Готовый перевод Love Addict Again / Снова жертва влюбленного безумия: Глава 3

Или же… ощущение пресыщенности миром.

За окном один за другим взрывались фейерверки, взмывая ввысь всё выше и выше. Они гремели совсем рядом с окном Юй Цзиньсюэ, и грохот не утихал уже минут двадцать.

Все трое нахмурились. Юй Цзиньсюэ подошел к окну и заглянул вниз: там реял пучок белых воздушных шаров, а их нити собрал в кулак мужчина в черном пальте.

К сожалению, этаж был слишком высоким, так что разглядеть, кто это, не удалось.

Однако незнакомец явно знал, что Юй Цзиньсюэ смотрит. Не прошло и минуты, как телефон Юй Цзиньсюэ зазвонил. На экране высветилось: 【Фу Минсюань】

Увидев это имя, Цюй Цзэ и Цзян Шэнь мгновенно напряглись.

— В чем дело? — Юй Цзиньсюэ задернул занавески, его голос прозвучал безразлично.

Голос Фу Минсюаня раздался из динамика:

— Я внизу. Я видел тебя.

Юй Цзиньсюэ ничего не ответил. Фу Минсюань сразу понял, что тот и не думает с ним разговаривать, поэтому выдержал секундную паузу и произнес:

— С Новым годом. Красивый фейерверк?

Раз уж на него отвалили кучу денег, как он мог быть некрасивым? К тому же Фу Минсюань притащился сюда специально, преодолев тысячи вёрст.

— Красивый. Тебе пора возвращаться.

Фу Минсюань:

— Ничего, я еще немного постою.

На улице стоял лютый мороз. На месте Юй Цзиньсюэ любой другой из вежливости хотя бы предложил гостю подняться и выпить чаю.

Но Юй Цзиньсюэ не собирался этого делать. Он знал: стоит ему бросить дежурную вежливую фразу, как в следующую же секунду Фу Минсюань окажется в лифте. А машина стояла рядом — замерзни он по-настоящему, давно бы уже спрятался в салоне.

Как только звонок прервался, Цзян Шэнь забрал у него телефон:

— Он всё еще цепляется к тебе?

Юй Цзиньсюэ приподнял веки, бросил на него взгляд и промолчал.

Цюй Цзэ поставил на обеденный стол пиалу с супом и напустил на себя беззаботный вид:

— У таких коммерсантов, как Фу Минсюань, в глазах одна выгода. Когда вы были вместе, я всё боялся, что он украдет данные твоей компании. И правильно сделали, что расстались! Бывший объявился исключительно затем, чтобы отравить тебе жизнь, раз у тебя всё так прекрасно. Держись от него подальше.

Тон его звучал непринужденно, но тело и взгляд выдавали предельную настороженность.

Цзян Шэнь впервые в жизни подумал, что Цюй Цзэ сказал хоть что-то разумное, и согласно кивнул:

— У Фу Минсюаня недобрые замыслы, с ним нельзя сближаться.

За исключением Цзян Чжао, в их устах любой из бывших Юй Цзиньсюэ не стоил ломаного гроша.

Причина, по которой Фу Минсюань и Юй Цзиньсюэ сошлись, была предельно проста: они долго вели общие дела, легко находили общий язык, к тому же оба отличались рациональным складом ума. Общаться им было невероятно комфортно, и отношения завязались сами собой.

Кто же знал, что после начала отношений Фу Минсюань словно подменили. Мало того что он стал спустя рукава относиться к работе, так еще и отнимал у Юй Цзиньсюэ слишком много времени. Попытка — не пытка, вторая — тоже, но на третий раз они расстались.

Никаких дурных воспоминаний не осталось, разве что он был слишком прилипчивым и обладал чересчур сильным чувством собственника. Истории про кражу корпоративных данных были шуткой, а вот денег он вложил немало.

Юй Цзиньсюэ пропустил их слова мимо ушей — у него имелось собственное мнение насчет характера Фу Минсюаня, к тому же, как бы сильно тот ни нравился, Юй Цзиньсюэ никому бы не позволил просто так шарить в своих делах.

Он помешал ложкой суп в пиале, приоткрыл тонкие губы:

— Как доедите — оба валите отсюда.

— ...

— !

Оба почти одновременно схватили со стола бокалы с вином и сделали по глотку:

— Нельзя за руль!

— Я вызову вам трезвого водителя, — Юй Цзиньсюэ взял телефон.

И всё-таки от Цзян Шэня одни неприятности: только что Юй Цзиньсюэ явно был не против оставить его на ночь. Цюй Цзэ тоже схватил свой телефон и быстро напечатал сообщение Юй Цзиньсюэ: 【Я уеду, немного побуду у себя, а потом развернусь и вернусь обратно.】

Оба были такими: пока не увидят, что соперник ушел, не успокоятся.

Выглядело это так, будто они о чем-то между собой договорились. Юй Цзиньсюэ нахмурился, поднял на него взгляд, а Цюй Цзэ в ответ тут же принялся отчаянно ему подмигивать.

Хотя Цюй Цзэ был лицом неплох, его внешность отличалась некоторой грубоватостью, да и возраст сказывался — этот жест смотрелся вовсе не привлекательно, а из-за неуклюжести даже чуток комично. Взгляд Юй Цзиньсюэ сдвинулся с его лица в сторону:

— ...

Движение было едва уловимым, но Цзян Шэнь заметил его. Он прищурился:

— Я не давал съемочной группе выходных, мне еще успевать на шестичасовой утренний самолет, так что позволь мне остаться на ночь.

В канун Нового года многие гуляли допоздна, и в такое время в центре города наверняка будут пробки, да и в аэропорт нужно прибыть на час раньше. Вернувшись домой и приведя себя в порядок, он бы всё равно не смог толком поспать.

Стоило Юй Цзиньсюэ чуть-чуть склониться к тому, чтобы кивнуть, как Цюй Цзэ тут же не выдержал:

— Тогда я тоже остаюсь! Ты ведь только что разрешил мне остаться, к тому же я приготовил тебе ужин.

Один гость или два — никакой разницы, поэтому Юй Цзиньсюэ больше ничего не сказал.

Он от природы был немногословен, тих и холоден, но этот внешне спокойный, как гладь озера, человек всегда умудрялся взвихрить вокруг себя скрытые течения.

В этой квартире была всего одна спальня, но, к счастью, имелись два длинных дивана. Оба парня были рослыми, их ноги свешивались за края, так что они устроились на боку, скрестив руки на груди и повернувшись лицом к двери спальни Юй Цзиньсюэ.

За окном время от времени грохотали фейерверки, но в квартире царила абсолютная тишина. Двое мужчин, заснувших в гостиной, лежали не шевелясь, скрестив руки, — не раздалось ни звука, даже когда они переворачивались.

Юй Цзиньсюэ, закончив вечерние умывания, прислонился к изголовью кровати. В темно-фиолетовой пижаме его кожа казалась еще более мертвенно-бледной. Его длинные пальцы скользили по экрану телефона: заветных красных кружков с цифрами не было, зато мелких уведомлений скопилось целое море, но большинство контактов он перевел в режим «не беспокоить».

Палец открывал лишь сообщения от деловых партнеров; ответив дежурным взаимным пожеланием, он закрывал чаты.

В подобных формальностях особой нужды не было: как только приходило время, кадровая служба компании подготавливала списки подарков для его ознакомления и утверждения, а праздничные рассылки уходили автоматически.

Однако деловые партнеры проявляли редкое усердие: поздравления отличались друг от друга и были написаны явно вручную — чувствовалось внимание, так что оставлять их без ответа не стоило.

Их по-прежнему слал и Фу Минсюань. После расставания он особо не докучал и вел себя смирно, поэтому Юй Цзиньсюэ не стал заносить его в черный список «не беспокоить». Теперь же придется отправить и его в этот блок. Стоило пальцу шевельнуться, как телефон завибрировал.

— Что такое? — Голос слегка хрипел после горячего пара в ванной. Юй Цзиньсюэ машинально потянулся за стаканом с водой на тумбочке и сделал глоток.

Фу Минсюань мгновенно уловил перемену в его голосе и усмехнулся:

— Только из душа?

Тонкие веки Юй Цзиньсюэ чуть дрогнули:

— Есть дело — говори.

— Соскучился. — Фу Минсюань сидел в машине, глядя наверх, на окна, но из-за задернутых штор ничего не было видно.

Стоило Юй Цзиньсюэ услышать этот пустой бред, как ему захотелось бросить трубку. Словно обладая шестым чувством, Фу Минсюань тут же подал голос:

— Ты ведь только что собирался поставить меня в режим «не беспокоить»?

Фу Минсюань был старше Юй Цзиньсюэ и всегда держался зрело и солидно. Уж кому-кому, а ему плохо удавалось острить или смешить людей, и речи его звучали суховато.

— Раз знаешь — поменьше пиши.

Юй Цзиньсюэ не удивился, что Фу Минсюань догадался. Когда они еще встречались, Фу Минсюань видел его телефон и тогда же интересовался, почему столько сообщений остаются без звуковых напоминаний.

Колесо сансары сделало оборот, и теперь настала его очередь.

Фу Минсюань вздохнул:

— Вообще-то, у меня есть еще одна новость. Я перевез компанию сюда.

Услышав это, Юй Цзиньсюэ невольно выпрямился:

— Что?

Фу Минсюань тихо рассмеялся, польщенный удивлением Юй Цзиньсюэ:

— Ты переживаешь за меня.

— ... — Юй Цзиньсюэ на миг запнулся под его натиском. — Зачем ты перенес офис?

Подобные переезды — дело крайне хлопотное: нужно менять уйму документов, подавать десятки заявлений, к тому же Фу Минсюань прекрасно развивал бизнес на прежнем месте. Это чистой воды каторжный труд без всякой выгоды.

— Тебе не нравились отношения на расстоянии, вот я и переехал. Работу я при этом не заброшу.

От этих слов у Юй Цзиньсюэ заболела голова. Он уже и не помнил, сколько раз повторял Фу Минсюаню, что они расстались из-за простой несовместимости, но тот всё упорно списывал на расстояние.

Если бы Юй Цзиньсюэ действительно так страшился отношений на расстоянии, он бы вовсе не стал заводить этот роман.

Фу Минсюань продолжил:

— Я начинаю добиваться тебя заново.

Излишние разговоры были бессмысленны:

— Я спать, пока.

Завтра не нужно было идти на офис, и Юй Цзиньсюэ, завернув звонок и переведя телефон в беззвучный режим, отлично выспался.

Проснувшись на следующий день, он обнаружил, что дома никого нет. Стоило открыть дверь в гостиную, как та предстала перед ним совершенно преобразившейся: мраморный пол сиял зеркальным блеском, в мусорное ведро застелили новый пакет, принесенные вчера Цзян Шэнем тюльпаны были разбиты на несколько букетов и расставлены по разным вазам, а на диване аккуратно стопкой лежали два сложенных одеяла.

Юй Цзиньсюэ потянулся, налил в чашку горячей воды и, прислонившись к краю стола, погрузился в задумчивость. Ткань одежды натянулась на выступающих лопатках, а в области поясницы образовался изгиб, подчеркивающий пропорции его фигуры. Обтянутые домашними брюками прямые ноги спускались к аккуратным, изящным щиколоткам, чья упругая линия притягивала взгляд.

Допив полстакана горячей воды и размышляя, что бы такого съесть на завтрак, он внезапно заметил две записки — одна была прилеплена к духовке, а вторая к микроволновке.

Почерк везде разный, но смысл один: 【Завтрак внутри, разогрей и поешь.】

Оба отлично знали аппетит Юй Цзиньсюэ и готовили с запасом. Осилить такую порцию целиком он не смог бы, поэтому вторую половину пришлось оставить на обед.

Поливая цветы на балконе, он заметил, что внизу царит какое-то оживление: толпа людей окружила несколько машин, и почти у каждого в руках была камера или телефон.

Юй Цзиньсюэ уже не раз видел подобную картину у своего дома — видать, кто-то из знаменитостей, живущих здесь, был вычислен папарацци. Как хорошо, что он сам не вышел из дома раньше времени.

Он не стал придавать этому особого значения, устроился на диване с недочитанной с вечера книгой, а после обеда ему позвонил Цюй Цзэ и сообщил, что все дела улажены, приглашая сыграть в снукер.

Делать было всё равно нечего, и Юй Цзиньсюэ согласился.

Стоило выйти за дверь, как в лицо ударил холодный ветер. Юй Цзиньсюэ опустил голову, поправляя очки, его лицо почти наполовину скрывалось за толстым шарфом, а полы тренча шумно хлопали на ветру, подчеркивая его хрупкую фигуру.

Машина была припаркована на дальней стоянке, идти туда предстояло какое-то время, но, к счастью, утренние зеваки и репортеры уже разошлись.

Едва ступив на парковку, Юй Цзиньсюэ уловил чутким слухом несколько едва слышных щелчков, а мгновением позже поднялся шум, словно кто-то приближался с другой стороны.

Сердце Юй Цзиньсюэ кольнуло, и он инстинктивно ускорил шаг. Не успел он дойти до машины, как боковым зрением уловил мелькнувшую темную фигуру: кто-то бросился прямо на него. Юй Цзиньсюэ мгновенно отвернул лицо, но увернуться всё же не успел, и от удара с него слетели очки.

В ушах и на переносице закололо от резкой боли. Нахмурившись и скривившись от раздражения, он подумал: парковка немаленькая, машин тут мало, с какой стати кому-то на него налетать?

Не успел он высказать недовольство, как стоявший перед ним рослый мужчина тут же произнес:

— Простите, я возмещу ущерб.

С этими словами он сделал шаг вперед и присел на корточки, чтобы поднять серебристые очки Юй Цзиньсюэ.

Только теперь Юй Цзиньсюэ заметил на нем медицинскую маску... В ту же секунду в памяти всплыла утренняя сцена под окнами, и первой мыслью стало немедленно убираться из этого опасного места.

Но было поздно: шум вокруг резко усилился, затрещал непрекращающийся град затворов камер:

— Охренеть, это что, Юй Цзиньсюэ?!

http://bllate.org/book/40899/5202971