Су Мэй взглянула на солнце и, улыбнувшись, сказала:
— И правда, уже полдень. В храме Цинъюань подают великолепную постную трапезу. Пойдём, сегодня я тебя, девочка, как следует накормлю.
Едва она это произнесла, из храмового зала донёсся глухой стук — будто колёса повозки катились по каменной плитке, только гораздо тише.
Су Мэй с любопытством обернулась.
У входа в зал появился мужчина.
Он сидел в кресле на колёсах. За его спиной царила полумгла храма, а перед ним лежало широкое пятно яркого солнечного света, окрашивавшего его белые одежды в золотистый оттенок.
Это же тот самый человек, что проходил мимо их дома два дня назад!
На этот раз Су Мэй смогла хорошенько рассмотреть его лицо.
Тонкие черты, необычайно высокий нос, глаза цвета янтаря. Его внешность сочетала в себе резкую, выразительную глубину черт Западных земель и сдержанную, внутреннюю красоту ханьцев.
Правда, выглядел он неважно: бледный, с лёгкой болезненной тенью на лице.
Взгляд его упал на высокий порог перед входом. Он едва заметно приподнял уголки губ — улыбка была такой слабой, что в ней не было и следа тепла. Даже солнечный свет словно потускнел рядом с ним.
Яньэр тихо вскрикнула, но тут же, стараясь скрыть смущение, торопливо проговорила:
— Госпожа, пойдёмте обратно.
Су Мэй машинально развернулась и сделала шаг прочь, но внезапно остановилась, резко вдохнув от изумления.
Как же она могла быть такой глупой! Янтарные глаза, черты с примесью Западных земель, парализованные ноги… Это ведь сам Цзиньский князь!
Он был здесь — так близко и в то же время так далеко.
Она понимала: нужно подойти к нему. Возможно, это единственный шанс для неё и для всего рода Су.
За несколько мгновений Су Мэй приняла решение.
Яньэр почувствовала дурное предчувствие и готова была убежать отсюда немедленно.
— Госпожа, скорее уходите!
— Уже иду, — ответила Су Мэй, но вместо того чтобы уйти, направилась к нему, переступая сквозь тени от деревьев, и весело произнесла:
— Здравствуй!
Летний ветерок зашелестел листвой, ветви ивы мягко покачивались, рисуя в воздухе изящные дуги. Весь мир замер в тишине, нарушаемой лишь шорохом ветра в кронах деревьев.
Мужчина молчал. В его глазах на миг мелькнуло что-то, но тут же исчезло без следа.
Голос Су Мэй был тихим и мягким, словно ласковый ветерок, пробегающий по глади воды:
— Нужна помощь?
— Нет, — ответил он низким, бархатистым голосом, полным холодной отстранённости. — Мои слуги уже идут.
Су Мэй почувствовала себя немного нахальной, но сделала вид, будто не расслышала отказа, и просто уселась на ступеньку прямо перед ним — теперь, если он опустит взгляд, сразу увидит её.
— Я никого не заметила по дороге сюда, — сказала она, обращаясь к Яньэр. — Сходи, поищи поблизости его людей.
Яньэр замешкалась: ей совсем не хотелось оставлять госпожу одну с незнакомцем.
Су Мэй улыбнулась:
— Мы в святом месте, чего тебе бояться? Беги скорее! А я пока отдохну здесь.
Яньэр не осталось ничего, кроме как подчиниться.
В воздухе витал лёгкий аромат — не цветочный, не ладан и не её собственный запах османтуса.
Су Мэй чуть приподняла уголки губ. У неё появилась новая идея.
Она больше не заговаривала с ним, а просто сидела спокойно, позволяя полуденному солнцу осыпать её золотым светом, наслаждаясь этой минутой тишины.
Сяо И тоже молчал. Между ними лежал высокий порог — один внутри храма, другой снаружи, один выше, другой ниже. Они были разделены, но в то же время удивительно гармонично дополняли друг друга.
Вскоре Яньэр вернулась с двумя мужчинами в одежде стражников. Один из них, высокий, смотрел странно: хотелось усмехнуться, но он сдерживался.
Сяо И бросил на него один взгляд — и выражение лица стражника мгновенно стало каменным.
Убедившись, что люди князя прибыли, Су Мэй встала, легко присела в реверансе и, взяв Яньэр за руку, неторопливо ушла, будто действительно просто отдохнула и помогла незнакомцу по доброте душевной.
Но едва они миновали пруд с кувшинками, как Су Мэй не удержалась и тихонько рассмеялась:
— Яньэр, найди мне лавку с благовониями!
— Помещение пусть будет небольшим, но в хорошем месте, лучше всего — на улице Ванфуцзе, — продолжала Су Мэй, шагая вперёд. — Цена не важна. Главное, чтобы товар и работники уже были на месте — я хочу открыть лавку сразу после покупки. Это срочно: займись этим сегодня же и сообщи мне результаты через три дня.
Яньэр остолбенела и только через долгую паузу робко возразила:
— Госпожа всегда любила смешивать ароматы, но ведь это было лишь развлечением, чтобы скоротать время. Отчего вдруг решили открывать лавку? Да ещё вчера госпожа Мэн говорила, что вам следует сосредоточиться на подготовке к свадьбе и не отвлекаться на посторонние дела.
Су Мэй бросила на неё короткий взгляд:
— Мои слова больше не имеют силы?
— Никак нет! — поспешно ответила Яньэр. — Сегодня же начну поиски.
— Отец запрещает семье заниматься торговлей, — продолжала служанка, всё ещё сомневаясь. — Если узнает, будет гневаться…
— При основании государства действительно существовал указ, запрещающий чиновникам торговать, — невозмутимо ответила Су Мэй. — Но прошло уже более ста лет! У кого из чиновников сейчас нет своих лавок? У рода Сюй целая улица магазинов! Одна моя лавка — разве это много? Этот указ давно превратился в мёртвую бумагу. Не бойся, делай, как я сказала.
Яньэр мгновенно уловила недовольство в голосе госпожи и благоразумно замолчала, склонив голову в знак согласия.
Когда они добрались до зала для чтения сутр, собрание уже закончилось. Ли Мама тревожно металась у дверей жилых помещений и, завидев Су Мэй, облегчённо прижала руку к груди:
— Слава небесам, вы наконец вернулись!
Су Мэй удивилась:
— Что случилось?
Ли Мама объяснила:
— В храм прибыл знатный гость, задний лес закрыли для паломников, а вас нигде не было. Госпожа Мэн совсем извелась от беспокойства.
Госпожа Мэн вышла из комнаты и внимательно осмотрела дочь, явно успокоившись:
— Главное, что ты цела. Пора спускаться с горы.
Су Мэй стало ещё любопытнее:
— Кто же этот «знатный гость», что вы так встревожились?
Госпожа Мэн потянула её за руку и тихо ответила:
— Цзиньский князь.
Эти слова окончательно подтвердили догадку Су Мэй. Внутри у неё всё затрепетало от радости, но внешне она лишь улыбнулась:
— Он меня не напугал, а вот вы напугали! Кажется, будто в храм пришёл какой-то злодей.
Госпожа Мэн не стала ничего пояснять, но Ли Мама шепнула:
— Этот князь и до того был замкнутым и странным, а после того как стал калекой… Обычному человеку такое не вынести, не то что ему! Говорят, из его дворца то и дело выносят мёртвых, и весь город ходит в страхе. Поэтому император и отправил его на юг лечиться.
Су Мэй поежилась, но тут же почувствовала, что что-то не так.
От князя не исходило ни капли жестокости. Та короткая встреча у храма, первоначальный испуг — и потом лишь ощущение медленно текущего времени и покоя.
Она сразу поняла: мать явно боится и настороженно относится к князю. Ни за что не одобрит, если она начнёт иметь дела с его домом.
Значит, всё нужно держать в тайне. Лавку нельзя открывать с помощью людей из дома, и Яньэр придётся строго настрожить.
Чем больше она думала об этом, тем тяжелее становилось на душе. Лишь выйдя за ворота храма, Су Мэй наконец смогла собрать мысли в чёткий план.
— Эй, да это же вторая госпожа! — вдруг воскликнула Яньэр. — Как она сюда попала?
Действительно, у прохладных паланкинов под деревом стояли двое — мужчина и женщина. Мужчина был высок и строен, одет в длинный зелёный халат; его осанка выдавала в нём изящного юношу. А девушка в алой кофточке, сияющая улыбкой в его сторону, была никто иная, как Су Юань.
Су Юань тоже заметила их и, слегка склонив голову, игриво сказала:
— Сестрица, я привела господина Сюй искать тебя. Как ты меня отблагодаришь?
Юноша обернулся. Его черты были прекрасны, и он смеялся широко и искренне:
— Сяо Мэй!
Сюй Банъянь раскрыл веер и, подойдя ближе, лёгким движением стукнул его по лбу Су Мэй:
— Уставилась на меня, опять околдована моей неотразимостью?
— Да провались ты! — Су Мэй вспомнила, как в прошлой жизни он женился на другой, и сердито плюнула. — Свою неотразимость оставь своим милым сестрицам! Мне она не нужна.
Госпожа Мэн нахмурилась:
— Говори вежливее. Он проделал долгий путь, чтобы найти тебя, а ты вместо благодарности капризничаешь.
Сюй Банъянь не обиделся, лишь громко рассмеялся и поклонился госпоже Мэн:
— Мать послала человека доставить приглашение в ваш дом, а я, устав от учёбы, решил прогуляться. Так и вызвался передать его лично.
Су Юань вставила:
— Как раз не застали вас дома, и я испугалась, что дело задержится, поэтому сразу повела господина Сюй сюда. Тётушка, надеюсь, вы не сочтёте меня нескромной?
Госпожа Мэн мягко улыбнулась и покачала головой.
Су Мэй тоже хотела усмехнуться: бабушка дома, главный управляющий дома — кому угодно можно было передать приглашение, зачем же ей так стараться, чтобы выглядеть услужливой?
Раньше она, возможно, разозлилась бы или разоблачила уловку Су Юань. Но сейчас ей было совершенно всё равно. Более того, в голову даже закралась мысль: интересно, кто победит в схватке — Су Юань или та двоюродная сестра Сюй Банъяня?
Сюй Банъянь энергично помахал веером, направляя прохладный ветерок прямо в лицо Су Мэй:
— Когда придёшь ко мне, не одевайся слишком ярко. Матушка любит скромность. Но и слишком просто не надо — всё-таки день рождения бабушки, пусть будет празднично.
Су Мэй развернулась и пошла прочь.
— Не уходи так быстро! Я же с тобой разговариваю! — закричал он ей вслед. — Приходи пораньше в день праздника, помоги матушке с приготовлениями… Эй, эй! Ты мне снова показываешь язык?
— Я ещё не твоя жена, чтобы ты уже начал мной командовать.
— Ну и настроение у тебя сегодня! — фыркнул он. — Это же ради тебя! Просто сделай вид, что помогаешь. Матушка всё равно не заставит тебя работать.
Су Мэй всегда знала: госпожа Сюй считает её слишком соблазнительной на вид и на самом деле не одобряет эту помолвку, соглашаясь лишь из уважения к старшей госпоже Су.
По сути, Сюй Банъянь был прав.
Но стоило вспомнить, как в прошлой жизни семья Сюй бросила их в беде, как ей стало тошно от этих показных усилий.
Сюй Банъянь поднёс веер к её голове, защищая от солнца.
— Если тебе неприятно — не делай. Только не отворачивайся от меня.
На лбу у него выступили мелкие капельки пота, голос стал хрипловатым от жары, но улыбка оставалась прежней — ленивой и рассеянной.
А сколько в ней искренности?
Су Мэй долго и пристально посмотрела на него, затем молча села в паланкин.
— Сяо Мэй! — Сюй Банъянь прижался к окошку паланкина. — После праздника бабушки я уезжаю учиться в Академию Интянь. Вернусь только к осенним экзаменам — почти на три месяца. Не злись на меня, ладно?
Су Мэй даже не взглянула на него и холодно приказала носильщикам:
— Пора ехать.
Через мгновение из окошка паланкина вылетела кожаная фляжка. Сюй Банъянь ловко поймал её и глуповато улыбнулся.
— Сшей мне мешочек на удачу — «три победы подряд». Для хорошего начала.
— Некогда!
— Ну ты и бесчувственная! Ведь я твой будущий муж. Если я сдам экзамены, тебе же честь будет.
— Не. Нуж. Но.
— …Когда-нибудь я умру — точно от твоего холода.
— Не волнуйся, я умру раньше тебя.
Паланкин внезапно дёрнулся, заставив Су Мэй вздрогнуть:
— Ты с ума сошёл?
Сюй Банъянь потряс онемевшей рукой:
— Комара прихлопнул.
— Рука не болит?
Ветер колыхал листву, листья сверкали изумрудным блеском на солнце. Летняя зелень была пышной и сочной. Юноша нахмурился, но в глазах его плясали весёлые искорки.
Су Мэй вдруг почувствовала горькую, необъяснимую печаль и отвела взгляд, тихо прошептав:
— Дурак.
Сюй Банъянь громко рассмеялся, но Су Мэй смеяться не могла.
Каким бы искренним он ни казался — семья Сюй не спасёт род Су.
Горный ветер прошёлестел у ворот храма. Сяо И сидел в своём кресле и смотрел, как паланкин Су Мэй исчезает за поворотом тропы. Лишь тогда он отвёл глаза.
Ещё семь дней — и он покинет столицу. В следующий раз, когда они встретятся, она, возможно, уже станет матерью.
«Встретимся…» — горько усмехнулся Сяо И. Какое «встретимся»? Всегда только он приходит к ней. В её глазах он — всего лишь чужой человек.
Стражник Сян Лян быстро пробежал сквозь ряды слуг и, опустившись на одно колено перед князем, тихо доложил:
— Ваше высочество, император срочно вызывает вас во дворец.
Брови Сяо И нахмурились:
— Я только что вышел из дворца утром. Что случилось?
Ведь он уже передал все дела и теперь был просто бездельником среди князей.
— Евнух Ся был вежлив, но не сказал ничего конкретного, — ответил Сян Лян. — Только настаивал, чтобы вы как можно скорее явились.
Сяо И больше не задавал вопросов и немедленно приказал спускаться с горы.
Слуги князя шли быстрее обычных домашних, и уже через четверть часа они нагнали семью Су.
Дорога была узкой, и кресло Сяо И поравнялось с паланкином Су Мэй.
Он не посмотрел на неё. Она же тайком взглянула на него.
В воздухе остался лишь лёгкий горьковатый аромат.
Яньэр, вернувшись домой, тайком нашла посредника и действительно отыскала подходящую лавку с благовониями. Правда, цена была высока — меньше чем за две тысячи лянов продавать отказывались.
Су Мэй осмотрела помещение: запасов благовоний на складе было немного, но ассортимент вполне достаточный, а двое продавцов за прилавком — опытные и знающие своё дело. Всё именно так, как она и хотела: можно начинать работу сразу после покупки.
Она осталась довольна.
http://bllate.org/book/10658/956792
Готово:
