Ненавижу лето.
А также задетое его отголосками раннее осень.
Оглядевшись вокруг, Юнь Чжи заметил на балконе Фу Е, который разговаривал по телефону.
Днём он уже дал Фу Е то крайне возмутительное и переходящее все границы согласие: без разрешения не снимать одежду и не мыться по собственному желанию.
Превозмогая липкий и неприятный дискомфорт во всём теле, Юнь Чжи с сомнением во взгляде уставился на спину мужчины.
...С виду приличный человек, а такие замашки.
Его спальное место находилось у окна, в общещежитии работал кондиционер, а балконная дверь и окна были плотно закрыты, так что снаружи доносился лишь смутный шум.
Фу Е почувствовал его взгляд и обернулся.
— ...Подойдёт любое общежитие, мне нужно как можно скорее.
Закончив разговор, Фу Е вошёл внутрь и остановился рядом с Юнь Чжи, жестом показывая, чтобы тот говорил быстрее.
В такое время все в общежитии были на месте, поэтому Юнь Чжи слегка покраснел и, застенчиво потупившись, протянул телефон с набранным текстом, обращаясь к нему с просьбой:
Я хочу принять душ и переодеться, можно ли, пожалуйста?
Фу Е дал добро.
Стоило ему только отойти, как Фу Цунсинь тут же высунулся со второго яруса, впившись в Юнь Чжи взглядом, похожим на прожектор, и спросил:
— Вы что сейчас делали?
Эм...
Юнь Чжи:
— Ничего.
Фу Цунсинь снова перевёл взгляд на каменное, похожее на крышку гроба лицо Фу Е, но не заметив ничего подозрительного, с подозрением завалился обратно.
Юнь Чжи мысленно с облегчением выдохнул.
Благодаря этому необходимому условию для общения, в чате Юнь Чжи и Фу Е появилась основа для ежедневных взаимодействий.
В основном Юнь Чжи отправлял запросы, объясняя, почему ему нужно переодеться или сделать что-то в этом роде, а иногда просил выбрать вариант завтрака.
Фу Е же на своей стороне неизменно ограничивался простым «угу», экономя каждое слово.
Лишнего общения не было, но по крайней мере ответы всегда приходили вовремя.
В то утро Юнь Чжи на удивление не встал рано: накануне вечером резко похолодало, и пока он возвращался с подработки, его промочило дождем, так что он немного простудился.
Заметив, что Юнь Чжи плохо выглядит, Фу Цунсинь перед уходом на пары велел ему выпить лекарство.
Юнь Чжи пропустил это мимо ушей и ничего не сделал.
Он из принципа не любил пить таблетки и верил, что любые мелкие хвори и боли организм вполне способен преодолеть сам, совершенно не разделяя точку зрения Фу Цунсиня о том, что при малейшем недомогании нужно заранее принимать лекарства.
Пописав немного домашнее задание, Юнь Чжи почувствовал, что в голове у него закружилось еще сильнее.
Всё, кажется, у него началось головокружение от букв, свойственное разве что трёхлетним детям.
Полежав лицом вниз какое-то время, Юнь Чжи с трудом заставил себя снова держаться.
Его специализация была редкой, на курсе он учился один, а набор не проводился уже два года, так что посоветоваться было не с кем, и если бы он схалтурил с заданием, это бы не укрылось от проницательного взгляда преподавателя.
Сегодня ему обязательно нужно было закончить задание, заданное на прошлом уроке, и для некоторых частей потребовалось бы сходить в библиотеку.
Эх.
Фундамент школьной библиотеки стоял высоко, у входа было слишком много ступенек, а поскольку семестр начался совсем недавно, людей там было немного, и чтобы подняться наверх, Юнь Чжи приходилось ждать, пока соберутся хотя бы два человека, чтобы можно было вежливо попросить их о помощи.
Юнь Чжи повернул голову и посмотрел на сидевшего рядом Фу Е.
Что касается этого человека, тот мог бы просто поднять его одной рукой.
Прильнув к столу, Юнь Чжи без особого колебания произнёс:
— Однокурсник Фу Е...
Фу Е на дух не переносил этот его слащавый, жеманный тон, с которым тот обращался к нему.
— Говори.
Уголки губ Юнь Чжи чуть приподнялись, а голос стал ещё мягче:
— Я хочу сходить в библиотеку, а там очень много ступенек. Ты не мог бы пойти со мной?
Фу Е стучал по клавиатуре, ряды таблиц с данными слегка сдвигались — трудно было понять, чем именно он занят.
— Ну пожалуйста.
Из-за того, как ласково тот к нему обратился, Фу Е промахнулся мимо клавиши. В его спокойных глазах зарождалось раздражение, но в конце концов, когда Юнь Чжи собрался снова затянуть песню, он захлопнул ноутбук и поднялся на ноги:
— Заткнись.
Юнь Чжи обрадованно замигал большими глазами и плотно сжал губы. Он никак не ожидал, что всё пройдет так гладко, и весь запас уговоров и лести даже не успел пригодиться.
Они вышли из общежития друг за другом и у дверей снова столкнулись с тем парнем, который приносил подарки.
Тот всё ещё упорно дежурил на месте и, завидев выходящего Фу Е, попытался подбежать, но был нагружен вещами, из-за чего двигался с трудом, а Фу Е, не испытывая ни малейшего затруднения, просто подхватил Юнь Чжи и оттащил в сторону, оставив парня позади.
Юнь Чжи обеими руками вцепился в поручни, чтобы удержать равновесие, искренне восхищаясь невероятной физической силой рук Фу Е.
Ощущение отрыва от земли, когда весь вес твоего тела поддерживается чужими руками, было удивительным.
Юнь Чжи не мог отвести глаз и завороженно смотрел на вздувшиеся вены на сильном предплечье.
Лишь когда его аккуратно опустили на землю и тело вновь обрело привычную устойчивость, он пришёл в себя.
Тело охватила легкая, неподконтрольная дрожь, и Юнь Чжи попытался усмирить дико колотящееся сердце, мысленно напоминая себе, что Фу Е ленив и к тому же страшно прожорлив — возможно, не пройдет и двух лет, как от всей его лени все мышцы просто исчезнут.
В конце концов, в оригинальном романе описания главного героя чаще склонялись к утончённости, элегантности и безупречным манерам...
Если подумать, ещё раз хорошенько подумать, сердце действительно стало биться гораздо спокойнее.
Успокоившись, Юнь Чжи задним числом подумал, что тот даритель вёл себя как-то странно.
Но из-за того, что Фу Е неизменно игнорировал всё вокруг, не удостаивая никого даже малейшим лишним взглядом, Юнь Чжи решил, что ему тоже не стоит расспрашивать понапрасну, решив лишь, что если представится случай, он обязательно узнает, в чём тут дело.
Хитро сверкнув глазами, Юнь Чжи посмотрел на Фу Е, который уже собирался идти дальше, и вдруг сменил тему:
— Я тут вспомнил, что мне кое-что нужно купить. Мы не могли бы по пути заглянуть в магазин?
Фу Е посмотрел на него и промолчал.
Уловив его настроение, Юнь Чжи понял, что тот не сердится, не проявляет нетерпения, а значит, шанс уговорить его ещё есть.
— Пожалуйста, я знаю, что ты устал, бр... — обращение, уже готовое сорваться с языка, было вовремя перехвачено. Юнь Чжи в панике и досаде закрыл рот ладонью.
Моргнув пару раз, он опустил руку и примирительно улыбнулся:
— Я просто привык звать тебя так, как раньше, но ты же сказал, что нельзя, и я всё помню.
Хотя виноват в оплошности был он сам, говорил он так, будто совершил нечто прекрасное и заслуживающее похвалы.
И всё же мысли Фу Е помимо его воли вернулись к тому дню в «домике любви», когда стоявший перед ним человек с покрасневшим лицом застенчиво назвал его братом...
http://bllate.org/book/38792/4884652
Сказали спасибо 0 читателей