Ой нет, мы же виделись только вчера. — Лин Юй наклонилась, поглаживая ткань рубашки. — Слышала, ты закрутил роман с важной птицей?
Цзянь Ючжи ничего не ответил, снял верхнюю одежду и молча закатал рукава рубашки. Этот открытый жест заставил Лин Юй тут же отбросить игривый тон и принять оборонительную стойку, однако она всё равно не успела заметить, как Цзянь Ючжи оказался прямо перед ней.
Феромоны Лин Юй ударили в лицо градом дождевых стрел, но рука Цзянь Ючжи двигалась ещё быстрее. Он схватил рубашку Юй Цзинланя, туго стянул рукава крест-накрест, придавил горло Лин Юй и безжалостно сделал ещё один оборот — не прошло и десятка секунд, как она была прижата к дивану и уже не могла пошевелиться.
Феромоны омеги ослабли, Лин Юй начала задыхаться и отчаянно забилась, умоляюще хлопая Цзянь Ючжи по руке, но возвышавшийся над ней альфа оставался глух к её мольбам.
Сознание погасло, а затем стало медленно возвращаться.
Пусть она была связана, но по крайней мере оставалась жива. Лин Юй улыбнулась, ещё не успев открыть глаза: она думала, что Цзянь Ючжи изменился до неузнаваемости, но оказалось, что это лишь иллюзия.
— Ваш господин министр... кхе... знает, какой ты безжалостный? — Лин Юй скосила глаза на Цзянь Ючжи. — Впрочем, ты ведь совсем не изменился: предпочитаешь грубую силу, а не феромоны.
— Полагаю, Лю Цзиньчжань уже давно от меня отказался, — Цзянь Ючжи прислонился к краю стола, рядом с которым лежала рубашка Юй Цзинланя.
— Когда он узнал, что ты альфа, он всё же обрадовался, — наклонившись вперед, произнесла Лин Юй. — Но, конечно, прошло столько лет... Если бы не весть о том, что тебя выбрал Юй Цзинлань, наставник Лю и впрямь не стал бы тревожить твою... посредственную жизнь.
Цзянь Ючжи опустил взгляд на пол.
— На самом деле наставник Лю всё же излишне самоуверен: он всегда считал, что не может ошибиться в людях. Но я-то знаю твои способности. Неужели тебе самому не скучно столько лет притворяться заурядностью в армии Сюаньчжоу?
— Зачем ты меня ищешь? — прервал её Цзянь Ючжи. — Хочешь, чтобы я склонил к измене министра иностранных дел Сюаньчжоу? У Лю Цзиньчжаня часом не слишком разыгрался аппетит?
— Я говорила ему, что ты наверняка откажешься, — вздохнула Лин Юй. — Но у тебя, кажется, и выбора-то нет... Скажи, что будет, если в следующий раз, когда господин министр позвонит мне, я скажу ему, что капитан Цзянь — человек «Водяной ряби»? Как он отреагирует?
— В следующий раз? — Цзянь Ючжи показалось, что он расслышал не то.
Лин Юй перевела взгляд на другой конец дивана:
— Перед тем как ты вошёл, я сидела здесь и как раз принимала звонок от Юй Цзинланя. На сей раз я призналась, что являюсь медиа-репортёром из Таси... А вот в следующий раз — кто знает.
Цзянь Ючжи вовсе не был удивлён, но на душе у него всё равно скребли кошки.
— Ты думаешь, твой господин министр — такой простой человек? Думаешь... он не знает, откуда ты родом? Думаешь, даже если ты сейчас заявишь, что по-прежнему хочешь оставаться рядовым солдатом... он тебя отпустит?
Цзянь Ючжи подумал: окажись на его месте Юй Цзинлань, смог бы он с такой же лёгкостью раскусить, блефует Лин Юй или нет?
— Сяо Чжи, я знаю, что тебе хочется иметь дом, — голос Лин Юй стал твёрдым и серьёзным, в нём больше не осталось и следа прежнего кокетства. — Ты ведь такой умный, наверняка сможешь придумать способ и вашим, и нашим?
— Ничего я не придумаю, — презрительно бросил Цзянь Ючжи. — С какой стати мне исполнять желания Лю Цзиньчжаня? Я сам получу от Юй Цзинланя то, что мне причитается, и без твоей назойливой заботы обойдусь.
С этими словами Цзянь Ючжи вытащил из-за отворота рукава кинжал, резко развернулся и опустил голову — он ещё не решил, как поступить с Лин Юй.
— Тогда скажи, какой финал уготован Юй Цзинланю! — голос Лин Юй сорвался на пронзительный визг, а феромоны вышли из-под контроля. — Твоя мать погибла от его феромонного оружия! Скажи, какого финала он заслуживает?!
Цзянь Ючжи медленно повернул голову и ошеломлённо уставился на Лин Юй.
— Моя мать погибла во время нападения Хиберса, — чеканя каждое слово, произнёс Цзянь Ючжи.
Лин Юй закусила губу и моргнула:
— Твоя мать погибла от феромонного оружия Юй Цзинланя. Именно выбор Юй Цзинланя в твою пользу заставил наставника Лю снова обратить на тебя внимание. Это Юй Цзинлань сам выбрал свой собственный финал.
Цзянь Ючжи понимал: сеять в человеческих сердцах семена сомнения — подло.
Но те семена, что подхватывает ветер, неизбежно падают на землю.
Глава 21
В самый разгар полуденного зноя Цзянь Ючжи вернулся к дому на Гуаньшаньжэньлу, 5.
Выйдя из машины и подняв голову, он увидел, как окна Южного корпуса, обращённые на запад, слепят глаза отражёнными лучами солнца. Цзянь Ючжи глубоко вздохнул и быстро прокрутил в голове заготовленную по дороге речь, убеждая себя, что сможет парировать любые возможные попытки Юй Цзинланя прощупать его почву.
Однако Юй Цзинлань не вернулся в Южный корпус даже с наступлением темноты.
Позже вечером Цзянь Ючжи узнал из новостей в сети, что ещё под вечер Юй Цзинлань прибыл в регион Хиберс с официальным визитом и с улыбкой пожимал руки недавним врагам, словно между сторонами никогда не было никаких обид.
Сутки спустя спецсамолёт Юй Цзинланя покинул Хиберс, взял курс на юго-запад и менее чем за полмесяца вновь нанёс визит на Фенноскандские острова.
Столь внезапный и плотный график не позволял посторонним доподлинно уловить намерения Сюаньчжоу, но всему миру было очевидно: наглый теракт против Янь Чжуну ничуть не смягчил жёсткий курс Ши Тантина, а всегда отличавшийся умеренностью и нейтралитетом Юй Цзинлань на этот раз предпочёл поддержать эту твёрдость.
Нейтралитет — именно так пресса характеризовала позицию Юй Цзинланя.
В глубокую полночь Цзянь Ючжи попытался самостоятельно отыскать и составить картину прошлого Юй Цзинланя, но задача оказалась не из лёгких. В официальной биографии значилось лишь то, что за последние почти двадцать лет Юй Цзинлань поочерёдно служил в боевых частях сухопутных войск Союзной армии, управлении вооружений и техники министерства обороны, разведывательном управлении министерства обороны, а также в отделе союзных отношений министерства иностранных дел. Что же касается конкретных сражений, в которых он участвовал, и их связи с прошлым, о котором упоминала Лин Юй, найти об этом хоть какие-то сведения было невозможно.
Цзянь Ючжи закрыл глаза, и в ушах зашумел рёв истребителя. Тесная кабина самолёта — вот самое тихое место на свете.
Все люди непостоянны, и сохранить истинный нейтралитет попросту невозможно.
Когда в пятнадцать лет он прошёл вторичное разделение и стал бетой, Лю Цзиньчжань был разочарован — разочарован безо всяких попыток это скрыть, словно двух лет беспрекословного выполнения заданий «Водяной ряби» для Цзянь Ючжи никогда не существовало. Пятнадцатилетний Цзянь Ючжи уже наизусть знал шифровальные блокноты организации, но однажды летним утром Лю Цзиньчжань и Лин Юй пропали одновременно.
Альфы из соседних комнат всё так же перемахивали посреди ночи через ограду приюта, съезжали из него по достижении шестнадцати лет, а новенькие дети, усердно зубря школьную программу, занимались вещами, которые Цзянь Ючжи находил совершенно детскими. Новых приказов же он больше не получал.
Сердце Цзянь Ючжи, прежде тяготевшее к Таси, вновь качнулось и вернулось в исходную точку. Он завербовался в армию в Юэгане и стал пилотом Сюаньчжоу. Война перешла в затяжную фазу, и конца ей было не видно.
В Союзной армии служили и уроженцы Таси, и ансарцы, и боевое товарищество постепенно заставило Цзянь Ючжи усомниться в словах Лю Цзиньчжаня.
В этой тесной кабине феромоны были вещью совершенно бесполезной.
Настоящим миром было лишь то, как товарищ-ансарец на ведомом истребителе закрыл его своим корпусом от вражеской пули.
Стук в дверь до боли напоминал автоматную очередь. Цзянь Ючжи рывком сел на кровати, открыл глаза и увидел Юй Цзинланя, стоявшего на пороге. Тот не входил внутрь; его рука всё ещё покоилась на приоткрытой створке двери.
Цзянь Ючжи опустил взгляд на ковёр в коридоре, невольно думая о том, действительно ли этот ковёр способен поглотить любые шаги.
— Вы вернулись, господин министр, — Цзянь Ючжи поднялся.
— Мм. — Юй Цзинлань окинул комнату взглядом. — В тот день ты ничего не взял с собой?
Цзянь Ючжи подумал, что актёрскому мастерству Юй Цзинланя можно только позавидовать:
— Когда я вернулся в тот день, то понял, что в квартиру кто-то заходил, поэтому заходить внутрь не стал и сразу же связался с дежурной частью.
Юй Цзинлань сперва слегка растерялся, и лишь затем на его лице проступило выражение припоминающего человека:
— Ох, мне об этом не докладывали. Завтра я наведу справки. — С этими словами Юй Цзинлань на ходу ослабил галстук и развернулся, собираясь уйти, но, сделав шаг, тут же вернулся, с улыбкой на губах: — Кстати, перед этим я поручил дежурной части разыскать того, кто подсунул записку в дверь в тот день. Эта женщина-омега... хм... вовсе не поклонница, а журналистка из Таси, хотела расспросить о нападении на премьер-министра Яня.
Цзянь Ючжи не выдал ни единым движением своих чувств, однако на душе у него зародилось смятение.
— Впредь постарайся не брать ничего из рук посторонних, но держись не слишком жёстко — президент не желает новых медиаскандалов, — с видимой заботой напомнил Юй Цзинлань.
— Слушаюсь, господин министр, — Цзянь Ючжи теперь уже сомневался, действительно ли Юй Цзинлань только что не играл на публику.
Юй Цзинлань ещё пару секунд в упор разглядывал Цзянь Ючжи, не отводя глаз:
— Спокойной ночи, капитан.
— Господин министр... — сорвалось с губ Цзянь Ючжи.
Юй Цзинлань снова сделал шаг назад — казалось, он прекрасно понимал, почему его окликнули. Он прикоснулся к дверной ручке, чуть изменив позу на менее официальную:
— Ты в любой момент можешь... — он слегка склонил голову в сторону своей спальни. — Хоть это и работа, мне бы хотелось, чтобы наши отношения были более естественными. Я не собираюсь вечно подгонять тебя... и тебе вовсе не обязательно согласовывать со мной каждый шаг.
Лин Юй говорила, что стоит лишь найти способ пометить Юй Цзинланя — и все проблемы разрешатся сами собой.
Но судя по всему, поставить Метку как раз проще всего.
Цзянь Ючжи подумал, что эта зарубежная поездка, должно быть, прошла для Юй Цзинланя исключительно успешно — иначе с чего бы у него было такое прекрасное настроение.
— Расслабьтесь, капитан. Спокойной ночи, — повторил Юй Цзинлань.
Даже отойдя от гостевой спальни на несколько метров, Юй Цзинлань всё ещё отчётливо ощущал напряжение Цзянь Ючжи.
В той квартире, что когда-тра принадлежала Цзянь Ючжи, действительно были следы борьбы, но все они не имели к нему никакого отношения, и он действительно сам связался с дежурной частью — здесь он не солгал.
Жаль только, что тот звонок не удалось отследить по геолокации.
Юй Цзинлань покачал головой и вошёл в кабинет. Он не был уверен, переберётся ли Цзянь Ючжи сегодня ночью в его спальню.
Сложность в считывании эмоций Цзянь Ючжи вызывала у Юй Цзинланя лёгкую тревогу. Он жаждал заполучить до официального роспуска Альянса рычаги полного контроля над Таси, и эта жажда заставляла его то и дело задумываться: не станет ли всё проще после того, как он поставит Метку?
Глава 22
— Лоуренс, утром я слышал от Клэр, что ты определился с кандидатурой для брака? Говорят, твой избранник в отставке из военно-воздушных сил? — Бай Суйи догнал Юй Цзинланя после окончания заседания кабинета министров.
К тому, что Ши Тантин назначил временно исполняющим обязанности премьер-министра именно Бай Суйи, многие отнеслись скептически, но помимо садоводства, Бай Суйи лучше всего умел находить баланс. Способность заставить каждую из сторон отступить на шаг назад ради сохранения внутреннего стабильного порядка — вот что было по-настоящему важно для Ши Тантина.
http://bllate.org/book/38138/4776481
Сказали спасибо 0 читателей