Готовый перевод The Ghost App Begs to Be Unbound / Приложение с призраками: умоляю, отвяжись от меня!: Глава 14

Цинь Лин подвёл к себе двух мужчин-призраков и очертил вокруг них круг. Те переглянулись и послушно уселись внутри черты, даже не дожидаясь подсказок — до того они проявили удивительное взаимопонимание.

Присев на корточки, Цинь Лин заглянул им прямо в глаза и участливо, как старый друг, спросил:

— Что вы теперь думаете делать? Всё ещё хотите пожениться?

— Да ну нахрен, лучше уж так помучаемся, — одна только мысль об этом жутком посмертном браке нагнала на них страху.

Цинь Лин поинтересовался:

— А сколько вам еще ждать перерождения, призрачные гонцы не говорили?

— Мне ещё лет пятьдесят.

— И мне немало — сорок семь.

Цинь Лин переводил взгляд с одного на другого и наконец с серьёзным видом предложил:

— Раз уж вам всё равно нужен спутник, какая разница, какого он пола? Перебились бы как-нибудь вдвоём. Дорога призрачной жизни долгая, сорок-пятьдесят лет в одиночку болтаться — какая тоска.

Оба остолбенели, а затем переглянулись. Вместе отгребли люлей, вместе заварили кашу — они и впрямь успели проникнуться друг к другу глубокими чувствами и выработать удивительную слаженность. Жить вместе? Это как вообще?

Оба молчали, обдумывая саму возможность подобного исхода.

Теперь уже испугался Цинь Лин:

— Я же шучу, вы что, всерьёз задумались?

Те поспешно принялись оправдываться:

— Ничего подобного!

— И в мыслях не было!

Оба отвернулись в сторону, но глаза их бегали, и выглядели они донельзя смущёнными.

Цинь Лин нахмурился и вдруг заговорил совершенно серьёзно:

— А если подумать, мне кажется, вам и правда неплохо было бы сойтись. На семейных расходах сплошная экономия.

Ван Цзыхуань стоял неподалёку и не знал, плакать ему или смеяться. У этого босса Цинь характер просто сахар — его что, в детстве ремнём не били?

Цинь Лин зажёг палочку благовоний и дал им понюхать:

— С вашей свадьбой я больше лезть не буду, решайте сами. Но я и вправду считаю, что вы друг другу подходите... Ладно, проехали. Хотите передать что-нибудь своим родным? Я могу явиться к ним во сне.

— Если можно, передайте моим родителям, чтобы не искали мне больше невесту, а лучше приберегли деньги на старость.

— Я тоже так думаю. Я умер, и некому за ними ухаживать, а если они ещё и все сбережения на меня спустили — это никуда не годится. Пусть оставят хоть грош на чёрный день, незачем им страдать.

Цинь Лин посмотрел на них и в восторге хлопнул в ладоши:

— Ой! Да вы и впрямь идеальная пара, мыслите одинаково! Может, прямо здесь поклонитесь друг другу и небесам?

Оба призрака дружно затрясли головами. Кто в здравом уме станет кланяться посреди нарисованного круга? Психи, что ли?

Ван Цзыхуань уже был готов дать Цинь Лину затрещину — ну до чего же вредный тип!

Сжалившись, Цинь Лин протянул каждому по талисману:

— Держите. Разорвёте — и сработает. Сон продлится десять минут, воспользоваться можно только раз.

Призраки даже прониклись к нему благодарностью. Если бы не он, их семьи так и остались бы одураченными, да и им самим на том свете не дали бы покоя. Не будь у него такого безумного выражения лица при предложении пожениться, они бы ещё и поклонились в пояс и выразили признательность. Но сейчас, переглянувшись, они решили: ладно, хватит с него и одного поклона.

Цинь Лин поспешно взмахнул рукой:

— Всё-все, обряд завершён, давайте без излишеств, поживите экономно.

Призраки: «……»

Как только всё закончилось, в голове прозвучал голос:

Система: Задание «Призрачная невеста» выполнено на 100%.

Награда: 100 очков баллов.

4 × 10 единиц заслуг.

Дополнительная награда: починка Красного промасленного бумажного зонта, устранение дыр в процессе...

Цинь Лин поморщился:

— Так мало? Ты что, скупщик краденого?!

Система: — Я даже того жениха тебе в квоту засчитала! Не каждый раз попадается столько народу, как в первом задании. Именно поэтому я и говорю: зарабатывай деньги, делай карьеру, твори благотворительность — за это тоже капают заслуги.

Цинь Лин перевёл баллы в деньги и холодно усмехнулся:

— Пожертвовать деньги? И не мечтай! Я их потом и кровью зарабатывал, я вообще в палатке жил! Возмести мне моральный ущерб да накинь на бензин! Восемь тысяч — минимум!

Систему едва не хватил удар. Где она ему возьмет восемь тысяч? Она же не умеет таскать кирпичи на стройке.

Поразмыслив немного, Система вдруг вспомнила, что у неё вроде бы и правда есть способ заработать, вот только удастся ли это продать — большой вопрос.

Когда они вернулись домой, лавка ещё была закрыта, а Му Сюаньцзин не объявлялся. Ван Цзыхуань отправился к себе, а Цинь Лин принял ванну, растянулся на мягкой и тёплой постели и с наслаждением потянулся. Вот это место для нормального сна, а палатки всякие — сплошной мусор.

Система тихо напомнила:

— За три дня заработал сто тысяч, так что привязка ко мне себя окупает.

Она всячески пыталась дать ему понять, насколько аморально требовать с неё ещё и восемь тысяч.

Цинь Лин приоткрыл глаза:

— Я вообще-то жил в палатке, давился лапшой быстрого приготовления, мыкался в поле, когда ты мне уже долг вернёшь?

Система: — ……Ты всё равно спустил столько денег, на кой чёрт тебе ещё?

— Спросил тоже! Деньги существуют, чтобы их тратить. Сколько заработал — столько спустил, от этого на душе радостно.

Система потеряла дар речи. Впервые она видела человека, который так умел вести хозяйство и в то же время так мастерски спускал деньги, и ведь никакой логической неувязки!

Цинь Лин проспал до самого пробуждения без всяких будильников. По звуку поворачивающегося ключа он еще с закрытыми глазами понял, кто вернулся. Этот парень куда-то съездил, и от него снова разило тяжёлой кровожадной ци*.

Шлепая тапочками, он вышел в коридор: Му Сюаньцзин уходил всего-то с одним рюкзаком, а вернулся с целой горой сумок и пакетов. Скинув верхнюю одежду, Му Сюаньцзин заметил его и улыбнулся уголками губ:

— Проснулся? Я тут завтрак купил.

Взглянув на контейнеры с едой на столе, Цинь Лин приподнял бровь: пахло очень аппетитно.

Потом он окинул взглядом гору упаковок на полу и с улыбкой спросил:

— Ты что, за товаром для магазина ездил?

Му Сюаньцзин отнёс вещи в свою комнату:

— Всё тебе. Только много не ешь, а то перебьешь аппетит перед обедом.

Цинь Лин удивленно моргнул. Ему? Он взял пакетик с леденцами — как раз его любимый вкус. Посмотрел на остальные снеки — тоже сплошь его излюбленные лакомства.

— Тебе учитель подсказал?

— Нет, просто купил то, что приглянулось. Разве ты не просил привезти местных деликатесов?

Цинь Лин вдруг вспомнил, что совершенно забыл про деликатесы: из-за жгучего желания вернуться и выспаться он припёрся с пустыми руками.

Пришлось признаться как на духу:

— Ничего я не купил, показалось, что они не очень вкусные. Давай я лучше в обед угощу тебя в ресторане.

Му Сюаньцзин ничуть не удивился:

— С удовольствием.

Раз уж собеседник согласился так легко, на душе у Цинь Лина тоже стало радостно. Он с улыбкой спросил:

— Китайская кухня, западная или японско-корейская?

— Китайская.

— Отлично, я тоже люблю китайскую.

— Значит, у нас похожие вкусы, — вполне серьёзно заметил Му Сюаньцзин. — Можем сойтись и жить вместе.

Только что посватавший двух призраков босс Цинь тут же вспомнил, что сам недавно говорил нечто подобное. Хоть Му Сюаньцзин ничего не знал, Цинь Лину всё равно стало неловко, и он спешно сменил тему:

— Кстати, откуда у тебя деньги?

Снеки эти явно не из дешёвых, а у него привередливый вкус. И при этом парень, который зарабатывает на жизнь готовкой и расплачивается за долги, заявляется обратно с ног до головы окутанный кровожадной ци. Как ни крути, а выглядело это... подозрительно.

Му Сюаньцзин мягко пояснил:

— Мне выдали зарплату.

Цинь Лину всё равно было не по себе:

— А твоя работа... она законная?

Му Сюаньцзин рассмеялся. При смехе его красивые персиковые глаза изогнулись идеальным полумесяцем, холодная отчуждённость, с которой он обычно держался от людей на расстоянии пушечного выстрела, немного рассеялась, и даже пугающая кровожадная ци вокруг него словно померкла. Цинь Лин на мгновение завис: а ведь улыбается он потрясающе. Неудивительно, что обычно ходит с каменным лицом — если бы он всё время так улыбался, что бы тогда началось?

С лукавой усмешкой Му Сюаньцзин посмотрел на него:

— Ешь спокойно, зарплату платит государство.

Цинь Лин шумно выдохнул с облегчением. Ну конечно, раз в этой ци примешаны ещё и заслуги, значит, закон он не нарушает, так что можно уплетать за обе щеки.

Ещё больше Цинь Лина поразило то, что в ресторане Му Сюаньцзин заказал именно те блюда, которые он так любил:

— Какое совпадение, у нас и правда одинаковые вкусы.

Му Сюаньцзин задумался:

— Выходит, мы невероятно подходим друг другу. И впрямь можем сойтись и вести хозяйство вместе.

Неловко усмехнувшись, Цинь Лин взял стакан с напитком и сделал крошечный глоток. Если бы так болтали два натурача, в этом не было бы ничего особенного. Но сам-то он вовсе не был натуралом, оттого и смущался без всякой видимой причины. Покашляв, чтобы скрыть замешательство, он подставил свой стакан для чоканья:

— Согласен, у нас потрясающее взаимопонимание. И отныне под одной крышей...

Цинь Лин осёкся. От собственных слов во рту аж сводило зубы.

А Му Сюаньцзин уже начал накладывать ему в тарелку всё, что он любил:

— Ешь давай. Разве сыт будешь одними вежливыми речами?

Цинь Лин рассмеялся. Ах, как же всё-таки приятно иметь дело с прямолинейным человеком!

Промаявшись двое суток в полевых условиях, он вернулся, налопался вкуснейшей еды да ещё и встретил столь близкого по духу человека — в общем, Цинь Лин наелся от пуза и тут же захотел потратить денег.

Му Сюаньцзин с самым кротким видом увязался за ним. Он терпеливо таскал сумки, пока Цинь Лин выкладывал больше ста тысяч за сшитый на заказ традиционный костюм-танчжуан вперемешку с еще парой сотен тысяч, спущенных на модную одежду. Он сопровождал его в лавки со всякой странной, но бесполезной мелочёвкой, а в конце даже молча дожидался, пока Цинь Лин оставит пять тысяч в автоматах с «слепыми коробками», вытащив целую кучу уродов-гомункулов. Всё это добро Му Сюаньцзин покорно донёс до самого дома. Всю дорогу его лицо оставалось мягким, ни тени недовольства, он даже хвалил всю эту груду безделушек за оригинальность.

Растроганный Цинь Лин ухватил Му Сюаньцзина за локоть и выдал от всего сердца:

— Братишка, ты единственный, кто хвалит то, что я покупаю! Все остальные мои знакомые твердят, что я спускаю деньги на помойку.

Му Сюаньцзин изрёк с абсолютно серьёзным лицом:

— Это у них просто вкус отсутствует. Этот жнец с косой — ну просто красавец! И рога у него чёрные, шикарно смотрится. Кто такое ценит, у того отменный вкус.

Сердце Цинь Лина словно пронзила стрела Купидона. Он сжал руку Му Сюаньцзина, что нёс пакеты, и, тряхнув её с силой, произнёс с железобетонной серьезом в голосе:

— С этой минуты мы друзья! Будем вместе трескать и вместе шататься по магазинам!

Му Сюаньцзин подавил улыбку и кивнул:

— Хорошо, я составлю тебе компанию.

Система даже слушать это дальше не могла. Этот опасный тип людей вёл себя с хозяином донельзя миролюбиво! Почему он не показал хозяину, как голыми руками прикончил четырёх злых духов?! Он ведь ещё и всю их заточённую злобу в себя впитал! Да этот мужик подлизывается искуснее её самой! Тьфу!

Как выяснилось, Цинь Лин скупал всю эту дребедень лишь ради сиюминутной радости: наигравшись за два дня, он выставил всё на Барахолке. Система бесновалась от злости: если спустить эти деньги на благотворительность, сколько заслуг можно получить?! Разве нельзя побыстрее закончить задание?! Расточительный паразит!

Швырнув перед Цинь Лином своё свежее творение, Система рассерженно пропищала:

— Я смастерила эту штуку. Продай её, деньги оставишь себе, а остальное я пущу на пожертвования ради заслуг!

Цинь Лин впервые видел настолько тонкую и живую подделку. Это был манекен женского призрака в натуральную величину, облаченный в просторное белое одеяние, с клубящейся вокруг чёрной злобой. Выражение её лица было просто зверским: кровь сочилась из семи отверстий на голове, глазные яблоки вылезли наружу — казалось, моргни она — и они выпадут из орбит.

Стоило заметить чей-то взгляд, как шея манекена едва заметно повернулась, и мёртвые глаза уставились прямо на Цинь Лина.

Система пояснила:

— Она реагирует на тепло человеческого тела.

Но стоило им встретиться взглядами, как кукла внезапно рванулась на Цинь Лина. Расстояние было меньше метра, бросок вышел настолько молниеносным, что Цинь Лин даже опомниться не успел. В тот же миг перед глазами мелькнула чёрная вспышка, раздался отчётливый звук — «хлоп!» — и голова манекена покатилась по полу. Глаза её по-прежнему были широко раскрыты, переполненные неоконченной злобой.

Система: — А-а-а-а-а-а!!

Моргая, Цинь Лин увидел в дверях спальни Му Сюаньцзина. Тот смотрел на обезглавленную куклу с лютой ненавистью. Когда на его лице застывало такое выражение, тёмные глаза казались ледяными, а сам он глядел на всё вокруг как на мертвечину. От него исходила такая тяжелая аура кровожадной ци, что он походил на лишённого чувств бога войны. Превратить незримую ци в смертоносное лезвие — сердце у Цинь Лина ухнуло в пятки. До чего же опасный этот человек... И тут же в груди разлилось тепло: неужели он бросился его спасать?

Посмотрев на лишённое головы и злобы изваяние, Цинь Лин не знал, смеяться ему или плакать:

— Это же просто кукла.

Му Сюаньцзин подошел ближе, перехватил Цинь Лина за запястье, увлёк за спину и на всякий случай пнул укатившуюся голову:

— От неё разило злобой.

Глядя на широкую спину товарища, Цинь Лин на секунду замер. Это ощущение... до боли знакомое.

Система взбесилась, завопив в голове у Цинь Лина:

— Я ведь запихнула туда всего капельку злобы! Самую малость, просто для страху, она бы от солнечного света сама рассеялась! А он её прикончил! Прикончил!! Придётся делать новую!

Уголки рта Цинь Лина дёргались. Бросив ещё один взгляд на спину Му Сюаньцзина, он решил не терять времени даром: зажав меж двумя пальцами пару выпавших волос, он подтащил резиновую голову к обрубку шеи и мысленно вздохнул: «Будь добр, почини её».

Му Сюаньцзин смутился:

— Я... я сделал что-то не то?

— Нет, ты меня защищал, я же не неблагодарный чурбан, — улыбнулся Цинь Лин. — Надо же, а ты отлично владеешь боевыми искусствами. Кстати, твоя душа словно бы стала чуточку крепче.

С этими словами Цинь Лин даже пощупал бицепс Му Сюаньцзина: при всей своей худощавости и бледности мышцы у него оказались на редкость крепкими. Да и под грудной клеткой, судя по всему, имелись кубики пресса. Было бы любопытно проверить, есть ли рельеф на животе, но трогать чужой живот Цинь Лин постеснялся, поэтому выразил зависть исключительно взглядом. Всё-таки тренировки Му Сюаньцзин явно не заменял сном и видеоиграми — небеса никогда не даруют такую атлетичную фигуру за красивые глаза.

От этого взгляда по телу Му Сюаньцзина побежали мурашки, а в памяти почему-то всплыло прошлое... Потемнев вглядом, он кашлянул:

— Это твоё Благовоние Укрепления Души оказалось таким действенным.

Припомнив выгребленную у него целую охапку благовоний, Цинь Лин мигом перестал улыбаться.

Система страдала: вся радость достаётся другим, а вся пахота — ей.

Приведя голову куклы в порядок, Цинь Лин выставил её на Барахолке за восемьнадцать тысяч с самовывозом.

Система жалобно заскулила:

— Восемь тысяч мне, ладно? А остальное — обязательно мне!

Цинь Лин расплылся в улыбке:

— Я же за тебя объявление вывешиваю, да ещё и с покупателями торгуюсь, с тебя причитается половина за труды!

Систему едва не разорвало от обиды:

— Я же собираюсь пустить всё на благотворительность, мне нужны заслуги! Чтобы побыстрее закончить задание! Когда буду жертвовать, я даже твоё имя укажу! Я же просто наёмный работник... до чего же мне тяжко!

Она причитала так жалобно, что, кажется, была готова разрыдаться прямо на месте. Будь у неё возможность разорвать контракт, она бы сделала это сию секунду, не оглядываясь.

Гладя её по голове, Цинь Лин заговорил ласковым голосом:

— Малыш, не плачь, от слёз шерстка портится.

Увидев внезапно приблизившееся лицо Цинь Лина, Система наконец-то поняла, почему люди придумали фразу про потерявших рассудок от красоты.

Увещевал он её ласково:

— Наделаешь побольше таких штук — чем больше сваяешь, тем больше заработаем. Я буду продавать, а выручку делить пополам. Какая стабильная бизнес-модель!

Система: — ؟؟؟

Цинь Лин напомнил:

— И смотри, не забывай про бухгалтерию. Проведу шесть заданий — с тебя гранатомёт. У тебя же наверняка куча скрытых привилегий, давай постепенно всё это разблокируем.

Система шлепнулась на колени:

— Давай закончим наше сотрудничество прямо здесь и сейчас! Введи уже заветное желание и проверь, сколько баллов нужно для расторжения контракта! Умоляю! Отпусти меня!

Цинь Лин ухватил её за хвост:

— Родная, не спеши уходить, мне жутко интересны те навороченные штуковины из ассортимента. Я вот думаю парочку учителю подарить, давай ещё пообсуждаем.

……

Владелец одного из домов с привидениями как раз подыскивал подобные пугалки. Наткнувшись на объявление с описанием манекена-призрака, он влюбился в него с первого взгляда.

Во-первых, работа была выполнена невероятно тонко и реалистично — на рынке никто не предлагал ничего подобного. Во-вторых, в темноте эта штука приобретала жуткий, зловещий вид и начинала орать на всех подряд: «Я убью тебя! Убью!», пробуждая в людях первобытный страх. Вдобавок ко всему кукла оставляла на коже человека отпечаток зловещей личины, чёткий, как татуировка, который исчезал через три-пять минут пребывания на солнце. Впрочем, для устрашения посетителей этого было более чем достаточно.

В описании значилось: беречь от прямых солнечных лучей, после загара манекен превращается в обычную игрушку без всяких функций, забирать только самовывозом.

Цена: 18 000 юаней.

Владелец аттракциона испугался ценника: слишком дорого. У конкурентов самые навороченные реквизиты стоили от силы тысячу, а тут фиксированная сумма в восемьнадцать тысяч, да ещё и тащиться забирать самому. Дела его шли ни шатко ни валка: из-за плодившихся повсюду домов с привидениями народ успел ко всему привыкнуть, и публика требовала свежих ощущений, из-за чего он едва сводил концы с концами. Выкладывать восемьнадцать тысяч за один-единственный предмет ему было банально жалко.

И всё же кукла выглядела до одури правдоподобно, программное обеспечение явно относилось к какому-то запредельному уровню технологий, да ещё и ставило эти страшные метки на коже. О подобных инновациях в индустрии развлечений никто и не слыхивал. Если купить её, она легко может стать главным украшением аттракциона, глядишь, и бизнес удастся реанимировать.

Колеблясь между ценой и желанием заполучить диковинку, владелец не выдержал и написал продавцу в личку: Подскажите, а скидку сделать можно?

Цинь Лин кликнул по сообщению и ответил: — Нельзя. Я не тороплюсь, если не кучу — оставлю себе.

Хозяин дома с привидений: — Честно говоря, сейчас туго с финансами. Босс, может, уступите немного?

Цинь Лин: — Никаких долгов и никаких скидок — это главное правило нашего магазина.

Глубоко вздохнув, Система сгребла Цинь Лина лапой в сторону:

— Хозяин, умоляю, больше ничего не пиши покупателям, спасибо.

В конце концов всё равно пришлось торговать самой! Какая польза от такого хозяина?!

http://bllate.org/book/40884/5200880

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь