Она взяла серебряную ложку за ручку, зачерпнула немного су шань и отправила в рот. Холодок мгновенно освежил, словно унёс летнюю жару, и прохлада пронзила до самого сердца, заставив её вздрогнуть.
Вдруг в голове Се Цы мелькнула озаряющая мысль: она вспомнила, что у нынешнего поколения дома графа Чанжуйбо несколько незамужних дочерей, одна из которых — родная сестра наследника, шестнадцати лет от роду, изящная и утончённая, образованная и воспитанная. В прошлый раз наложница Сяньфэй даже пыталась сватать её за Се Уду, но тот отказался.
Похоже, госпожа Шао и затеяла всё это именно ради своей будущей невестки. Се Цы отведала ещё ложечку су шань и бросила взгляд по сторонам павильона для зрителей. И точно — среди гостей она сразу заметила девушку Лян.
Ну вот, угадала!
Однако если они думают подлизаться к ней, чтобы приблизиться к Се Уду… Ха! Их расчёты обречены на провал.
Требования Се Цы к будущей невестке были чрезвычайно высоки. Хотя девушка Лян и неплоха, но для Се Уду — далеко не пара.
Се Цы недовольно поджала губы, сжимая ручку серебряной ложки, и вдруг почувствовала странную горечь в душе. Уже в третий раз они упорно лезут со сватовством к Се Уду! Как он и говорил — и правда надоело.
Хотя… Се Уду уже двадцать два года. Если бы он был обычным молодым человеком, давно бы женился, и, глядишь, дети у него уже были бы.
Се Цы упёрлась подбородком в ладонь и задумалась.
Он так и не проявил интереса ни к одной девушке, не выделял никого особо, да и служанок-фавориток у него нет. Вообще — ни одной знакомой служанки рядом с ним не видно…
Он даже спокойно делал для неё такие вещи собственными руками, а потом — ни тени смущения.
Глаза Се Цы вдруг широко распахнулись. В голове возникла ужасающая мысль!
Неужели у Се Уду… склонность к мужчинам?
Как только эта мысль вспыхнула, она, словно лиана, оплела все его поступки. Он никогда не держал рядом женщин, с детства не был близок с принцессой-матерью… Может, именно из-за её холодности у него и возникла травма, и он разлюбил женщин?
…Всё сходится.
От этого предположения Се Цы чуть не подавилась. Ледяной су шань застрял в горле, вызвав жгучее ощущение, смешанное с холодом.
Госпожа Шао испугалась:
— Девушка, с вами всё в порядке? Что случилось?
Се Цы махнула рукой. Ланьши подала ей платок, и она вытерла уголок рта.
— Ничего, просто поперхнулась.
На словах — ничего, а внутри бушевал настоящий шторм. Она снова и снова твердила себе: «Я слишком много думаю. Обязательно слишком много думаю».
С трудом подавив эту тревожную мысль, она приказала себе больше не думать об этом. В этот момент в павильон вошла Сяо Линъинь. Как принцесса, она по праву должна была сидеть в центре зрительского павильона.
Сяо Линъинь ещё издали заметила Се Цы. Она быстро вошла, сердито глянула на неё и бесцеремонно уселась рядом, обращаясь к госпоже Шао:
— Двоюродная сестра.
Пока она здесь — Се Цы сегодня не дотянется до её двоюродного брата!
Сяо Линъинь бросила взгляд на фруктовую тарелку — всё приготовлено именно так, как любит Се Цы. Разозлившись, она принялась уплетать фрукты один за другим, пока не съела всё подчистую.
Се Цы смотрела на неё так, будто перед ней был полный идиот.
Даже если хочется во всём с ней соперничать, неужели нельзя выбрать что-нибудь поумнее, чем отбирать еду? Да и то — еду, которую она сама есть не собиралась. Се Цы слегка прикусила губу и решила не обращать внимания. Но Сяо Линъинь продолжала пристально смотреть на неё.
Се Цы не выдержала:
— Ты всё на меня пялишься? Неужели я сегодня так хороша, что ослепляю тебя своим сиянием?
Сяо Линъинь:
— ?!
Сяо Линъинь:
— Ты, наверное, спишь и бредишь!
Се Цы нахмурилась:
— Тогда зачем ты с самого входа уставилась на меня?
Сяо Линъинь:
— Откуда ты знаешь, что я смотрю именно на тебя? Я просто любуюсь пейзажем за твоей спиной.
Се Цы обернулась — за ней была лишь пустая часть павильона.
Сяо Линъинь:
— …
Сяо Линъинь:
— Разве ты не ненавидишь выходить на солнцепёк в такую жару? Почему сегодня пришла на джицзюй?
Се Цы приподняла бровь:
— Я же сижу в тени и не пекусь. Почему бы и не прийти?
Её голос стал чуть мягче — она уловила скрытый смысл в словах Сяо Линъинь. Та, похоже, не хотела, чтобы Се Цы появлялась здесь. Неужели боится, что она сорвёт их планы насчёт девушки Лян?
Се Цы теперь окончательно убедилась: сегодня они хотят сблизить Се Уду с девушкой Лян.
Раз так волнуются — неужели собираются прибегнуть к грязным уловкам?
Се Цы насторожилась и внимательно оглядела Сяо Линъинь.
Та почувствовала себя неловко, отвернулась и принялась жадно есть фрукты.
Се Цы покачала головой — поведение Сяо Линъинь казалось странным. К счастью, в этот момент она заметила, что к павильону подходит Тянь Синтао. Се Цы встала и помахала ей, приглашая подойти.
Тянь Синтао быстро подошла и с лёгкой улыбкой, оживлявшей ямочки на щёчках, окликнула:
— Цыцы.
Се Цы усадила её рядом с собой. Сяо Линъинь широко раскрыла глаза.
— Цыцы? Что за ерунда?
Она с изумлением переводила взгляд с Тянь Синтао на Се Цы. Неужели у этой надменной Се Цы есть подруга?
Се Цы бросила на неё презрительный взгляд:
— Чего уставилась? У тебя могут быть друзья, а у меня — нет?
Сяо Линъинь:
— …
Что значит «у тебя могут быть»?!
— Ты!
— Я. Знаю, что сегодня прекрасна, не нужно специально мне об этом напоминать.
Сяо Линъинь глубоко вдохнула, сдерживая раздражение. Она решила потерпеть — впереди ещё важное дело. Раздосадованно отвернувшись, она больше не смотрела на Се Цы и её подругу.
Тянь Синтао робко сидела рядом с Се Цы, смущаясь:
— Мне, наверное, не совсем уместно здесь сидеть?
Се Цы ответила:
— Почему же? Ты моя подруга, тебе самое место рядом со мной. Никто не посмеет ничего сказать.
Тянь Синтао улыбнулась:
— Ну ладно.
После того как Се Цы подарила ей украшения, на следующий день Тянь Синтао пришла в дом с новыми пирожными, и их дружба крепла с каждым днём.
— Синтао, у тебя такие золотые руки! Пирожные получились восхитительные. Я дала их брату — и он сказал, что очень вкусно.
— Да это совсем несложно.
…
Они болтали, совершенно игнорируя Сяо Линъинь. Та злилась, но в то же время удивлялась: неужели Се Цы способна вести такие обычные разговоры? Неужели это та самая надменная Се Цы?
Сяо Линъинь незаметно покосилась на неё — и тут же встретилась взглядом с Се Цы. Та подняла бровь и насмешливо улыбнулась.
Сяо Линъинь отвела глаза. Вот она — настоящая Се Цы.
Постепенно собрались гости, и наконец настало время Чэньши. Госпожа Шао вышла из павильона, чтобы организовать сегодняшнюю игру в джицзюй.
Поскольку джицзюй был в моде, многие знатные семьи содержали собственные команды. Иногда их приглашали на праздники, чтобы развлечь гостей.
Сначала выступила команда дома графа Чанжуйбо, сыграв против команды другой знатной семьи, чтобы разогреть публику. Игроки были мастерами своего дела — зрители восторженно кричали и аплодировали.
Се Цы и Тянь Синтао с восторгом наблюдали за игрой. В особенно захватывающих моментах Се Цы даже хлопала в ладоши.
Сяо Линъинь забеспокоилась: в команде дома Чанжуйбо играли и её двоюродные братья. Род Лян рассчитывал, что именно они произведут впечатление на Се Цы.
Она посмотрела на Се Цы — та с восторгом следила за игрой. Неужели та действительно обратила внимание на её братьев?
После захватывающего матча Се Цы, довольная зрелищем, приказала раздать награды игрокам. По традиции государства Янь, знатные гости могли щедро одаривать участников, поэтому многие мечтали попасть в команды знати.
Се Цы заметила двух особенно отличившихся игроков и велела Ланьши дать им больше наград.
Сердце Сяо Линъинь упало — это были именно её двоюродные братья.
Она повернулась к Се Цы:
— Се Цы, я, кажется, никогда не видела, чтобы ты играла в джицзюй. Неужели не умеешь?
Се Цы поняла, что Сяо Линъинь снова хочет с ней посостязаться, но ей было не до этого:
— Что, так хочешь меня обыграть?
Сяо Линъинь фыркнула:
— Боишься?
Се Цы усмехнулась:
— Если хочешь сравнить, кто дольше может сидеть на солнце, ты, наверное, выигрываешь с детства.
Лицо Сяо Линъинь покраснело от досады:
— Так ты идёшь на поединок или нет?
Се Цы легко рассмеялась, взглянула на солнце — оно ещё не палило — и повернулась к Сяо Линъинь:
— Если уж меряться силами, нужно поставить что-нибудь на кон. Иначе зачем с тобой соревноваться?
— На что хочешь поспорить?
Сяо Линъинь неплохо играла в джицзюй: император Хунцзин любил эти игры, и при дворе была своя команда, у которой она училась. А Се Цы все эти годы только пряталась в павильоне. Сяо Линъинь была уверена в победе.
Се Цы задумалась на мгновение:
— Проигравший месяц моет лошадей. Как тебе?
Сяо Линъинь заявила:
— Значит, лошадей будешь мыть ты.
Се Цы презрительно фыркнула и обернулась к Тянь Синтао:
— Синтао, не хочешь присоединиться?
Тянь Синтао замахала руками — она почти не умела играть и боялась подвести Се Цы. Но та потянула её за руку:
— Ничего страшного, просто повеселимся.
Следующим этапом и так было запланировано участие гостей в игре. Узнав, что Се Цы хочет участвовать, госпожа Шао обрадовалась и тут же занялась организацией. Все переоделись в костюмы для джицзюй и выехали на поле. Команды разделились: одна — в зелёном, с Сяо Линъинь, другая — в красном, с Се Цы.
Сяо Линъинь бросила вызов:
— Погоди, сейчас увидишь!
Се Цы парировала:
— Я буду ждать, когда ты начнёшь мыть лошадей целый месяц.
Прозвучал гонг — игра началась.
Сяо Линъинь была уверена в победе, но оказалось, что Се Цы мастерски скрывала свои умения. Она ловко перехватывала мяч, мчалась на коне, и вскоре команда Се Цы уже набрала три очка.
Сяо Линъинь заволновалась. Она хотела унизить Се Цы, а та, наоборот, блистала. Вспомнив все свои прошлые поражения, она разозлилась, начала торопиться и даже стала ворчать на своих товарок:
— Вы вообще умеете играть?
Девушки из знатных семей, хоть и уступали Сяо Линъинь по статусу, тоже были избалованы и не потерпели упрёков. Команда тут же раскололась, и Се Цы без труда увеличила счёт до семи очков. Когда время вышло, исход был ясен — поражение. Сяо Линъинь, не выдержав, швырнула клюшку и уехала с поля.
Се Цы крикнула ей вслед:
— Не забудь — целый месяц мыть лоадей! Я пришлю людей проверить!
Её глаза сияли, а под солнцем она казалась распустившейся розой, от которой невозможно отвести взгляд.
Её грациозная и решительная игра покорила многих зрителей.
Се Цы, покрытая потом, чувствовала себя не совсем комфортно, но, глядя на уныние Сяо Линъинь, испытывала глубокое удовлетворение. Спрыгнув с коня, она переоделась и вернулась в павильон, где с удивлением обнаружила Се Уду.
— Брат! Ты когда пришёл? — радостно воскликнула она, садясь рядом.
Се Уду улыбнулся:
— Когда ты вышла на поле.
Он видел, как его роза расцвела во всей красе, ослепляя всех вокруг.
Взгляд Се Уду ненавязчиво скользнул по стопке бумаг рядом. Се Цы тоже заметила их и спросила, что это. Се Уду лишь улыбнулся. Она взяла бумаги и нахмурилась.
Это были стихи, которые молодые люди поспешили написать в её честь, пока она переодевалась.
Се Цы усмехнулась, но не успела дочитать, как к павильону подошли несколько юношей. Се Уду слегка потемнел лицом и взял чашку с чаем.
Среди пришедших были и двое из рода Лян.
— Госпожа Се, ваша игра на поле была поистине великолепна!
Се Цы узнала одного из них:
— А, это вы! Вы отлично играли.
Юноша обрадовался:
— Госпожа Се обладает прекрасной памятью!
…
Слушая их похвалы, Се Уду крепче сжал чашку.
Се Цы радовалась комплиментам, но всё же сказала:
— Вы слишком добры. На самом деле мои навыки в джицзюй не идут ни в какое сравнение с умениями моего брата.
Все юноши повернулись к Се Уду.
Тот встал и слегка кивнул в знак приветствия:
— Давно не играл в джицзюй. Сегодня руки зачесались. Не хотите составить мне компанию?
http://bllate.org/book/8501/781306
Готово:
