Готовый перевод Straight Guy Rebel Forced Marriage / Пленник короны: Бунтарь под прицелом: Глава 4

Раздался невнятный, прерывистый всхлип: — Это же маньчжурский копеечник, вам нельзя сюда проезжать…

Где-то издалека, кажется, Фан Цижуй или Шэнь Дун, снова замахнулся для удара.

В ответ тот же голос прозвучал еще тверже: — Нельзя, значит нельзя! Вы же уничтожите редкое растение, находящееся под защитой государства, вас за это арестуют!!

Даже под угрозой кулаков и устрашения со стороны высокопоставленных лиц он не шёл на компромисс, упорствовал до конца и ни за что не уступал дорогу — упрямый до безумия.

Таким человеком оказался этот парень, преградивший путь, который ни Фан Цижуй, ни Шэнь Дун никак не могли заставить освободить дорогу.

Вся процессия, узнав причину происходящего, следом за ними вспыхнула гневом.

Они заехали в горы на машинах, и было неизбежно, что под колеса попадут какие-нибудь цветы да травы — откуда им знать, что за чертовщина этот маньчжурский копеечник.

А этот паренек поднял панику из-за пустяка, сразу же преградил дорогу машине Фан Цижуя и стал допытываться, с какой стати они вломились в заповедную зону.

И еще заявил, что эта земля закрыта для посторонних.

Маньчжурский копеечник, он же луговой чай, — охраняемое государством растение первой категории.

И что?.. Что с того?

Они должны были пересечь эти горы до наступления темноты и добраться до следующей провинции.

Из-за какого-то упрямца дело шло к тому, что они потеряют время и застрянут здесь до четырех часов.

На лице Хо Яньсяо, сидевшего в самом хвосте автоколонны, уже читалось нетерпение: он постучал пальцами по коленям, собираясь отдать прямой приказ своим людям.

Судя по его нраву, стоило ему открыть рот, и дело бы не ограничилось избиением и выбрасыванием на обочину.

Человек, который железной рукой установил контроль над всей семьей Хо, никогда не отличался мягким характером.

Фан Цижуй и Шэнь Дун уже нагнулись, чтобы поднять парня за шкирку и оттащить к Хо Яньсяо для расправы.

В этот момент на ровной небольшой горке в нескольких сотнях метров от них внезапно послышались негромкие голоса.

Неужели подельники этого мацанца?

Через густые заросли кустарника до них долетали громкие, ничуть не сдерживаемые разговоры.

Видимо, они не ожидали, что по ту сторону леса, у подножия горы, раскинется такая большая поляна и на ней столпится столько народу.

— Цзиньцзы! Сюй Саньцзинь!

— Говорил же, что на минутку, а сам запропастился невесть куда, какого чёрта!

Другой мужской голос подхватил: — Живо тащите его обратно, вечно в глуши телефоны с собой не носят! Говорили же — пораньше закончим, пораньше вернемся, тьфу… Лянь Чэн! Ты чего застыл, иди тоже поищи, в конце концов, чья это работа, какого хрена лентяйничаешь!

Третий голос пробормотал что-то неразборчиво, слов было не разобрать, но по тону угадывалось недовольство.

Хань Линсяо повернул голову: — Яньсяо?

Ему послышалось знакомое имя.

Узкие глаза Хо Яньсяо слегка сузились.

Вокруг внезапно воцарилась тишина.

Даже Шан Пиньцзе, ни о чём не подозревающий посторонний человек, и тот смог заметить, как Хо Яньсяо отреагировал на это имя.

Крайне неприязненно.

В ледяной тишине все подняли головы и посмотрели вверх, на склон.

Солнце около трех-четырех часов пополудни слепило глаза, но тут набежало облако, принеся с собой широкую полосу прохлады.

На горке показались люди.

Тощий парень, первым прорубивший секатором кустарник и выбравшийся на край склона, походил на бледную спирохету, его подол трепетал на ветру.

Увидев их, он от неожиданности остолбенел.

Вторым шел парень в очках — более плотного телосложения, с бравой выправкой, но тоже из тех смазливых людишек, которых они ни во что не ставили.

Этот очкастый красавчик прошел вперед на пару шагов, освобождая дорогу тому, кто шел сзади.

Закутанный в капюшон черной куртки, с лицом, скрытым в тени, человек лениво жонглировал апельсином, не торопясь ступая вперед.

Бросив косой взгляд в их сторону, он на лету поймал упавший фрукт.

Черный мартинс ступил на большой валун у края склона, и этот человек, наклонив корпус, свысока оглядел их.

Пауза длилась две неловкие секунды.

Видимо, разобравшись в обстановке, он сунул обе руки в карманы куртки, оттолкнулся ногой от камня и с высоты прыгнул вниз.

Подошвы заскользили по осыпи из мелкой крошки и обломков камней, и он без единой заминки, напролом понесся вниз по склону, вертикальная высота которого составляла добрых три-четыре этажа.

Было в этом движении какое-то непередаваемое ощущение.

Четко и лихо.

Следом за ним двое других потеряли равновесие, зашлись в кувырках и задвигались вниз настолько неуклюже, что это выдавало их реальную панику.

— Ох.

Голос Хо Яньсяо звучал надменно и насмешливо, каждое слово было пропитано ядом: — А ведь и правда пришли по адресу.

Хань Линсяо проследил за его взглядом и покосился на машину позади.

За медленно опустившимся стеклом длинноволосый мужчина неторопливо снимал темные очки, являя миру холодноватое, лишенное всяких эмоций лицо с застывшим на нем отчужденным выражением.

Странное дело — сколько дней они уже ехали вместе, а этот высокомерный хозяин ни разу не удосужился снять очки и посмотреть на них прямо.

Хань Линсяо думал, что ему вовсе нет дела до происходящей перед глазами мелкой воззи, а он, оказывается, решил понаблюдать за ситуацией.

Помимо удивления, Хань Линсяо почувствовал легкое веселье.

Человек, с которым у Хо Яньсяо год назад вышел конфликт в Цзинхае, вновь попался им на глаза в такой глуши, как Линьтао.

И впрямь… Неисповедимы пути тех, кому суждено встретиться.

Автор пишет:

Главный герой (тот самый ↑, что без лица, за рулем черной тачки и вечно появляется лишь в репликах второстепенных персонажей) [горько плачет]

Хо и Хань — великие-превеликие злодеи, а Шан Пиньцзе и остальные — так, мелкая сошка, малюсенькие второстепенные персонажи~

Глава 3. Заходящее солнце

— А-Цзинь, Дун-цзы…

Внутри автоколонны действовал закрытый канал связи, созданный для удобства общения во время движения.

Зажав в ухе гарнитуру, Хань Линсяо на секунду замолчал.

Он в ту же минуту сообразил, как именно следует обойтись с этой нежданно-негаданно подвернувшейся помехой на дороге.

Хо Яньсяо сдерживал эмоции, и по его виду невозможно было угадать его дальнейшие намерения.

Их машины стояли от места происшествия на расстоянии не меньше десятка метров.

Семь или восемь спорткаров тянулись длинной беспорядочной вереницей, и последняя машина отъехала довольно далеко.

Разглядеть-то всё можно было без труда, и слышимость была отменной, но вот орать во весь голос уже потребовало бы напряжения связок.

Лянь Чэн со спутниками приближались, и двое людей со стороны кортежа двинулись им навстречу, в то время как остальные просто стояли возле машин, наблюдая издали.

Никто из компании Хо Яньсяо даже не подумал выйти наружу.

Фан Цижуй и Шэнь Дун, услышав в наушниках шуршание помех, подумали, что Хань Линсяо собирается передать какое-то указание сзади.

Подождав немного и не дождавшись приказа, они приподняли брови и посмотрели на людей, решительными шагами направлявшихся к ним.

Взъерошенные волосы так и норовили выбиться из-под козырька кепки.

В клубах дорожной пыли, на фоне багрово-оранжевого заката, шли Лянь Чэн и двое его неотлучных спутников.

Наконец порыв ветра сдул капюшон черной толстовки, полностью открыв жесткое, лишенное страха лицо с несколько странным правым глазом, когда они подошли на расстояние вытянутой руки.

— Эй, господа…

Эффектное же появление.

Лицо Фан Цижуя потемнело: он почти уверился, что Лянь Чэн и его компашка такие же упрямые и трудные в общении типы, как и Сюй Синь.

Кто бы мог подумать, что Лянь Чэн, вскинув голову, озарит всех улыбкой и обратится к ним с почтительным уважением, да так тепло и непринужденно, что и придраться не к чему.

Воплощение искреннего дружелюбия и открытости.

— Простите, извините ради бога, мой друг — человек прямолинейный, круглый дурак. Понятия не имею, какую глупость он сморозил, раз вывел из себя столь почтенных молодых господ. Что бы он ни натворил, всё по недомыслию, а вы люди великодушные, не сердитесь вы на него ради бога.

— Язык у него подвешен плохо, говорить он не умеет, так что позвольте мне принести извинения от его лица. Ну же, угоститесь апельсином, пусть молодые господа остынут, этот дурень не стоит того, чтобы из-за него пачкать руки…

Умение с порога польстить так, чтобы это не вызывало отторжения, требовало определенного таланта.

Однако их задержали на столь долгое время, что настроение было испорчено окончательно, и кто-то должен был понести за это ответственность.

— Ты тут распинаешься, будто это мы какие-то бессердечные изверги! Не буду я ничего брать! — последовал резкий удар по руке.

Апельсин покатился по земле, испачкавшись в пыли, а лица Чжао Дацзяна и Хэ Сяочжи мгновенно побелели.

Лянь Чэн, словно ничего и не произошло, наклонился и подобрал фрукт.

Опустив веки и счищая с апельсина кожуру, он с досадой в голосе проронил: — Я ведь просто опасался недоразумений, вот и ляпнул лишнего сдуру, вы уж не гневайтесь…

Подняв голову, он швырнул очищенную кожуру в сторону Сюй Синя и прикрикнул на него с видом наставника: — Ты что расселся, вставай давай, извинись перед молодыми господами! Совсем глаз не имеешь, умеешь только неприятности наживать! Кстати, уважаемый молодой господин, как ваша фамилия? А мякоть у этого апельсина, между прочим, очень сладкая.

Местный деликатес, как-никак.

Фан Цижуй с усмешкой покосился на него: — А этот твой дружок еще минуту назад наотрез отказывался кланяться и вопил, что мы растоптали какое-то драгоценное растение и утащим его в участок.

Разве стал бы он называть ему свое имя?

Но стоило этому парню появиться, как прилипчивый, словно банный лист, упрямец заметно присмирел и больше не пытался лезть на рожон и бросаться в драку.

Парнишка стерпел даже такое унижение, когда в него швырнули грязной кожурой.

— Вот те на… — Лянь Чэн изобразил на лице комичное изумление, будто у него перехватило дыхание.

И верно, после таких безумных речей друга, устроившего целое представление, у любого бы душа в пятки ушла.

Фан Цижуй сузил глаза, собираясь снова припугнуть их и выпустить пар, как вдруг сидевший на земле избитый Сюй Синь, утирая слезы, всхлипнул: — Вы еще и деретесь, и аппаратуру мне разбили…

—…

Подобная бестактность в такой момент ошеломила даже привычных ко всему мажоров.

Чжао Дацзян и Хэ Сяочжи с криком бросились вперед и принялись судорожно зажимать Сюй Синю рот, пытаясь утихомирить.

У Фан Цижуя с Шэнь Дуном яростно задергались жилки на лбу, а наблюдавшие за этим со стороны спутники застыли с каменными лицами.

Это было… мягко говоря, за гранью.

Бывают же на свете настолько прямолинейные люди, до которых ничто не доходит!

Даже перед лицом смерти он бы не унялся и высказал все обвинения до конца!

— Извините, извините ради бога, — не умолкая, извинялся Лянь Чэн. — Упрямец этот — человек зацикленный, в голове одни тараканы. Хоть самого отца его позови — уму-разуму не научит, и бить пробовали, и отчитывали — толку ноль.

Отец Сюй Синя давно скончался, так что если бы он и впрямь явился, это попахивало бы историями о призраках.

— Честное слово, явись сюда хоть сам император, этот чудак всё равно стоял бы на своем и твердил, что газонную траву топтать нельзя. Впрочем, если подумать, у нас ведь вся земля поднебесная принадлежит императору, не зря же говорят: под небесами нет ни единого клочка земли, который не был бы…

— Эта шутка неуместна.

Стоявшие рядом невольно вздрогнули от неожиданности. Вообще-то, над ними и впрямь восседала самая настоящая императорская фамилия.

И пусть в современном обществе монархия в государстве Ся, как и в других странах, давно превратилась в символ национальной традиции, императорский род не был тем, чьи имена можно полоскать в шуточках и поминать к месту и не к месту.

К тому же члены императорской семьи всегда отличались безупречной дисциплиной и пользовались непререкаемым авторитетом, а нынешний император и вовсе снискал всенародную любовь и уважение.

Лянь Чэн тут же сменил тон, послушно перефразировав: — Оговорился, оговорился. Я просто хотел сказать, что он не со зла пошел наперекор молодым господам. Я сейчас же заставлю его самого расчистить дорогу, чтобы расчистить путь для уважаемых господ.

http://bllate.org/book/40550/5149120

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь