Человек, который, как акробат перевернулся в полете и приземлился перед Сян Си и Маньтоу, была Ли Хуэй, дочь жены Эрпаня.
Мать Ли Хуэй привела ее жить к Эрпаню, сказав, что она его дочь, но Эрпань не признавал девочку.
Четырнадцатилетняя девочка была тощей, как маленькая обезьянка. Сян Си всегда думал, что если подует сильный ветер, он с легкостью подхватит ее и унесет на два километра.
В этих старых домах потолки были довольно низкие, поэтому падение Ли Хуэй, вероятно, не было слишком серьезным. Некоторое время она лежала на земле, затем попыталась встать.
Маньтоу посмотрел на здание, поколебался пару секунд, а после протянул руку, чтобы помочь ей. Ли Хуэй нервно посмотрела наверх, оттолкнула Маньтоу и опустила голову, отходя к стене.
– Эй, – раздался с балкона второго этажа голос Эрпаня. – Маньтоу ведет себя как джентльмен, да?
– Дагэ, – Маньтоу выглядел так, словно был поражен, он с улыбкой поднял голову и захромал в дом. – Дагэ, у меня есть...
Сян Си взглянул на Ли Хуэй, когда проходил мимо нее, направляясь к дому номер 17.
– Сяо Чжань, – позвала его Ли Хуэй, ее голос был хриплым и таким тихим, что его почти не было слышно. – Помоги мне.
Сян Си, не останавливаясь, прошел в дом номер 17 и закрыл за собой дверь.
Внутри было довольно много людей. Хобби дяди Пина было пить чай и играть в карты, и прямо сейчас он сидел в гостиной с несколькими другими людьми, которых знал Сян Си. У дяди Пина не было официальной «преступной группировки», но если бы она у него была, эти люди были бы ее основными членами.
– Ты вернулся, – сказал дядя Пин, сжимая чашку с чаем, его движения были медленными, когда он пил, на лице проступило выражение удовольствия.
– Угу, – Сян Си опустил голову и встал у кофейного столика.
– Теперь ты действительно вырос, да? – Дядя Пин вздохнул, ставя чашку на стол. – И даже смеешь возвращаться с пустыми руками.
Сян Си ничего не сказал.
– Этот год обещает быть трудным, – дядя Пин сделал еще глоток и откинулся на спинку дивана.
Никто в комнате не произнес ни слова, все равнодушно наблюдали за спектаклем. Сян Си тоже молчал. Дядя Пин всегда говорил так неторопливо и спокойно, в отличие от Эрпаня, который вел себя как маленький босс.
Дядя Пин всегда говорил размеренно, словно действительно следовал правилу: «Гармония приносит богатство». Но Сян Си знал, что если он в ближайшее время не добудет деньги, у него будут серьезные неприятности.
– Ты поел? – спросил дядя Пин.
– Да. Немного, – Сян Си взглянул в сторону коридора второго этажа, который вел на задний двор. – У меня сегодня опять болит желудок.
– Опять твой желудок? Что с тобой? – дядя Пин нахмурился. – На кухне еще остался горячий суп, сходи и поешь.
– Хорошо, – Сян Си пошел на кухню и выпил тарелку супа.
На самом деле у него не было аппетита, но он должен был выпить суп. Если дядя Пин велел ему выпить, он должен был его выпить.
Покончив с супом, он прошел по коридору на задний двор и свистнул.
Так называемый «задний двор» на самом деле не был двором, просто ряд задних дверей в домах, построенных самими жильцами, образовывали узкий проход между стенами зданий. Его ширина навряд ли превышала один метр. Он был длинным, темным и грязным.
После того, как Сян Си свистнул, он услышал, как Эрпань проклинает Маньтоу.
Он свистнул еще раз, желая подозвать свою собаку.
У Сян Си была собака, хотя это была не совсем его собака. Это был бездомный пес, появившийся в этом районе ранней осенью. Он рылся в мусоре в поисках еды.
Увидев, как жалко он выглядит, Сян Си дал ему немного поесть. С того дня пес не покидал этого места. Он не дал ему клички, но стоило ему свистнуть, как пес прибегал.
Но сегодня, даже после трех свистов, не было никаких признаков того, что собака радостно бежала к нему навстречу.
Он вернулся в дом и подошел к дяде Пину:
– Дядя, где собака?
Дядя Пин взглянул на него поверх чайника. В этот момент снаружи донесся крик боли Маньтоу, когда Эрпань с силой швырнул его за дверь.
– Где собака? – по выражению глаз дяди Пина Сян Си показалось, что он начинает о чем-то догадываться, однако, наверняка он не был в этом уверен. Поэтому он просто настойчиво повторил вопрос. – Та рыжая собака, где она?
Кто-то в комнате издал холодный смешок, в котором сквозило злорадство.
Дядя Пин по-прежнему не отвечал, он слегка наклонил голову, словно прислушиваясь к звукам, с которыми Эрпань избивал Маньтоу.
Сян Си не стал переспрашивать. Он повернулся и вышел на улицу, встав перед Эрпанем как раз в тот момент, когда тот собирался ударить Маньтоу в живот.
– Свали! – Эрпань свирепо посмотрел на него.
– Где моя собака? – посмотрев тому прямо в глаза, спросил Сян Си.
– Кто, черт возьми, знает о твоих собаках? Проваливай! – Эрпань взмахнул рукой и оттолкнул Сян Си в сторону.
– Сяо Чжань... – позвал его Маньтоу, присев на корточки.
– Позволь мне спросить тебя еще раз, – Сян Си, слегка споткнувшись, проигнорировал Маньтоу и снова быстро преградил Эрпаню путь, оказавшись с ним почти лицом к лицу. – Где моя собака?
– Ты сумасшедший ублюдок! – закричал Эрпань, целясь кулаком в лицо Сян Си.
Сян Си покачнулся, чтобы избежать удара, и пока Эрпань все еще пытался встать в стойку, Сян Си бросился вперед, сильно толкнул его и крикнул в ответ:
– Где моя собака?!
– Где твоя чертова собака? – Эрпань взбешенный его непонятной настойчивостью, схватил Сян Си за руку и швырнул его об стену. – Где твоя собака, придурок? Этот лао-цзы съел ее!
Сян Си был ошеломлен, он был слишком сосредоточен на словах, чтобы почувствовать боль в плече от удара о стену.
– Что ты только что сказал? – он резко повернул голову и посмотрел на Эрпаня.
– Я сказал, что съел твою чертову собаку! Сварил из нее рагу! – Эрпань сплюнул на землю и, ругаясь, направился к Маньтоу. – Какой смысл ее держать? Она только и делала, что жрала дармовую еду!
Когда Эрпань занес ногу, чтобы пнуть отступающего Маньтоу, Сян Си закричал, бросился вперед и сильно ударил Эрпаня локтем по затылку.
– Кто, блять, дал тебе право есть мою собаку!
Сян Си знал, что его атака так же бессмысленна, как удар яйца о камень. Эрпань был подобен башне, и каждый раз, когда он оказывался рядом, казалось, что сама земля проседает под ним. Но он все равно бросился вперед. И в следующую же секунду Эрпань схватил его за руку, перекинул через плечо и швырнул на землю.
От удара у Сян Си закружилась голова. Он за весь день почти ничего не съел, и из-за этого падения у него помутилось зрение. Даже ноги Маньтоу казались неровными…
Однако Эрпаня это не удовлетворило, и он с силой наступил Сян Си на ногу.
Сян Си задохнулся от боли, но не издал ни звука.
Как раз в тот момент, когда Эрпань собрался снова наступить, Маньтоу схватил его за ногу и крепко сжал. Он проделал все молча, только сильнее стиснув зубы.
– Ублюдок! – Эрпань ударил Маньтоу по лицу и уже собирался снова выругаться, когда дядя Пин вышел из дома номер 17. Эрпань остановился, взглянув на дядю Пина.
– Хватит, тебе так не кажется? – тихо произнес дядя Пин, держа в руке чайник. – Ты хозяин этой улицы? Так жестоко избить своих же людей, какое великое достижение, – после этих слов дядя Пин кивнул в сторону Маньтоу. – Помоги ему войти.
Маньтоу быстро подошел, чтобы помочь Сян Си подняться, но как только Сян Си перенес вес на пострадавшую ногу, то невольно вздрогнул и снова опустился на землю. Когда Маньтоу потянулся, чтобы дотронуться до его ноги, Сян Си отмахнулся от его руки:
– Не трогай. Слишком больно.
– Она сломана? – голос Маньтоу задрожал, возможно, он вспомнил свою собственную давнюю травму ноги.
– Понятия не имею, – стиснув зубы, Сян Си вцепился в плечо Маньтоу и попытался встать. Всего за эти несколько секунд он почувствовал, как распухла его нога. Он был бы удивлен до глубины души, если бы она не была сломана.
Когда Маньтоу помогал ему вернуться в дом, он тихо сказал дяде Пину:
– Дядя Пин, он должен…наверное, ему стоит отправиться в больницу.
– Сломана? – дядя Пин взглянул на Сян Си.
– Возможно, – ответил Сян Си.
– Вот как, – усмехнулся дядя Пин. – Прекрасно. В конце концов, скоро Новый год. Как раз время сделать то немногое, что в твоих силах.
Сян Си не ответил, он знал, что имел в виду дядя Пин. Это выглядело так, будто дядя Пин предлагал ему помощь, но на самом деле он, казалось, был вполне доволен тем, что Эрпань избил его. Теперь, когда у него была сломана нога, все даже было к лучшему.
Сян Си мог считать это за наказание, ведь в последнее время он сильно расстраивал дядю Пина.
***
С наступлением зимы пациентов с ортопедическими травмами стало гораздо больше: в основном это были переломы от падений на льду. У некоторых были сломаны ноги от падения, у других – запястья, от того, что они пытались удержаться на ногах… Стационарное и амбулаторное отделения были переполнены, и Чэн Боянь едва успел закончить амбулаторный прием, как в отделение неотложной помощи стало поступать все больше пациентов с травмами, вызванных падениями.
Он снова не успел закончить работу вовремя. Отпустив последнего пациента, он откинулся на спинку стула и потянулся, размышляя, что бы сегодня съесть на ужин. Но как только он подумал об этом, в его голове раздался голос матери.
Он говорил о плюсах здорового питания… Даже будучи в одиночестве он не мог избавиться от очередного цикла лекций о правильном питании…
Из отделения неотложной помощи доносились крики, довольно громкие. Это заставило Чэн Бояня тряхнуть головой и посмотреть в ту сторону.
Не было ничего необычного в том, чтобы слышать нечто подобное в отделении неотложной помощи, но он все равно поднялся и пошел к источнику звука. Буквально на прошлой неделе один парень, напившись, упал с лестницы лицом вниз, и все закончилось тем, что его лицо было залито кровью. Позже он настоял на том, чтобы врач выписал ему больничный, махнув рукой и заявив, что возьмет эту бумагу, чтобы купить себе билет на Луну.
Сейчас крики звучали точно так же.
Когда Чэн Боянь приблизился, он увидел, что это был не очередной пьяница. На стуле у входа в отделение неотложной помощи, опустив голову, сидел парень, в то время как трое других людей, столпившись вокруг него, жарко спорили.
– Это вы настояли на поездке в больницу, верно? Мы согласились! – с суровым видом крикнул один мужчина и указал на сидящего парня. – Теперь врач говорит, что это перелом. Что вы можете сказать в свое оправдание? Поторопитесь и оплатите его лечение!
– Я уже сказал, что не буду платить! – крикнул в ответ другой. – Возможно, это и перелом, но я не знаю, насколько он серьезен? Сколько вы от меня хотите?
– Вы видели, что там висит знак ограничения скорости? Там разрешено ехать всего двадцать километров в час! Учитывая, с какой скоростью вы мчались, если бы вы еще немного нажали на педаль газа, то взлетели бы! – произнес молодой человек, который выглядел совсем юным. – Доктор! – закончив фразу, он сделал несколько шагов к двери отделения неотложной помощи. – Доктор, вы не могли бы подойти и взглянуть? Сколько стоит лечение этой ноги после такого перелома?
Перелом ноги? Чэн Боянь бросил несколько взглядов на ногу сидящего парня.
В данный момент в отделении неотложной помощи находилось довольно много пациентов, и все три врача были заняты. Один из них повернулся, чтобы посмотреть в их сторону, заметил Чэн Бояня и сказал:
– Сяо Чэн, у тебя есть минутка...
– Я посмотрю, – ответил Чэн Боянь, подходя к парню, сидевшему на стуле.
– Вы врач? – мужчина, который требовал деньги, уставился на него.
– Да, ортопед, – кивнул Чэн Боянь. – Врачи приемного покоя заняты, так что давайте я осмотрю. Не волнуйтесь.
– Ортопед? Отлично! – мужчина указал на парня, сидящего на стуле, и озабоченно взглянул на часы. – Вы можете взглянуть? Насколько там все серьезно? Это перелом?
– Куда пришелся удар? – Чэн Боянь присел на корточки, чтобы спросить.
Сидящий парень все это время не поднимал головы. Только когда Чэн Боянь задал этот вопрос, он, наконец, поднял глаза.
Честно говоря, не было ничего необычного в том, что люди приходили в отделение неотложной помощи, пытаясь обмануть. Были и настоящие переломы, и старые, которые произошли более трех недель назад, но были и такие, которые исчезали, как только человек слышал, что ему нужен рентген. Все эти сценарии могли относиться и к данному случаю.
Чэн Боянь мысленно классифицировал всех людей по этим трем группам. И, кажется, сейчас перед ним находился человек как раз из третьей группы. Стоило только Чэн Бояню увидеть неряшливый длинный ирокез парня, как у него тот час сложилось о нем не самое приятное впечатление. А еще у него были кожаные сапоги с медными пряжками и штаны не закрывающие лодыжки… И это в такую морозную погоду.
Как только парень поднял голову, Чэн Боянь смог отчетливо разглядеть его лицо. Под уголком его правого глаза был приклеен маленький пластырь с какими-то мультяшными персонажами, и он выглядел моложе, чем мужчина, который настаивал на осмотре. У него была утонченная внешность и выражение растерянности, которое не сочеталось с его стилем одежды. Он весь излучал невинность и уязвимость.
– Левая голень, – парень указал на свою ногу, его голос был спокоен и резко контрастировал с криками его друга, чей постоянный лай почти раздражал.
– Дай-ка я взгляну, – Чэн Боянь жестом велел ему закатать штанину. – Болит?
– Вы же врач-ортопед, верно? – небрежно ответил парень, подтягивая штанину. – Вы когда-нибудь встречали в вашем ортопедическом отделении кого-нибудь, кто не чувствовал бы боли после такого удара?
Его тон был довольно дерзким, и Чэн Боянь бросил на него быстрый взгляд, но промолчал.
Его голень уже распухла. Похоже, это была свежая травма, причём серьёзная, вероятно, требующая госпитализации. Чэн Боянь протянул руку, желая надавить на неё, чтобы убедиться, но как только он коснулся кожи, парень отшвырнул его руку:
– Гэ, – нахмурился парень, – это очень больно.
Чэн Боянь несколько секунд пристально смотрел ему в глаза, затем встал:
– Как тебя зовут? Нам нужно сделать рентген.
– Чжань Хунту, – ответил парень, слегка улыбаясь, когда называл свое имя. – Чжань Хунту означает «великие амбиции»*.
*展宏图 (zhan hong tu) по сути он говорит свое прозвище, только используя другие иероглифы
Услышав, что это перелом, да ещё и серьёзный, остальные двое окружили мужчину и снова начали кричать.
Мужчина посмотрел на часы и спросил Чэн Бояня:
– Доктор, сколько времени это займет?
– Около часа плюс минус, в зависимости от тяжести перелома, – Чэн Боянь достал телефон, собираясь позвонить в отделение радиологии, чтобы узнать, могут ли они сделать срочный рентген.
Крики действительно раздражали, поэтому он вышел в ближайший коридор, чтобы позвонить.
Закончив разговор с отделением радиологии, Чэн Боянь вернулся к входу в отделение неотложной помощи и заметил, что там стало немного тише. Мужчина, казалось, ушел, осталось только трое молодых людей.
У одного из них в руках была пачка наличных.
Он заплатил?
– Идите и оплатите рентген. А после поднимитесь на втором этаже. Лифт там, – проинструктировал их Чэн Боянь. – Когда снимок будет готов, вами займется дежурный врач.
– Спасибо, доктор Чэн, – глядя на него, сказал юноша по имени Чжань Хунту.
– А? – Чэн Боянь на мгновение растерялся.
– Разве врач приемного покоя только что не назвал вас сяо Чэном?
– Ох, точно, – ответил Чэн Боянь. – Пожалуйста.
***
Когда Чэн Боянь вернулся домой, он был очень голоден, но есть то, что было дома, ему не хотелось. Мысль о том, что ему придется есть еду, которую он приготовил сам, вызвала у него чувство гнева и грусти, полностью отбив аппетит.
Он переоделся, откинулся на спинку дивана и закрыл глаза, раздумывая, не заказать ли еду на вынос.
Едва он закрыл глаза, как услышал почти безумное щебетание двух пар волнистых попугайчиков, живущих в клетке на балконе дома напротив.
– Ох... – он вздохнул и потер переносицу.
Здания стояли слишком близко друг к другу, и из-за хриплых криков птиц ему казалось, что он находится на шумном рынке. Чэн Боянь неохотно открыл глаза и, нахмурив брови, попытался взять себя в руки. Он снова закрыл глаза, сделал несколько глубоких вдохов, чтобы совладать со своими эмоциями, и все-таки сумел подавить желание схватить рогатку и сбить из нее птиц.
Эти две пары попугаев были привезены в прошлом месяце. Поскольку все они были голубыми, они выглядели более привлекательно, чем обычные желтые и зеленые попугаи, которых он часто видел. Чэн Боянь действительно заинтересовался ими и некоторое время наблюдал из окна, тихо называя их Далань, Эрлань, Саньлань и Сылань*.
*Первый голубой, Второй голубой, Третий голубой и Четвёртый голубой. В Китае принято называть домашних питомцев исходя из их цвета шерсти/перьев
Теперь, когда он подумал об этом, он понял, каким наивным был. Теперь ему хотелось просто назвать их Дапо, Эрпо, Саньпо и Сыпо*.
*грубо говоря, он назвал их Первый волнистый, Второй волнистый, Третий волнистый и Четвертый волнистый
Наконец, он зашел внутрь, включил беговую дорожку, надел наушники, сделал музыку погромче и начал бежать.
Забудь об этом, сегодня никакой еды.
***
– Готов возвращаться? – спросил Маньтоу, поддерживая Сян Си и оглядываясь в поисках трехколесного мопеда.
– Да, – нахмурившись, ответил Сян Си.
– Сегодня тебя «сбили» уже несколько человек, и последний раз был особенно серьезным. У тебя даже пошла кровь. Почему бы тебе не заняться лечением, – Маньтоу взглянул на свою ногу. – Не затягивай с этим, как я...
– Заткнись, ты такой придурок, – бросил на него взгляд Сян Си.
– Почему это? – Маньтоу удивленно моргнул.
– У тебя такой гнилой рот, – Сян Си подпрыгнул на месте. – Кажется, сегодня нам повезло, посмотрим, что будет завтра. Дядя Пин так легко от меня не отстанет.
Маньтоу ничего не сказал. После долгого молчания он вздохнул.
Сян Си никогда раньше не занимался подобными вещами, но в прошлом у Маньтоу это неплохо получалось. Будучи покалеченным, он просто падал на землю, дрыгая больной ногой и крича, а несчастная жертва обычно платила, чтобы только он замолчал.
Сян Си всегда относился к такому поведению свысока. На этот раз дядя Пин просто загнал его в угол. Иначе он не стал бы беспокоить этих двух «партнеров», которые обычно его раздражали. Он решил, что будет заниматься чем-то подобным в течение двух дней только для того, чтобы успокоить дядю Пина, иначе Сян Си не смог бы дожить до празднования Нового года.
– Эй, я просто беспокоился о том, что скажет этот врач. С нашими травмами, если он все поймет, то мы даже убежать нормально не сможем, – заметил Маньтоу.
– Я ни черта не боюсь, – Сян Си дернул себя за воротник. – Чэн Боянь.
Маньтоу повернул голову и заметил трехколесный мопед, выезжающий из переулка на другой стороне улицы. Он тут же вскочил и закричал:
– Эй! Приятель! Сюда!
Трехколесный мопед на мгновение притормозил, прежде чем снова сорваться с места.
– Что за чертовщина! Что это за сервис такой? – Маньтоу был весьма недоволен.
– Ты действительно так торопишься? – спросил Сян Си, прислоняясь к ближайшему дереву.
– Ты не собираешься возвращаться? На улице очень холодно! Я просто сказал, что мы должны поехать на такси, а ты не захотел, – вздохнул Маньтоу.
– Зачем ты так торопишься вернуться? – Сян Си посмотрел на небо, заметив, как падают несколько крошечных снежинок. – Учитывая, как плохо сейчас обстоят дела, почему ты так спешишь? Что ждет нас впереди?
– Что? – Маньтоу не понял, что он сказал.
– Эрпань ждет тебя впереди, – рассмеялся Сян Си.
– Черт возьми! – в отчаянии крикнул Маньтоу.
http://bllate.org/book/12620/1120100
