Конечно, с лицом, похожим на мягкий тофу, Аджин вовсе не выглядел устрашающе. Он был просто забавным. То же самое было и с его ругательствами, которые даже аджумма не могла разобрать. Единственное, что было слышно отчетливо, так это слово «ублюдок», которое сразу же следовало за именем Джингёля. Пожилая женщина, сидевшая на стуле и отдыхавшая, окликнула мальчика:
— Аджин.
— Что?
— То, что ты только что сказал. Иди к боссу и скажи ему то же самое.
— …Я что, с ума по твоему сошел? — раздраженно спросил Аджин.
Аджумма наклонилась к нему ближе.
— Босс будет счастлив.
Парень не мог понять, о чем она говорит. Что тут такого хорошего, что он будет в восторге? Аджин слегка нахмурился.
— …Может, наш босс и идиот, но он не такой уж плохой, — засмеялась аджумма.
От ее горлового смеха, казалось, задрожал стол. Она смеялась так громко, что все во дворе уставились на нее.
Сокджу тоже посмотрел в сторону громкого звука. Его взгляд встретился со взглядом Аджина. Мальчик вздрогнул и тут же отвернулся. Он сильно ударил женщину по предплечью.
— Аджумма, ты с ума сошла? Что ты делаешь? Замолчи!
— Ха-ха-ха!
Но аджумма не замолчала, а наоборот стала смеяться еще сильнее. Глядя на нее и все сидящие за столом нуны начали хихикать. Раскрасневшееся лицо Аджина стало ярко-красным под многочисленными пристальными взглядами.
Аджин не знал, что ему делать. Топая ногами, он схватил со стола большой кусок ссама и отправил в рот Ккотним-аджумме. Ее смех тут же утих, и взгляды, устремленные на них, рассеялись.
— Что с тобой, аджумма? Ты это сделала, чтобы посмеяться надо мной?
— Уф… — с надутыми щеками она энергично кивнула головой.
Аджин уставился на нее, и она доев все, снова рассмеялась, но уже не так громко.
Приветственная вечеринка продолжалась. Аджин с трудом стоял, перенеся свой вес на чуть более короткую ногу. Но немного позже, он не выдержал и уселся на землю вытянув ноги. Ему очень хотелось просто войти в дом и лечь, притворяясь большим куском мяса. Уже и стоять и сидеть было утомительно. Может быть, еще и выпивка усугубляла его состояние.
Аджин потянулся и почувствовал на своей спине руку. Кто-то похлопал его по спине. Это было не грубо и не больно, просто легкий и мягкий толчок.
Аджин присел на корточки и повернул голову. Он увидел деревянный стул и спину Сокджу, который шел прочь. Его дурумаги высоко развивалось на ветру.
Аджин посмотрел на пустой стул, а после снова перевел взгляд на удаляющегося Сокджу. В его голове внезапно появились слова аджуммы.
«Он постоянно смотрит на тебя, идиот».
Аджин разинул рот, пододвинул стул и плюхнулся на него. Это был жесткий деревянный стул, но ему сейчас он казался таким же мягким, как диван в покоях Сокджу.
Аджин ухмыльнулся и закинул в рот мясо. Пока он ел, аджумма с улыбкой смотрела на него.
— Хочешь, я приготовлю тебе рагу из кимчи, если ты голоден?
— Не беспокойся.
— Я сейчас вернусь.
Аджумма встала, но Аджин взял ее за локоть и усадил обратно.
— Все в порядке. Сегодня никто не работает. Так почему же ты хочешь пойти и снова готовить есть? Ешь мясо, смотри сколько его. Ты ведь так мало ела.
Аджин выложил перед ней на тарелку приготовленное мясо, и она почувствовала на себе взгляды сидевших рядом нун. Но сделала вид, что ничего не заметила.
Сегодня она съела не так уж много мяса. Меньше пяти кусков, не считая того, что Аджин ранее засунул ей в рот. Не то чтобы она не любила мясо или ела его меньше обычного, просто сегодня ей почему-то не хотелось.
— У меня нет аппетита в эти дни. Съешь сам.
— …
При этих словах глаза Аджина сузились. Он вдруг вспомнил, что она совсем мало ела вчера и позавчера. Он внимательно осмотрел ее. Это было не слишком заметно, и кто не был с женщиной близок, вряд ли вообще заметил, что цвет ее лица стал более бледным. Это не особо бросалось в глаза, но все же было заметно.
Охваченный беспокойством, Аджин нахмурил брови.
— Почему у тебя нет аппетита? Летняя жара давно закончилась. Съешь мясо.
— Я же сказала, что не хочу есть…
— Ешь…
Женщина тяжело вздохнула и неохотно взяла палочки. Когда Аджин увидел, что она жует мясо, то его плечи тут же расслабились.
В этот момент Мёнджин хлопнул в ладоши. Его ладони были довольно большими и звук получился громким. Все взгляды обратились к нему.
— С сегодняшнего дня у нас новый член семьи. Почему бы нам не сфотографироваться всем вместе?
Мёнджин жестом указал на странствующего фотографа. Фотограф принялся старательно разворачивать камеру. Члены фракции подняли столы и переставили их в сторону. Чтобы не мешаться, слуги тоже отошли. Аджин собрал свои палочки и тарелку и отошел дальше во двор. Он притащил стул, на котором сидел Сокджу, и поставил его в стороне.
Мёнджин махнул рукой слугам.
— Куда вы? Все кто работает у нас, идите сюда. Давайте, давайте подойдите и встаньте здесь.
На лицах всех присутствующих было озадаченное выражение. Члены организации уже выстроились в пять рядов. Первый ряд сидел, скрестив ноги, второй ряд присел, третий ряд опустился на пол, а четвертый поднялся на деревянный пол веранды.
Все быстренько разглаживали свою растрепанную одежду и приводили свой не совсем нормальный от выпитого алкоголя вид. Многие поправляли свои прически, чтобы придать тем самым себе более опрятный вид.
Растерявшиеся слуги все это время беспокойно суетились.
— Почему вы хотите нас сфотографировать?
— Разве мы должны быть на фотографии вместе?
— Почему?
— Мы же семья, семья.
— Я чувствую себя очень хреново. Я слышал, что человек сойдет с ума и его душа улетит, если он будет запечатлен на фото.
— Да пошел ты. Ты знаешь вообще сколько стоит фотография? Перестань спорить и стой спокойно. Лучше посмотри, как выглядит мое лицо?
— Если мы сфотографируемся вместе, то вы поделитесь снимками с нами?
— Я обязательно повешу ее где-нибудь в доме на видном месте, — пообещал Мёнджин.
— Давайте сфотографируемся. Хорошо? Все, все готовы? Улыбайтесь.
Слуги недоуменно стали вставать кто куда. Среди них так же были Аджин и аджумма. Они стояли с краю. Аджин стоял во втором ряду слуг и получился дальше всех. Его никогда раньше не фотографировали, поэтому он не знал, что делать.
Пока он стоял там, аджумма рядом с ним потянула вниз края его одежды.
— Подними голову, не закрывай глаза и не моргай. Убери немного челку. Да, да, совсем чуть-чуть. Нос должен хотя бы виден быть.
— Аджумма, не умру ли я если меня действительно сфотографируют?
— Значит по твоему, все актеры в театре и президент — это трупы?
— А… понятно, — кивнул Аджин соглашаясь.
Сокджу стоял в центре. Мёнджин бухтел себе под нос, поправляя его дурумаги и пиджак.
Когда все были готовы, фотограф махнул рукой.
— Все смотрите сюда.
Аджин отвел взгляд от Сокджу и посмотрел вперед.
На счет «раз, два, три» вы должны широко открыть глаза и приподнять подбородок. Все громко, дружно и с улыбкой говорим «ким-чи-чи». Хорошо?
— Хорошо!
— Попробуйте сначала.
— Ким-чи-чи!
Раздался хор не дружных голосов, а затем все разразились хохотом. Аджин смеялся вместе со всеми. Он вдруг напрягся и взял за руку стоявшую рядом с ним аджумму. Аджин почему-то странно нервничал, и боялся делать снимок.
Фотограф уткнулся лицом в черный брезент, прикрепленный к камере, и крикнул.
— Так, приготовились. Раз-два-три!
— Ким-чи!
Щелк!
Раздался хлопок, и все вокруг осветилось, словно резко взошло солнце.
После этого приветственная вечеринка закончилась. Члены организации расположились кто в большом зале, кто в чайной комнате с вином в руках, холодным мясом и кимчи. Они все еще пили, ели и болтали между собой. Слуги же собирали уголь по всему двору и убирали посуду. Аджин шел, прихрамывая, как всегда собирая пустые бутылки и складывая их в коробки.
Наполненные коробки он складывал в ряд рядом с кухонным сараем, откуда их потом забирал приезжающий грузовик.
Аджин медленно шел по двору. На то, чтобы обойти весь дом и дойти до кухни, у него ушло больше времени, чем обычно. Он тяжело вздохнул.
— Не стоило так много есть…
Он пожалел, что пожадничал и съел слишком много, и сейчас казалось, что мясо застряло у него в горле. Он тяжело вздохнул. К тому времени, когда он уберет все это, вымоет посуду, у него совершенно не останется сил.
Аджин поморщил нос, поправляя коробку с бутылками и тут откуда ни возьмись с боку появилась рука и забрала у него коробку.
— Ик!
Аджин подскочил на месте от удивления.
— Эй, у тебя живот округлился, как у головастика.
Это оказался Сокджу. Он стоял рядом и улыбался. Аджин тупо смотрел на него. Мужчина нежно погладил его по выпуклому животу. Его горячая ладонь, казалось, ослабила тяжесть в животе.
Сокджу опустил коробку на пол и, взяв Аджина за руку, потянул его за собой.
— Иди сюда.
— А… э… Я должен убрать все и помыть посуду.
— Не делай этого.
— Но, это…
Сокджу изо всех сил тащил Аджина. Аджин хотя и упирался, но все, что у него получалось, — это волочить ноги по земле. Аджин усмехнулся про себя. Он не осмелится сказать это вслух, но босс иногда просто псих.
После того, как они свернули за угол Аджин уже не сопротивлялся. Ему казалось, что Джингёль украл у него Сокджу на весь день, поэтому Аджин хотел побыть рядом с ним хотя бы немного. Босс сам велел ему не мыть посуду, и кто сможет в этом обвинить его и что-то сказать против?
Аджин шел за Сокджу так естественно, словно так и должно было быть. Сокджу улыбнулся и крепче сжал его руку.
Фотограф возился с камерой на заднем дворе, выходящем на его комнату. Заметив его, мужчина поднял голову.
Сокджу обнял Аджина за плечи и подошел к нему ближе.
— Сфотографируй нас.
http://bllate.org/book/12549/1117035
