинь Чжисун отер руки влажной салфеткой и спокойно посмотрел на собеседника:
— Третий брат, не беспокойся, я не стану опускаться до того, чтобы сводить счёты с молодёжью.
Одним только словом «молодёжь» он чётко указал на место Цинь Хэна в семейной иерархии.
Если уж его собственный отец Цинь Минчжан ничего не сказал, то с какой стати Цинь Хэну лезть вперёд батьки в пекло?
Цинь Минчжан не стал отвечать, лишь бросил на Цинь Хэна предостерегающий взгляд, призывая его вести себя скромнее.
Цинь Чжисун поднял глаза и посмотрел прямо на Цинь Биншэна. Несмотря на то, что патриарху уже стукнуло семьдесят и он пережил тяжёлую болезнь, в нём по-прежнему не было ни капли уныния, а фигура и осанка выглядели куда лучше, чем у многих его ровесников.
На строгом лице не читалось ни радости, ни гнева, пронзительный взгляд излучал энергию, и лишь проседь в волосах да следы времени на лице выдавали то, что ему пошёл уже восьмой десяток.
— Отец.
— Мм.
Диалог отца и сына оказался настолько кратким, что окружающие даже не успели переварить происходящее, а Цинь Чжисун уже перевёл взгляд на Су Жун.
Су Жун была моложава, ей едва исполнилось пятьдесят, она тщательно следила за собой и выглядела ровесницей старшей невестки Семьи Цинь, сидевшей неподалёку.
Мать и сын лишь обменялись короткими кивками в знак приветствия, не став продолжать общение.
— Давайте ужинать.
Стоило Цинь Биншэну произнести это, как все остальные тоже взялись за палочки.
Ци Суй за весь вечер так ни с кем и не поздоровался — за исключением Чжао Юйнин.
http://bllate.org/book/38068/4766093
Готово:
