Ренсли резко вскочил, вжимаясь спиной в стену, а посетители таверны разом повскакивали с мест. Повар и работники в панике бросились врассыпную, скрываясь на кухне. Воздух в помещении мгновенно отяжелел от нависшей угрозы.
— Сдаваться без боя я не намерен, так что приготовьтесь. — Процедил юноша, нахмурившись.
Даже сейчас, когда жизнь висела на волоске, желудок предательски заурчал при виде нетронутой миски с рагу.
“Моё рагу…” — Брови юноши скорбно поползли вниз.
В этот момент заговоривший с ним ранее мужчина тревожно повысил голос. Размахивая над головой листовкой, он закричал:
— Стойте, стойте! Тихо! Разговоров ходит много, да только ничего так и не доказано! Нет ни единой улики, подтверждающей мятеж, сговор с великой герцогиней или отравление великого герцога! Доказательств подмены фамильной реликвии или распускания слухов о мужском бессилии Его Светлости тоже нет! Ни одно обвинение не подтверждено!
“Погодите-ка... мужском бессилии? Этот нелепый слух разлетелся по всему континенту? И они думают, что это я его распустил?” — В фиалковых глазах мелькнуло искреннее смятение.
Мужчина, не обращая внимания на произведённый эффект, продолжал гнуть свою линию:
— Что бы там ни думал королевский двор Ольдранта, перед нами объявление о пропаже человека! Вы, охотники, так привыкли гоняться за преступниками, что забыли главное: мы здесь не злодея ловим, а возвращаем заблудшую душу! Наша задача — доставить этого красавчика в замок великого герцога, чтобы с его головы ни один волос не упал.
— К чему клонишь? — сухо бросил другой посетитель, явно теряя терпение от этой болтовни.
— Раз, два, три... нас тут человек двадцать. Награды с лихвой хватит на всех, каждый уйдёт с приличным кушем. Давайте обойдёмся без кровопролития и поделим всё по-честному. Так безопаснее для всех, включая парня. Начнётся потасовка — на шум слетится народ с улицы, как мухи на мёд.
Неожиданное предложение вызвало в таверне волну одобрительного шёпота. Лицо Ренсли стремительно теряло остатки красок. Из всех присутствующих недовольным оставался лишь он. Вся ситуация принимала катастрофический оборот. Хаотичная драка ему куда предпочтительнее. В хаотичной потасовке оставался шанс выскользнуть незамеченным или даже выйти победителем. Выстоять против единого фронта наёмников? В таком бою шансы на победу стремились к нулю.
“Нет, нельзя поддаваться панике. Алчные псы, гоняющиеся за звонкой монетой, редко славятся здравым смыслом. Кто-нибудь из них обязательно сорвётся... ну же, начните драку!” — До побеления костяшек сжимая рукоять кинжала, беглец отчаянно молился.
Однако чуда не произошло. В помещении сохранялось пугающее, доводящее до зубного скрежета единодушие.
— А он дело говорит. Неплохая мысль, — поддержал один из охотников.
Другой кивнул:
— Этот малый из тех, кто сначала бьёт, а потом спрашивает. Покалечим при задержании — лишимся награды, а то и сами крайними окажемся.
— Давайте закончим без шума. здесь на улице хватает желающих получить награду. Господин Мальрозен, мы доставим вас в замок герцога в целости и сохранности. Сопротивляться нет смысла. Вокруг полно головорезов, а так все останутся в выигрыше. Хозяин! Вешай табличку «Закрыто». Твои убытки мы возместим.
— Д-да, конечно! — Нервно выглядывавший из кухни повар, спотыкаясь, выскочил в зал и в панике бросился запирать входную дверь.
Взгляд, полный тревоги, скользнул за его движением. Плотно сжав губы и перехватив кинжал поудобнее, Ренсли рванул с места. Только что пришедшие к согласию наёмники опешили, а воздух разорвали удивлённые крики.
— Какого дьявола он творит?! Держи его!
Ренсли не сомневался в навыках фехтования и верховой езды, однако больше полагался на собственную скорость. В беге ему не было равных. Лазание по деревьям и покорение стен давались ему легко, словно дыхание. Иветт часто подшучивала, сравнивая брата с обезьяной. Сейчас его ноги вновь оказались быстрее чужих мыслей. Преследователи бросились следом, но юный беглец выскользнул из таверны за долю секунды до того, как повар успел повернуть ключ в замке.
Вырвавшись на улицу, юноша, сорвав с себя шарф, во весь голос закричал:
— Я Ренсли Мальрозен!
Даже под пасмурным небом его золотистые волосы вспыхнули сигнальным маяком, отчего прохожие замерли на полушаге. Десятки глаз устремились на бегущего юношу. Мгновение спустя двери таверны с грохотом распахнулись, изрыгая свору преследователей.
Беглец же умчался уже далеко вперёд, крича ещё громче:
— Ренсли Мальрозен здесь! Я — Ренсли Мальрозен!
— Лови его! Хватай ублюдка!
Остолбеневшие зеваки наконец сбросили оцепенение и присоединились к погоне. Тем временем Ренсли перемахнул через ограду ближайшего дома и вскарабкался на крышу. Он прыгал со здания на здание, с каждым скачком забираясь всё выше, в то время как разъярённая толпа упорно гналась по его пятам, осыпая беглеца проклятиями и приказами.
— Достану из лука! — рявкнул стрелок, накладывая стрелу на тетиву.
— Отставить! — гаркнул бегущий рядом мечник. — Покалечишь его — плакали наши денежки!
Бросив взгляд через плечо на бегу, Ренсли заметил мага. Тот направлял в его сторону посох, читая заклинание. Неизвестность готовящегося колдовства леденила кровь в жилах. В памяти всплыл момент оцепенения из-за магии Гизелля: унизительное лишение воли и принудительное, постыдное лечение. Лицо юноши побледнело. От физического удара можно было увернуться, но способов защиты от чар Ренсли не знал.
— Чёрта с два я уступлю добычу! — прорычал чародей.
Заклинание не успело сорваться с губ, как с оглушительным рёвом другой наёмник обрушил на мага боевой молот. Волшебник рухнул, корчась и вопя от боли. Воспользовавшись суматохой, Ренсли метнулся вперёд и нырнул за дымоход. Присев на корточки, он осторожно выглянул вниз. Как и ожидалось — нет, как и было задумано — преследователи вцепились друг другу в глотки. Клубок из тел и клинков слился в безумной драке, ведь каждый из них жаждал заполучить куш единолично.
— Так-то лучше. — Удовлетворённо кивнул Ренсли.
Люди по своей природе глупы. Ради маячащей перед носом выгоды они готовы пожертвовать куда большим. Вскочив на ноги, он вновь побежал по крышам. Теперь, когда началась неразбериха, весть об обнаружении беглеца разлетится со скоростью лесного пожара. Вечно убегать не получится. Необходимо найти укрытие, чтобы раствориться без следа. Отчаиваться рано. Даже там, где нависла огромная беда, всегда припрятана и крошечная удача. Пробираясь по крышам, Ренсли, пригнувшись, выцепил взглядом повозку, медленно выезжавшую за пределы деревни, доверху гружёную сухим сеном. Возница с добродушным лицом меньше всего походил на охотника за головами. В ту самую секунду, когда крестьянин потянулся к вожжам, Ренсли прыгнул и приземлился точно в центр снопа. Золотистые стебли издали мягкий шелест, полностью поглотив звук его падения. Не теряя ни секунды, беглец зарылся глубоко в сено, исчезая из виду. Телега покатилась вперёд, и юноша издал долгий, тихий вздох облегчения.
“Почему вечно чёртова телега?” — Лёжа на дне повозки, Ренсли невольно предался горьким размышлениям о собственной судьбе.
***
По коридору стремглав нёсся рыцарь — один из «Глаз Ордена». Кодекс чести строго запрещал бегать по замку. Лишь один член Ордена плевать хотел на это правило, но сейчас его во дворце не было. Так или иначе, любому встречному становилось ясно: произошло нечто из ряда вон выходящее.
— Командир!
Антонин оторвался от изучения рапорта. За последние дни тени под глазами мужчины заметно сгустились.
— К чему эта суета? — резко спросил он, пронзая подчинённого цепким взглядом.
— Обнаружен Мальрозен.
— Что? — Антонин немедленно отложил бумаги и поднялся. — Докладывай во всех подробностях.
— Его видели в таверне приграничной деревни. Очевидцы утверждают, будто он спокойно зашёл поужинать, совершенно не ведая о награде за свою голову. Там его и узнали. Поднялась суматоха, но в дело вмешались охотники за головами.
— И? Он ранен?
— О ранениях не сообщается. Как вам известно, Рен... Мальрозен невероятно ловок. Ему вновь удалось скрыться до того, как его схватили.
— Снова скрылся? — недоверчиво переспросил командир. Выдержав паузу, он тяжело вздохнул. — Должно быть, впал в панику, узнав о розыске. Я ведь не раз предупреждал, что действовать подобным образом нельзя.
— Первый министр и министр внутренних дел требовали решительных мер, что нам ещё оставалось? Даже командир королевского патруля встал на их сторону.
— Я лично доложу Его Светлости…
— Разумно ли беспокоить герцога до выяснения всех обстоятельств?
— Пусть услышит хотя бы обнадёживающие вести. Слухи об этом наверняка уже поползли, но сам помалкивай.
С этими словами Антонин Сорель быстрым шагом покинул кабинет в ставке командования. Как и ожидалось, замок гудел от перешёптываний прислуги, что при его приближении умолкала и бросалась врассыпную. Командующий стремительно вошёл в главную башню замка Рудкен, однако путь его лежал отнюдь не в кабинет великого герцога, не в подземное святилище и не в роскошные опочивальни. Не направился он и ни к бывшим покоям Ренсли Мальрозена, и ни в спальню великой герцогини.
Миновав центральный коридор, мужчина вышел на задний северный двор. Пересекая заброшенные сады и пустыри, Антонин добрался до самого края северной внешней стены замка. Это была запретная зона, закрытая для обычных обитателей и служащих. В случае прорыва демонов сквозь Великую Стену, этот рубеж должен принять удар следующим. Доступ сюда разрешался исключительно в военное время и лишь для строго определённых рыцарей и солдат. В мирные дни приближаться к стене дозволялось только лишь самому великому герцогу, доверенным чародеям и рыцарям, а также по особому разрешению высокопоставленным советникам. Вплотную к северной стене возвышалась массивная прямоугольная башня. Увенчанная дозорной вышкой, эта громадина подавляла мрачным видом и ледяным холодом, исходящим от её стен. Здесь располагалась тюрьма для изменников и приговорённых к смерти. Считалось, что северная башня кишит призраками, проклятиями и мстительными духами, поэтому даже завсегдатаи замка Рудкен обходили её стороной. Видимых дверей не было. Лишь два чародея несли караул у глухой стены.
Антонин подошёл к стражам:
— Я прибыл к Его Светлости.
http://bllate.org/book/12459/1660346
