Они испускали непрерывные стоны и пронзительные крики, эхом разносившиеся по дну ущелья, словно вопли злых духов.
Это и есть огромная яма… — мрачно произвел Жун Юэ.
Под предводительством Юэ Дуна и Лу Шуй у них ушел целый день, чтобы добраться сюда.
Издалека это место вполне можно было назвать Царством Бессмертных: просторные луговые просторы, куда хватало глаз, простирались до невидимого конца леса, а в несколькихстах метрах виднелись разбросанные тут и там большие и малые озера.
Вода в озерах сияла синевой, словно кристаллы бессмертных духов, отражая теплые лучи солнца. Две прекрасные самки оленя на берегу настороженно поглядывали на пришельцев.
Даже облака в небе плыли мягко и плавно, покачиваясь на легком ветерке, словно боялись, что излишне быстрый бег разрушит это великолепное зрелище.
Если бы не та рана, похожая на безобразный шрам.
Но Жун Юэ остался очень доволен.
Столько людей, и какое огромное место! — он хлопнул в ладоши, словно стряхивая с себя всю ту неприятную картину, что предстала перед глазами, и спросил Тяньяна: — Это место может принадлежать нам?
Тяньян долгим взглядом окинул дно ущелья, немного смягчил выражение лица и спросил Юэ Дуна: — Помнится, где-то поблизости было несколько мелких племен?
— Были, — ответил Юэ Дун, — но неизвестно, съехали ли они после провала земли.
Тяньян хмыкнул и ответил Жун Юэ: — Тогда это место теперь наше.
Жун Юэ рассмеялся: — Даже если не съехали, всё равно наше? Впрочем, раз они все равно относились к этому месту как к свалке, нам оно послужит, и им не помешает.
Он снова заглянул вниз и, внезапно поддавшись импульсу, предложил: — Когда вытащим людей наверх, построим внизу пекарню!
— Пе… что? — опешил Юэ Дун.
— Пекарню. Ну, будем печь хлеб, торты, жарить мясо…
Во всех главных городах Континента Уман были предусмотрены зоны бытовых навыков. Жун Юэ хоть сам и не умел готовить, но видел, как этим занимались игроки.
Одна из таких пекарен располагалась как раз посреди небольшой низины. Поднимающийся пар походил на сладкую сахарную глазурь, окутывая всю пекарню атмосферой счастья.
Наверное, это и называется… труд облагораживает!
Хотя Юэ Дун понятия не имел, что такое хлеб и торты, но вот насчет жареного мяса… Он с содроганием глянул на груду трупов внизу, и по его телу побежали мурашки: — Мы что, реально будем жарить там мясо?
— Так не всегда будет, — отмахнулся Жун Юэ. — Потом разберемся, сначала нужно спасти живых.
С высоты в добрый десяток метров Тяньян и Юэ Дун могли просто спрыгнуть вниз без риска получить травмы, но при нынешней крутизне отвесной скалы карабкаться обратно наверх было бы слишком тяжело.
В их припасах еще оставалось немного вяленого мяса, но бросать его прямо вниз они не решались, опасаясь вызвать давку и всеобщую драку за еду.
Тяньян с Юэ Дуном посовещались и решили сходить к видневшемуся вдали лесу, чтобы раздобыть прочных лиан, которые позволили бы временно спускаться и подниматься.
Жун Юэ махнул рукой, временно освободив их от тяжелого физического труда, подумал немного и напутствовал: — Если будет возможность, добудьте побольше дичи, мало ли на всех еды не хватит.
Сяо Эргоу тоже вызвался идти, и Тяньян взял его с собой.
Лу Шуй отправилась на соседнюю поляну ставить лагерь, а Жун Юэ присел на корточки у края Разлома и заглянул вниз, окруженный тремя парящими Сферами Святого Света.
Он не мог отсюда уходить: стоило Святому Свету рассеяться, как плачущие и рыдающие внизу люди могли испытать такой удар от перехода от надежды к отчаянию, что это оказалось бы куда хуже, чем если бы он вообще здесь не появлялся.
Эхо в Разломе было слишком сильным, и Жун Юэ не мог разобрать, о чем говорят внизу, поэтому просто бросил попытки прислушаться, решив спокойно побыть изваянием.
Вскоре плач стих, и наконец чей-то звонкий женский голос прорвался сквозь общий шум, отчетливо прозвучав у самого уха Жун Юэ:
— Ты божество?!
Жун Юэ вздрогнул, торопливо выпрямился и крикнул вниз: — Я не божество!
Женский голос завизжал: — А-а-а, божество заговорило!
Жун Юэ лишь мысленно вздохнул. Да что ж такое, вы что, вообще меня не слушаете?
Жун Юэ все еще находился в периоде слабости и не мог поддерживать технику слишком долго, поэтому ненадолго погасил Святой Свет. Но, возможно, его голос придал обитателям дна ущелья ощущение реальности, и когда Свет потух, большой паники это не вызвало.
Лу Шуй установила простую палатку из шкур, развела костер, аккуратно разложила остальную утварь, после чего неуклюже подкралась к Жун Юэ с крайне недовольным выражением лица.
— Ты умеешь ткать? — спросила она.
— Нет, — ответил Жун Юэ.
Лу Шуй перевела взгляд на другое: — Ну плести веревки-то всяко умеешь.
Жун Юэ пришлось признать свою несостоятельность: — Тоже нет.
Лу Шуй удивленно воззрилась на него: — Неужели ты отлично готовишь еду? Я слышала, женщины Племени Соли превосходно умеют обращаться с едой, стряпня у них получается очень ароматной и с особым вкусом…
Жун Юэ прикинул про себя: в его пространственном мешке действительно хранились рецепты, подаренные игроками, да и названия вроде говядины со вкусом рыбы, курицы кунг пао или жареных овощей по-домашнему он слышал, но сам никогда и пальцем о палец не ударял, поэтому ответил честно: — Тяньян готовит гораздо лучше.
Лу Шуй посмотрела на него с шоком и жалостью: — И как только Тяньян тебя терпит?!
Жун Юэ глянул на эту круглолицую девушку, и сердце его невольно преисполнилось отеческой нежности: — Угадай с трех раз?
Лу Шуй замерла в полном недоумении.
Тем временем Юэ Дун, прижимая к себе Сяо Эргоу, следовал за Тяньяном, и они наконец добрались до опушки леса.
Деревья здесь росли густо, повсюду виднелись следы животных — это место явно было превосходными охотничьими угодьями. Отпустив Сяо Эргоу собирать дикие фрукты, мужчины выбрали несколько лиан и принялись рубить их каменными ножами.
Нарубив парочку, Юэ Дун наконец не выдержал: — Тяньян, этот Юэ… что с ним в конце концов не так?
Тяньян с силой разрывал стебель растения, на котором еще оставалась листва, а напрягшиеся мышцы рук образовывали красивые линии: — Испугался?
Юэ Дун издал цыкающий звук: — Да не то чтобы испугался, просто… как-то жутковато, что ли? Хотя раньше я с ним особо не общался, неужели он и вправду такой человек?
Обычный слабый жрец, который прятался в доме вождя и носу не показывал, изо дня в день дрожа от страха и существуя лишь как живая игрушка Юй Ляня.
Ну и что с того, что он красив? Сам Юэ Дун никогда особо не ставил Жун Юэ ни во что.
Вернувшись из Звездных Пустошей и выслушав рассказ Лу Шуй о произошедшем, он, с одной стороны, испытывал крайнее недовольство Юй Лянем, а с другой — глубоко презирал Юэ.
Однако все его презрение испарилось в тот момент, когда выяснилось, что Юэ исчез вместе с Тяньяном.
Как бы то ни было, учитывая нынешнее слабое состояние Тяньяна, то, что Юэ остался рядом с ним и сопровождал его повсюду, уже доказывало его преданность.
http://bllate.org/book/40439/5133440
Готово:
