Ли Янь взял кольцо и вернулся в дом. Он долгое время сидел неподвижно.
Учитывая характер Лу Няньнина, он был не тем человеком, который мог легко вернуть вещь, попавшую ему в руки. Должно быть, это действительно ранило его.
Ли Янь прислонился головой к стене. Его взгляд упал на мешок с игрушками Лу Цзэжуя, которые он упаковал для мальчика.
В пятницу вечером Лу Цзэжуй пришел в приподнятом настроении. Дети именно такие — в прошлый раз он ушел обиженным и расстроенным непонятно из-за чего, а сейчас всем своим видом демонстрировал радостное волнение.
Ребенок потребовал, чтобы Ли Янь приготовил фруктовый суп и потушил свиные ребрышки.
Лу Цзэжуй был одет в плюшевое пальто и белоснежный шерстяной свитер. Мальчик с упоением грыз ребрышки, а соус с его рук капал на одежду. Увидев, что он запачкался, ребенок поднял голову и посмотрел на Ли Яня.
Ли Янь отправился искать одежду, в которую мальчик переодевался в свой прошлый визит. Он дождался, пока Лу Цзэжуй доест, а затем снял с него испачканную одежду и замочил в тазу для стирки.
Ли Янь почти ничего не съел, остановившись на небольшой миске фруктового супа. Приготовленные тушеные ребрышки практически полностью оказались в желудке Лу Цзэжуя.
После ужина мальчик забрался на кровать, сказав, что хочет послушать сказки, но, осмотревшись, не обнаружил ни одной книжки.
Сокровища Лу Цзэжуя, которые раньше занимали половину комнаты, исчезли. Совсем недавно мальчик был так сосредоточен на ребрышках, что только сейчас отреагировал и осознал произошедшее.
— Где мои игрушки?! — Лу Цзэжуй спрыгнул с кровати.
Ли Янь сидел на корточках у двери, погрузив обе руки в холодную воду, стирая одежду мальчика. Он услышал топот приближающихся шагов.
— Я убрал их в мешок и поставил в углу, — ответил Ли Янь.
Мужчина не обернулся, продолжая усердно тереть пятно на одежде Лу Цзэжуя.
Ребенок вернулся в комнату и увидел, что в углу действительно стоит большой мешок. Он открыл его, засунул внутрь голову и обнаружил все свои игрушки.
Мальчик ощутил разочарование, подумав, что, вероятно, Ли Яню мешают его вещи, а, возможно, он и его самого считает просто обузой.
Лу Цзэжуй ощутил нарастающий гнев. Он только что досыта поел, но тут же начал буянить.
— Я же говорил, твой дом слишком старый и слишком маленький!
Мальчик потянул мешок вниз и начал одну за другой вытаскивать свои игрушки наружу. Он в беспорядке разбрасывал их то там, то сям, словно изо всех сил стараясь занять ими как можно больше пространства.
Словно хотел, чтобы любой человек, вошедший в дом, знал, что здесь живет непослушный ребенок, который разбрасывает повсюду свои игрушки. Когда Ли Янь вывесил одежду сушиться снаружи и вернулся в дом, он был поражен воцарившимся из-за разбросанных по полу игрушек беспорядком.
Мужчина посмотрел на уставшего Лу Цзэжуя, который был весь в поту от своих усилий. Ли Янь открыл рот, но так ничего и не сказал. Он перешагнул через игрушки, словно они были обычным препятствием.
Как бы там ни было, вероятно, это последняя ночь, которую они проведут вместе, верно? Так что пусть Лу Цзэжуй делает то, что хочет. Завтра приедет Лу Няньнин и заберет мальчика с собой.
Поняв, что Ли Янь игнорирует его, Лу Цзэжуй тут же сник. Его настроение испортилось, и он придвинулся ближе к мужчине.
Ли Янь протянул руку и вытер пот со лба мальчика. Контраст, между горячей кожей Лу Цзэжуя и прохладными руками мужчины был очень резким.
Ли Янь принес горячую воду и умыл лицо ребенка с помощью полотенца.
Затем он взял мальчика на руки и отнес на кровать, после чего вымыл ему ноги.
Казалось, что настроение Лу Цзэжуя снова стало лучше, и он даже захотел подурачиться, наступив мокрыми ногами на колени Ли Яня.
Ли Янь поймал его за ноги, вытер их, а затем подтолкнул ребенка к внутренней стороне кровати.
Лу Цзэжуй лег, но начал перекатываться туда-сюда:
— Еще так рано, кто захочет спать? Я не буду! Ли Янь, я хочу посмотреть мультики.
Ли Янь привел себя в порядок и тоже лег на кровать, а затем сказал мальчику:
— У меня нет никаких мультфильмов.
— Можно попросить папу купить для нас большой телевизор и доставить его сюда! — глаза Лу Цзэжуя засияли, словно ему в голову пришла гениальная идея. Мальчик начал возбужденно дрыгать ногами.
Ли Янь хотел сказать, что в этом нет необходимости, но, взглянув на ребенка, сдержался.
Мужчина достал книжку со сказками и спросил Лу Цзэжуя, не хочет ли он что-нибудь послушать. Увидев, что Ли Янь по собственной инициативе захотел ему почитать, что случалось довольно редко, мальчик решил попытать счастья:
— Мне совсем не хочется спать. Я все еще полон сил. После сказки будет колыбельная?
Ли Янь был очень сговорчивым:
— Будет.
Это был очень теплый и безмятежный момент. Лу Цзэжуй положил голову на плечо Ли Яня, вдыхая легкий аромат мыла, исходящий от тела мужчины.
Ли Янь прочитал три сказки и спел одну песню.
Довольный Лу Цзэжуй прикрыл глаза. В этот момент Ли Янь сказал:
— Со следующей недели тебе не нужно больше приходить ко мне… На дорогу туда и обратно уходит больше трех часов, это довольно неудобно, правда? К тому же, здесь нет никаких развлечений… А мой дом очень маленький. Даже твои игрушки в нем не помещаются…
Лу Цзэжуй, который уже почти задремал, резко открыл глаза:
— Не нужно приходить? — мальчик резко сел и закричал. — Ты думаешь, кто-то действительно хочет приходить в твою дыру?! На самом деле, ты просто не хочешь меня, верно?
Губы ребенка задрожали, а глаза быстро начали краснеть. Он перелез через Ли Яня, спрыгнул с кровати, подбежал к двери и выскочил наружу.
— Я вообще не хочу здесь находиться! Я сейчас же хочу домой! — закричал мальчик, одновременно убегая и плача.
Ли Янь стремительно поднялся и поспешил за ребенком. Он не ожидал такой бурной реакции. Честно говоря, он действительно думал, что Лу Цзэжую уже надоело здесь находиться.
Ли Янь выбежал во двор. Лу Цзэжуй бежал слишком быстро, поэтому споткнулся, упал на землю и некоторое время был не в силах подняться.
Бета бросился ему на помощь, но мальчик с силой оттолкнул его руку.
Он был похож на маленького зверька с покрасневшими глазами, у которого не получалось встать. Но он велел Ли Яню не трогать его.
Однако мужчина все же поднял Лу Цзэжуя с земли и взял на руки. Мальчик тут же начал неистово пинаться и бить его кулаками. Наконец он разрыдался и закричал на Ли Яня:
— Я знаю! На самом деле… Ты меня ни капли не любишь, да? Ты никогда меня не хотел! Мой дедушка запретил мне приходить к тебе! Он сказал, что, когда я родился, ты хотел задушить меня…
Его маленькое тело, сжатое в комочек, беспорядочно извивалось в объятиях Ли Яня. Мальчик не желал, чтобы тот снова обнимал его. Его лицо покраснело от рыданий, а дыхание сбилось. От слез Лу Цзэжуя плечо Ли Яня совершенно промокло.
Услышав слова мальчика, руки мужчины невольно сжались сильнее, а зрачки сузились. Он наконец-то понял…
— Ты худшая мама на свете! — Лу Цзэжуй поднял заплаканное лицо и громко крикнул эти слова.
Ли Янь был практически уничтожен его словами, едва устояв на ногах.
Дыхание мужчины сбилось, он не мог заставить себя посмотреть Лу Цзэжую в глаза. В горле словно что-то застряло, он задыхался и не мог произнести ни единого слова утешения.
Шатаясь, Ли Янь отнес Лу Цзэжуя обратно в дом. Одежда мужчины была испачкана следами от ног мальчика.
На улице Лу Цзэжуй споткнулся о камень и теперь его колено было разбито, и даже выступила кровь.
Ли Янь усадил ребенка на табурет и закатал его пижамные штаны. Когда мужчина встал, чтобы взять дезинфицирующее средство, его ноги чуть не подкосились, и он едва не упал.
К этому времени эмоциональное состояние Лу Цзэжуя стало лучше, хотя он все еще продолжал шмыгать носом, а краснота с его лица так и не сошла.
Ли Янь принес лекарство, присел на корточки и с помощью ватной палочки начал наносить средство. Глядя на маленькую, белоснежную коленку ребенка, на которой теперь появилась небольшая ранка, руки Ли Яня дрожали, словно у эпилептика.
В этот момент Лу Цзэжуй заметил, что пол в том месте, над которым Ли Янь склонил свою голову, уже стал мокрым от слез. Но мужчина продолжал очень мягко и осторожно наносить лекарство.
Внезапно Лу Цзэжуй ощутил необъяснимую печаль. Он вспомнил слова, которые только что сказал Ли Яню, и из его глаз снова потекли слезы. Мальчик сказал:
— Папа говорил мне, что ты не хотел этого. Он объяснил, что в то время ты заболел. Ты думал, что не сможешь позаботиться обо мне как следует, поэтому хотел взять меня с собой… — Лу Цзэжуй снова начал плакать. — Я не знаю… Не знаю, что из этого правда… Но… Но даже если дедушка мне не лгал, то я… Я тоже тебя прощаю.
Мальчик протянул руки и обнял Ли Яня, чувствуя глубокую обиду. Он не мог понять, почему этот человек относится к нему подобным образом. Почему хочет оттолкнуть? Ведь очевидно… Очевидно, что он очень старался. Так почему казалось, что Ли Янь словно питает к нему естественную неприязнь?
Лу Цзэжуй обнимал Ли Яня, сидевшего на корточках, и плакал так сильно, что даже не мог нормально выговаривать слова:
— Я не боюсь… Я не боюсь смерти…
Если бы Ли Янь действительно хотел убить его, он бы все равно приходил к нему.
Но даже так Ли Янь не желал его принять.
Мужчина же продолжал сидеть на полу в крепких объятиях Лу Цзэжуя, не в силах освободиться из хватки пятилетнего ребенка.
Он не мог понять, почему.
Ли Яню было сложно понять Лу Няньнина, но Лу Цзэжую было всего пять лет. С теми ресурсами, которыми обладала семья Лу, если бы мальчик захотел, ему бы наняли трех нянь, которые могли постоянно вертеться вокруг него.
Лу Цзэжуй еще так мал и совершенно не понимает, что подразумевает под собой слово «смерть», каково его значение. Представление мальчика о «материнской любви» формировалось из рассказов других детей, воспитателей или фрагментов из мультфильмов.
Он видел, как это происходит у других.
Поэтому мальчик потребовал от Ли Яня того же — чтобы ему читали сказки и пели колыбельные. Лу Цзэжуй воссоздавал сцены из мультфильмов и любил слушать Ли Яня, удобно устроившись в его объятиях.
Ли Янь не мог понять, что в этом такого особенного? Те высокооплачиваемые няни могли бы делать тоже самое гораздо лучше, чем он. Они могли петь больше колыбельных и читать сказки гораздо интереснее, чем он сам.
Однако Лу Цзэжуй все равно приходил к нему. Он требовал, чтобы именно Ли Янь делал все эти вещи.
Это было похоже на врожденную одержимость, вызванную недостатком тепла и ласки, глубоко высеченную в генах этой семьи.
Мальчику было всего пять лет, но он цеплялся за Ли Яня, говоря, что не боится смерти. Он просто хочет любви.
http://bllate.org/book/12833/1599031
