Глава 34. Кроваво-красный.
На следующий день Фу Тинсяо и Чэн Чжо вновь приехали в ночной клуб уже с ордером на обыск. Теперь они стояли у той самой скрытой двери ведущей к жилому дому, которую обнаружили накануне.
В железной двери не оказалось никакого секрета. Ван Хуэйтэн достал серую карту, провёл ею сбоку по считывателю, и дверь сразу поддалась. Чэн Чжо коротко переглянулся со своими людьми, и сопровождавшие их сотрудники полиции тут же взяли Ван Хуэйтэна под руки.
— Господин Ван, пройдите сюда. Не мешайте нашей работе.
Тому оставалось лишь подчиниться.
Дальнейшая работа шла чётко и размеренно, хотя и была довольно однообразной. Под руководством Чэн Чжо полицейские разделились на три группы и начали обходить апартаменты, стучась в каждую дверь и опрашивая жильцов.
Ордер, заранее полученный в суде, был выдан в первую очередь для проверки незаконного трудоустройства, поэтому у каждого сотрудника полиции при себе была небольшая фотография А-Ты. Но за ней была ещё одна — фотография А-Чжуан, снятая в морге, где она лежала с пепельно-серым лицом.
На этаже было восемь квартир, в пяти из них им открыли дверь. Чэн Чжо стоял на пороге, сохраняя вежливую дистанцию, и когда дверь апартаментов 105 медленно приоткрылась, на пороге появилась женщина.
— Кто там?
Осветлённые волосы давно не подкрашивали, они были сухими и пожелтевшими. Сейчас она была не на работе и выглядела измученной и сонной.
— Ты работала в «Цзиньцзюэ» позавчера вечером? Мы хотим задать тебе несколько вопросов.
Женщина уже собиралась закрыть дверь, но, увидев сотрудников уголовного розыска в форме, поняла всю серьёзность ситуации. В итоге ей пришлось согласиться, но перед этим она попросила дать ей пять минут.
Женщина представилась Вэй Сюэ. Приехала она из другой провинции и жила в Биньцзяне уже больше года.
И когда Вэй Сюэ уже собиралась вернуться в дом, чтобы привести себя в порядок, Чэн Чжо остановил её. Сначала он попросил показать, где находятся апартаменты принадлежавшие А-Чжуан. Затем спросил, есть ли у неё или у других сотрудников пароль либо ключ-карта от двери. Получив отрицательный ответ, Чэн Чжо сказал:
— Свяжитесь с управляющей компанией, возьмите у них запасной ключ.
Но Фу Тинсяо предложил:
— Похоже, тут «умный» замок. Давайте попробуем отключить питание.
После отключения электричества такой замок можно было открыть механически.
Тан Инин подошла с ящиком, внутри которого тут же загремели инструменты. Но Чэн Чжо вдруг кое-что вспомнил и остановил её.
— Подожди. Дай-ка я попробую.
Чжан Хаожань решил, что Чэн Чжо сейчас просто выбьет дверь ногой. В молодости тот и правда не раз такое вытворял, и в управлении до сих пор ходили легенды о некоторых его выходках. Но стоило Чжан Хаожаню отступить на пару шагов, как он увидел, что Чэн Чжо достал из кармана ту самую серую карту и провёл ею перед замком.
Раздался короткий сигнал, и индикатор загорелся зелёным. Замок неожиданно открылся.
Чэн Чжо и Фу Тинсяо переглянулись. Оба сразу почувствовали, что здесь что-то не так.
К этому времени Вэй Сюэ уже успела привести себя в порядок: нанесла лёгкий слой тонального крема, накрасила губы, и лицо сразу стало выглядеть свежее. Похоже, она уже поняла, что ситуация принимает неблагоприятный оборот, и поспешно сказала:
— Товарищи полицейские, мне чуть позже ещё нужно выйти по делам, так что если я вам больше не нужна…
Чэн Чжо сразу посерьёзнел. От прежней вежливой улыбки не осталось и следа.
— Госпожа Вэй, вам придётся подождать.
— У меня правда срочное дело, — Вэй Сюэ заметно занервничала.
Но Чэн Чжо ей не поверил. Если бы у неё действительно были срочные дела и она собиралась уходить, то к моменту, когда они постучали в дверь, она уж точно не стояла бы перед ними растрёпанная и в неподходящей одежде, совершенно не готовая к выходу. Очевидно, что никаких планов у неё не было. Просто, увидев, что полиция начала проверять апартаменты А-Чжуан, она захотела поскорее ускользнуть.
Изначально Чэн Чжо собирался провести всего лишь обычный опрос, но, глядя на поведение госпожи Вэй, невольно насторожился. Неужели в доме А-Чжуан скрывалось что-то, чего нельзя показывать? И связано ли это с ней самой?
Чэн Чжо обменялся взглядами с Фу Тинсяо. Тот, похоже, сразу понял его мысли. Он указал сначала на себя, потом на апартаменты, давая понять, что им нужно разделиться. Чэн Чжо останется снаружи и продолжит расспрашивать Вэй Сюэ о жильцах и обстановке в доме, а сам он вместе с остальными сотрудниками и криминалистами займётся осмотром жилья и сбором улик.
Чэн Чжо едва заметно кивнул. Отводя Вэй Сюэ на пару шагов в сторону, ближе к стене коридора, он вдруг подумал: с каких это пор у них с Фу Тинсяо появилось такое молчаливое взаимопонимание?
***
Внутри апартаментов А-Чжуан царил полный беспорядок. Одежду из шкафа вытащили и побросали на пол, книги, журналы и бумаги были перевёрнуты вверх дном. А в спальне у туалетного столика творился настоящий разгром. Там косметика валялась и на столе, и на полу.
Лицо Фу Тинсяо тут же помрачнело.
— Мы опоздали.
Если бы вещи переворачивала сама А-Чжуан, она должна была хотя бы примерно знать, где искать, и не устраивала бы такой хаос. Здесь же всё выглядело так, будто кто-то в панике перерыл дом, попутно разнося всё вокруг. А значит, тот, кто приходил сюда, с большой долей вероятности являлся главным подозреваемым.
Фу Тинсяо сразу достал рацию.
— Внимание группе осмотра. Мы сейчас в апартаментах 107 с южной стороны здания. Помещение уже не в первоначальном состоянии. Ведите непрерывную видеосъёмку. Любой предмет перед тем как переместить нужно промаркировать, сфотографировать и изъять как улику.
Фу Тинсяо, стоя у дальней стены комнаты, махнул и подозвал Тан Инин к себе. Та немного поколебалась, потом всё же достала свою рацию и сказала:
— Может… вызвать подкрепление? Или дождаться начальника отдела?
Учитывая сложность ситуации, Тан Инин решила, что Фу Тинсяо собирается вызвать руководителя криминалистов. Но тот лишь махнул рукой.
— След от помады нашла именно ты, и ты проанализировала материалы. Нейротоксин разлагается очень быстро, а сейчас очевидно, что кто-то уже побывал здесь раньше нас и попытался замести следы. Мы теряем время, так что начинай прямо сейчас.
Тан Инин кивнула. Доверие команды придало ей уверенности. Она быстро надела маску и перчатки, одной рукой подняла свой тяжёлый чемодан криминалиста и осторожно вошла на место преступления.
Апартаменты были перевёрнуты вверх дном, вещей и следов оказалось слишком много, но в этом беспорядке всё же прослеживалась определённая логика. Фу Тинсяо окинул комнату взглядом и почти сразу заметил странность.
Тщательный осмотр был стандартной процедурой. Тан Инин уже направилась к стене, собираясь начать обследование помещения, но Фу Тинсяо опередил её и указал на комнату внутри апартаментов.
— Здесь перевернули много всего, но если присмотреться, то особенно тщательно перерыли…
— Туалетный столик, — глаза Тан Инин сразу загорелись. — И это как раз совпадает с тем, что мы ищем. Ведь орудие убийства — это помада с нейротоксином.
Она мгновенно поняла, на чём должен быть сосредоточен осмотр.
— Подозреваемый подарил жертве помаду, и после этого она, скорее всего, всё время оставалась у неё. А когда убийство удалось, он захотел вернуть орудие преступления, чтобы избежать возможного выхода на себя, — предположил Фу Тинсяо.
Тан Инин кивнула, надела перчатки и принялась по одной проверять помады на туалетном столике, сортируя, фотографируя и фиксируя каждую. Десятки тюбиков самых разных оттенков, и с каждого предстояло взять образцы на анализ. Криминалистам придётся несколько дней подряд сверять результаты, а учитывая, в каком разгроме находилась комната, оставалось неизвестно, здесь ли вообще ещё это орудие убийства.
Фу Тинсяо тем временем присел на корточки в гостиной и начал внимательно перебирать разбросанные бумаги.
— Нашли дневник? Что там написано? — спросила Тан Инин.
— Больше похоже на бухгалтерскую книгу. Мелкие записи расходов, но…
Он достал телефон и открыл ту самую фотографию, что им передала Ли Чжувэй. На ней был образец почерка таинственного информатора. Обратное написание буквы «S», характерная манера выводить цифру семь — все эти детали совпадали поразительно точно. Если раньше сходство между почерком информатора и той цепочкой цифр, которую А-Чжуан написала собственноручно, ещё можно было счесть совпадением, всё-таки там было всего одиннадцать цифр, то теперь этот блокнот, где были и буквы, и числа, давал куда больше материала для сравнения и почерковедческой экспертизы.
Похоже, А-Чжуан и была тем самым информатором. А этот блокнот — лучшее тому доказательство. Подумав об этом, Фу Тинсяо снова заговорил:
— Перед смертью погибшая связывалась с полицией и собиралась передать информацию с разоблачением. Что бы это ни было, её собственные сведения или тайны, связанные с делами ночного клуба, она наверняка сделала копии и где-то их спрятала. Нужно поискать электронные носители, а ещё бумажные документы и фотографии.
— Ага. И все кабели питания тоже нужно проверить, — отозвалась Тан Инин.
В апартаментах было две линии кабелей: одна шла к удлинителю и остальной технике в комнате, другая — через потолок.
Тан Инин несколько раз провела лучом фонарика по углам комнаты, затем сразу попросила управляющую компанию принести лестницу. Взяв маленький молоток, она начала простукивать стену.
— Краска на стыке стены и потолка выглядит заметно свежее, чем вокруг, — сказала она.
В ответ раздался гулкий звук, совсем не такой, как у сплошной кирпичной стены. Вскоре показалась и узкая щель, а сверху посыпалась пыль.
— Тут что-то не так, — голос Тан Инин стал взволнованным. Она подошла к ящику и достала оттуда инструмент. — Попробую вскрыть.
Подвесной потолок поддался почти сразу. Тан Инин закашлялась от поднявшейся пыли, но глаз не сводила с тёмного пространства внутри. В потолочном зазоре лежал серебристо-серый чемодан.
Фу Тинсяо тут же вспомнил тот вечер несколько дней назад, когда они впервые пришли в ночной клуб «Цзиньцзюэ» и столкнулись с А-Чжуан. Тогда она вроде бы очень спешила и, кажется, несла именно этот чемодан. На ней было облегающее платье и туфли на высоком каблуке, и этот строгий деловой чемодан совершенно не сочетался с её образом. Неужели именно тогда она заключила с кем-то какую-то сделку, которая в итоге и привела её к гибели?
Тан Инин осторожно сняла чемодан. Он оказался не заперт и даже закрыт неплотно, будто его спрятали в спешке. Когда крышка открылась, внутри показались толстые пачки купюр по сто юаней.
Фу Тинсяо в перчатках раздвинул одну из них и заметил, что большая часть банкнот имели последовательные серийные номера, за исключением одной стопки посередине. Её явно уже кто-то переворошил. Он наклонился и принюхался. От денег всё ещё чувствовался свежий запах печатной краски.
— Судя по моему опыту силовых тренировок, где я тягаю железо, здесь где-то от восьмисот тысяч до миллиона, — прикинула Тан Инин.
Фу Тинсяо кивнул и жестом подозвал криминалистов, чтобы те занялись фотофиксацией и изъятием улик. Сам же поднял взгляд на противоположную стену.
Тан Инин проследила за его взглядом и тоже посмотрела наверх.
— Что, и там что-то спрятано? Зачем нужно было идти на такие сложности?
Фу Тинсяо покачал головой и переставил лестницу к другой стене. В этом углу комнаты виднелся вертикальный кабель-канал, хотя кондиционера там не было. Благодаря своим длинным ногам он в один шаг оказался на самом верху лестницы.
— Что-то не так с проводкой? — в недоумении спросила Тан Инин.
— Пока непонятно, — ответил Фу Тинсяо. — Дай плоскую отвёртку, которая только что была у тебя.
Стоя на самом верху лестницы, он обернулся, и с этого ракурса увидел спину Чэн Чжо, который стоял в это время на лестничной площадке. Опустив голову, он помогал Вэй Сюэ прикурить. Сам же курить не стал, только по-прежнему старательно делал записи в своём блокноте.
Через несколько секунд Тан Инин протянула отвёртку. Фу Тинсяо осторожно поддел край кабель-канала, и в следующий миг в комнате повисла тишина. За панелью оказался вовсе не разъём питания, а замаскированная миниатюрная камера с широкоугольным объективом «рыбий глаз».
Фу Тинсяо остался совершенно спокоен и только сказал стоявшему рядом полицейскому:
— Для начала закройте дверь.
На месте происшествия сейчас было слишком много человек, но чем меньше людей знали о таких важных уликах по делу, тем лучше.
Глаза Тан Инин округлились от удивления, она передала ему фотоаппарат и сказала:
— Неужели кто-то снимал такие видео, чтобы потом шантажировать людей, вступавших с ней в интимную связь?..
Подобные случаи районные управления Биньцзяна расследовали уже не раз, и ничего необычного в этом не было. Как правило, всё квалифицировалось как вымогательство, и до убийств такие истории доходили крайне редко.
Но почти сразу Тан Инин заметила странность.
— Нет… ракурс совсем не тот. Даже для широкоугольной камеры. Её установили в гостиной, а не в спальне, и направлена она не на дверь спальни, а на гостиную и вход. Не похоже, что погибшая снимала это по собственной воле и ради вымогательства. Кто-то вёл за её жилищем круглосуточное наблюдение на все триста шестьдесят градусов.
Тем временем за дверью апартаментов разговор всё ещё продолжался. Вэй Сюэ выпустила кольцо дыма и немного расслабилась.
— А-Чжуан приехала в наш город два года назад. Работала хорошо, к ней все относились заботливо, так что все младшие девочки звали её Чжуан-цзе.
— В том числе и ты?
Вэй Сюэ слегка напряглась.
— Нет, я здесь появилась гораздо раньше неё, — уловив собственный тон, она тут же пояснила: — Я имею в виду… я и по возрасту старше неё.
— А что насчёт несовершеннолетних девушек? — спросил Чэн Чжо, после чего показал фотографию у себя в руках. — Например, А-Ты?
Вэй Сюэ плотно сжала губы, но наконец произнесла:
— Я… я не знаю, сколько ей лет. Я почти с ней не пересекалась, обычно сам босс напрямую выдаёт ей указания.
Первая половина сказанного явно была ложью, но Чэн Чжо решил не продолжать эту тему, вместо этого он спросил:
— Пока А-Чжуан работала в «Цзиньцзюэ», у неё были какие-нибудь отношения с мужчинами? Может, в последнее время что-то изменилось в личной жизни или были какие-то любовные конфликты?
— Она вроде как нашла себе богатого покровителя, — ответила Вэй Сюэ. — Очень богатого. Кто именно, я не знаю, но он постоянно приезжал к ней в «Цзиньцзюэ», проводил с ней время, покупал сумки, украшения, косметику. Словом, подарков от него она получала немало. Ещё он хотел встречаться с ней вне клуба, но менеджер не разрешал.
— В последний рабочий день вы пошли в клуб вместе? — с задумчивым видом спросил Чэн Чжо.
— Нет, — покачала головой Вэй Сюэ. — В тот день я приехала, кажется, только после полуночи. Когда зашла в комнату отдыха, она, наверное, уже была там. Я увидела её косметичку.
Похоже, Вэй Сюэ и сама поняла, что проговорилась. На её лице отчётливо проступило беспокойство.
— У вас общая гримёрка и комната отдыха. Можешь вспомнить, что она тогда тебе говорила? — тут же продолжил Чэн Чжо. — В тот вечер она собиралась к тому же человеку? К тому богатому мужчине, о котором ты говорила?
Вэй Сюэ покачала головой.
— Нет, в тот вечер я не видела этого постоянного клиента.
В этой фразе Чэн Чжо уловил что-то странное, но неожиданно сменил тему и спросил:
— Тогда можешь рассказать, как она тогда делала макияж?
Вэй Сюэ явно удивилась такому вопросу, но всё же постаралась вспомнить.
— В тот день на ней было красное платье, и макияж тоже был в винтажном стиле. Тон она нанесла довольно плотный, вместо фиксирующей пудры использовала спрей, чтобы кожа выглядела увлажнённой и сияющей…
А-Чжуан была в облегающем тёмно-красном платье. Густые чёрные волосы мягко ложились естественными волнами. Она выбрала тональный крем на один оттенок светлее обычного, подчеркнула черты лица контурингом, а на щёки добавила немного румян персикового цвета.
— Брови… у неё было три или четыре разных способа их подкрашивать. Обычно она просто слегка придавала им форму, а для современного макияжа использовала щёточку и карандаш, чтобы сделать их более выразительными. Но в тот вечер у неё был именно винтажный образ, поэтому она взяла чёрно-серый оттенок.
Брови были выведены тончайшей линией, точь-в-точь как в макияже в ретро стиле. А глаза, напротив, были накрашены особенно тщательно, подчёркивая её чарующую и соблазнительную форму. Всё было идеально выверено. От такой захватывающей душу красоты невозможно было отвести глаз, даже если, видел её каждый день, даже если ты женщина.
— Последним шагом была помада…
Вэй Сюэ вспомнила, как в тот вечер, сидя перед туалетным столиком, она мельком увидела сверкнувший в тонкой руке А-Чжуан футляр, который та достала из сумочки.
Помада Aurelia Royal Collection была создана совместно ювелирным домом и французским парфюмерным ателье, некогда поставлявшим ароматы для королевского двора. По всему миру выпустили лишь двадцать тысяч экземпляров. Каждая помада имела собственный уникальный номер и сертификат подлинности. Колпачок был выполнен в форме объёмной короны и инкрустирован бриллиантом в 0,5 карата. Стоило нажать на камень, как с тихим, приятным щелчком выдвигался стик. Вэй Сюэ до сих пор помнила ощущение тяжёлого футляра в руке и этот звук. Звук, принадлежавший миру аристократов.
— А что на счёт цвета помады? — внимательно посмотрев ей в глаза, спросил Чэн Чжо.
Вэй Сюэ сглотнула.
— Помада? Я… я не помню.
Чэн Чжо постучал в дверь, и ему открыл Фу Тинсяо.
— Что случилось?
— Вещи на туалетном столике уже сфотографировали? — спросил Чэн Чжо. — Пусть госпожа Вэй попробует их опознать.
Вэй Сюэ внимательно перебирала помады одну за другой, а затем указала на розовый футляр.
— Возможно, вот эта. Я правда плохо помню.
Тань Инин опустила взгляд на помаду, которая явно была дымчато-розового нюдового оттенка, и нахмурилась.
Чэн Чжо кивнул и жестом показал Вэй Сюэ на выход.
— Оставьте, пожалуйста, свои контакты. Возможно, позже нам ещё понадобится ваше содействие в расследовании.
Это означало, что допрос временно подошёл к концу. Вэй Сюэ с облегчением выдохнула, оставила номер телефона, а затем вернулась к себе и плотно заперла дверь.
Её рука скользнула к самому дальнему углу выдвижного ящика и коснулась холодного предмета. В следующую секунду пальцы пробила неконтролируемая дрожь. Вскоре эта тонкая рука показалась из окна, и сверкающий предмет, описав дугу, упал в густые кусты.
Только если лечь на землю и очень внимательно всматриваться сквозь траву и ветви, можно было заметить слабую игру света.
Футляр был покрыт платиной и украшен викторианской ручной резьбой. Это была та самая лимитированная помада Aurelia из серии «Вечная корона». Оттенок CR01, Rouge de Sang — «Кроваво-красный».
http://bllate.org/book/12532/1639047
