Готовый перевод My Rival, the Fallen Immortal Lord / Заклятый враг стал никем: Падение юного бессмертного: Глава 9

Се Цжоюй легко покачал головой, показывая, что с ним всё в порядке.

Обед он тоже ел очень мало: когда Ши Ци еще продолжала есть, он уже закончил.

В предыдущие несколько дней он случайно заметил, что еда, которую он ел, всегда была порцией Ши Сань, а Ши Сань и Ши Ци были вынуждены делить одну порцию на двоих.

Се Цжоюй тогда стоял в тени у двери и смотрел на двух маленьких служанок, которые ели за каменным столом. Вспомнив, что в обычные дни он всегда не мог осилить всю эту безвкусную и невкусную еду, он почувствовал, что на душе у него скребут кошки.

С того дня они втроем начали есть за одним столом, а Се Цжоюй, который и раньше ел немного, теперь ел еще меньше.

Покончив с обедом, Ши Ци ушла относить посуду, а Ши Сань села за стол, достала из пазухи тот самый флакон с мазью, который вчера бросил ей Янь Чэнь, отвинтила крышку и принялась мазать раны Се Цжоюя.

Се Цжоюй подпер голову рукой и, наполовину прикрыв глаза, наблюдал, как она аккуратно растирает мазь. Внезапно он заговорил:

— Что это за место такое — Пещера Десяти Тысяч Демонов?

Движения Ши Сань замерли, она резко подняла голову и уставилась на Се Цжоюя с лицом, полным ужаса:

— С чего это вдруг вы заинтересовались Пещерой Десяти Тысяч Демонов? Погодите, неужели повелитель сказал, что собирается бросить вас туда?!

— Он так и сказал, — Се Цжоюй кивнул и, заметив, что Ши Сань вот-вот расплачется, поспешно добавил: — Впрочем, мне кажется, вряд ли он сделает это, возможно, просто пугает.

В конце концов, сам Янь Чэнь говорил, что не позволит ему умереть легкой смертью, пока он с ним не расплатился, хотя Се Цжоюй понятия не имел, чем именно он перед ним задолжал. Но так или иначе, пока Янь Чэнь не собирался лишать его жизни. Именно поэтому, даже когда Янь Чэнь только что напугал его до полусмерти своим грозным видом, он не стал идти на попятную.

Ши Сань тут же с облегчением выдохнула. Подыскивая слова, она тихонько проговорила:

— Тут вам надо кое-что рассказать о демонах. В Мире Демонов обитает множество самых разных племен. Кроме того, многие инородцы, обладающие духовными меридианами, по тем или иным причинам скатываются в демоническую практику и тоже оказываются изгнаны в Мир Демонов.

Слуги во Дворце Демонов — это либо инородные демонические практик, подобные госпоже Банся, либо разумные семена демона, принявшие человеческий облик. Впрочем, когда семена демона принимают человеческий облик, у них обычно остаются некоторые черты их собственного рода, их легко узнать. А вот если они могут полностью не отличаться от людей, значит, это невероятно могущественный Великий Демон.

Се Цжоюй кивнул, промычал что-то в знак согласия и снова спросил:

— А вы?

Ему казалось, что ни Ши Сань, ни Ши Ци совсем не похожи на демонических практиков — он не чувствовал у них никакой энергии культивации, но при этом у них не было и признаков семян демона, они выглядели совсем как простые смертные.

Ши Сань улыбнулась:

— Мы — третий вид, то есть полукровки, рожденные от семени демона и инородца. От смешанных союзов рождаются либо инородцы, либо бессловесные семена демона, и у большинства из них тоже нет способности к культивации.

— Смесь двух видов... — пробормотал Се Цжоюй и медленно нахмурился.

Ши Сань закончила наносить мазь, завинтила крышку флакона, протянула руку, чтобы заправить за ухо выбившуюся прядь волос, и мягко улыбнулась:

— Мы с Ши Ци — полукровки от семени демона и людей, и нам еще повезло: мы родились в человеческом облике и с разумом.

Взгляд Се Цжоюя потемнел:

— И это действительно удача?

Ши Сань тихонько промычала:

— Некоторые семена демона за всю жизнь так и не обретают разум — такие превращаются в демонических зверей. Оббрести разум и после этого принять человеческий облик тоже невероятно трудно, но только в человеческом облике можно лучше всего поднимать свой уровень культивации, а не добиваться вдвое меньшего результата при вдвое больших усилиях. Нам не нужно изнурять себя тяжелой культивацией, и от людей мы мало чем отличаемся — конечно же, это удача.

Но на самом деле это было и величайшим несчастьем.

После гибели Божественного мира и падения всего Божественного клана люди стали расой, которую Небесный Путь любит больше всего. Казалось бы, маленькие и хрупкие люди на самом деле во многих аспектах пользуются особым благоволением Небесного Пути.

Талантов среди людей было несметное число — как звезд на небе. Они рождались с возможностью гораздо легче черпать духовную ци между небом и землей и обращать ее себе на пользу, быстрее достигая недосягаемых для других рас высот. Именно поэтому Мир Людей был самым большим из Пяти Миров, а его климат — самым благоприятным для жизни.

Божественный клан рождался с властью над законами, люди могли сразу ступить на путь бессмертия, демонам нужно принять человеческий облик, а семенам демона — сначала обрести разум, а уже потом принять облик. Кто может сказать, что Небесный Путь абсолютно справедлив?

Само существование полукровок-инородцев шло вразрез с законами, а человеко-демонические полукровки и вовсе были существами, проклятыми Небесным Путем.

Удача родиться в человеческом облике оплачивалась короткой продолжительностью жизни. Лишь немногие человеко-демонические полукровки доживали до совершеннолетия, а те, кому посчастливилось вырасти, в первые же годы после взросления стремительно увядали и погибали либо теряли разум и скатывались до состояния человекоподобных демонических зверей.

Но об этом господину Ши Сань рассказывать не стала.

У нее было смутное предчувствие: человек перед ней не принадлежал этому месту, он здесь лишь временно. Настанет день, и он уйдет, вернется туда, откуда пришел.

Возможно, в процветающий Мир Людей, возможно, на Девять Небес за облака, но уж точно не в Мир Демонов.

Раз так, то зачем было все рассказывать и лишь умножать напрасные тревоги?

Се Цжоюй пристально смотрел на нее, ничего не говоря, но в его светло-карих глазах читалось: ты лжешь.

Сердце Ши Сань дрогнуло, она отвела взгляд, не осмеливаясь смотреть на него, и несколько неуклюже сменила тему:

— Пещера Десяти Тысяч Демонов — это место, очерченное повелителем. Я знаю лишь, что там заперто множество свирепых демонических зверей, но, должно быть, не только они.

Как-то раз повелитель бросил туда одного демонического практика, всего на одну ночь. Говорят, когда тот вышел, на нем не было видно ни единой раны, но он уже не был похож на человека — казалось, будто его кто-то сожрал заживо...

Ши Сань подняла глаза и заметила в дверях двора силуэт Ши Ци, поэтому сразу замолчала, не договорив, и затараторила:

— В общем, это не доброе место! Вы... если вас вдруг...

Она не смогла закончить, на глазах у нее выступили слезинки.

Се Цжоюй слегка наклонил голову и тихо сказал:

— Не будет этого, не бойся.

Ши Сань открыла рот, желая сказать, чтобы он больше не злил повелителя, но тут же подумала, что эти слова прозвучат неуместно.

Повелитель и без того отличался нравом переменчивым и капризным: в одну секунду он мог щуриться и улыбаться, а в следующую — заставить чью-то кровь брызнуть во все стороны.

К тому же, разве мог человек с таким молчаливым и тихим характером, как у его господина, кого-то разозлить? Тут явно было дело в самом повелителе.

Думая об этом, Ши Сань с горестной улыбкой вздохнула.

Се Цжоюй немного посидел, погрузившись в задумчивость, а затем вернулся в комнату вздремнуть. Лишь когда стемнело, он смутно услышал, как во дворе кто-то разговаривает.

Накинув на плечи верхнюю одежду и сунув ноги в деревянные сандалии, он вышел во двор и увидел, что помимо Ши Сань и Ши Ци там толчется еще четверо.

Впереди стояла уже знакомая ему Банся, а за ней — три демона с широкими плечами и мощными торсами, каждый из которых тащил по деревянному ящику.

Се Цжоюй бросил взгляд на багрово-красную кожу тех демонов и пару сияющих черных рогов на их головах, после чего перевел взгляд на Банся:

— Это что?

Банся, как обычно, была безэмоциональна, но тон ее звучал вполне мягко:

— Я не знала, какой чай вам по вкусу, поэтому приготовила все самые обычные сорта. В этих двух ящиках лежит чай. Если что-то придется вам по душе, можете записать, а когда он закончится, пусть Ши Сань и остальные обратятся ко мне — я велю принести еще.

Едва она договорила, как оба демона опустили ящики на землю. Тяжелая ноша глухо стукнулась о камни.

Се Цжоюй только проснулся и еще не до конца пришел в себя, но быстро вспомнил утренний разговор.

Он слегка нахмурился, не совсем понимая:

— Это Янь Чэнь велел тебе принести?

— Повелитель сказал, чтобы в следующий раз вы не принимали гостей пустой водой, — ответила Банся, не удержавшись от легкой улыбки.

Се Цжоюй посмотрел на третий ящик, который никто не опускал на землю и который был чуть поменьше размером, и тихо спросил:

— А это тогда что?

— То, что в Павильоне Фусан до сих пор не было чая — исключительно моя халатность. Это небольшой подарок от меня, — Банся немного помолчала и добавилась: — Просто кое-какие дешевые безделушки, надеюсь, вы не станете брезговать.

Се Цжоюй произнес «мгм», повернулся к Ши Сань и велел:

— Тогда найди пустую комнату и убери их туда.

Банся отдала демонам приказ следовать за Ши Сань, чтобы все разложить, а когда те вернулись, кивнула Се Цжоюю и в спешке удалилась вместе со свитой.

Се Цжоюй поужинал и сидел во дворе, наслаждаясь прохладным ветерком, как вдруг увидел возвращающуюся Ши Сань. Она бежала так быстро, что едва остановившись, схватилась за колени и тяжело дышала, а ее глаза буквально светились.

— Что такое?

Ши Сань бежала в такой спешке, что голос ее дрожал:

— Пойдите сами взгляните!

Се Цжоюю не хотелось портить ей настроение, поэтому пришлось подняться и последовать за ней в ту комнату, где сложили подарки, а затем под понукающие взгляды Ши Сань открыть ящик с подарками.

Рассмотрев содержимое ящика, Се Цжоюй тоже на мгновение замер.

На самом дне ящика аккуратными стопками лежало несколько книг. Судя по едва видневшимся названиям, это были сборники путешествий и народные предания.

Поверх книг лежали бумага, кисть и тушь, а также шахматная доска, на которой стояли две баночки с камнями — судя по всему, составлявшие единый комплект. В самом же углу оказался втиснут небольшой деревянный ларец.

Се Цжоюй протянул руку, вытащил ларец и открыл его. Внутри лежала стопка узких бумажных полосок с нарисованными на них разными мастями — чем-то они напоминали талисманы.

Взяв несколько штук и приглядевшись, он так и не понял, в чем тут смысл, и небрежно бросил:

— Ты знаешь, что это такое?

Ши Сань кивнула:

— Это же карты еэцзы, я видела, как стряпчий на кухне играл в них с другими.

— О, тогда забирай себе, будешь играть с Ши Ци.

Се Цжоюй не интересовался подобными игрушками. Положив вынутые карты обратно и захлопнув крышку, он просто сунул ларец в руки Ши Сань.

Глава 9. Грязная кровь

Ши Сань покачала головой:

— В них нужно играть вчетвером.

Но ларец она все равно бережно прижала к груди, собираясь унести в комнату и спрятать.

Се Цжоюй нахмурился, издал согласное «мгм», затем засунул руку на дно ящика, наугад вытащил оттуда первую попавшуюся книгу и зашагал прочь.

Он отлично понимал, что слова Банся о том, будто присланные вещи — это извинение за упущение с чаем, были лишь предлогом.

Ши Сань и Ши Ци не знали, кто он такой, но Банся в тот день присутствовала лично и прекрасно знала, что он — враг Янь Чэня.

У нее не было ни малейшей причины подлизываться к нему, да и не могла она не понимать, что держаться от него подальше — самое разумное решение.

Так что ответ на поверхности: эта коробка с мелочами, скорее всего, как и чай, была передана по прямому указанию Янь Чэня.

Только вот Се Цжоюй никак не мог взять в толк, зачем Янь Чэню понадобилось присылать все это.

Впрочем, ломать голову над мыслями Янь Чэня ему больше не хотелось — у того слишком сложно угадать намерения, да и толку от этих догадок никакого.

В конце концов, ничего плохого в этом не было. По крайней мере, с такими вещами можно было скоротать время, и дни не тянулись бы так тоскливо, избавляя его от необходимости целыми днями сидеть без дела.

***

На следующий день явился и сам Янь Чэнь.

Се Цжоюй едва успел закончить завтрак, как Янь Чэнь уже появился у входа в Павильон Фусан.

Се Цжоюй поднял взгляд: из-за того, что тот стоял против света, разглядеть его лицо толком не получалось. Но кто же мог не узнать Янь Чэня? Он, точно так же как и Се Цжоюй, принадлежал к числу тех людей, которых даже в толпе выделишь с первого взгляда.

http://bllate.org/book/39886/5054880

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь