— Имя, это имя… какое? — спросил Су Юй. Голова была как в тумане.
Что это было? Его величество! Ударил! Его! По заду! Что это за вольности…
Царская ладонь шлепнула упругую ягодицу, мягкую и нежную. Это ощущение было для императора в новинку. Он не смог удержаться, снова положил руку на манящую округлость и принялся ее поглаживать.
— Ваше, ваше величество. — Су Юй покраснел и непроизвольно отстранился.
Ань Хуньчэ поднял голову и встретился с полным стыда взглядом Су Юя. Нежное, прекрасное лицо раскраснелось, чему, несомненно, поспособствовал шлепок. Румянец распространился вниз, тронув белоснежную кожу шеи и изящные линии ключиц.
Напряженное согнутое тело напоминало по форме креветку. Очень аппетитную креветку.
Во рту у императора пересохло. Этот несносный глупый раб постоянно его соблазняет.
Но пора установить жесткие правила. Нельзя допустить, чтобы виновнику сошло все с рук!
Успокоив свой разум, его величество гордо поднял подбородок и произнес:
— Теперь ты знаешь, какой властью я обладаю. Если снова провинишься, то будешь наказан именно таким способом!
Какие вольности, неслыханные вольности!
Не зная, что ответить на такие надуманные претензии, Су Юй закатил глаза. Похоже, он слегка потерял лицо, покраснев при прикосновении императора.
И теперь, дабы вернуть себе часть утерянного достоинства, ему надо с дьявольской усмешкой ущипнуть его величество за идеальную щечку, а затем крепко поцеловать в…
Стоп! Су Юй потряс головой. О чем это он думает? Император — мужчина. Такой же, как и он сам. Они — хозяин и повар. Которые едят, беседуют и спят вместе… Хотя его величество весьма привлекателен.
Он поднял взгляд на тонкие бледные губы. Сейчас они, призывно блестящие, были слегка изогнуты в улыбке. Су Юй нервно сглотнул и более не посмел смотреть на них снова.
Как не посмел бы, даже наберись смелости, возразить или ответить действиями. Все, что он смог сделать, это склонить голову и отпустить ситуацию.
Глядя на своего раба, демонстрирующего полное осознание своей ошибки, его величество был чрезвычайно доволен. Он отпустил Су Юя, повернулся и облокотился на изголовье кровати.
Увидев выражение замешательства на его лице, император нахмурился. Он что, испугался? Хм-м, этот глупый раб такой забавный.
Ань Хуньчэ протянул руку и собственническим жестом привлек Су Юя к себе.
— Разумеется, если ты будешь хорошо себя вести, тебя ждет награда.
Су Юя внезапно притянули к возлежащему императору, заставив уткнуться головой в обнимавшие его руки. От теплого тела его величества исходил аромат жаркого полудня, который не позволял отстраниться прочь.
Не решившись сопротивляться, Су Юй молча подчинился и устроился поудобнее. Сердце стучало, как сумасшедшее. С меня хватит, с меня хватит, ведь он меня сейчас не нагнет, так?
Задумавшись о своей прошлой жизни, он понял, что, занятый зарабатыванием денег, не оставил себе времени на личную жизнь. В этой жизни он тяжело работал на пропитание и одежду, не думая ни о чем другом, не говоря уже о женитьбе. И вот, сегодня, его вдруг потянуло к мужчине.
Исподтишка Су Юй глянул на безукоризненно прекрасный профиль императора. Должно быть эта красота и смутила его. Наверняка, в этом дело.
Обретя внутреннее спокойствие, Су Юй слегка кашлянул, разрушая странно напряженную атмосферу.
— Ваше величество не разрешает этому ничтожному слуге использовать имя «Соуси». Каково же настоящее имя божественного кота?
Ань Хунчэ склонил голову и посмотрел на него. Немного помолчав, он четким и холодным голосом, с легким оттенком торжественности, которую он сам вряд ли заметил, медленно произнес:
— Чжань Чжи… Можешь называть его Чжань Чжи.
Император медленно отвернулся и уставился на стоящую недалеко свечу. Его уши запламенели непривычным алым цветом.
Чжань Чжи. Именно это имя Ань Хунчэ носил в быту.
На поверхности кристально чистого озера плясали веселые солнечные блики.
Император позволил называть себя именем в быту.
— Цзян Чжи… Ха-ха-ха… — Су Юй расхохотался.
Автору есть что сказать:
Чжань Чжи звучит очень похоже на Цзян Чжи, что означает «соус для обмакивания».
— Ваше величество, это имя ничуть не лучше того, что придумал я, ха-ха-ха. Соус для обмакивания не может сравниться с изысканным соусом, ха-ха-ха…
Его величество император медленно повернул голову и посмотрел на содрогавшегося от смеха Су Юя. Его лицо потемнело.
«Я доверил душу светлой луне, а луна осветила канаву… В канаве оказалась зловонная и не боящаяся смерти, хохочущая до колик, рыбка».
Таким образом, его величество провел ночь, повернувшись к талантливому супругу спиной, и не произнеся ни слова.
На следующее утро он отказался от приготовленного Су Юем завтрака.
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод
http://bllate.org/book/12943/1136208
