Секта Цинъюань, тыльная гора Дворца Золотого Треножника.
Полдень, однако небо затянули свинцовые тучи. Стоял уже почти апрель, а растрепанный ветром мелкий дождь, падая на людей, все еще казался пронизывающе-холодным. В порывах ветра и дождя едва уловимо ощущался слабый запах крови.
Шэнь Чжоу тяжело дышал, полуприслонившись к стоявшему рядом дереву. Кровь из уголка его рта, смешиваясь с дождевой водой, змейкой стекала вниз, каплями распускаясь на груди. Лицо его было мертвенно-бледным. Он с досадой и предельной тоской в сердце уставился на продолжавшие шумно препираться силуэты.
Получив приказ, он на несколько дней отлучился из секты, возвращался обратно, спеша день и ночь, и еще даже не успел перевести дух и сделать глоток чая, как прибежал какой-то младший соученик с воплями о помощи. Добрался он до места только для того, чтобы обнаружить: во Дворец Золотого Треножника проник демон-культиватор. Сразившись с ним, они нанесли друг другу тяжелые раны, но тварь умудрилась сбежать. Шэнь Чжоу собирался расспросить, как вообще демон смог проникнуть во Внутренние Врата, но кто бы мог подумать, что эта свора младших соучеников разругается до багровых лиц и вздувшихся вен, устроив перебранку с напором и воплями базарных торговок. От этого у него в голове чуть не взрывались вилы.
Ладно вы ругаетесь, но деревья-то рубить зачем? Глядя на то, как несколько ветвей были разорваны на части, Шэнь Чжоу с невозмутимым видом потрепал себя по голове и сорвал несколько прилипших листьев.
— Хватит, перестаньте шуметь. Я сам доложу главе секты об истинных причинах произошедшего, а вы все расходитесь, — если бы он не подал голос и не остановил их, то Шэнь Чжоу искренне сомневался, осталось ли бы от этой тыльной горы хоть что-то, кроме лысой макушки, к тому моменту, когда они соизволили бы утихнуть сами.
Две до этого непримиримо противостоявшие друг другу группы на мгновение затихли и уставились на Шэнь Чжоу. У каждого глаза горели багровым огнем, а лица были красными от гнева — настроение у всех явно оставляло желать лучшего.
— Старший соученик, это вовсе не вина младшей соученицы Тан Юйлин!
Внезапно в ушах разорвался пронзительный вопль, от которого Шэнь Чжоу невольно вздрогнул. Кровь прихлынула к горлу, чуть снова не заставив его выплюнуть багрянец. Что за ублюдок орет таким луженым горлом, он что, до смерти людей запугать решил? Незнающий человек еще подумал бы, что он тут с этой младшей соученицей сотворил бог весть что.
— Конечно, это вина не только ее одной, это вина каждого из вас! — Линь Линь, стоявший перед толпой учеников Дворца Золотого Треножника со свинцовым лицом, не давая Шэнь Чжоу и рта раскрыть, вклинился в разговор: — Этот демон-культиватор ворвался во Дворец Золотого Треножника и ранил многих наших учеников Внутренних Врат Секты Цинъюань. И хотя старший соученик уже тяжело ранил его и обратил в бегство, в конечном счете всё произошло потому, что Тан Юйлин и остальные самовольно провели этого демона во Внутренние Врата, что и навлегло великую беду. Прошу старшего соученика доложить обо всем правду главе секты, так будет правильно.
Линь Линь был учеником личной передачи Дворца Золотого Треножника. Обычно он всегда ходил веселым и улыбчивым, но нравом обладал самым что ни на есть заступническим. Сейчас же, с застывшим лицом и не желая уступать ни на шаг, он явно был рассержен по-настоящему и вовсе не собирался их так просто прощать.
Услышав эти слова, лица стоявших напротив Линь Линя людей во главе с Тан Юйлин заметно помрачнели. Если старший соученик доложит главе секты так, как сказал Линь Линь, больно страшно представить, чем все это закончится.
Какой-то парнишка лет двадцати на вид, с правильными чертами лица и полным гнева и несправедливости выражением, протиснулся мимо стоявших перед ним людей и прямо в лицо Линь Линю выпалил:
— Да тот демон принял истинный облик, разве кто-то мог это разглядеть? Младшая соученица Тан Юйлин просто сочла того кролика милым и потому привела в обитель, в чем ее вина? Шестой соученик, к чему тебе цепляться к ней по каждому пустяку?
Так вот кто этот горлопан, мысленно вздохнул Шэнь Чжоу, в очередной раз убеждаясь, что внешность бывает обманчива. Выглядит вполне нормально и благопристойно, но кто бы мог подумать, что сто́ит ему открыть рот, как он выдаст нечто столь неординарное.
— Тьфу, цепляться? К кому это я цепляюсь? Я всего лишь прошу старшего соученика правдиво доложить главе секты. Или ты хочешь, чтобы старший соученик покрывал вас, кучку бестолковых глупцов, и лгал главе секты? — презрительно скривив губы, Линь Линь повернулся к Шэнь Чжоу, явно не желая больше тратить слова на стоящую напротив компанию.
…Чего ты на меня смотришь, я же еще вообще ничего не сказал!
Снова вздохнув и понимая, что без его вмешательства этот фарс не прекратится, Шэнь Чжоу кивнул Линь Линю и заговорил:
— Уважаемые младшие соученики и соученицы, на этот раз…
— Старший соученик, — хранившая до этого молчание Тан Юйлин подняла голову и прервала дальнейшие слова Шэнь Чжоу: — Во всем виновата лишь эта младшая соученица. Прошу старшего соученика проявить милосердие и не винить остальных старших соучеников и соучениц, Тан Юйлин готова понести всю ответственность в одиночку.
Девушка едва вступила в пору юности, на ней была самая простая белая одежда ученицы Внутренних Врат без каких-либо украшений. Длинные волосы, кое-как собранные простой нефритовой шпилькой, уже промокли под дождем, а несколько черных прядей прилипли к бледным щекам, придавая ей еще более хрупкий и незрелый вид. Ее полные слез глаза неотрывно смотрели на Шэнь Чжоу, казалось, выражая бесконечную обиду.
…Младшая соученица, ты бы сначала листья с головы стряхнула, что ли.
Встретив такой взгляд, Шэнь Чжоу окончательно потерял дар речи. В конце концов, это же не мелкие стычки между обычными учениками — адепты Секты Цинъюань привели во Внутренние Врата демона-культиватора, да к тому же несколько младших соучеников пострадали от его рук. Это же просто запредельный абсурд! Если об этом узнают другие секты, куда Секта Цинъюань денет свое лицо? А эта младшая соученица говорит так, что у него аж зубы сводит от неловкости. Решать, винить кого-то или нет — не ему единолично, тут при любом раскладе придется всё отдавать на усмотрение главы секты. Неужели он мог бы что-то утаить и разобраться со всем втайне? К тому же, только что…
Заметив, что стоявший рядом с Тан Юйлин большеглазый горлопан с болящим за нее сердцем приоткрыл рот, собираясь снова что-то выпалить, Шэнь Чжоу поспешно заговорил, страшась новой звуковой атаки на мозг:
— Младшим соученикам и соученицам не о чем спорить, глава секты сам во всем разберется. Лучше ступайте за мной во Дворец Юаньхэ.
С этими словами он, не обращая внимания на тех, кто еще собирался спорить, велел должным образом позаботиться о раненых учениках, а сам обратился в полосу мечевого света и устремился к Дворцу Юаньхэ. Шдшие позади переглянулись и, не смея больше медлить, последовали за Шэнь Чжоу.
Во Дворце Юаньхэ.
— …Глава секты, дело было именно так. — Закончив доклад, Линь Линь даже не взглянул на потемневшие лица Тан Юйлин и остальных, вставших поодаль, а просто отошел в сторону. Во всяком случае, всё сказанное им чистая правда — плевать, что они там себе думают. У него у самого душа кипела от злости, и он еще не решил, на ком выпустить пар; то, что он не стал сгущать краски и топить их еще сильнее, уже доказывало его добрый нрав.
— Докладываю главе секты, этот демон-культиватор был чрезвычайно хитер и принял первоначальный облик, именно поэтому младшая соученица Тан Юйлин заблуждалась и захотела забрать его с собой, чтобы вырастить. Ни о каком самовольном проникновении демона во Внутренние Врата, о котором говорит шестой соученик, не было и речи! К тому же, чтобы помешать этому демону прорваться во Дворец Золотого Треножника, все ученики выложились без остатка, а младшая соученица Тан Юйлин даже получила ранение. Прошу главу секты проявить проницательность и не винить младшую соученицу. — Не дожидаясь, пока глава секты откроет рот, она с убитым видом первой опустилась на колени и заговорила.
Большеглазый горлопан вновь продемонстрировал свой уникальный голос, так тряхнув Шэнь Чжоу, что тот невольно снова вздрогнул. Его и без того бледное от ранения лицо неконтролируемо скривилось. Украдкой бросив взгляд на стоявших на коленях и застывших в растерянности людей, он подумал: «Мда, на него никто не обратил внимания, и слава богу».
— Хватит! Перед лицом главы секты ты всё еще смеешь молоть чушь! Если бы старший соученик не поспешил на помощь вовремя, неизвестно, сколько еще невинных учеников пострадало бы из-за вас, ведь даже старший соученик получил ранение! Ты что, еще и награды за подвиг захотела?! — Линь Линь гневно зыркнул на горлопана, то ли разозленный его голосом, то ли тем, что тот нёс. — Насколько мне известно, любое живое существо, которое хотят провести во Внутренние Врата, обязано пройти регистрацию и проверку в Зале Дел. Каким бы могущественным ни был этот демон, его неизбежно разоблачили бы. Если вас действительно обманул демон, то как именно вы ухитрились притащить этого кролика во Внутренние Врата? У вас вообще есть в глазах хоть какие-то правила секты?! Или вы сговорились с этим демоном и затеяли нечто дурное?!
— Ты… Мы не… — большеглазый соученик выглядел так, будто его до смерти испугал резкий и свирепый окрик Линь Линя, так что он даже слова не мог связать толком.
Тан Юйлин, стоявшая с опущенной головой и хранившая молчание, резко подняла взгляд на Линь Линя, ее лицо выражало крайнее изумление. Стоявшие рядом старшие соученики и соученицы уже настолько перепугались, что не смели издать ни звука. Понимая, что оправдываться перед Линь Линем бесполезно, они перевели взор на Шэнь Чжоу, стоявшего поодаль рядом с главой секты, и принялись умоляюще смотреть на него. Увы, Шэнь Чжоу слегка опустил голову, его лицо было суровым, и он не удостоил их даже взглядом исподлобья.
Чего вы на него пялитесь? Он ведь тоже всего лишь невинная жертва, не знавшая всех обстоятельств дела и впутавшаяся по воле случая. Натворили дел, из-за чего пострадали ни в чем не повинные товарищи, но ни капли раскаяния не выказывают, а когда припекло — надеются, что он станет за них заступаться? Другое дело младший соученик Линь Линь: обычно дурачится и ходит без всякого подобающего серьезного вида, но подумать только — в критический момент голова у него соображает на редкость быстро. Шэнь Чжоу одобрительно покосился на Линь Линя.
— Глава секты, — Тан Юйлин шагнула вперед и опустилась на колени рядом с большеглазым соучеником, говоря сквозь слезы: — Ученица действительно не знала, что этот кролик — демон-культиватор, и приняла его за обычного зверя, поэтому у нее и возникло желание забрать его, чтобы вскормить. Мыслей о сговоре с демоном и дурных замыслов у нас не было и в помине. Ученица также не нарушала правила секты умышленно — она планировала сначала обработать раны этого кролика и только потом пойти на регистрацию, кто же мог подумать, что всё обернется так…
— Ха! А язык у тебя подвешен на зависть! Сколько ни разливайся соловьем, факт остается фактом: правила вы нарушили, независимо от того, умышленно это было или нет, а демона во Внутренние Врата привели вы своими собственными руками. Прошу главу секты восстановить справедливость для невинно пострадавших учеников Дворца Золотого Треножника! — Линь Линь явно не собирался спускать им это с рук и резко оборвал Тан Юйлин.
А младшая-то соученица и впрямь мастак языком трепать. Только вот кто из учеников Секты Цинъюань не знает, что Линь Линь из Дворца Золотого Треножника защищает своих пуще глаза? Из-за них пострадали его соученики — разве можно замять такое парой сладеньких фраз? Шэнь Чжоу глянул на покрасневшие глаза Тан Юйлин: с этими грозящими сорваться с ресниц слезами она выглядела поистине жалко.
— Пусть Зал Правосудия накажет их за нарушение правил секты. Все свободны, Шэнь Чжоу остается.
Выслушав долгие препирательства, глава секты наконец подал голос. За исключением Линь Линя, на чьем лице отразилось полное удовлетворение, Тан Юйлин и остальные помрачнели еще сильнее. Все служители Зала Правосудия были людьми бездушными и жестокосердными — плевать им, кто ты такой, сто́ит лишь угодить к ним в лапы, как шкуру сдерут. Но раз глава секты уже вынес решение, очевидно, никаких шансов на оправдание им больше не дадут. Впрочем, обвинение в сговоре с Кланом Демонов с них сняли, и то уже великое счастье.
Тан Юйлин и остальные были вынуждены с перекошенными от страха лицами кое-как поклониться и удариться в бега. Правда, перед уходом Тан Юйлин еще раз со слезами на глазах посмотрела на Шэнь Чжоу, но тот по-прежнему проигнорировал ее молящий взгляд и с горькой досадой был вынужден уйти следом за большеглазым горлопаном.
Ощущение того, что на нем неотрывно застыл чей-то взгляд, наконец исчезло. Шэнь Чжоу с неопределенным выражением уставился на пустой дверной проем, через который только что скрылись остальные, погрузившись в какие-то свои мысли.
— Шэнь Чжоу, протяни руку.
Когда все разошлись, глава секты поманил Шэнь Чжоу к себе.
Покорно протянув руку и положив ее на ладонь главы секты, Шэнь Чжоу почувствовал, как мягкая волна духовной энергии неспешно заструилась по его меридианам. Расслабив тело, он подождал немного, пока глава секты наконец с довольным видом не разжал пальцы.
— Меридианы не повреждены, отделался лишь внутренним упругим ушибом. Возвращайся и спокойно отлежись, через несколько дней всё само затянется. В последнее время ты мотался повсюду, а теперь еще и ранен — почему бы тебе не отдохнуть подольше? Всю не слишком важную рутину внутри секты можешь переложить на плечи младших соучеников. — С этими словами глава секты достал два нефритовых флакона и протянул их Шэнь Чжоу. — Не забывай принимать лекарства.
В последнее время он действительно выбился из сил, мотаясь по чужим краям, и стоило только вернуться в секту и перевести дыхание, как тут же стряслась эта напасть — от одной мысли тоска брала. Услышав, что ему позволено отдохнуть подольше, он тут же почувствовал некоторое облегчение на душе.
— Благодарю главу секты, ученик удаляется.
Приняв нефритовые флаконы, Шэнь Чжоу с уважением поклонился главе секты и вышел из покоев.
http://bllate.org/book/39151/4942721
Готово:
