Готовый переклад The Ghost App Begs to Be Unbound / Приложение с призраками: умоляю, отвяжись от меня!: Розділ 16

(Ctrl + влево) Попередня глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Ван Цзыхуань с неподдельным энтузиазмом расписывал свою новую машину:

— Моему Порше всего три месяца, только посмотрите на этот романтический синий цвет! Классика, стиль, который никогда не устареет: три литра, двойной турбонаддув, триста восемьдесят пять лошадиных сил — гоняет так, что ветер свистит!

Му Сюаньцзин бросил на него равнодушный взгляд:

— Безвкусица.

Цинь Лин тоже кивнул:

— И впрямь как-то несерьёзно. Мне нравится что-то более солидное, а это игрушка для богатых мажоров.

Ван Цзыхуань почувствовал, как сердце уходит в пятки. Его спорткар, предмет его гордости, назвали безвкусным! Они же всего на три года старше, неужели пропасть между поколениями настолько велика?

Му Сюаньцзин смотрел на него неизменно холодно:

— У меня нет времени тебя спасать.

— У меня есть артефакт для самозащиты, — Ван Цзыхуань извлёк из рюкзака обыкновенный кирпич. Цинь Лин тут же прыснул со смеху: — Ты что, таскаешь его с собой повсюду?

Ван Цзыхуань бережно прижал кирпич обеими руками и благоговейно произнёс:

— Однажды это станет моей фамильной реликвией.

Цинь Лин весело рассмеялся:

— Ладно, бери его с собой. Раз уж он хочет снимать фильмы ужасов, и если это поможет ему набраться опыта, показать человеческое добро и зло и предостеречь людей от совершения ошибок, то это благое дело. Ему сопутствует удача, так что всё будет в порядке.

— Как скажешь. — Когда Му Сюаньцзин смотрел на Цинь Лина, его взгляд смягчался сам собой.

Цинь Лин торопился спасти человека, поэтому по дороге они не останавливались, перекусив прямо в машине, и добрались до больницы уже после полудня. Войдя в палату, они увидели пациентку: на больничной койке лежала хрупкая девушка с закрытыми глазами и синеваго губами. Больше всего бросался в глаза её живот — казалось, она находилась на восьмом месяце беременности.

Цинь Лин спросил:

— Сколько ей лет?

Мужчина средних лет ответил с мрачным выражением лица:

— Семнадцать, только перешла во второй класс старшей школы.

Женщина, сидевшая у койки, принялась утирать слёзы:

— Сначала дочка жаловалась на боли в животе. Ни поноса, ни рвоты не было, просто болело каждый день, но в больнице ничего не нашли. А через несколько дней живот стал расти. Соседи по району теперь судачат, мол, девчонка распустилась, шатается где-то с кем-то, вот и нагуляла ребёнка. Но я же знаю свою дочь, она не такая!

Цинь Лин уточнил:

— А что говорят врачи?

— Врачи говорят, что по симптомам она беременна месяцев восемь, но на УЗИ ничего не видно, и советуют съездить в крупную больницу в столице. — Тут супруги помрачнели ещё сильнее, едва не плача от отчаяния.

Му Сюаньцзин холодно наблюдал за происходящим:

— Она действительно беременна, но не человеком. Младенец в её утробе окутан сгустком злобы, это демонический плод.

Цинь Лин кивнул, его лицо посуровело:

— Этот малыш полон глубокой злобы. Где бывала ваша дочь, раз умудрилась навлечь на себя такого мстительного духа?

Супруги растерянно переглянулись:

— Понятия не имеем... Дочь обычно живёт в общежитии, домой возвращается раз в две недели. Какой ещё демонический плод? Неужели она и правда связалась с нечистой силой?

Цинь Лин закатал рукава:

— Придётся постараться вытащить его наружу.

— Проще простого, вытащу и расспрошу, — произнёс Му Сюаньцзин.

Его руки уже окутал слой чёрной ци злобы. Цинь Лин в изумлении широко раскрыл глаза: откуда у живого человека такая мощная демоническая злоба? Жажда убийства порождает ауру убийцы, она появляется, когда прольёшь много крови людей или духов. Цинь Лин решил бы, что тот просто истребляет злых духов, избавляя народ от напасти, и уже смирился с этим. Но чтобы смертный обладал злобой демонов — разве это нормально?

Рука Му Сюаньцзина легла на живот девушки. Пропитавшаяся ци призрака рука пронзила одеяло, проникла внутрь и мёртвой хваткой вцепилась в демонического младенца.

Из-за отчаянного сопротивления зародыша живот девушки заходил ходуном, словно готовый лопнуть. Девушка пронзительно закричала и распахнула глаза: её белки были налиты кровью, а от неё разило могильным холодом.

Стоявшая рядом мать внезапно бросилась вперёд, вцепилась Му Сюаньцзину в горло и отчаянно закричала, пытаясь его оттолкнуть:

— Что вы творите?! Что вы делаете с моей дочерью?! Оставьте её!

Му Сюаньцзин отшатнулся, его хватка ослабла, и ци демонического младенца резко рванулась вверх. Девушка снова распахнула глаза, оскалилась и зловеще усмехнулась, широко разинув рот, и бросилась на Му Сюаньцзина, пытаясь его укусить.

Му Сюаньцзин не шелохнулся. В тот же миг Цинь Лин взмахнул красным бумажным зонтом. Теперь он вовсе не выглядывал потрепанным: дыры исчезли, бумага стала плотной. Стоило девушке сомкнуть зубы на зонте, как по нему пробежала искра духовной энергии, и накопленная в теле девушки злоба с треском отлетела назад под напором этой силы. Издав пронзительный визг, зародыш скрылся обратно в животе.

Цинь Лин оттолкнул женщину в сторону, его лицо похолодело:

— Я понимаю ваше беспокойство о дочери, но если вы будете так бросаться на нас, вы не только погубите её, но и подвергнете смертельной опасности моего друга! Если вы нам не доверяете, мы уходим прямо сейчас, спасайте её сами — обращайтесь к кому хотите.

Муж торопливо заискивающе заговорил:

— Простите её, она потеряла рассудок от страха за ребёнка...

Цинь Лин пропустил его слова мимо ушей и озабоченно взглянул на руку Му Сюаньцзина — к счастью, тот не пострадал. Душа Му Сюаньцзина и без того нестабильна, а у этого демонического младенца слишком мощная злоба, и если бы он укусил его, это вполне могло повредить саму душу. Цинь Лин понимал, что материнская защита — это естественное чувство, и вполне нормально, что женщина бросилась вперёд, не понимая, что происходит с её мучающейся дочерью. Но сейчас он почему-то чувствовал глухое раздражение. Сам не понимая причин этой странной, нелогичной реакции, он напряжённо уставился на руку Му Сюаньцзина.

Му Сюаньцзин свободной рукой коснулся головы Цинь Лина. Его прохладные пальцы неожиданно излучали успокаивающее тепло:

— Успокойся.

Гнев Цинь Лина мгновенно улетучился. Остыв, он ошарашенно подумал: с чего это он так испереживался за Му Сюаньцзина? Неужели из-за того, что тот вкусно готовит?

Следом Му Сюаньцзин вытащил из живота девушки крошечное синее существо, полностью окутанное злобой. У этого младенца уже вырос полный рот острых, как у акулы, зубов, расположенных в несколько рядов, и он снова попытался укусить Му Сюаньцзина.

Взгляд Му Сюаньцзина похолодел, он швырнул демонического младенца на пол и прижал его шею каблуком. Он уже собирался прикончить тварь на месте, но, вспомнив, что Цинь Лин рядом, сдержал кровожадность и мягко произнул:

— Спроси его сам.

Цинь Лин опешил:

— О чём спросить?

Заметив, что тот всё ещё дуется, Му Сюаньцзин уголкам рта изобразил улыбку:

— Спроси, не Смурфик ли он случайно? Если да — заберём домой и вырастим.

— Пфф! — Цинь Лин взглянул на синего младенца и подумал, что сходство и впрямь поразительное.

— Эй, малыш, ты случайно не Смурфик?

Демонический младенц забился в судорогах и рассыпался струйкой злобы. Цинь Лин и Му Сюаньцзин переглянулись: один бросился к двери, другой — к окну. Одновременно с этим Цинь Лин сложил пальцы в жест заклинания и бросил его вверх — над ними куполом развернулась духовная сеть, прижимаясь к полу. Му Сюаньцзин в то же мгновение сжал ладонь, силой собирая рассеявшуюся злобу обратно в облик уродливого пупса. Ни единого слова не сказав друг другу, они сработали с поразительной слаженностью — впервые действуя в тандеме. Уголки губ Цинь Лина приподнялись, наполнив его душу странным, необъяснимым воодушевлением.

Однако в следующую секунду злоба в руке Му Сюаньцзина полностью рассеялась.

Му Сюаньцзин брезгливо стряхнул остатки:

— Это была не его истинная сущность.

Цинь Лин вздохнул:

— Я и не сомневался, что всё окажется так просто. Чтобы покончить с этим раз и навсегда, придётся искать оригинал.

В этот момент девушка на больничной койке слабо застонала, шевельнула веками и пришла в себя. Глаза больше не горели зловещим красным светом, живот опал, хотя она всё ещё выглядела ослабленной, но теперь походила на обычного здорового человека.

Супруги со слезами радости и облегчения бросились обнимать дочь.

Цинь Лин прервал их:

— Хватит плавать в слезах, спасать нужно немедленно. Как тебя угораздило вляпаться в эту дрянь? Во что ты играла?

Увидев лицо Цинь Лина, девушка первым делом густо покраснела и растерянно посмотрела на родителей:

— Кто он...

Мужчина торопливо пояснил:

— Отвечай быстрее, эти два мастера только что спасли тебе жизнь.

Девушка с опаской произнесла:

— Мы с девчонками из общежития... мы действительно играли в одну игру. Это западная игра по вызову духов, называется бэби блю.

Лицо Цинь Лина окаменело:

— Сколько человек играло?

— Ш-шесть.Цинь Лин потерял дар речи. Разве у этой группы детей не тяжелая учеба? Почему они не учатся нормально, а ищут смерти? Раз шестеро играли вместе, то не может быть, чтобы пострадал только один человек. Этот маленький злой дух — вовсе не истинное тело. Если животы остальных такие же, как у нее, то полбеды, если это лишь нить обиды; но если это истинное тело, они, пожалуй, уже на сносях.

Цинь Лин достал телефон и спросил:

— Номер твоего классного руководителя? Как тебя зовут?

Выяснив всё, Цинь Лин тут же позвонил классной руководительнице:

— Здравствуйте, учитель Ли, я старший брат Ван Цзяцзя.

Учитель Ли встревоженно спросила:

— Как себя чувствует Ван Цзяцзя?Она уже полмесяца как в отпуске, сейчас программа плотная, пропустишь хоть день — и уже не поспеваешь за остальными, а ведь скоро семестровые экзамены...

Цинь Лин успокоил ее:

— Ей уже лучше, пару дней отдохнет — и сможет вернуться в школу.

Учитель Ли с облегчением вздохнула:

— Вот и отлично.

— Учитель Ли, а как остальные в ее комнате?

— Все тоже в отпуске. Студентки из этой комнаты неизвестно чего наелись, у всех заболели животы.

Цинь Лин понял: судя по всему, дело повсюду в обиде. Стоит решить коренную проблему, как остальные пять студенток выздоровеют без всякого лечения.

— Учитель, могу я зайти в общежитие к сестре и взять кое-какие ее вещи?

Учитель Ли смущенно отказала:

— Нельзя, юношам запрещено заходить в женское общежитие. Что именно тебе нужно? Пусть ее сокурсницы поищут и вынесут.

— Учитель, эта вещь очень важна, она ее спрятала. Я зайду, когда дети уйдут на занятия, а тетушка-комендант поднимется со мной, можно?

У Цинь Лина был приятный голос, и он говорил так вежливо, что учитель Ли засомневалась. В сопровождении коменданта и при отсутствии студенток родитель всё же мог пойти. Она ответила:

— Ладно, я скажу тетушке-коменданту, она поднимется с тобой, но сам ты пойти не сможешь.

— Хорошо, спасибо, учитель Ли.

Сбросив вызов с улыбкой на лице, Цинь Лин тут же помрачнел:

— Девочка, адрес школы, номер комнаты? Речь идет о человеческих жизнях, поживее.

Едва девочка всё назвала, Цинь Лин, ухватив Му Сюаньцзина за руку, бросился вперед. Тот дяденька пробежал за ними несколько шагов и сунул ему в руку красный конверт:

— Мастер, это деньги за спасение жизни.

Цинь Лин даже не взглянул, сунул его в карман и поспешно спустился вниз.

Примостившийся у двери и подглядывавший Ван Цзыхуань бросился за ними:

— Босс, а в вашем деле есть какие-то правила насчет платы?

— С богатых берем больше, с бедных — меньше.

— А совсем бесплатно берете?

Цинь Лин пояснил:

— Если кто-то берется гадать тебе и не берет денег — значит, тебе конец. У нас есть три правила несбора: не берем с тех, кто одной ногой в могиле; не берем с тех, кому не избежать надвигающейся смертельной беды; не берем с тех, к кому на всю жизнь присосалось невезение и кому уже не видать удачи.

Лицо у Ван Цзыхуаня сделалось таким, будто он записывал всё предельно серьезно.

— Босс, а что такое бэби блю?

— Западная игра по вызову духов. Посреди ночи в туалете перед зеркалом призываешь душу — и можно заманить младенца. Это примерно то же самое, что у нас в народе называют зеркальной феей, феей пера или блюдечком. Только что бы там ни вызывали, на зов приходят лишь злые духи, оказавшиеся ближе всего к призывающему.

Ван Цзыхуань заинтересовался:

— Почему?

Му Сюаньцзин счел, что тот болтает слишком много, и бросил с мрачным лицом:

— Заткнись и веди машину.

Ван Цзыхуань испуганно вздрогнул и поспешил за руль. Он смело докучал расспросами Цинь Лину, но соваться к Му Сюаньцзину не смел. Ему казалось, что Му Сюаньцзин был мягок в лике только тогда, когда разговаривал с боссом. Стоило же ему остаться одному, как от него исходило отталкивающее на тысячу ли вокруг ощущение: он не любил говорить, взгляд у него был ледяным донельзя, пугающим до жути, и на людей он смотрел точно на бездушные вещи.

— Кхе-кхе… — сидя в машине, Му Сюаньцзин легко кашлянул.

Цинь Лин бросил взгляд на его лицо: он только что был поглощен спешкой и совсем позабыл о его слабом здоровье.

— Ты в порядке?

Му Сюаньцзин изначально хотел отвинтить бутылку воды для Цинь Лина, но, услышав его вопрос, протянул бутылку ему:

— Сил нет.

Цинь Лин поспешно открутил крышку и сунул ее в руку Му Сюаньцзину:

— Пей скорее, переведи дух.

Он опасался, что тот от усталости испустит дух и его душа вылетит наружу, а солнце растопит ее.

Му Сюаньцзин посмотрел на воду, потом на Цинь Лина, снова на открученную бутылку у себя в руке, лениво откинулся на спинку сиденья и стал выглядеть еще более истощенным.

Цинь Лин немного помолчал, молча протянул руку и слегка похлопал Му Сюаньцзина по макушке, закрепляя душу покрепче, чтобы она ненароком не упорхнула.

Втроем они поехали в школу, путь занял чуть больше сорока минут. Когда они прибыли на место, студенты как раз сидели на вечерней самоподготовке. Окинув всё взглядом, Цинь Лин изрек:

— В этой школе нечисто.

Ван Цзыхуань с любопытством сплетника произнес:

— Я слыхал, школы вечно строят на кладбищах. Поскольку учебным заведениям требуется тишина, их лепят лишь на окраинах города, а в таких местах обычно старые кладбища.

Цинь Лин серьезно кивнул:

— И то верно, ночью здесь должно быть оживленно. Счастье еще, что студенты этого не видят.

Му Сюаньцзин со смыслом изрек:

— Вот если бы увидели — тогда бы точно началось веселье.

Цинь Лин не знал, смеяться ему или плакать: с чего это он так жаждет хаоса?

Ван Цзыхуань потер глаза: он-то не видел абсолютно ничего! Неужели за несколько дней дома его глаза испортились? При этой мысли Ван Цзыхуань ухватился за одежду Цинь Лина, но тот брезгливо отдернул ее:

— Ты что творишь?

— Я тут подумал, если потереться о Великого Бессмертного, может, и я призраков увижу?

Цинь Лин отряхнул полу:

— Нам всем заходить неудобно. Постоишь у входа, забронируй отель и ресторан. Ты отлично потрудился.

Ван Цзыхуаню оставалось лишь остаться на улице.

Цинь Лин в сопровождении тетушки-коменданта поднялся в комнату Ван Цзяцзя. Тот мелкий злой дух и впрямь бывал здесь и оставался очень долго. Цинь Лин собрал уцелевшие следы обиды демоненка и спросил тетушку-коменданта:

— А в этом общежитии раньше кто-нибудь умирал?

Тетушка усмехнулась:

— Ничего подобного. Это школа, с какой стати здесь умирать людям?

Когда Цинь Лин ушел, другая комендантша спросила первую:

— Кто эти двое красавчиков? Новенькие учителя?

Тетушка-комендант улыбнулась:

— Родственники одной из студенток.

— Не похоже, слишком молодые.

— Старший брат студентки. Сказал, пришел забрать важную вещь, правда, я так и не видела, чтобы он что-то унес, зато расспрашивал, не умирал ли кто-то в этой комнате.

У той комендантши лицо переменилось:

— С чего это он вдруг о таком спрашивает?

— Почем мне знать, — тетушка-комендант проверила связку ключей, тоже недоумевая. — Если подумать, у него был такой тяжелый, угрюмый вид, когда он спрашивал. И правда странно.

Убедившись, что поблизости никого нет, та комендантша тихонько проговорила:

— Я слыхала от сторожа, дядюшки Лю, что в женском общежитии и правда кто-то умирал. Это было несколько лет назад: одна девчонка залетела, отчаянлась и выбросилась из окна. Погибли двое — она и нерожденный ребенок.

— О небеса, какой грех!

***

Цинь Лин держал в руке маленький фарфоровый пузырек:

— Я отыскал остатки обиды. Сперва поедим, а ночью призовем его душу.

Му Сюаньцзин брезгливо поморщился:

— Судя по остаткам души, уродлив до жути. Сразу предай его перерождению.

Цинь Лин кивнул:

— И впрямь слишком уродлив, растить такого нельзя.

Ван Цзыхуань поджидал их у входа. Увидев, как они выходят со смехом и шутками, он уселся в машину и радостно доложил:

— Я тут пошуршал в интернете, неподалеку есть отличный ресторан. Сначала поедим, а потом в отель. Лучший отель здесь только этот, жаль, осталось всего два номера.

Ван Цзыхуань знал, что Цинь Лин не станет делить ложе с чужаками. Но Му Сюаньцзин с его мрачным лицом пугал до такой степени, что Ван Цзыхуань не то что спать, даже находиться с ним в одной комнате не смел. Ван Цзыхуань посмотрел на них обоих:

— Как разместимся?

Му Сюаньцзин взглянул на Цинь Лина:

— Я с ним в один номер.

Цинь Лин поднял руку, обозначая позицию:

— Если в комнате кто-то посторонний, я уснуть не смогу. Может, поищем другой вариант, поскромнее?

Му Сюаньцзин долго смотрел на него, а потом неожиданно вздохнул:

— Поверь мне, ты точно уснешь. И пушкой не добудишься.

Непонятно почему, но Цинь Лин уловил в этих словах некую обиду. Наверняка ему просто показалось.

http://bllate.org/book/40884/5200882

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь

Вы не можете прочитать
«Глава 17»

Приобретите главу за 5 RC

Вы не можете прочитать The Ghost App Begs to Be Unbound / Приложение с призраками: умоляю, отвяжись от меня! / Глава 17

Для покупки авторизуйтесь или зарегистрируйтесь

100 гл. на все книги · 350 RC Главы открывают любые книги этого автора. Не сгорают. Новая покупка прибавляет главы.
Инструменты
Налаштування

Готово:

100.00% КП = 1.0

Завантажити як .txt
Завантажити як .fb2
Завантажити як .docx
Завантажити як .pdf
Посилання на эту страницу
Зміст перекладу
Интерфейс перекладу